Чувствительность

      Лео вновь проснулся раньше остальных из-за пробивающих лучей солнца через шторы. Прямо ему в лицо. Он садится, потирая глаза. Осматривает всех спящих рядом: Донни спал как вампир. На спине, сложил руки на груди и сопел, пока рядышком лежал Майки, очень плотно, закинув на него ногу, руку, прижимался щекой и пускал слюни с улыбкой, пока ловил сладкие сны. Ичи переводит взгляд на другую сторону от себя, на Рафа, что спал на другом краю. В его излюбленной позе: на животе, нога поджата, рука вытянута вдоль головы под подушкой. Леонардо гладит его по волосам, ложится обратно, но ближе к задире, приобняв его за тело и приложив голову к спине. Он лёг частью тела поверх чужого, касаясь щекой оголённой верхней части спины, ведь тот спал в свободной майке. Лицом Ичи ощущал, как он дышит, как вздымается его спина, и слышал, как он сопит. Поцеловав его шею, снова кладёт голову, лёжа с закрытыми глазами, уже без возможности провалиться в сон.       Именно поэтому через пятнадцать минут он поднимается, поправляет Рафу одеяло, уходит вниз, чтобы приготовить завтрак. Все остальные неспешно тоже просыпались, спускались, умывались, рассаживались по местам, ещё зевая.       Майки сидел в телефончике, но в моменте почти подскочил, проснувшись.       — Ой, а это у меня японский тик-ток получается??       — Ну да, симка-то на японский номер.       — О-о-о! — Микеланджело очень резво начинает фотографировать свою еду, которую им услужливо приготовил Лео. — Тогда буду выкладывать всё, что увижу и сфотографирую!       — Так эти видео будут видны только для японцев, в Америке эти видео будут недоступны. Ты хочешь хвататься перед японцами тем, что увидишь в Японии?       — Да? Блин... Печально. Тогда буду просто фотографировать и уже дома выложу, похвастаюсь. А тут мне что делать? Я хочу снимать.       — Снимай тут всякие тренды, — предлагает Лео, поставив для него чай, присаживается на своё место. — Трендов тоже не мало.       — Да я ж ничего не понимаю, — жуя, отвечает Майки, поводив рукой. — Ладно, переводчик...       — Я могу тебе переводить, если что, — предлагает Лео после того, как помолился и приступил к трапезе.       — Да?? Блин, давай, спасибочки, — улыбается он повиляв тазом, пока сидел на коленях. — А со мной сняться ты не хочешь??       — А... Не знаю...       — Ну, Ичи, пожалуйста-а-а, — трясёт конопатый сложенными ладонями. — Будет круто! Потанцуем под всякие песенки, ты поможешь мне сделать надписи на японском. Ты же умеешь танцевать, да?       — Ну да. Эх... — Лео смотрит в тарелку, затем снова на Майки, что просто умолял его взглядом. Выдохнув шумно носом, он слегка улыбается, уже дав понять, что не может отказать. — Ладно.       — Спасибо-о.       В этот же день Леонардо оставил друзей дома, а сам отправился на прогулку со старым школьным другом. Они встретились рядом с круглосуточным магазинном.       — Ещё раз дарова, — они стукаются кулаками. — Я реально очень рад тебя видеть, друг. Хотя всего год прошёл с нашей последней встречи, но, чувствую, тебе есть что мне рассказать.       — Ты видишь меня насквозь.       Прошлые одноклассники направились прогуливаться по родному городу, выбирая, куда можно было бы приземлиться, но пока подходящего места не было, поэтому они просто ходили, разговаривали, а сейчас присели на скамейку.       