Чувствительность

      Спустя месяц, в июне, Ичиро наконец переезжал в Нью-Йорк, однако перед этим, за несколько дней, к нему в гости приехал Усаги. До этого они лишь общались по телефону и переписывались, давно не пересекались лично. Нужно было обсудить все произошедшие моменты и, возможно, немного посплетничать.       — Это, получается, ты на год раньше сможешь податься на гражданство, — отпивает чай Усаги. — Это хорошая новость.       — Ага. Но у нас с Рафом всё та же проблема.       — Алкоголь?       — Нет, слава Богу, нет. Он довольно эмоциональный, а ещё быстро злиться. И когда я хочу что-нибудь обсудить, то он начинает думать, что я на него будто нападаю, и начинает естественно защищаться и злиться, кричать, иногда и хватать, толкать. А потом он жалеет об этом, и как бы... — Ичи тяжело вздыхает, поставив кружку. — Это случается на самом деле не так часто, это правда редкость, но я пришёл к выводу, что жалеть его я не смогу постоянно. Я сказал в последний раз, что если он снова начнёт себя так вести, то я просто молча буду его игнорировать, выгонять из комнаты, чтобы он там успокоился. И сказал, что если и это не поможет, то уйду вообще.       — Угрожать расставанием не лучшая идея, мне кажется.       — Знаю, я бы не хотел, но я хочу чувствовать комфорт. И я не угрожал, я просто серьёзно уведомил о том, что у нас отношения, почти семья, поэтому мы должны друг друга выбирать и при необходимости меняться.       — Надеюсь, он понял тебя именно так. А помимо этого есть проблемы?       — Не-а. В остальном всё в порядке, даже очень чудесно. Я чувствую себя хорошо, просто немного переживаю за Рафа. А так... Остальные части нашей жизни меня не беспокоят, — немного иначе приулыбнулся он, почесав щёку. — Ещё в сентябре скорее всего пойду в модельное агентство, чтобы... Пройти отбор? Не знаю.       — Я думаю, ты пройдёшь. Ты самый красивый парень из всех, кого я знаю.       — Вы все так говорите, но в подобных местах красивых людей видят постоянно. И там я буду самым обычным, который даже и не работал над собой, чтобы соответствовать окончально. Наверняка все те, с кем я там буду, тратили месяцы и года, чтобы привести себя в форму, ухаживать за своей кожей.       — Ичи, ты делаешь всё то же самое всю жизнь, — тыкает он ему в щёку пальцем. —  Ты используешь всё дорогое и качественное. Ты сидишь на хорошем питании всю жизнь. Тебе не надо что-то делать, чтобы нагнать упущенное. Это и так твой способ жизни, а для них вынужденная мера, чтобы повысить свои возможности.       — Ты прав... Я не думал об этом.       — Ну вот. К слову... Для тебя так важно туда попасть?       — Будто бы хочется. Это же, получается, я смогу получить ещё больше признания, чем до этого... А если я смогу добиться успеха в этом деле, то стать каким-то... Нужной фотомоделью. Звучит немного ванильно, но раз мне дали такую возможность, значит, и подобное в теории возможно.       Усаги слегка улыбается, взяв и отпив неспешно чая. Решил никак это не комментировать кроме лёгкого согласного кивка. Будто бы, если Ичи попадёт на такую работу, то, да, его желание получать особенное внимание будет восполнено, но опять он сам себе будет повышать планку и ещё больше тревожится, что может потерять своё место.       Они поговорили часа три, потом пообедали и легли спать. Пока Ичи спал на животе, приобнимая подушку, Усаги вышел в туалет ночью, а как вернулся, то присел на краю кровати, взглянув на спящего. Понаблюдав за ним, укрывает выше и уже хотел перелечь к своему месту у стены, но у флегматика волосы длинной чёлки сваливаются на лицо. Усаги легонько пальцами убирает их, отчего склоняется поближе, притормозив в действиях. Погладив локоны меж подушечек пальцев, поверхностно касается губами его лба совершенно беззвучно, перелезает и наконец ложится, заснув.       В обед Усаги уехал, а Ичиро покинул квартиру через два дня, долетев до Нью-Йорка, где его встретил Раф, сходу чмокнув его в щёку и взяв часть вещей.       — Какой довольный, — ухмыльнулся Лео.       — Конечно. Мы ж наконец снова будем жить вместе, и я буду есть твою еду. Хех.       Лео встаёт ближе, склонившись к чужому ушку, нашептав:       — А ещё мы сможем развлекаться другим другом хоть каждый день, — заодно ещё чуть потеребил мочку чужого ушка, водя вдоль него щекотно. — Верно? — взглянул на партнёра.       — Ага... — Раф в моменте раскраснелся, глядя вниз. Флегматик хихикнул, приобняв его за плечи и поцеловав в висок. Холерик приобнял его за талию, поджав к себе ближе и повернув к нему голову. — Мы ведь, получается, пропустили твой день рождение. Двадцатый.       — Хм, да. Но я отпраздновал его с Усаги, так что всё в порядке. Я подумал о том, что уютные посиделки дома в праздник меня больше привлекают, чем гулянка.       — Значит, сейчас ты хочешь отпраздновать его просто дома?       — Ага. Но перед моим у Донни же тоже день рождение, в июле. Он ничего не говорил?       — Он сказал, что не будет праздновать, — вздыхает бунтарь, постучав пальцами по чужой талии задумчиво. — Он вообще улетит куда-то к родителям, где они там работают почти на месяц.       — А Майки?       — Майк расстроен, но сказал, что поживёт с мамой и отчимом. Плюс она в июле как раз должна родить, поэтому... Ей может понадобиться помощь в домашних делах, плюс они недавно переехали в новую квартиру побольше и где-то ещё нужно навести порядок. Мы с ним уже ходили помочь перетащить вещи, так как его отчим был на работе, хотя смог под конец прибежать и подсобить. Короче, ему есть чем себя занять, не волнуйся о нём.       — А не знаешь почему именно Донни улетает?       — Не-а. Не спрашивал.       Мальчики всё-таки покидают аэропорт, доезжают до дома, поднимаются к квартире и Ичи, сняв обувь, сваливается на диван, перевалившись через подлокотники, так что прилёг на живот, делая круговые движения стопами, чтобы расслабиться.       Рафаэль дотаскивает вещи в комнату, оставив их у стены, идёт на кухню, где из холодильника достаёт банку колы, пшикает при открывании и идёт к Лео, присев рядом на пол. Их головы были относительно на одном уровне и рядом. Задира целует чужую макушку и отпивает напитка, достаёт телефон и листает ленту.       Ичи водил пальцем по полу возле дивана, но затем протягивает руку к чужой груди и начинает её ненавязчиво мять, пока удачно обзор попадал тоже на чужую грудь, но сверху. Контур ключиц, объёмность грудных мышц и линия, разделяющая их, что уходила дальше под майку. Но и этого вида было достаточно, чтобы насладиться, тем более, Ичи мог беспрепятственно его трогать и жмякать.       — Соскучился? — ухмыльнулся задира, взглянув украдкой на чужую руку.       — Конечно, — флегматик двигается ближе и зарывается носом в чужые волосы. — Давай, когда у тебя будет свободное время, мы сходим купить парные кольца и встанем в очередь на расписку.       Раф положил телефон на пол и обернулся к нему, чтобы практически уткнуться носом в чужой нос, поэтому и чужую радужку смог рассмотреть.       — Хорошо, — задира притёрся к его носу своим легонько, ощутив такое же действие в ответ. — Ужас, мы ведём себя пиздец ванильно, — посмеялся он, отвернувшись снова.       Ичиро поджимает одну ногу к животу и приподнимается на локтях, держа подбородок на ладони.       — Может быть, но нас же никто не видит. Можно побыть немного ванильными и глупыми.       — Наверное. Кстати, ты так и не посмотрел мои тик-токи?       — Не-а, прости. Голова была забита переездом и увольнением.       — Ничего, давай сейчас покажу, там не так много, — задира развернулся боком к дивану, подогнув ноги под себя и стал показывать видяшки, от которых Ичи иногда хихикал.       Когда они досмотрели, Раф легонько утыкается ему в щёку носом.       — Ай, — улыбается ему Ичиро. Холерик сначала подумал, что он ему слишком тыкнул, но потом вспомнил о их договорённости и ухмыльнулся.       — Ай, — поднимается он с пола, потянувшись вверх. — Слушай, я наверное пойду на пробежку. Или тебе нужна помощь с разбором вещей?       — Не-а. Я пока разберу вещи, схожу помоюсь, может, еду приготовлю.       — Там холодос занят моими засохшими макаронами и газировкой, так что можешь выкинуть еду, которая уже не особо съедобная, ничего страшного.       — А, хорошо. Возможно я смогу найти применение твоим недоваренным макаронам, — тоже встаёт флегматик и идёт к зеркалу, чтобы переплести волосы в пучок покрепче. — Но ты сил на пробежке много не трать, — оглянулся тот, хитренько сщурившись.       Задира взглянул на того в ответ, когда Ичи уже подступил ближе и легонько провёл пальцами вверх по чужому телу от паха до центра живота. Он быстро краснеет до алых кончиков ушей, встрепенувшись от неожиданности.       — А то я соскучился по тебе, — задира краснеет заметнее, но Ичи лишь легонько целует его в щёку и отходит. — А ты на долго?       — А... Ну. Кхм, — Рафаэль ставит руки в бока, вскинув головой вниз, чтобы скинуть смущение с ушей. — На час-полтора. Я ещё планировал зайти на спортплощадку и позаниматься там немного, поэтому, может, и на часа два.       — Напишешь, когда пойдёшь обратно? Чтобы я успел подготовить ужин.       — Да, окей.        Когда Раф ушёл, он поделал круги по району трусцой в течение сорока минут, а потом добежал до спортплощадки. Там были железные тренажёры на различные группы мышц, всякие турники. Тут было несколько человек, с которыми Раф частенько пересекался здесь за последние месяцы, как сам зачастил заниматься тут. Ходить в зал себе он позволить не мог, так как это достаточно ощутимый минус из бюджета, ведь Ичиро работать сейчас не будет, как они и договаривались, но холерику было необходимо поддерживать свою форму для учёбы и в будущем работы, плюс сейчас физических пар становилось всё больше, потому сбавлять темп он не хотел. А сейчас ещё и Лео теперь к нему снова переехал, это, получается, у него появится ещё один акт тренировки...       И, чёрт, из-за мимолётного кокетства со стороны парня он не мог сосредоточиться на упражнениях. Обычно, пока он бегал и занимался, в голове было относительно пусто и, возможно, музыка. Теперь он был в каком-то предвкушении. Пока работал руками на силовом комплексе, то в голову навязчиво лезли все возможные грязные сценарии. От смущения, в которое он загнал сам в себя, стал в ускоренном режиме поднимать грузы в девяносто килограмм, чтобы хоть как-то выплеснуть внезапную сексуальное напряжение, в которое загнал сам себя. Также случилось и с подтягиванием, отжиманием на одной руке. Внезапно у него появилось желание вымотать себя сильнее планируемого, чтобы... У него реально не было сил сопротивляться вечером.       Конечно понимал, что сейчас он себя перенапрягает, и завтра у него будут скулить мышцы всего тела, а потом ещё и таз точно.       В общем, он достаточно быстро закончил и направился домой. Он написал Ичиро, что возвращается и будет через минут тридцать.       Рафаэль, идущий быстрым шагом домой, тормозит возле небольшого моста, так как под него маленький пушистик туда спустился. Он несмешно спускается, увидев кота, что тёрся о бетонный блок, на котором и стоял. Раф медленно подходит, присев на корточки и протянув тому пальцы. Кот с интересом изучал его запах, стал мурлыкать и урчать тереться о руки, чтобы его почесали. Холерик этим и занимается, улыбнувшись слегка. Кот был милым и пушистыми, но явно диким. Только он отвлёкся, то сразу убежал. Раф поднимается и идёт дальше.       Лео в это время как раз почти заканчивал готовку. Он уже успел прибрать часть вещей и помыться в душе. А как закончил готовку, то дожидается Рафа и приносит ему стаканчик воды, который тот выпивает достаточно быстро.       — Спасибо, — кивает тот. — Я схожу в душ и поедим. Окей?       — Ага, — кивает Ичи, но не спешит его отпускать наверх, придержав за запястье со спины, встаёт поближе и прикасается носом к чужой шеи, отчего тот дрогнул.       — Ичи, я весь потный! — покраснел он ушами, ощутив что-то схожее со стыдом от самого себя. — И не особо чистый.       — Ничего, я люблю твой запах, — ладно бы, если бы он просто понюхал и отпустил, Ичиро проводил легонько языком по откровенно влажно-солёной коже, отчего задира вздрогнул.       — Блять, ты сумасшедший, — флегматик хихикнул, потянувшись повыше и поцеловав в щёку. — Как тебе такое может нравится?       — Ты мне слишком нравишься, — он щипнул его легонько за мягкое место, сподвигнув идти дальше наверх.       Раф бы с удовольствием бы помастурбировал в душе, но удержался, ведь он столько времени ждал, а тут, кажется, и Ичиро сам ждёт не дождётся. Не стоит перебивать удовольствие.       Потом они сидели покушать свежайшей еды.       — Я, наверное, завтра съезжу к Ди и Майки. Ты работаешь?       — Ну планировал после учёбы поехать поработать. А что?       — Если состыкуемся, то сможешь забрать меня от них?       — Ага. Я напишу тебе, когда освобожусь или ты мне напиши, когда тебя нужно будет забрать.       — Хорошо, — Лео запивает еду чаем и продолжает трапезничать. — Послезавтра у тебя выходной, да?       — Ага. Съездим кольца купить? — флегматик угукает, жуя. — Хорошо. А встать в очередь можно и по интернету, так что можем заняться этим послезавтра вечером, как вернёмся.       — Супер.       Они неспешно доедают еду, Ичи забирает посуду и встаёт её помыть. Задира ещё сидел за столом, постучав вяленько по нему пальцем, пока внимательно смотрел на чужую спину и на выделяющуюся белоснежную кожу за вяло висевшим кардиганом на плечах. Он поднимается и подходит поближе, приложив руки к талии оппонента, и прикасается губами к шее, которую так внимательно осматривал полминуты назад. Прибрав чужие полураспущенные волосы за одно плечо, продолжает осыпать его шею поцелуями, ненавязчиво причмокивая, иногда просто водил носом по его полупрозрачному пушку на коже. Азиат продолжает мыть посуду, хоть и медленнее, ведь по нему бежали мурашки. По плечам, животу и рукам, а сам он приподнимает голову выше, чтобы раскрыть шею для поцелуев. Он дышит достаточно откровенно, пока его кожу осыпают мягкими поцелуями. С трудом домывает посуду, так как мысленно он уже был в кровати с Рафом.       