Falling Forever

      Это был обычный воскресный гоночный день как для Макса Ферстаппена, так и для Даны Морелли. Оба выполняли свою работу. Макс сражался за первенство в Гран-При Бельгии, а Дана сидела в боксах и наблюдала за тем, как Макс наматывает круги уже час. Иногда она отвлекалась на камеру, чтобы мило помахать и улыбнуться в камеру — как это делают многие девушки гонщиков.       Наверное, многие фанатки отдали бы всё, лишь бы оказаться на её месте. Но для Даны это всего лишь работа. Она является моделью, набирающая популярность, и время от времени занимается блогингом. Свою работу она любила, но ради неё пришлось пойти на весьма необычный шаг.       Когда месяц назад её менеджер Рикка сказала, что ей предлагают начать отношения с Максом Ферстапеном, Дана долго не могла понять шутка это или нет. Учитывая то, какие у неё хорошие отношения с её менеджером Риккой, было сложно поверить с первого раза, пока она не показала письмо из пиар-компании RedBull Racing, она долго смеялась. 



       Но потом было как-то не до смеха. Рикка долго уговаривала Дану на эту сделку. Контракт на год для больших охватов и поднятия популярности Макса. Но быть девушкой гонщика Формулы-1 и не обычного гонщика, а трехкратного чемпиона, это полное безумие и огромная популярность, которая еще больше обрушится на Дану.       Месяц был довольно насыщенный. Познакомилась с множеством людей, Дана открыла для себя Формулу и ей даже понравился этот вид спорта. Но, признаться честно, больше всего ей нравилась атмосфера в паддоке: влиятельные и знаменитые гости, добрые и увлечённые своей работой люди, города, меняющиеся каждую неделю, дорогие ужины, шампанское и даже сплетни, которые она, впрочем, не слишком любила. Но всё-таки что-то было общее между всеми этими людьми, которые создавали место полное эмоций. Это полная отдача спорту и любовь, независимо о того, гонщик ты или просто человек, который смотрит на трибунах гонку.       Хоть Дана и не была по началу любителем спорта, в первый день пребывания в боксе Гран-При Будапешта сразу почувствовала, как тут бурлила жизнь. Никогда не забудет тот момент: она почувствовала это напряжение в воздухе, когда зажглись все фонари и прогудел звук старта. Тогда Макс выиграл, хотя и вышел из болида довольно спокойным.       — Я выйду на минуту? — обратилась она к Хлое Миррон, пиар-менеджеру команды, которая была её проводником в паддоке. — Хотела бы выйти выпить чего-то.       — А? Да, конечно, иди, но сильно не задерживайся, осталось меньше половины кругов и тебе нужно будет встречать Макса вместе с командой, — и снова перевела взгляд на телефон.       — Я помню, — улыбнулась Дана, снимая наушники и передавая их Хлое.       Для начала Дана быстро нашла уборную, чтобы посмотреть всё ли в порядке с её макияжем и в принципе видом. Сейчас это стало важной частью её жизни. Раньше ей не приходилось так часто носить макияж, вне фотоссесий, а сейчас её буквально заставляли носить его каждый раз, когда она должна была находиться на камерах, то есть всегда, когда нужно встречаться с Максом.       И фанатам это нравилось. Многие отмечали то, как красиво был подобран образ на встречу в ресторане с гонщиком, или как хорошо смотрелась укладка её темных волос на камере в прямом эфире. Конечно, все смотрели на её внешний вид и сравнивали с другими девушками гонщиков, что иногда раздражало девушку.       После уборной она попыталась найти место, где было выделено место с напитками и едой. Завернув в нужное направление, Дана взяла воды и немного выпила ее. На самом деле выйти из боксов за водой был просто предлог. Ей было немного душно среди всех людей. Она еще плохо знакома с частью команды, хотя все были довольно милы к ней. Были до сих пор смешанные чувства насчет всего этого.       Отпив еще немного воды, Дана оставила бутылку на столе. Ей стало немного лучше и отправилась обратно в боксы.       — Хлоя, я тут. — оповестила девушка. Та наблюдала за экраном с гонкой и параллельно что-то писала в телефоне.       — Да, хорошо, молодец. Возьми обратно. — она протянула наушники Даны обратно.       «Что с сцеплением? Машина как будто едет с каждый кругом все медленнее, черт возьми!» — она услышала слова Макса сразу после того, как надела наушники обратно.       — Что случилось? До этого он не жаловался на машину. — спросила девушка у пиар-менеджера.       — Макс на что-то наехал, и, наверное, повредилось дно болида. Инженеры разбираются.       — Он доберется до финиша? — с неожиданным волнением сказала Дана. Сама даже не понимая, почему так волнуется за него.       — У него не такой большой разрыв с Шарлем, но это же Макс, он может показать то, во что другие не верят. — с ноткой гордости и улыбкой, сказала Миррон. — Это нормально, когда слышишь такое. Часто Макс сообщает даже маленькие нюансы вовремя гонки, чтобы инженеры приняли это в счет и смогли помочь ему не сбавлять скорости.       — Вау… — удивленно протянула она.       Да, для Даны до сих пор оставался удивителен факт того, что как тут мелкие недочеты могут забрать первое место или наоборот дать его. Миллисекунды решали все и это просто не укладывалось в голове девушки. Ответственность лежала на всех и каждый это ощущал. Даже она отчасти. Хотя она не имела дела в самом боксе — не меняла шины за две секунды, не сообщала стратегию и обстановку гонщику, не решала даже какого цвета будет кепка в Майами.       В раздумьях, Дана не заметила, как осталось всего-то десять кругов до финиша. Макс также находился на первом месте, но разрыв между ним и Леклером стремительно уменьшался. Какие бы у Даны не были отношения с Максом, внутри она желала, чтобы он занял заветное первое место.       Да, если вспомнить о настоящих отношениях между Даной и Максом, то сказать она не может, что они вышли дружеские. Он не говорил о ней плохо, но вне публики был отстранен и иногда даже безэмоционален. Но не давало ей это сделать то, как он относился ко всем остальным коллегам. С улыбкой, теплотой. Сама дружелюбность.       Это задевало дружелюбную и бесконфликтную Дану Морелли. Она старалась быть милой с ним, чтобы контракт давался легче, но каждый раз она была как будто отвергнута односложными ответами или недолгим разговором. Ей это не нравилось жутко, но она это держала в себе, чтобы не делать ситуацию между ними еще хуже.       От мыслей ее отвлек голос Ламбьязе, который сообщил, отрыв между Ферстапеном и Леклером примерно четыре секунды и оставалось шесть кругов, и попросил Макса прибавить темпа, на что получил ответ с «немного» раздраженным замечанием, что «и без тебя знаю». Тут Дану полностью охватил прямой эфир. Она не отрывала взгляда от экрана и наблюдала как Макс обходил все повороты и ускорялся на прямых, пытаясь оторваться от Монегаска.       Три круга. И Дана слышит, что разрыв две секунды.       — Давай, Макс! — вырвалось у какого-то мужчины, который не отрывался от экрана, как и другие. Казалось, никто не заметил его слов, кроме неё, другие же только с замершими сердцами наблюдали за схваткой.       Шарль был слишком близок, но Макс оборонялся. Не давал открыть антикрыло и начать обгон. Так продолжалось два круга. В какой-то момент Шарлю удалось обогнать, но на ближайшем повороте Макс забрал позицию обратно.       Морелли обхватил какой-то искренний порыв: вскочив с дивана, она начала хлопать в поддержку Макса. Весь бокс поддержал ее хлопки. Уже все понимали, что Макс заберет эту гонку и часть команды начала выбегать на трассу встречать гонщика с табличкой его занявшим местом.       — А мне туда нельзя? — спросила Дана у Хлои. Она вошла в какой-то поток адреналина и хотелось вместе с остальными увидеть, как Макс пересекает финиш.       — Эм, что? Туда? — указала на место рядом с командным мостиком.       — Да, другие же пошли.       — Ну, хорошо, сейчас попрошу кого-то проводить тебя. — она подошла к одному из механиков. Мужчина средних лет провел её.       Она стояла у железной сетки, чтобы лучше видеть проезжающие болиды. И вот она видит заветную черно-желтую машину. Макс буквально летит к финишу и механики, инженеры встречают его с таблицей с его местом. В этот момент начинают взлетать фейерверки. Она замерла от вида и красоты момента. Фанаты радуются, команда тоже. Как будто мир сейчас ограничен только этой трассой. Была бы возможность она бы запечатлела этот момент.       — Макс гениален, не так ли? — вдруг девушка услышала голос рядом. Он был мужским и отдавался где-то по правое плечо. Она повернулась и увидела Кристиана Хорнера. Он с улыбкой смотрел на Дану, уверенной стойкой наблюдал за девушкой, засунув руки в карманы.       — Не могу отрицать. Здравствуйте, Я Данели Морелли. — она дружелюбно протянула руку и мягко улыбнулась директору.       — Кристиан Хорнер, — пожал руку в ответ, — Так понимаю девушка Макса? — задал вопрос Хорнер с ответным дружелюбием.       — Да. Приятно познакомиться! Всегда про вас слышала, но не доводилось увидеться. — сказала Дана, пытаясь перевести тему с отношений.       — Хотел лично познакомиться. Нам нужно пройти к подиуму, встречать Макса и смотреть награждение.       — О, да, конечно… — Дана, как будто была застигнута врасплох, шла рядом с руководителем RedBull Racing. Они направлялись ближе к подиуму к столплению людей из разных команд, фотографов и репортеров. — Честно, эта гонка была интересной, Макс смог забрать первое место даже с повреждениями!       — Как для зрителя такие вещи всегда повышают интерес к гонке, но для нас это один маленький провал. Все-таки мы несем также ответственность за безопасность Макса. — высказал свое мнение руководитель. Оно было мудрое и было видно, что Макс дорог Хорнеру.       — Вы правы, все-таки, безопасность важнее. — кивнула в знак согласия Морелли и прошла к своему месту, которое находилось среди команды. Кристиан также оставался рядом.       Макс заезжает и занимает свою табличку с номером один, под стать его личному номеру. Он выходит из болида и радостно поднимает руки, встав на болид. Было видно, что гонка далась ему непросто, но он одержал победу. Радость и искренние эмоции охватили парня. Он походит поочередно пожимает руки, кого-то обнимая, благодаря, и вот парень видит Дану с искренней улыбкой, как будто она рада не меньше него. Макс, не ожидая от самого себя, обнимает ее крепко. Задерживается на несколько мгновений, чувствует, как она обнимает в ответ и сжимает его гоночный костюм. Он отстраняется понимая, что ему пора.       Макс ушел готовиться к награждению, а Дана стояла на месте и ждала. Рядом появилась радостная Хлоя.       — Ты попала в эфир в нужные моменты! Тебя и Макса точно будут обсуждать! Вы смотрелись очень мило, а как ты радовалась в боксах! Я думаю, люди должны полностью поверить в вашу пару к концу следующего месяца. Уверена, вы будете во всех нарезках TikTok, Instagram. Подумываю, предложить выложить это в официальные аккаунты команды РБ. Наши охваты должны подняться выше некуда.       — Оу, приятно слышать. Но я правда рада за Макса. Он сегодня был очень хорош. — сказала Дана.       — Это точно. Завтра точно будут крутиться в рекомендациях момент с Шарлем и Максом, — будто одержимая.       В этот момент Макс вместе с Шарлем Леклером, который занял второе место, и Оскаром Пиастри из команды Макларен, занявший третье место, поднимались на подиум. Все они приветственно улыбались и занимали свои места. Морелли вместе с другими хлопала и приветствовала победителей.       Момент был для Даны какой-то другой, особенный. И похоже для Макса это было тоже. Он был доволен гонкой. Она была напряженная, но он смог забрать свою победу с чистой совестью. И от того было на душе хорошо, что он каждый раз доказывает, что не смотря на проблемы — он может атаковать, сражаться.