Акио Миура не имел неприятелей и уж тем более врагов, он каким-то образом умел находить общий язык и выходить к компромиссу с каждым. Он слишком простой и открытый, но и не поверхностный до кучи, надёжный. Даже если Акио мог раздражать, то по итогу ты бесишься, но выразить злость не можешь. А там раздражение уже сходит, и тебя уже рассмешили. У него было много знакомых, поэтому по пути всегда он здоровался минимум с пятью какими-то людьми. Какие-то школьники, одногодки, взрослые. И помнит все имена и фамилии. Однако из-за этого Ичиро никогда не мог понять насколько он является приближённым к нему. Конечно проводить с ним время приятно, и никогда Акио не был замечен за раскрыванием чужих секретов другим. Но быть до конца искренним у Ичи не получалось, иначе это означало быть очень невежливым, ведь собеседник не был согласен его выслушивать и углубляться в его проблемы. А спрашивать напрямую он не хотел.       — Хорошая погода сегодня, — вдруг говорит он, закинув руки вдоль спинки скамейки. — Ты из Америки привёз?       — Хех, — Лео приулыбнулся, ничего не сказав на это.       — Ты так много друзей завёл. Не похоже на тебя.       — Это случайность. Изначально я познакомился с Рафаэлем, а у него много друзей, и я с ними сблизился в процессе.       — Я особо не рассматривал, но они очень интересно выглядят. Я был бы не против увидеться и погулять с ними тоже.       — Я спрошу у них. Ты ещё ходишь заниматься танцами?       — Конечно. Я там самый старший из группы, я уже сам танцы ставлю, — ухмыляется тот. — Мне нравится. Ребята талантливые, открытые, старательные. Просто опыта им нужно больше, но времени в достатке. Кстати, я у тебя спросить хотел, — Лео поворачивает к ему голову, прибрав волосы за ухо. — Не хочешь с одним номером помочь?       — Ты серьёзно?       — Конечно. Ты же отлично танцуешь.       — Да я год этим не занимался, я уже всю хореографию забыл.       — Мышцы ничего не забывают, Ичи. Ну пожалуйста, — подёргал он его за рукав. — У меня два человека сейчас не выходят, уехали в отпуск, а так нас будет хотя бы пятеро и супер. Там несложно.       — Не знаю... — флегматик вздыхает тяжело, отвернув вяло голову. — Не хочу весь отпуск потратить на танцы.       — Я тебя возьму чисто на одно, ну может два, занятия. Лишь видосик снять, контент поделать, а без пятого человека вообще будет выглядеть некрасиво.       — Я не уверен.       Миура бегает глазами по сторонам, затем поднимается с места, поставив руку в бок.       — Предлагаю спор: мы сходим к танцевальным автоматам, и если я побеждаю — ты приходишь на одно занятие. А потом ещё сходим в караоке и если и там я смогу набрать больше очков, то ты и на второе придёшь.       — Ты решил взять меня на слабо?       — Ну если ты боишься проиграть... — дует губы парень, обернувшись к собеседнику.       — Не боюсь, — быстро встал тот. — Ладно, — Нардо выдыхает, дав оппоненту лёгкий щелбан. — Но не сегодня, может завтра или послезавтра. А сейчас пойдём купим бабл-ти. Тапиоки хочется.       — Отличная идея!       Они уходят с места, а в двадцати метрах от скамейки начинают шевелиться кусты, откуда вылезают макушки Рафа и Майки, что провожают взглядом гуляющих ребят.       — По-моему они просто гуляют.       — Ну ты его видел?? — повернулся к тому Раф.       — Ну да. Вы чем-то похожи внешне, но только потому что у него тёмные волосы и форма лица слегка схожая. Но это ж всё. Или ты косо смотришь на каждого парня-брюнета с короткой стриженными волосами?       — Как по мне, мы с ним схожи куда больше, чем может показаться, — поднялся задира, встряхнув кулаками.       — Даже если и так, — голубоглазый поднимается тоже, — то что? Они просто старые друзья.       — Он смеётся над его шутками.       — Я не знал, что ты ревнивый. Ладно Лео, а ты?       — А, ну, ладно. Всего лишь мой парень гуляет с другом, которого знает лет пять, хихикает с ним, а ещё мы с ним внешне похожи. Действительно, стоит расслабить жопу!       — Ну ладно-ладно, может, ты прав, я бы на твоём месте тоже переживал, — Майки трёт затылок, отчего его кудрявые воздушные волосы подпрыгивают. — Но ты же понимаешь, что твои переживания только переживания? Или мы будем за ними всю прогулку следить?       — Нет, тем более, они уже ушли, — они выходят из кустов, отряхивая штаны. — Лео тебя посвящал в свою ревность?       — Ну было да, когда ты со Слешом стал общаться. Он пожаловался, что ревнует, но не может тебе это сказать. Я сказал ему тебя посвятить всё-таки в его чувства.       — Ну да, это сработало, — они направляются обратно домой, где они оставили Дона, которому это было только по душе. — Ну он ревновал меня к вниманию вас и со стороны Кейси с Ксевером, потом к Слешу. Хотя эта ревность беспокоит его одного, потому что он себя накручивает, а потом ходить грустный.       — Донни тоже ревнивый.       — Да?? Я думал, ему вообще пофигу на всё.       — А вот нет. У меня ж круг общения большой, и первое время я даже не подозревал, что его ревность пожирает, но я ему объяснил, что это просто знакомые, а потом вы тоже познакомились, и ему стало легче. Но как только я знакомлюсь с кем-то новым, он начинает ходить недалеко от меня, чтобы проверить, что происходит.       — А сам мне говорил, что Лео ред флаг, бла-бла.       — Я поспешил, — краснеет стыдливо Микеланджело. — Я больше так не говорю сходу, пока не удостоверюсь лично. Да и все мы по-своему неправильные и со странностями.       — И в чем ты неправильный и странный?       — Что слишком маленький и глупый по поведению, наверное. Хотя для кого-то это вполне себе нормально и не считается странным.       — Хмм...       Мальчики возвращаются домой. Донни опять спал. Они как сюда приехали, очкастый постоянно спит. Ещё и крепче обычного.       Раф проходил мимо и тыкнул ему в макушку носком.       — Просыпайся давай, — тот что-то мямлит через сон и прячется под одеяло котацу, как мог. — Алло, мистер. Уже четыре часа дня, сколько спать-то можно?       — Столько, сколько нужно... — Ди бубнит из-под одеяла, щупая слепо свои очки в поисках. Раф двигает их ногой аккуратно ближе к его руке, чтобы он мог взять и надеть их.       — Что с тобой? Почему ты постоянно спишь?       — Потому что здесь мне не надо работать и я досыпаю все те часы, которые я не доспал за столько лет.       — Ясно, просто ленишься в полную меру. Ладно, спи дальше.       — Майк, сделаешь мне кофе? — он взглянул на конопатого, пока тёр глаза.       — Хорошо.       Майки идёт к кухонным тумбам, где начинает приготовление домашнего американо. Холерик приземляет себя рядом с Доном, который приподнимается, опираясь на руку, а второй поправляя съехавшие очки.       — Где вы были?       — Прогуляться сходили.       — Раф приревновал Лео - в смысле - Ичи, и мы следили за ними, — ему в затылок прилетает подушка. — Ай-тя! — Майки трёт голову, продолжая размешивать кофе в воде.       — А чем тебе так не нравится его старый друг?       — Да не то чтобы не нравится. Просто подозрения и мысли, — неловко всё-таки вынужденно отвечает Раф.       — В чём смысл ему переключаться на другого парня, которого он знает с детства? Я имею в виду почему вдруг сейчас?       — Тоже верно. Но всё равно меня это бесит.       — Что именно?       Майки молча ставит кофе перед парнем и садится рядом.       — Ну вот в целом, что у нас есть схожие черты и это меня выводит. Нет у меня вменяемых оправданий, просто ревную и всё.       — Ну ты имеешь на это право, — Дон хлопает ему по макушке топорными движениями. — В таком случае просто дожидайся возвращения Ичи, и тебе сразу станет легче.       — Если он вернётся весь окрылённый и счастливый, я взорвусь.       — Ну, Рафи, это не очень правильные мысли... Конкретно эти. Нельзя же желать своему партнёру плохого настроения.       — Ну я не в этом плане, я имею в виду, что он придёт довольный, но скажет, типа, как устал от него или как уже хотелось домой последний час и бла-бла-бла. И пойдёт свою фигню бубнить.       — Пф, — Микеланджело смеётся.       Мальчики сидят за столом плоть до заката, пока Лео не вернулся.       — Всё-таки, — Акио крутил в руках полупрозрачный стакан, катая по одну остатки кофе, — бабл-ти переоценён.       — Буквально или в плане общественного мнения?       — Да думаю и так, и так. Такие цены за обычное кофе с крахмальными шариками. Но каждый раз хочется их купить и каждый раз разочаровываешься, что потратил такие деньги на такую хрень.       — Есть такое, — Лео уже давно выбросил свой стакан, в старый друг всё никак не мог с ним расстаться. Ценит свою покупку до конца. – Надо дома приготовить и посмотреть, какая себестоимость на деле, не считая аренду и зарплату бариста.       — О, да. Напиши потом мне свои результаты, мне интересно.       Мальчики вновь приходят к скамейке, на которой сидели несколько часов назад.       — Что же, — Миура пожимает руку Лео, подхватив её резво в свою, — не забудь про пари. Жду сообщения.       — Хорошо.       — Давай, хорошего вечера, — махнул он рукой и ушёл в противоположную сторону.       Леонардо провожает его взглядом, пока тот не скрылся где-то впереди, постукивая себе по ключице пальцем. Было ещё не так поздно, даже ещё немного светло, поэтому он идёт домой очень неспешным шагом.       Ему это напомнило, как он шёл примерно в это же время домой после кучи кружков или иных довольных занятий от прогулок до школьных, как нехотя перебирал ногами, оттягивая возвращение домой как можно сильнее. Приятная ностальгия смешивалась с гнетущим послевкусием, имеющий кислый привкус игнорирования и горький запах нежеланности, напыщенной мимолётной заинтересованности. Даже представить страшно какие противоречивые чувства были у его родителей при виде его. Ичи был уверен, что в конце дня, когда они его видели вновь в коридоре, думали:       — Жаль, что он дошёл до дома.       Или что похуже. Судя по их взглядам они были точно недовольны. Ничего приятного они за собой не несли точно.       Ичиро тормозит на своём любимом перекрёстке, что был недалеко от дома. Он стоял и осматривал каждую идущую вперёд улицу. Они ему казались всегда разными. Словно каждая дорога ведёт в свои маленькие миры, хотя с первого взгляда всё одинаково. Он был в восторге, когда первый раз заметил такую случайность: на углу каждой улицы было своё дерево. Скорее растительность, конечно.       Осмотрев и их, наконец идёт дальше. Дом был всё ближе, солнце ниже, как и температура. Утром, когда он только вышел, было ещё тепло, а теперь его кинуло в мурашки от прошедшему холодку по его оголённым плечам. Хаори особо не спасало, так что пришлось ускориться, чтобы не замёрзнуть по пути обратно.       Ичи входит домой, снимая обувь в коридоре.       — Я дома, — он повесил хаори здесь же, запрыгивает в тапочки и заходит на кухню, где все сидели и пили чай. — Отдыхаете?       — Ага-а... — тянется руками вверх Майки, похрустев спиной. — Обожаю оранжевый свет ламп, так уютно.       — Жаль что она не греет, я опять замёрз, — Донни прятал руки под одеялом, пока сам сидел в плотной кофте, зевая.       — Да, и правда похолодало к вечеру. Кстати, у меня к вам предложение, — Лео предлагает вместе со своим другом завтра сходить к игровым автоматам и в караоке. Майки был сразу "за", Раф тоже соглашается, хоть и без такой радости, как Майк, Дон поломался немного, но и его уговорили пойти. — Вот и договорились, — Ичи пишет Акио, медленно ступая к кухонным тумбам.       А потом он начал делать себе чай, чтобы присоединиться к остальным.       — Тебя весь день не было, куда ходили?       — Ну мы сначала просто ходили по городу, посидели на скамейке, купили бабл-ти, потом снова прошлись, поели по пути хот-догов, посидели у него дома где-то час, дошли до половины пути к моему дому и разошлись.       — Ну бродили в основном? — Нардо кивает и садится рядом с холериком, отпив чая.       — Нам было что обсудить за этот год.       — Как погуляли в целом? — Майки продолжал задавать вопросы, не в силах унять интерес.       Раф переводит неспешный взгляд на сидевшего рядом парня, что дул на чай, придерживая чашку без ручек обеими руками.       — Нормально. Ничего необычного, — Ичи отпивает чай, скорее просто пригубив, чтобы не обжечься. — Как и раньше, ностальгически даже, обычно, короче говоря, — Нардо прибирает волосы за ухо, отчего и смог заметить, что Раф на него откровенно пялится с каким-то облегчением. — Что с тобой?       — Да так. Просто анекдот вспоминал, — Лео молчит в ожидании анекдоты, так что задира продолжает, закрыв глаза и уведя голову вяло в сторону. — Умер охранник морга, но на следующий день всё равно появился на работе.       Майки и Ди молча сидят, первый лишь неловко натягивает уголки губ, но их неловкость смывает из-за смеха Лео, который искренне с этого хихикал, прикрыв рот пальцами тыльной стороной ладони.       Рафаэль усмехнулся с чужого смеха, тыкнув ему в кончик носа.       — И как это связанно с тем, что я говорил? — ещё с улыбкой уточняет азиат, приятно щурясь.       — Никак, просто вспомнил именно сейчас, — они вместе посмеялись, продолжая пить чай.       — Теперь вот я точно убедился почему вы вместе, — с улыбкой комментирует ситуацию Майки, приложив голову к плечу Ди, что тоже усмехнулся с этого.       — Просто Лео настоящий ценитель моих шуток, вот и всё, — самоуверенно выпячивает грудь холерик, хлопая парню по плечу.       — Мне слишком смешно, я не знаю... — Ичи даже немного смущается своего чувства юмора.       — Главное, что Раф нашёл действительно благородного слушателя, — Ди с усмешкой осматривает сидящих напротив.       — Ну да, — также усмехнулся темперамент, взглянув на Лео, что тоже посмотрел на него мило улыбаясь. Его уши резво розовеют. — Типа того...       Они продолжают пить чай, первым из-за стола встаёт Раф, чтобы выйти и покурить. Леонардо допивает свой чай и встаёт, чтобы выйти вслед за парнем, попросив остальных поставить их пустые кружки в раковину.       Ичиро выходит, следом, бесшумно закрыв дверь-купе, проходит вдоль дома до угла, где Раф стоял под навесом и курил, а как партнёр подошёл, то выдыхает в противоположную сторону.       — Чего такое?       — Ничего, просто так. Соскучился за сегодня, — темперамент стряхивает пепел на землю, вновь его уши краснеют. — Я привык, что мы весь день проводим вместе относительно.       — Да, я тоже, — он гладит вниз, вновь затянув дыма. — Сейчас докурю и пойдём.       — Не торопись.       Задира нащупывает руку парня рядом с собой и сжимает, поглаживая большим пальцем и продолжая курить в противоположную сторону. Лео сжимает руку в ответ, смотря на него беспрерывно, встаёт поближе и дарит ему беззвучный поцелуй в щёку. Бунтарь тушит сигарету о бетонную основу дома, они идут обратно. Сначала заходят на кухню, чтобы выкинуть окурок.       Так как был уже вечер, Майки уже занял ванную, и нужно было закругляться. Лео моет посуду, моет поверхности кухни, Раф с Донни сверху вытаскивают футоны из шкафа, потом в порядке очереди занимают ванную, пока все не собрались на втором этаже и укладываясь под одело. Майки лежал головой на плече Донни, листая Тик-Ток, пока Дон массирует глаза после носки очков, иногда смотря видео Майки, которые он ему показывал, держа телефон очень близко к лицу и щурясь. Ичиро распускает пучок и оглядывается в поисках расчёски, но чувствует как его начинают расчёсывать, начиная с кончиков. Раф нашёл его массажную расчёску раньше, так что решил оказать услугу. Это позволило расслабиться.       