Скинув влагу с рук, бегло вытирает их о полотенце и разворачивается, чтобы затянуть парня, в поцелуй и обнять его за плечи, чтобы прижать к себе поплотнее. Задира заводит руки дальше талии, на ягодицы, чтобы вцепиться в них пальцами и помять.       Они причмокивают влажно губами друг друга, пока не разрывают длительный поцелуй, но перед тем, как пойти наверх, Лео ложится парню на плечо, прижимаясь к нему своим телом. Их животы плотно были прижаты, как и паховые области с очевидным неспокойсвием в штанах. Холерик зарывается пальцами ему в волосы, чтобы прижать к себе плотнее и точно услышать сбитое дыхание парня под ухом, что только больше подстёгивает.       А когда они отошли от поцелуя, который возбудил обоих в достаточной степени, азиат обходит того, подхватив под руку, и так они идут наверх, попутно выключая свет внизу.       Уже оказавшись возле кровати, Ичи снимает кардиган, стоя к Рафу лицом, оставив его на краю. Он был просто в белой футболке и домашних штанах, ничего необычного, но снимал кардиган с особым подтекстом. Рафаэль кладёт руки тому на талию, крупно обхватив, чтобы встать ближе и поцеловать, пока Ичи стягивает с парня одежду, темперамент решил не отставать. Пока щупал его тело, то чувствует, что у того под футболкой что-то есть, потому отстранился.       — Что там у тебя?       — Я думаю, ты знаешь, — усмехнулся тот, снимая с себя футболку и стягивает неспешно штаны, чтобы продемонстрировать тот самый костюмчик в обтягон, в котором он фотографировался в феврале.       — Воу, — стал пялиться на того Раф, вновь прикоснувшись и огладив. — В жизни выглядит ещё лучше.       — Я рад, что тебе нравится, — Лео приобнимает парня за плечи, позволяя себя трогать. Задира ведёт руками ниже, коснувшись облегающей ткани чужих трусов, огладив продолговатый бугорок. Флегматик приглушённо хмыкнул, начав слегка двигать тазом, чтобы лучше касаться чужой руки, а пока неспешно стягивал с Рафа футболку, чтобы после этого подступить ближе и начав целовать его шею и плечи.       После чего они укладываются наконец на кровать, начав новый поцелуй, пока Рафаэль заводит руки ему под облегающую безрукавку, чтобы неспешно её задрать и помять партнёрскую кожу по бокам. Азиат мнёт чужие плечи, улавливая момент, чтобы отстраниться и перевернуть оппонента, дабы поменяться местам. Ичи притирается к его паху своим, в поцелуями спускается вниз с лица Рафа, по подбородку и шее, легонько прикусив, целует ниже по груди, одну из которых начал мять руками по обычаю. Однако он достаточно быстро спустился вниз, стянув с парня штаны с трусами, придержал член в руках и заглотнул, сюрпнув сходу. Конечно Рафаэль дрогнул, поджав губы, а пока глядел за действиями парня наслаждаясь видом и ощущениями. Лео с особым аппетитом заглатывал чужой пенис, пока пальцами массировал легонько яички, отчего тот вздрагивал даже ярче, чем от простого минета.       Флегматик обцеловывает тельце члена со всех сторон, слизывая подтёки, после закачивает чмоком в головку, приподнявшись и облизнувшись с улыбкой.       — Передашь смазочку?       Раф исполнительно передаёт смазку сложив её в чужую ладонь, однако пока Ичи оставляет её полежать, нависнув над Рафом, как обычно поражая самоуверенным взглядом и улыбкой.       Секс продлился, не считая остатки прелюдий, минут десять, а потом, отдохнув, Раф первый пошёл в ванную.       Ичиро валяется, тянясь вверх, после ждёт, чтобы тоже сполоснуться перед сном. Задира выходит из туалета через минут двадцать.       — Что ты там так долго делал?       — А я просто так хорошо посрал, — искренне говорит тот, завязывая спортивки.       — А у тебя всё нормально там?       — Да, Ич, всё норм, — Рафаэль ложится на свою часть кровати, закинув руки за голову. — Но чуть-чуть ты мне помог, конечно.       — Вау, ты умудрился сократить моё имя ещё больше, — фыркнул тот, поднимаясь с места. — Ну, я рад, что ты хорошо покакал, — усмехнулся тот и не на долго застрял в туалете.       На следующий день Леонардо приехал к Донни и Майки. Его сразу встречают объятиями. Ну только Майки, конечно, на него запрыгнул пообнимать, а Ди стоял рядом.       — Ичи! — конопатый жмякает его в руках с улыбкой. — Ну наконец-то ты переехал обратно!       — Аккуратнее с лицом, — смеётся тихо Ичиро, погладив того по мягким ручкам, неосознанно заглянув в маленькую щёлку рукава, поэтому берёт за них и поднимает незаметно выше, улыбнувшись ему шире. — Я тоже очень рад вас видеть.       — Скорее пить чай!       Они вместе идут на кухню, где сели все, кроме Майки, что стал заваривать чай и кипятить воду.       — Тебя Рафик в аэропорту встретил?       — Ага. Я рад тому, что свою эмоциональную усталость он стал сбрасывать не с помощью алкоголя, а с помощью физической активности. Конечно, он отсутствие дома дольше, но в то же время мы заняты своими делами и не сходим с ума в маленькой квартире.       — Интересно, много ли человек может с ним флиртовать в это время? — вдруг задумчиво спрашивает Дон, хотя скорее риторически.       — Эй, — шлёпнул Майки парню по худому плечу. — Ну ты с ума сошёл? Ты к чему это?       Лео взглянул на Донни, отпив чай, затем опустил взгляд, задумавшись. Майки взглянул на того и сразу стал теребить его за плечо.       — Ичи, не думай об этом! Кроме тебя Рафу никто не нужен, не накручивай себя.       — Да, — приулыбнулся он слегка.       — Вот Майки мне легче не делает, когда постоянно со всеми обнимается и сюсюкается, — с сонной усмешкой комментирует Ди, взглянув на Майки, который надуто потряс кулаком.       — Ты носишь кольцо! — постучал он по своему безымянному пальцу. — Наше! Так что не глупи!       Ичи на это беззвучно посмеялся и отпил чай, взглянув и на своё кольцо на руке. Тут он понимает, что они так и не рассказали остальным об этом и что завтра уже буду вставать в очередь на расписку.       — Я, кстати, тоже кольцо нашу, — показывает он левую руку, сложив её на стол. Майки с Ди на это взглянул, а первый аж вскочил с места, схватив чужую белоснежную руку. Так вскочил, что аж стул стал валится назад, но Донни поймал, поставив обратно.       — ЧТО?! — у того горят глаза, пока Микеланджело трогает колечко на пальце. — Ичи, поздравляю!! — он сжимает его пальцы крепче своими мягкими лапками. — Я так рад за вас! А будет свадьба?       — Нет, только распишемся. Завтра встанем в очередь. Если хотите, то можете прийти на неё, мы были бы рады.       — Если я буду в городе, конечно, — комментирует Ди, отпивая чай.       — Да, кстати, — Лео повернул к очкастому лицо, а конопатый сел. — Почему ты уезжаешь на целый месяц?       — В рамках учёбы лечу к родителям работать и попутно по документам проходить производственную практику. Может на месяц, может и чуть подольше.       — Ещё дольше? — расстроенно заныл голубоглазый. — Ты же сказал, что только на июль.       — Я не знаю, Майки. Как получится. До конца лета я точно вернусь.       — Ну не особо радует, знаешь ли, ты потом опять учиться будешь... — опустил тот взгляд, отпив чай, пока Ди стал его гладить по голове. — Ты и своё день рождение пропустишь, и Ичи. Вообще не круто.       — Знаю, но это важно. В первую очередь для меня. Я смогу работать вместе с родителями.       Майки смотрит на парня с опущенными бровями, однако, когда опустил немного голову, поднял их.       — Я понимаю. Но не задерживаешься дольше обещанного, — тыкнул он тому в плечо.       — Знаешь, Майки, пока Ди не будет, — обратил на себя внимание Ичиро, — сюда в июле приедет Усаги почти до конца августа. Вы можете погулять, особенно если я буду занят.       — Да?? В зачем? Отдыхать?       — У него брат будет поступать в Нью-Йорке, и он будет ему помогать подать документы и устроиться.       — Ты же говорил, у него сестра, — замечает Дон.       — Ну у него и сестра, и брат. И ещё несколько, — усмехнулся он неловко. — Три младших сестры, один младший брат и один старший. У них у всех разница в год.       — Ничего себе, — хлопает светлыми ресничками Майки. — А они что, как кролики там размножаются? — смеётся он.       — Ну, — Лео тоже не смог сдержать смешок, — судя по всему так и есть.       — Но вообще хорошо, если он будет здесь, — улыбается Майки, приобняв руку Ди и приложив к ней голову. — А Раф с Усаги вообще пересекались?       — Один единственный раз, да и то не в лучшей атмосфере, так скажем... — повёл он руками по воздуху. — Вы думаете, им стоит пообщаться?       — Мне кажется да, Уги очень милый человек, Рафу стоит знать твоего друга.       — "Уги"? — засмеялся Лео. — Он что, обувь?       — Да ладно, миленько же.       Досидев вместе около часа, Ичи приходит сообщение от Рафа, что тот освободился и едет к нему.       — Ладно, малыши, я пойду, Раф скоро подъедет, — поднимается Ичи с места, отодвинув стул из-под себя.       — А? Уже? — склоняет голову на бок Майки, что его волосы чуть попрыгали. — Всего часик посидели.       — Ещё встретимся все вместе в этом месяце, — он поставил кружку в раковину, помыв сразу, а пока направился к выходу, по пути каждого погладив по голове. — Главное, чтобы Ди раньше времени не уехал.       — Не планирую, — усмехнулся Дон, но следом зевнул и ушёл, видимо, спать, поэтому провожал Майки провожал того.       — А что, у Ди восстановился режим? Раз он в десять вечера спать идёт.       — Да, мы вместе ложимся раньше, встаём рано и так у нас хватает время и вместе побыть, и поработать, — улыбается он солнечно, даже покраснев от радости. Ичиро гладит его по волосам, прибрав ему завитушки за ушки.       — Yokatta, — с улыбкой комментирует Ичи, чмокнув того в лоб, затем обулся и накинул рубашку. — Ладно, я пошёл? Спокойной вам ночи тогда.       — Спасибочки, вам тоже, хех.       Леонардо вышел из дома, прошёл по тропинке, погладив по макушкам бегающих по двору собак, а затем вышел со двора, встав снаружи забора, уткнувшись в телефон. Рафаэль достаточно вскоре подъехал, резко затормозив, даже чутка завиляв. Он поднял стекло шлема, достаёт второй шлем и кидает тому в руки.       — Как посидели? — спрашивает тот, пока флегматик надевает шлем и пристёгивает, присаживается позади и обнимает того за живот.       — Довольно хорошо. Нужно как-то вчетвером собраться, пока Ди не уехал.       Они добираются до дома, где Раф устало ложится на диван, закинув ноги на спинку. Лео пока повесил шоппер на ручку шкафчика в коридоре, посмотрев на это пару секунд, после посмотрел на парня.       — Раф, а тебе будет не трудно сделать сюда какой-нибудь крючок для сумок? — тот вяло взглянул с дивана, после лёг обратно, тяжело вздохнув, пока азиат подошёл к тому ближе, склонившись сверху так, что часть волос выпали из-за плечей. — М?       — Напишу завтра арендодателю, спрошу про это. Если разрешит, то, может, сделаю.       — Может? — тыкнул он тому в нос. — А если я тебя сейчас очень-очень вкусно накормлю, а потом сделаю массаж, спинку почешу? Сделаешь?       Холерик понимает, что его заманивают сладкими уговорами, на которые он ведётся. Он хмуро и с покрасневшими ушами отворачивается на бок спиной к собеседнику, скрестив руки в районе живота, и машет ладонью. Ичи целует его в щёку, погладив чужую ладонь кончиками пальцев, после чего уходит на кухню готовить.       Наварил риса с омлетом и овощами, а потом чай, позвав того к столу. Раф нехотя встаёт с дивана, что-то кряхтя, а потом ковыляет на кухню, плюхается и начинает есть. И только он начал, у него такой аппетит проснулся, что он просто налетел на еду и чай. Ичиро кушал неспешно, улыбнувшись от вида аппетита Рафа.       — Правда говорят, что аппетит приходит во время еды, — проурчал Лео, погладив партнёра по макушке. Раф только взглянул на того исподлобья, затем развалился на стуле с удовольствием, хлопая себе по животу.       — Всё, спасибо, это было великолепно, — он встаёт и уходит на второй этаж. Лео моет посуду после того, как сам доел, видит, как холерик уже прилёг на кровать животом вниз и со снятой футболкой.       — Пф... — не удержался Ичиро от смешка. — Ты такой наглый.       — Ну ты ж сам сказал, — задира обернулся через плечо, пока парень уже садится ему на таз. — Я просто подготовился.       — Нагленький ты мой.       Ичи начинает гладить ему мягко спину, опираясь на него весом частично, чтобы придать массажу вес. Лео решает задрать футболку сразу, чтобы массировать напрямую. Рафаэль ощутимо расслабился, обняв подушку и глубоко вздыхая, что было видно по вздымающейся спине. Флегматик проходит руками от шеи, к плечам и самой спины. Лопатки, позвоночник, бока, поясница. В общем, прошёлся хорошенько по мышцам спины, расслабив их.       И на последок стал тому легонько чесать её обеими руками, что буквально увидел, как у парня мурашки поползли по плечам. Леонардо не смог удержать улыбку, так что целует между лопаток, затем ложится на бок рядом, повернув и Рафаэля к себе спиной, чтобы продолжить его чесать, но уже одной рукой, чтобы второй посидеть в телефоне. Однако в моменте убирает и её, так как ему потребовалось две руки для удобства, но практически сразу холерик начинает качаться туда-сюда, привлекая продолжить. Ичи тихо усмехнулся и продолжил рукой чесать его аккуратно.       — Спишь? — спрашивает он тихо через несколько минут, ведь Рафаэль как-то расслабился, да и сейчас не ответил. Поэтому Лео заглядывает на оппонента, приподнявшись на локтях, увидел его спящее милое лицо. Уже почти стал пускать слюни.       Длинноволосый только сильнее умиляется, целует в щёку, вытирает ему слюнку и укрывает. Пока ходит помыться и тоже ложится спать, обняв задиру со спины и приложив щёку к ней.       А утром Раф проснулся от того, как Лео вплетает пальцы меж его и как целует лицо. Холерик недовольно рычит, спрятавшись лицом в подушку лицом.       — Чё тебе надо с утра пораньше? — бубнит он хмуро, надеясь поспать дальше.       — Хочу кольца купить, — урчит флегматик ему на ухо, чмокнув в висок разок. — Встава-ай, — Ичи начинает его легонько кусать за щёку.       — Фу, блять, — он толкнул того в лицо, откинув от себя и вытерев щёку. Лео, плюхнувшись на спину, смеётся тихо. — Ну ты совсем гадкий... — Рафаэль ложится обратно, отвернувшись и спрятавшись в подушке. Лео подползает обратно, нависнув сверху и наблюдая, как чужие уши краснеют и как тот хмурится сильнее. — Ты мне весь сон сбил.       — Очень жаль, — урчит он с сарказмом, потыкав партнёру в щёку. — Поехали, — Лео спрыгивает с кровати, потянувшись, пока все его волосы распластались по плечам и спине, скрыв лопатки, но пока шёл вниз по лестнице уже прибирал их в лёгкий хвост с помощью палочки, которую взял с тумбочки.       Рафаэль развалился на спине, заныв с закрытым руками лицом, затем встаёт и идёт вниз, качаясь на каждой ступеньке влево-вправо, однако, как спустился, ему суют стакан воды в руку.       — Взбодрись, медвежонок, уже десять утра.       — Я вчера весь день мотался по делам. Я вчера так устал, что я даже не помню, как заснул, — Раф хлебает воду, что сопровождалось мило-хитрым прищуром со стороны Ичи, который с теплотой вспомнил, как тот заснул под приятные почёсывания спины. — Я думал, хотя бы до двенадцати поспать. Никто твои кольца не скупит.       — Тем не менее, сейчас в торговом центре точно будет немного людей, мы сможем без лишнего шума всё выбрать, — Лео целует его в щёку относительно звонко, а затем уходит на кухню готовить завтрак. Задире ничего не остаётся, как смиренно вздохнуть и плюхнуться на диван, осушивая стакан с водой в ожидании завтрака.       Они очень быстро наедаются кашей с фруктами, после чего усаживаются на мотоцикл и достигают торгового центра. Пока Раф проверял условия парковки в месте, где он встал, чтобы не отхватить штрафа, Лео уже пошёл в сторону торгового центра неспешно, раздумывая о кольцах. Ему бы хотелось чего-то простого, обычного, но при этом вброского, чтобы при виде кольца на безымянном пальце это означало не просто "ох, женат...", а "ого, женат!". В общем, у него были свои бзики в голове на этот счёт, которые он сейчас пытался хотя бы мыслительно собрать в одну адекватную кучу и перенести в реальный мир. А там и задира уже подбежал в лёгком темпе, догнав того и похлопал по спине, выбив из мыслей одним шлепком.       — Давай договоримся, что выберем не шибко дорогие.       — Да, я и не планировал сильно раскошеливаться на это.       — Ты? Я думал, я плачу.       — У меня есть деньги, я могу оплатить половину суммы.       — А. А! — подёргал пальцем Раф перед чужим носом, членораздельно протянув гласную. — Я сделал предложение, так что кольца оплачиваю я.       — Ну ты же и продукты покупаешь, ты и за квартиру платишь, как-то мне неловко перед тобой.       — Ич, перестань. За квартиру мы платим вместе ближайшие месяцы, так как у тебя отложено с работы, продукты та же тема. Так что в данный момент эта трата по моему личному бюджету сильно не ударит, а по нашему общему тем более. Поэтому, — холерик приобнял его за плечи, склонив к себе ближе и потрепав по макушке кулаком второй руки, — забей. Я бы не стал не принимать твою поддержку, если бы действительно не нуждался бы в ней, — он на секунду задумался о том, что сказал, затем кивает самому себе и отпускает парня, поправляя ему волосы. — Ты меня знаешь.       — Да, и знаю, что ты упёртый, — вздыхает негромко тот, глядя вниз с немного приоткрытыми глазами и лёгкой смущённой улыбкой. — Хорошо, я тебе уступлю.       Рафаэль прибирает ему локоны за уши, засовывает руки в карманы и идёт дальше, пока Ичи сразу подстроился рядом.       Находились они в ювелирном уже больше пятнадцати минут. Возможно, они бы выбрали быстрее, если бы Раф не уходил из магазина в общий холл торгового центра каждые пять минут. Но не потому что его пугали цены и ему нужно было принять это в стороне, а потому что ему глаза вырывало от того, насколько там было всё яркое.       — Как ты ещё не ослеп? — вернулся он с очередного отдыха, а сам стоял и щурился, хлопая часто глазами.       — Не знаю, мне нормально, — благо консультант довольно терпеливо относилась к тому, что Раф постоянно убегал и поэтому ей приходилось задержать перечисления хороших сторон тех или иных колец. Ичи несколько раз извинялся перед ней за это.       Итак, наконец им предложили совсем простые: гладкие, отполированные до зеркального блеска, ни вычурных завитков, ни камней, лишь чистый ободок. Края колец чуть закруглены, при движении переливаются едва уловимыми серебристо-золотыми тенями.       Раф, взглянув на Лео, заметил, как он на них смотрит.       — Эти хочешь?       — Ну они простые и красивые. И тебе мешать не будут во время работы, — холерик не смог сдержать удивление на лице, потом посмотрел снова на кольца с привычной хмуростью. — Тебе не нравятся?       — Нет, давай эти.       Консультант кивает и приносит им кольца подходящего размера, которые она оба померили, убедились в подходящем размере и, наконец, спустя почти тридцать минут, купили. Раф оплатил, Лео забрал пакет и они вышли оттуда. Холерик сразу начал тереть свои глаза, раздражённо вздыхая.       — Какой ужас, как они там работают?? Мне срочно нужен хот-дог за то, что мои глаза пережили этот кошмар.       Флегматик усмехнулся на это. Они взяли себе по хот-догу с фудкорта с напитками и спустились на улицу к мотоциклу, кладут пакет с кольцами в кофр и, облокотившись на транспорт, начинают есть. Лео вообще по итогу сел на него, свесив ноги, а Раф опёрся рядом на сидушку тазом.       — Кстати, — обернулся он. — Ты думал что-нибудь насчёт смены фамилии?       — Тебе принципиально, чтобы я её поменял?       — Да не то чтобы. Просто интересно. Я менять точно не хочу. Если ты тоже не хочешь, то как бы не думаю, что это проблема, — Ичи молчит несколько секунд, пока жуёт и думает о чём-то, а как проглотил, то задаёт новый вопрос:       — А если мы заведём ребёнка, то какую фамилию мы ему дадим?       — Ну, бля... Смотря какое имя у него будет. Если какое-то не азиатское, то ему больше подойдёт моя, я думаю.       — Я тоже. Да и я не хочу, чтобы у него была моя фамилия.       — Почему? Она тоже неплохая.       — Да нет, — приулыбнулся он слегка. — Хорошая, конечно. Но как-то... Не стоит того.       Рафаэль молча смотрит на опущенные глаза Лео. Возможно, ему не хочется, чтобы ещё что-нибудь его связывало с его родителями, тем более такая важная вещь, как фамилия ребёнка. Темперамент похлопал ему слегка по бедру, уже не глядя, в пока продолжил есть. Азиат положил свою руку поверх чужой и слегка сжал, продолжая есть и пить так, сменяя предмет в руке попеременно.       Жить снова вместе было чудесно, Ичи даже нравилось что работать не надо, он спокойно делал дома еду, держал квартиру в чистоте, у него было достаточно много сил, чтобы поприставать к Рафу, который даже после плотного учебного и рабочего дня позволял это делать, даже был рад выпустить пар именно так.       И, видимо, подобная атмосфера дала свой результат. Конкретно влияющий на его психическое состояние. Умиротворение, спокойствие, любовь, внимание, нормальный режим, вкусная разнообразная еда, компания...

