Из огня да в полымя

      Очнулся Шэнь Цинцю в городе Шуанху, который располагался недалеко от хребта Цанцюн. Тело лорда сотрясала крупная дрожь, а по лбу струился пот, солёные капли попадали в глаза, раздражая их и вызывая неприятное жжение. В этот час на улицах города вовсю кипела жизнь — торговцы звучными голосами зазывали покупателей, расхваливая на все лады свой товар, заклинатели с учениками спешили по своим делам, зажиточные пары прогуливались, наслаждаясь солнечным днём, а рабочие отдыхали в тени. Появление лорда с раскрасневшемся лицом, растрёпанными волосами и лихорадочным взглядом привлекло внимание многих. Цинцю ловил на себе удивлённые и насмешливые взгляды. Прекрасно понимая, какое впечатление производит на окружающих его немного безумный вид, Шэнь постарался привести себя в порядок. Расправив одежду, смятую из-за крепких объятий Бингэ, лорд пригладил волосы, собрав выбившиеся во время гонки пряди в аккуратный пучок на макушке. Скрыв лицо за веером, Цинцю пошёл вперёд, решив найти какое-нибудь укромное место, где можно спокойно обдумать дальнейшие действия. Бингэ пока не было видно, это давало небольшое облегчение, но одновременно тревожило лорда. Продолжая озираться по сторонам, Цинцю немного ускорил шаг. Он был настолько рассеян, что не заметил, как врезался в кого-то. Пробормотав неразборчивые извинения и даже не поднимая глаз, Цинцю уже собирался продолжить свой путь, как почувствовал, что его удерживают сильные руки. Уже готовый разразиться ругательствами, лорд поднял голову и увидел перед собой Лю Цингэ, чьё обычно невозмутимое лицо сейчас выражало недоумение.       — Шэнь Цинцю, что ты тут делаешь? — лёгкое беспокойство, звучавшее в глубоком голосе Лю Цингэ, придавало ему волнующий шарм.       — Лю Цингэ, как я рад тебя видеть! Такая удача, что я тебя встретил! — с облегчением воскликнул Цинцю. У него будто камень с души свалился, даже дышать стало легче. Теперь, рядом с Богом Войны, он чувствовал себя гораздо увереннее и не сомневался, что вдвоём они при случае дадут достойный отпор Ло Бингэ.       Лю Цингэ немного смутился. Слишком уж искренне Шэнь Цинцю обрадовался их встрече, которая на самом деле не была случайностью. Лорд пика Байчжань знал, что Шан Цинхуа встречался с главой школы и пытался замолвить словечко за Шэнь Цинцю. Но Юэ Цинъюань оказался слишком твердолобым и, впервые приняв настолько серьёзное решение по отношению ко второму лорду, не собирался так сразу от него отказываться. Несмотря на то, что глава школы весь извёлся от беспокойства за своего шиди, он сделал вид, что не понимает намёков Шан Цинхуа. Глупо, неуместно... Тем более что Шэнь Цинцю первым сделал шаг к примирению. Лю Цингэ предположил, что у второго лорда случилось что-то серьёзное, иначе он никогда не подослал бы к главе лорда пика Аньдин. Понимая, что после отказа Юэ Цинъюаня Шэнь Цинцю уж точно больше не вернётся в школу, Лю Цингэ, снедаемый тревогой за своего боевого брата, решил на всякий случай спуститься в город Шуанху. И, как оказалось, не зря.       — Действительно, какая неожиданная встреча, — согласился Бог Войны, умолчав, что вот уже несколько часов гуляет по улицам города в надежде встретить Шэнь Цинцю. — Так что ты тут делаешь? — повторил он вопрос.       — Я... я... — растерялся второй лорд. Он не хотел говорить правду и пытался придумать что-нибудь. Но, как назло, в голове не было ни одной мысли. — Гуляю... — наконец, выдавил из себя Шэнь Цинцю.       Лю Цингэ нахмурился. Определённо, что-то случилось. Стоящий перед ним второй лорд выглядел потерянным и уязвимым, и лорду пика Байчжань невыносимо хотелось обнять его и никогда не отпускать, защищая от всех бед.       «Держи себя в руках», — мысленно приказал себе он. Стараясь сохранять невозмутимый вид, Лю Цингэ взял второго лорда под локоть.       — Пойдём, — сказал он и повёл Цинцю вперёд, ловко маневрируя в оживлённом потоке людей.       Лю Цингэ привёл второго лорда в ближайшую таверну, внутри которой царили полумрак и прохлада. Посетителей было немного, и большая часть столиков стояли свободными — то ли в погожий солнечный день люди предпочитали проводить время на улице, то ли таверна не пользовалась спросом. Заклинатели заняли самое дальнее от входа место, и Бог Войны заказал графин вина и немного закусок.       — Может, ты всё-таки расскажешь, что случилось? — наконец, спросил он у Цинцю. — Думаешь, я поверю, что ты просто гуляешь?       Шэнь Цинцю грустно улыбнулся и покачал головой.       — Это всё очень долго объяснять... Я даже не знаю, с чего начать.       — Начни с того, что больше всего тебя волнует, — произнёс Цингэ, и его взгляд упал на белоснежные тонкие кисти Цинцю, лежавшие на столе. Он мечтал дотронуться губами до их нежной гладкой кожи, с упоением целуя изящные пальцы, узкие ладони и хрупкие запястья.       — Хорошо, я сейчас... — Цинцю замялся и опустил глаза, его пушистые ресницы отбрасывали причудливые тени на бледные щёки. — Я сейчас, — повторил он, — не хочу видеть Бингэ, но он проявляет настойчивость.       — Вы что, поругались? — недоверчиво спросил Лю Цингэ. На его памяти у этой парочки никогда не возникало не только ссор, но и незначительных недомолвок.       — Ну вроде этого...       Взгляд Цингэ потемнел. Он понимал, что не стоит лезть в чужие отношения — как говорится, «милые бранятся, только тешатся», — но ничего не мог с собой поделать. Бледный и несчастный, предмет его страсти сидел напротив, и Лю Цингэ безумно хотелось его защитить.       — Ублюдок! — не сдержавшись, вскрикнул Цингэ. — Что он сделал? Он обидел тебя?       Цинцю молчал, раздумывая, стоит ли рассказать лорду пика Байчжань обо всём и попросить помощи. Он терялся в догадках, как тот воспримет информацию, не сочтёт ли, что Цинцю сошёл с ума? Но Цингэ растолковал затянувшееся молчание по-другому. Он вспомнил подозрения Юэ Цинъюаня и понял, что глава школы был прав. Мерзкий зверёныш открыл свою истинную сущность и выпустил когти. Теперь Цингэ был уверен, что демоническое отродье причинило боль Цинцю.       Принесли вино и закуски, и Бог Войны, налив себе полный бокал, одним махом осушил его.       — Цинцю, мы немедленно возвращаемся в школу, — безапелляционно произнёс он.       — Хмм... — второй лорд поднял растерянный взгляд. Он так и не решил, рассказать Цингэ про альтернативный мир или нет. — В школу... — задумчиво повторил он, но затем взгляд его прояснился и вспыхнул яростью. — Ни за что! — отчеканил он. — Ноги моей больше не будет на двенадцати хребтах.       — Тогда... — Цингэ растерялся, не ожидая такой реакции. — Тогда куда ты пойдёшь? Вернёшься назад, к своему ублюдку, чтобы он продолжил измываться над тобой?       — Нет, — в глазах Цинцю промелькнул страх, что не укрылось от Бога Войны, и его сердце сжалось от боли. — К этому Бингэ я не вернусь никогда.       Цинцю тоже налил себе вина, сделал несколько глотков и, понизив голос, таинственным шёпотом произнёс:       — Шиди, я хочу тебе кое-что рассказать...       Лю Цингэ напрягся и весь превратился в слух, но Цинцю не успел даже открыть рот, как дверь в таверну распахнулась и на пороге появился Ло Бингэ собственной персоной, окутанный мощной тёмной энергией. Он практически сразу увидел Шэнь Цинцю и теперь не отрывал от него холодного взгляда.       — Учитель, — мягко проговорил Бингэ, приблизившись к заклинателям, — стоило мне ненадолго оставить вас, как вы тут же связались с каким-то сбродом.       Лю Цингэ, к которому относились эти слова, не мог стерпеть подобного оскорбления и, встав из-за стола, обнажил свой меч.       — Учитель, я сегодня в хорошем расположении духа, поэтому предлагаю: не будем устраивать тут сцен. Просто пойдёмте со мной, и тогда никто не пострадает.       Посетители, почувствовав неладное, с опаской смотрели на тёмную фигуру. Многие встали со своих мест и торопливо покинули таверну.       — Не подходи к нему, — процедил сквозь зубы Цингэ, встав перед вторым лордом и загородив его от Ло Бингэ.       Шэнь Цинцю недовольно поморщился. Он оценил помощь Лю Цингэ, только вот всё это со стороны выглядело нелепо, словно он барышня, прячущаяся за спиной доблестного воина, спасаясь от отвергнутого любовника. Не желая находиться в столь унизительном положении, второй лорд резко поднялся из-за стола и, обнажив клинок, встал рядом с Лю Цингэ.       — Бингэ, хватит, — спокойно произнёс Цинцю. — Я тебе уже всё сказал. Если ты не хочешь всё решить по-хорошему, то будет по-плохому.       — По-плохому? — рассмеялся Бингэ, и исходившая от него демоническая энергия усилилась, заполняя собой всё помещение. Цинцю почувствовал, как на его поясе задрожал Синьмо, талисманы начали осыпаться с него, как осенняя листва с деревьев, и с лёгким шорохом падать на пол.       — Господа заклинатели, — послышался слабый голос напуганного трактирщика, — прошу вас, не устраивайте погром в моей маленькой таверне.       — Пошёл вон, — не сводя глаз с Цинцю, рявкнул Бингэ и, сделав лёгкое движение рукой, одной лишь энергией отшвырнул трактирщика сторону. — Учитель, — взгляд полудемона остановился на бедре Цинцю, где сквозь верхний халат виднелось фиолетовое свечение Синьмо. — Вы кое-что у меня украли.       Цингэ проследил за взглядом полудемона и теперь тоже с удивлением смотрел на пульсирующий под одеждой меч.       — Цинцю, что происходит? Разве Синьмо не был уничтожен?       — Позже объясню!       С этими словами Цинцю опрокинул заклинанием стоявший перед ними стол, направив его на Бингэ, и, затащив ничего не понимающего Цингэ на призванный Сюя, вылетел из таверны.