Холерик убирает расчёску, понюхав её перед этим. И она действительно пахла вкусно, но совсем на поверхности, еле уловимо. Он приполз ближе к парню, понюхав его волосы напрямую. Лео подождал, после обернулся с приятной уставшей улыбкой. Темперамент любуется им, ощущая вновь покраснения на ушах, но не выдерживает неожиданного взгляда и опускает свой.       — Выключу свет, — поднимается он, а пока идёт к выключателю теребит волосы неожиданно вспотевшими ладонями. Когда он уже шлёпал обратно, то Майки делает яркость экрана меньше и надевает наушники, пока Донни уже торопится засыпать с ним на себе. Лео лёг под одеяло.       Рафаэль ложится на рядом, заметив движения рядом. Лео приподнимает одеяло, приглашая к себе. Они и до этого так спали, но обычно на части Рафа, но в этот раз легли на половинке Лео. Последний укрывает парня, заодно обнимает за плечи тем самым. Задира смотрит снова на него прям в глаза, ведь на него смотрели и не прекращали глазеть. Ичи вновь его целует в щёку беззвучно разочек, желает спокойной ночи и ложится удобнее и закрыв глаза. Бунтарь смотрит на парня несколько секунд, всё-таки заставляет себя унять внезапное смущение, приобнять в ответ и заснуть.       Через минут пятнадцать Майки приподнимается на руке, взглянув на остальных, затем поворачивается к Донни, которого мягко подтолкнул. Он тоже приподнимается. Убедившись, что Лео с Рафом спят, они тихо идут вниз, пока конопатый ведёт Ди за руку, так как тот не был очках и мог кувыркнуться на лестнице. Майк копается в своём шоппере, пока Ди входит на кухню и включает настольную лампу на тумбе в углу кухни. Микеланджело тоже приходит, закрыв за ними двери очень тихо. Их Ичи ни разу не закрывал за эти дни, пока они были здесь, поэтому он переживал, что, возможно, эти двери скрипели, однако обошлось. Он ставит на стол баночку смазки и одну упаковку презерватива.       Благодаря свету стало лучше, но Ди всё ещё был без очков, без линз, так что он спотыкается о скомканный край одеяла, но Майки сразу его ловит, не дав упасть, заодно обнимает, глядя вверх.       — Надо было взять очки всё-таки...       — Не переживай, я же всё делать буду. Только не падай больше, — улыбнулся он, тянется руками вверх и берёт его за худые щёки, погладив большими пальцами. — А что ты так вдруг?       — Оказывается, если меньше работать, спать весь день, то есть энергия и желания не только на базовые вещи, — Майки чувствует, как щёки того становятся чуть теплее, да и видит, что они стали румянее. — Да и мы давно не занимались сексом, а на новом месте даже интереснее.       — Хе-хе, мне начинает нравится этот отпуск только больше и больше, — Майки тянет его к себе вниз и целует в губы, мягко причмокивает нижней губой. Дон склоняется для общего удобства, обняв.       Они присаживаются бесшумно на пол на колени. Майки несёт основную инициативу в поцелуе, руками оглаживая худые бедра Ди, который лишь отвечал на эту инициативу, сидя смирно. Светловолосый отстраняется от чужих губ, облизнувшись, чтобы поцеловать уже шею. Дон мнёт руками его бока, медленно приподнимая ими футболку.       В течение десяти минут они уже прилегли рядом с котацу, вдоль края, воспользовавшись дзабутоном, но только подложили Ди под голову. Они оба уже разделись почти полностью, оставшись лишь в нижнем белье, но Микеланджело ещё не завершил прелюдии, поцеловав его шею, плечи и выступающие ключицы, пока Дон приглушённо тяжело дышал. По большей части потому что они касались друг друга выступающими бугорками в паху. Конопатый спускается ниже и задерживается на на чужом худом животе заметно дольше. Ди приподнялся на локтях, смотря на партнёра, что с особой любовью притирался к нему щекой и целует, жмякает пальцами и гладит тёплыми ладошками.       — Майк, ты опять? — нейтрально шёпотом спрашивает рослый, уже привыкший к фетишу своего парня.       — Да-а... — хихикнул он. — Ну ты всегда в куче одежды, даже не взглянуть обычно...       — А твой живот забавно прыгает, когда ты двигаешься.       — Пфф... — Майки тихо хихикает снова, целует Дона в живот, спускается вниз, до паха, стягивает с него трусы, поцеловав вдоль члена до головки, прихватывает его рукой и заглатывает, чтобы разогреть его перед началом, поглядывая время от времени на оппонента.       Донни это действительно смущало каждый раз, так что он отводит взгляд и ложится вновь нормально, сжимая в пальцах кусок одеяла от котацу. В процессе минета Майк ещё берёт смазку и капает на пальцы, расстраивает чужие ноги пошире и давит под коленями, чтобы тот их согнул и поставил так. Он проникает пальцами аккуратно вовнутрь, чтобы начать разогревать, не прерывая работу ртом.       Дон настраивается на секс полностью, так что ублажения придавали ему достаточно возбуждения. Его и член стал теплее и твёрже, а анал уже был достаточно растянут. Майки выпускает чужой влажный длинный пенис, целует в уздечку, садится, приспускает трусы и надевает презерватив, обмазывает его в смазке и подсел ближе, начав неспешно входить. Он сжимал губы, был слишком падок на громкие звуки. Ди сразу приступает к тому, чтобы быстро водить рукой по своему половому члену. Но он понимал, что ему больше нравится, когда именно Майки ему мастурбирует своими мягкими тёплыми и небольшими руками с ловкими цепкими пальчиками. Голубоглазый сразу склоняется вниз, опираясь руками по бокам от парня, начав шевелиться, избегая звонких шлепков. Он приложил лоб к чужому плечу, сжимая губы и несдержанно хмыкая с лёгкими стонами в горле, которые он старательно держал внутри, хотя это было тяжеловато. Дон лишь горячо вздыхает ртом время от времени, а так был настолько тихим, что казалось, что его тут и нет. Майки осознаёт, что в течение ещё минуты второй-третей кончит, но оставлять оппонента без оргазма после этого не хотелось. Он одной рукой подлезает под себя, прикладывает руку к его члену, помогая надрачивать. Ди по итогу убрал руку, чтобы обнять плечи конопатого, чтобы не мешать ему.       Весь процесс занял минут пятнадцать в общем и целом. Когда произошла кульминация, Майк с трудом сдерживает стон, но Ди прикрывает ему рот ладонью, зная его несдержанность. Всё равно Микеланджело кончил раньше, поэтому вышел и обеими руками стал мастурбировать оппоненту, двигая ими во всю длину. Рослый закрывает глаза, приподнявшись на локтях и сжимая кулаки, и вскоре тоже изливается себе на живот лёгким всплеском, дрожаще выдохнув.       Они оба немного отдыхают, всё вытирают салфетками, одевается и сидят ещё возле стола со стаканами воды, чтобы отдохнуть. Ди не допивает воду, поставив полупустой стакан на стол беззвучно, пока парень с жаждой хлебает. Донни гладит его по макушке медленными движениями. Он не видит, но парень смотрит на него из-за этого, убирает уже пустой стакан и садится ближе, притеревшись мягкими волосами к его подбородку, встаёт на колени и целует в щёку несколько раз. Дон сонно приулыбнулся.       Убрав стаканы на изначальное место, уходят обратно наверх и уже ложатся спать. Когда проходит минут пять-семь, Рафаэль встаёт и идёт вниз в туалет. Он уже спускался несколько минут назад, но увидел слабый свет за бумажными окошками двери со стороны кухни. Догадаться было не трудно, что там происходит, так что тихо вернулся обратно и решил подождать, чтобы не ставить никого в неловкое положение.