***

      Леонардо от переизбытка приятный ощущений закидывает голову назад, пока его распущенные волосы подпрыгнули с груди за плечи. Сдержав стон, он ссупит до напряжения брови, затем расслабляется, затем опускает их, посмотрев и на Рафа, что был у него между ног и чересчур успешно работал своими пальцами в нём. На удивление, насколько это было приятно, что аж всё вокруг словно плыло. Ичи всё-таки издаёт скулящий удовлетворённый звук, разведя бёдра в спазмах пошире. Каждый толчок был очень ощутим, пронзая будто всё тело целиком. Всё бы ничего, если бы не эта давящая тишина в ушах, которая была по ощущениям чересчур громкой. Но Ичиро было так хорошо, что он и слова сказать не мог, сжимая в руках постель пальцами, а пока его таз самостоятельно подскакивал навстречу чужой руке, что припала уже к его стоящему члену.

***

      Он резко проснулся, аж дрогнув, словно выпал из сна. Ичи ощущает, как Раф обнимает его крепче за живот и прижимается лицом в плечо, чуть-чуть похрапывая. Ичи трёт лицо, взглянув в окно. За шторами прослеживался солнечный свет, но, раз Раф ещё спит, значит ещё достаточно рано.       Они лежали достаточно плотно, отчего ощутимо стал чувствовать чужой стояк, упирающийся позади. Ичи оглянулся на него, видя, что тот крепко спит, затем приподнимает одеяло, увидев, что он сам не лучше. У него стоит даже слишком твёрдо для притёкшей крови.       Лео выбрался из объятий холерика, что сразу прилёг на живот и обнял свою подушку и подогнув ногу к животу. Удалившись в туалет, он старается пописать, а потом встал перед зеркалом ему резко приходит осознание произошедшего. Ему не противно, ему даже приятно от этого внезапного влажного сна, и в нём не возник этот резких страх от чужой половой неосознанной активности ночной.       Ичи вернулся в постель, залез под одеяло и сложил руку поверх массивных мечей своего парня, то есть, мужа.       Да, расписка прошла мирно да мило. Они поставили подписи, забрали свидетельство о заключении брака, обменялись наконец-таки кольцами и получили поздравления со стороны пришедших: родители Рафа, Майки, Донни и даже Усаги. Ведь это случилось в июле, когда и подошла их очередь, и Усаги уже приехал. С родителями Рафа они сходили пообедать в кафе, немного отпраздновать этот момент.       Итак, погладив Рафа по спине, Ичи наблюдал, как она вздымается, и как он сопит носом, после чего сам тоже провалился в дрёму на несколько часов. Чтобы проснуться в часов десять, пока задира уже был на диване внизу. Лео спускается к нему и плюхается рядом, поджав колени к телу и приобняв их одной рукой, второй руку парня.       — Ты проснулся раньше меня, это удивительно.       Раф сонно угукает, потирая глаз. Он был явно ещё в полусне, потому забавно ссупил нос и щурился. Был похож на кота.       Ичи придерживает его за подбородок, повернув к себе и целует несколько раз в щёку мягенькой, тихонько беззвучно причмокивая с улыбкой. Задира закрыл глаза, склонив голову к нему ближе.       — Знаешь, что? — склонил голову на бок Лео, улыбнувшись парню, что взглянул в ответ. — Я тут подумал, что, раз сегодня и завтра у тебя выходной, а мы не так давно, считай, поженились...       — Не тяни, — вздыхает задира, зарываясь пальцами в свою чёлку, заодно прибрав.       — Давай сходим в бар вместе? Либо можем позвать ещё кого-нибудь, — Раф тут же оживился, отчего флегматик тихо посмеялся, сдержав смех как мог.       — Реально?? — повернулся тот, придержав его за руку.       — Ну да. Я тоже был бы не против выпить немного в компании.       — О-о! — тянет тот, берёт быстро свой телефон и начинает кому-то писать, причём довольно активно. Через пять минут он опрокидывает локоть за спинку дивана, ухмыльнувшись самодовольно. — В шесть вечера ты, я, Кейси, Майки, Эйприл и твой Усаги идём в бар.       — Как ты успел со своим договориться так быстро?       — Ну, когда мотивация имеется, я и не такое сделаю, — усмехнулся тот. Ичи потрепал того по макушке и встал с дивана, поставив руки в бока.       — Ладно, Рафи, — Лео закинул распущенные волосы за плечи и убрал их за уши. — В таком случае, — махнул он пальцем вверх намеренно театрально, — бар выбираю я.       — Ну естественно, — поднял обезоруженно ладони холерик, отведя голову с ухмылкой. — Как выберешь, скажи, я скину остальным адрес.       В шесть вечера все шестеро встретились возле входа в бар, что вёл в подвальное помещение.       Майки пришёл с Усаги, Кейси с Эйприл, ну и Лео с Рафом, соответственно. В целом это был первый раз, когда Лео увидел девушку Кейси, так что быстро её осмотрел оценочным незаметным взглядом, а потом уже пошёл обниматься с Усаги и Майки, пока Раф уже о чём-то болтал с Кейси, однако попутно они ещё стали играть в какой-то навесной армрестлинг, так как просто поздороваться руками они не могут.       В баре они уселись за один большой стол. Заказ у них был разношёрстный. От коньяка до молочного коктейля. И так они болтали по каким-то своим компашкам, меняясь собеседниками время от времени. То Раф болтал с Кейси, то с Майки и Лео, то только с Лео и так далее.       Сидели они в таком порядке вокруг стола: Эйприл с краю, потом Кейси, далее Раф, Лео, Усаги и на другом краю Майки. Рыжие замыкали края.       И пока задира разводил турусы на колёсах с Кейси и Эйприл, Ичи шушукался с Усаги на японском:       — Я рад, что ты пришёл, — улыбнулся ему Ичиро, отпив своего алкогольного коктейля с пина коладой. — Как вы время с Майки проводите?       — Он нам немного помог с поступлением, — усмехнулся Усаги. — И смог каким-то образом пристроить брата в общежитие на бесплатное место.       — Ну да, он заболтать может, хех...       — А у тебя как дела? Как себя ощущаешься в новом статусе? — усмехнулся он тихо.       — Да также на самом деле. Но чувствовать принадлежность приятно. Пока не осознал окончательно будто бы, знаешь?       — Могу понять. Я примерно так к Споту привыкал. Мне потребовалось где-то полгода, чтобы осознать, что у меня собака и что за ней надо ухаживать и всякое такое, — флегматик тихо смеётся, отчего Усаги тоже улыбнулся шире немного.       — Ну, замужество и заведения щенка такие похожие по ощущениям, судя по всему, — он склоняет голову слегка на бок, указав пальцем на чужое лицо. — Не ты ли мне говорил, что редко улыбаешься, так как это слишком большая щедрость?       — Ну я не вижу смысла скрывать, что рад тебя видеть счастливым и находится здесь с вами, хотя и знаю нормально только двоих, — длинноволосый смеётся снова, похлопав тому по плечу. Он уже был немного пьян, так что и вёл себя чуть развязно, чем обычно. В целом, они все здесь уже были под воздействием напитков. Все от алкоголя, а Майки — от сахара в очередном молочном коктейле и мороженном. — Кроме того... — начал Усаги тише, — ...из-за Майки я сам не заметил, как стал чаще улыбаться. Его улыбка заразительна, хотя взгляд иногда пугает.       — Пугает? У него ж такие большие детские глаза.       — Конечно, да. Но иногда он смотрит прямо в душу, слишком уж они большие, будто видят вообще всё. Как у Ёкая. Чем дольше смотришь ему в глаза, тем больше теряешь свою душу, — внезапно Ичи сжимает губы, явно сдерживая смех, и выдавливает из себя, пытаясь говорить внятно:       — Как у Сиримэ?, — Усаги прыснул со смеха, отчего их двоих прорывает в ту же секунду.       И они смеются громко. Будто бы даже слишком громко, словно забыли, что они не в Японии, где подобное было вполне нормальным — шумные кофейни, бары, где все пили большими компаниями и от каждой компании исходило много громких звуков. Остальные не ожидали от этих двоих, таких тихонь, такого громкого заливистого смеха. Ичи от смеха даже чуть заплакал, улёгшись головой в стол и издавая что-то между смехом и звуком удушья. Они ещё подкидывали каких-то своих фраз, отчего они начинали смеяться только сильнее, но они и так говорили на японском, их языки заплетались от смеха и алкоголя, а ещё они говорили очень быстро, потому для всех это звучало просто так балабольство бессмысленных звуков.       Когда они немного успокоились, Ичиро вновь отпивает коктейля и кушает бургер. Усаги ещё слегка улыбается и случайно смотрит на Рафа, что в этот момент откровенно пялился на него с нечитаемой эмоцией на лице. Усаги от неожиданности даже вздрогнул и перевёл взгляд к своему полусъеденному бургеру с соевой котлетой.       Внезапно Ичи встаёт и тыкает Усаги в плечо, чтобы он его пропустил к выходу. Ему захотелось в туалет. Усаги вновь взглянул на Рафа, что всё ещё смотрел на него, поэтому тоже встаёт и идёт за Ичи, уведомив о том, что пойдёт с ним вместе, так как тоже хочет.       Майки двигается ближе к остальным, вздохнув с наслаждённой улыбкой.       — Ну разве они не хорошики? — лепетает веснушчатый. — Я так рад, что у Ичи есть такой друг. Я никогда не видел, чтобы он так смеялся!       — Ага... — сощурился задира, отпив своего коньяка со льдом. — Прелесть.       — А ты чего зыришь, глаза пузыришь? — обернулся Майки к тому. — Ревнуешь?       — Чё?? Нет, конечно.       — Да-да, когда мы следили за Ичи в Японии ты тоже так говорил...       — Мы уже женаты, мне не за чем ревновать.       — Ой как голосок поплыл, когда начал говорить о том, что вы женаты, хех... Прям медятина, да? — Майки потрепал того по макушке, улыбаясь счастливо. — Не ревнуй, Рафи. Усаги просто ангел, он самый честный человек, которого я знаю. Ну, после тебя, конечно же.       — Да, — будто ухватился Рафаэль хоть за какую-нибудь ниточку, что может вернуть ему самообладание и прежний статус. — Следи за языком, — тыкнул он Майки в лоб пальцем, а затем снова отпивает коньяк. — А то бесишь.       — Да-да, как скажешь, — усмехнулся тот и вернулся на край, когда остальные двое вернулись после туалета, вернувшись к употреблению алкоголя и еды.       Ичи опёрся на руку их сиденья, пока ему нужно было залезть в карман за телефоном. Пришлось слегка облокотиться назад для удобства. Холерик взглянул на чужую руку между ними и, не глядя, кладёт сверху свою, сжав слегка пальцами. Посмотрев время на телефоне, Лео взглянул на парня рядом, что целенаправленно не смотрел в ответ, но руку сжимал сильнее. Флегматик не смог сдержать улыбку, так что начинает есть и пить уже так, позволяя чужой ладони покрупнее сжимать его и гладить время от времени.       Когда остальные болтали, Нардо ощущает, как с его рукой скрещивают пальцы. Он переводит взгляд к парню рядом, и замечает, что тот тоже смотрит, повернув голову в его сторону. Ичи ему немного улыбается и отпивает коктейля, не отводя взгляда.       — Что, рад, что ты меня сюда затащил? — спрашивает Раф, пьяно усмехнувшись. Ичи тихо смеётся.       — Я тебя затащил? Ты ж мой бедненький, уже три стакашки каньяка выпил и допиваешь бутылку пива, — Лео второй рукой затрепал его по щеке. — Страдаешь?       — Ужасно, — шёпотом рычит тот.       Лео снова негромко смеётся, улыбаясь, а пока продолжает есть. И снова его затягивают в диалог Майки с Усаги, так что он повернулся к ним.       Где-то через часик, когда уже было девять часов вечера, Раф с Кейси вышли на улицу перекурить, и потому Лео с Эйприл переглянулись, а первый пересаживается даже к ней чуть ближе.       — У тебя очень красивые волосы, — говорит она, склоняясь ближе, чтобы её было слышно.       — Спасибо, у тебя тоже, — улыбнулся Ичи, склонив голову на бок.       — А ты чем пользуешься?       Ичи ей рассказывает о своём шампуне, масках и кондиционерах. Это была корейская фирма, так что он нашёл их на маркетплейсах и показал ей.       — Я пользовалась, но мне вообще не подошло.       — Я подбирал их со своим парикмахером ещё в Японии, так что тебе правда может не подойти. Но у них ещё есть другая линейка, могу тебе тоже скинуть.       — Давай, — они обменялись контактами, а потом вновь продолжили болтать.       Ичи было приятно познакомиться с ней, да и наконец перекинуться хотя бы парочкой базовых фраз. Ощущения остались в основном приятные, но и поговорили они от силы минут десять, ведь остальные двое вернулись.       Отсиживались они в баре уже пятый час. Они планировали уйти ещё час назад, но потом начался какой-то жуткий летний ливень, поэтому решили посидеть ещё. Потому продолжили пить и кушать попутно. Раф и Кейси уже были прилично пьяные, это было видно и по ним, и слышно по их разговорам. Они разгоняли тут ещё белиберду, от которой сами и смеялись. По итогу Эйприл решила оплатить их часть и утащить Кейси домой, пока не стало ещё хуже.       