***

      После церемонии все переместили в комнаты отдыха, а Макс готовился к интервью. Все проходило как будто привычно, как и всегда, но что-то у него не выходило из головы.       Момент, когда он увидел среди команды Дану был каким-то необычным. Да, он необдуманно обнял ее, но он хочет списать это на адреналин и радость от победы. В такие моменты ты ничего не боишься. Но было что-то не так.       В дверь постучали и из нее выглянул менеджер Макса, Раймонд Вермюлен.       — Макс, интервью начинается, репортеры уже ждут.       — Да, я готов, — кивнул парень и направился за Раймондом.       — Вопросов много будет. Нужно будет объяснить ситуацию о сниженной скорости в середине гонки. Уверен, они зададут такой вопрос. Будь сдержаннее.       — Постараюсь изо все сил, но жаль я их оставил на гонке, — посмеялся Макс с замечания.       — Дана, хорошо постаралась, многие обсуждают ваши взаимодействия, — сообщил Раймонд с толикой издевки. Он был в курсе контракта и был один из тех людей, который уговаривал Макса на эту авантюру.       — Что-то случилось? — нахмурив брови, сказал Макс.       — О, она работает как следует. В эфире все время смотрела твой эфир, улыбалась на камеру, показывала как будто искреннее волнуется, когда ты сказал, что темп уменьшается. Когда ты обогнал Шарля, она вскочила с дивана и начала хлопать, как будто рада из всей любви к тебе. Даже пошла вместе с командой встречать тебя на финише. — усмехнулся парень, — Хорошо работает девчонка, наверное, правда так хочет поднять охваты.       — Это попало в эфир? — с недоверием сказал Макс, пока они направлялись к нужному зданию.       — Конечно, операторы не упустят момент, чтобы заснять такие моменты с девушками гонщиков.       — Мгм, — кивнул Ферстапен, в знак согласия, — есть еще какие-то острые темы, по которым могут задать вопросы?       — Думаю это две темы, которые на данный момент волнует журналистов, а остальное по накатанной, возможно: про отношения в команде, про то, кто где прав, кто что заслуживает, но ты все прекрасно знаешь, — они приостановились у входа в конференц-зал, и менеджер похлопал по плечу Макса и продолжил, — все, вперед, публика ждет!       В этот момент Макс зашел в зал и увидел репортеров и операторов. На диване уже сидели Шарль и Оскар. Парень прошел и сел на свое уже привычное место в середине.       — Думаю, все собрались, можем начинать. — сказал ведущий, — Ну что, для начала поздравим наших гонщиков с успешным окончанием уикенда. Макс первое место расскажи свои мысли.       — Была непростая гонка, машина плохо слушалась в середине гонки. Я наехал на обломок машины Вильямс, когда она столкнулась с ограждением. Это произошло до желтых флагов, и когда я заходил в поворот, наткнулся на жёсткую деталь. Она повредило дно. Сцепления с трассой становилось все меньше. Шарлю даже удалось обогнать меня.       — Это был красивый момент, когда вы обменивались позициями. Многие также обсуждают момент с Данели.       — Э-э, да. Но мы еще не виделись с подиума. — парировал Мак, пытаясь выглядеть естественнее, — Думаю, сегодня мы отпразднуем эту победу как следует.       Это была самая нелюбимая часть интервью — когда затрагивали его личную жизнь, даже если не являлась ненастоящей. Макс точно считал, что его отношения с его девушкой, отцом, друзьями было его неприкосновенное и обсуждать на публику о его девушках он больше всего не любил и поэтому его отношения всегда были приватными. До этого он никогда не раскрывал своих девушек, стараясь держать их дальше от ушей журналистов и других людей. В начале многие пытались вывести его на чистую воду с этой темой из-за чего был небольшой скандал, так как в тот момент репортер был слишком упертым и никак не мог оставить его с этой темой, что пришлось ему нагрубить.       Так и прошел около часа разговоров и вопросов. Макса всегда утомляли эти интервью. На планах были отдых и перелет домой в Нидерланды. Следующая гонка будет проводиться как раз-таки на следующей неделе. Но для начала он встретится с семьей, потом будут тренировки на симуляторах и были планы встретиться с давними друзьями где-то на природе.       Он шел в направление штаба РедБулл, чтобы встретиться менеджера и обсудить вылет и другие детали его графика. Когда он заходил в штаб, он заметил, что на диванчике сидела Дана, уперевшись взглядом в телефон. Вид у нее был усталый и отстраненный.       — Хэй, Дана, — поприветствовал девушку Макс, решив, что будет некрасиво делать вид, что не заметил её.       Она оторвала свой взгляд от телефона и подняла взгляд на Макса.       — А, это ты Макс. Привет. — в свойственной манере непринужденности, сказала Дана, — Поздравляю с победой! — мягко улыбнулась.       — Спасибо, — Макс решил сесть рядом, — а что не уехала еще?       — Не знаю, мне сказали ждать у входа. Какой-то разговор будет, между нами, твоим менеджером и Хлоей. Подробностей не сказали. — девушка пожала плечами, устало откидываясь на спинку дивана.       — Устала? — спросил Макс. Вид у нее правда был такой, что как будто она готова уснуть на месте.       — Да, как-то много всего за сегодня произошло. Хочется просто зайти в номер, отключиться и не просыпаться сутки! — проговорила Дана и начала разминать шею.       — Первое время после частых перелётов всегда такое. Джетлаги и от них никто не отделается, — согласился Макс с девушкой.       — Это точно. Честно, никогда не летала так часто. Четыре перелета за месяц — это слишком жестоко, — улыбнулась Дана.       — Хах, да… — усмехнулся Макс. Для него самолет был уже вторым домом, который он видел чаще собственные апартаменты в Монако.       В этот момент к ним походят Раймонд и Хлоя, переговариваясь между собой.       — Так, все в сборе. Макс, вылет завтра в десять утра. Выезжай ближе к семи из-за возможных пробок. Данели, летишь вместе с ним. Вам нужно на неделе больше выходить в люди. — разъяснял менеджер Макса. Только вот двое не были довольны этой новостью.       — Стоп-стоп, как? Ведь я должна приехать только к гонке в Баку, — сказала девушка, полностью не понимая, почему график так резко поменялся. Она желала вернуться домой в Италию к семье и подруге, чтобы передохнуть недельки две.       — Планы меняются, мы согласовали с твоим менеджером, и она сказала, что у тебя следующая неделя свободная, а потом будут рабочие моменты. — бесстрастно проговорил Раймонд. Хлоя решила объяснить.       — Главный пиар-менеджер сказал, что вам нужно больше взаимодействовать и поэтому ты едешь домой к Максу, на его домашнюю гонку.       — Но вы забыли это согласовать это с нами. У меня тренировки, встречи, — возразил Макс, — Раймонд, сам знаешь нужно набирать отрыв по очкам.       — Так, вы оба подписали контракт, ведь так? Руководство черно-по-белому написало, что вам будут выставлять графики на небольшие встречи. Будете встречать на часа два где-то, а потом занимайтесь всем, чем хотите.       — М-да, и что мне делать целую неделю в чужом для меня городе? — мысленно начинала недовольствовать Дана. Она никогда не была в Нидерландах, у нее не было там знакомых, и она даже не знала, чем там можно заняться вне времени, которое она уделяла бы Максу.       — Ладно, это все? — спросила девушка.       — Да, можете ехать в номера отелей и отдыхать до вылета. Все, до встречи в Нидерландах. — сказал менеджер Ферстапена и пожал ему руку на прощание.       Макс и Дана попрощались с менеджерами и остались вдвоем. Царила некая неловкость между ними. И Дана ее жутко не любила, поэтому нарушила момент:       — Что ж, пошли? — вздохнув, сказала она и направилась к выходу.       — Я подвезу тебя. — проговорил Макс.       — Спасибо, — в этот момент было уже все равно кто довезет, куда она поедет. Главное теперь то, что придется объяснять родителям, почему она не приедет. Они не знали о авантюре дочери, но и немного не понимали почему Дана так скрывает их отношения с Максом. Это всегда вводило девушку в состояние раздражения, потому что врать она не любила. Точнее у нее это выходило плохо.       Они шли в тишине до выхода из паддока. Людей было уже не так много, но все равно где-то оставались фотографы, которые начали фотографировать и снимать выход пары. Дана пыталась привыкнуть к их внезапному проявлению внимания. Она уверенно держится перед камерой, но когда она точно понимала временные рамки, когда ее начнут снимать. А тут тебя снимают везде: в кафетерии, когда ты просто идешь в боксы, когда прогуливаешься по паддоку. Это смущало, но девушка поняла, что привыкнет, как и Макс, который шел спокойно рядом и даже как будто не обращал внимания на кучку журналистов.              Макса эта вся ситуация с фиктивными отношениями начинала раздражать. Может это важно, но не так как его гонки. До этого у него был график четкий и гибкий, но с появления этого контракта было теперь все неточное и неконкретное. У него не так много времени в принципе, а теперь придется водиться с Даной как с ребенком. Он ощущал себя клоуном в цирке, которому приходилось развлекать публику ради большего внимания. Они не так часто встречались до этого. Ужинали в ресторане перед гонками, когда говорили сверху. Это всегда было неловко и Максу всегда хотелось быстрее уйти и позаниматься чем-то более полезным, чем проводить вечер с девушкой, которую не знал от слова совсем. Нет, Макс, не считал Данели скучной или какой-то стервозной, обратно же — он считал, что, если бы не обстоятельства они могли бы найти общий язык. Было что-то притягивающее в этой девушке. Но что-то внутри всегда говорило «будь холоден».       «Всего лишь год» — подумали оба и желали, чтобы этот год пролетел незаметно.