Без собутыльника задира сразу переключился на остальных троих и, конечно, в первую очередь на Лео, что в этот момент ещё болтал с Усаги и Майки. Они сам уже закруглялись, так что доедали и допивали остатки.       — Хей, — зовёт Ичи Раф, опираясь головой на ладонь. Тот обернулся к нему.       — Ау?       — У тебя есть парень, чел?       Лео удивлённо поднимает брови, затем немного улыбается, щёлкнув Рафу по носу легонько.       — Вообще-то я женат, — было забавно видеть, как задира искренне расстроился. Даже показалось, что у него глаза намокли. — И мой муж очень милый.       — Чё-ё? Как так?.. — кажется, холерик проваливается в какой-то экзистенциальный диссонанс, однако азиат легонько его приподнимает за спину и целует в щёку.       — Это ты, дурачьё.       Видимо, тот был слишком пьян, что бы хоть что-то понять, так что он просто лёг Лео на плечо в какой-то пьяной полудрёме, пока ему гладили волосы.       Майки с умилением наблюдал за ними со стороны, затем перевёл взгляд к Усаги, что, кажется, был с таким же выражением лица, как у него. Но потом он присмотрелся повнимательнее. Улыбка с лица неспешно сползла, а вместо умиления замаячила жалость.       Когда они наконец оплатили всё и вышли на улицу, где осталась лишь влажная свежесть позднего дождя, Ичи закидывает Рафа себе на спину, придержав за ноги и мило машет остальным на прощение, после чего тащит того на себе достаточно легко. На самом деле Раф ещё и вырос немного за последние года. Он сумел вымахать аж на восемь сантиметров, так ещё и мышечную массу набрал, а Ичи по сравнению с ним казался каким-то тоненьким твинком, которого переломать можно ненароком, он же такой нежный. Хотя на деле нет.       Майк с Усаги машут ему тоже на прощание, после чего они идут вместе пешком в сторону дома последнего, чтобы оттуда Майки вызвал себе такси до дома.       — Тебе всё ещё нравится Ичи? — вдруг спрашивает голубоглазый, взглянув на друга, что взглянул также спокойно в ответ, но затем перевёл глаза вниз, немного улыбнувшись.       — Конечно, — он полуприкрыл глаза. — Как он может не нравится?       — Хех, ну... Не спорю, но всё же ты понимаешь, о чём я именно.       — Да, понимаю. Но я рад видеть, что он счастлив, и это самое главное. Конечно, мне немного больно, что мы не можем быть вместе, и что я никак не могу на это повлиять и что осознавать, что он вряд ли на меня посмотрит как-то по-особенному, но... В первую очередь мне важно, чтобы ему было хорошо, и если ему хорошо с Рафом — я бы помогал ему сойтись с ним до победного, — Усаги поднимает взгляд к фонарям вдоль дороги и заодно на дорогу. — Это немного тяжело, но я благодарен за тот период, когда я мог быть достаточно близок с ним, и мои чувства не должны делать ему хуже. Он мой друг, и я рад хотя бы этому, — он глядит вновь вниз, переведя глаза в сторонку. — Конечно это тяжело, конечно это больно, конечно это ощущается как что-то неправильное и несправедливое, ведь... Я могу дать ему совершенно всё, что он меня попросит. Я хочу улыбаться только для него, делать только ему хорошо, и если его счастье заключается в том, чтобы быть с Рафаэлем — то я тоже счастлив, — Усаги мнёт собственные руки, пальцы подрагивали от холода, он смотрел на них, словно читая всё, что произносил, с линий на ладонях. — Я видел его полностью разбитым, я буквально ощущал в своих венах, насколько ему больно и какую боль ему приносит каждый новый день. А сейчас он словно на седьмом небе от счастья. О большем и просить не имею права, ведь такой человек, он... — Усаги чуть теряется в собственных словах, он на секунду поджал губы, а следом быстро облизнул, сдержав дрожь голоса и подбородка, потому отвернул голову и поднял глаза вверх, смотря на крыши. — Не знаю... — на облегчённом выдохе продолжает, а голос стал тише. — Это что-то большее, чем чувство. Знаю, громко о таком говорить, ведь мы знаем друг друга совсем мало, но вот внутри, — прикладывает руку к груди в районе сердца и сжимает, — всё ощущается именно так. Он нечто большее, чем знакомый, коллега, друг, возлюблённый, он как... Красивое море. Нет. Океан. Огромный, завораживающий, манящий и всегда загадочный, хоть и такой открытый. Однако я просто ветер, которому повезло прикоснуться к его поверхности, приласкать в нужный момент, немного даже закрутиться в небольшом безопасном урагане. А Рафаэль — подводный вулкан размером в несколько километров. Да, магма часто остывает из-за воды, но выходит её очень много. Его извержения влияют на действия океана. И они вместе сочетают нечто несочетаемое, что вместе создают что-то совершенное невероятное и удивительное. Я могу лишь любоваться со стороны, той поверхностью, которая мне доступна.       Наконец он переводит взгляд к Майки, что практически захлёбывался в собственный слезах, так что откровенно теряется, захлопав ресницами.       — М-Майки, ты чего? Что такое?       — Э-это так грустно! — Майк шмыгает носом и начинает вытирает лицо ладонями. — Ты так всё красиво описал, я просто... Я д-даже не думал, что в тебе скрываются такие живописные чувства, я... — Усаги кладёт руку ему на плечо и слегка мнёт.       — Всё хорошо. Правда, я в порядке.       — Не ври! — резко схмурился конопатый, стукнув оппонента слегка в грудь кулаком. — Я тоже так говорю. И я знаю, что не в порядке. После всего, что ты сказал, ты не можешь быть в порядке! Твоё сердце разве не страдает?       — Я так не думаю, — опускает он взгляд. — Я не буду одиноким никогда, а быть другом для Ичи — чудесно. Я ему не подхожу, и я это знаю. Да и может он мне тоже. Мы сходимся во многом, в чём не сходятся Ичи и Раф, однако они сходятся в наиболее важных вещах. Не плачь, — парень достал салфетки из сумки и стал ему вытирать лицо, высмаркивать нос. — Да, немного тяжело, но я прекрасно справляюсь со своими эмоциями и чувствами. Мне приятно, что ты переживаешь за меня настолько сильно, но не стоит тратить на меня столько нервов.       — Точно?.. — тот кивает на это, так что голубоглазый вздыхает, выдохнув остатки слёз, после вытирает дорожки на лице и сам подходит, обняв того.       Усаги обнимает в ответ, хотя немного не ожидал, после чего благодарно ему кивнул и слегка приподнял уголки губ.       Возможно, этот день был слишком длинный для всех.