Чувствительность

      Вина за переписку с Рафом была заглажена, хоть Лео и очень нравилось его ласково мучить на протяжении часа. Это было интересно, но не так интересно, как попробовать довести Рафа до белой горячки от злости. У него была возможность, но он решил подождать другого момента.       После уроков, пока Лео был занят в кабинете химии, а именно в лаборантской, Раф находился с Майки в другой части школы, чтобы скоротать время ожидания первого. Пока они медленно шли в сторону кабинета, где был длинноволосый, разговор касался ожидания.       — Мне уже немного надоедает его ждать так после уроков, — сказал Раф.       — Но ведь это происходит не так уж часто, — ответил Майки.       — Да, но всё равно время уходит в никуда.       — А зачем ты его ждёшь, если тебе не нравится?       — Ну да, не нравится, но будет тупо, если я уйду. Ему же приятно. Вроде.       — И ты жалуешься на то, что его приходится ждать?       — Естественно!       — Тогда что ему должно быть приятно? Что он занят делами, которые сам не хочет делать, а потом слушает тебя, как тебе надоело его ждать?       — Пока не жаловался на это, — приподнял плечи Рафаэль, недовольно отведя глаза. — Всех всё устраивает.       — Но ты всё ещё жалуешься?       — Агх, Майк, это не так серьезно! — повернулся он к нему. — Да, меня это бесит, но не настолько, чтобы размусоливать это с ним, вот!       — Пф, тише, горячая голова, я понял тебя, — усмехнулся конопатый, разводя руками. — Делай, как считаешь правильным. У вас были проблемки в начале, поэтому я так дотошен.       — Не было у нас проблем, это просто… трудности временные.       — Называй как хочешь, — скосил бровь Микеланджело с улыбкой. И остановился. — Ладно, я пошёл домой, увидимся завтра.       — Да, пока, — помахал ему холерик и зашёл в кабинет химии, закрыв дверь за собой. В самом кабинете был выключен свет, только из дальней лаборантской доносились звуки и шёл какой-то свет, поэтому он направился туда.       Заглянув вовнутрь головой, он увидел стоящего спиной к выходу Лео, который под нос что-то считал, склонившись над столом.       — Хей, — позвал его бунтарь. Парень приподнял ладонь, показывая, что пока не может ответить и чтобы его не отвлекали. Холерик дует губу, но ждёт. Тот медленно опускает руку к столу, взяв карандаш, и пишет цифру на бумажке.       — Привет, — обернулся тот, поправив очки на носу. — Я скоро закончу.       — Да, пора бы.       — В плане? Я сегодня закончу намного раньше, чем обычно, — поставил он руку в бок. — Так что не заводись снова.       — Я не завожусь! — вскрикнул темперамент слабо, затем выдохнул, помяв переносицу пальцами. — Мне… приходится ждать тебя каждый раз после всех этих дел. Это изматывает.       — А меня, думаешь, не изматывает горбатиться за бесплатно по два часа после уроков?       — Изматывает, но не обесценивай мои страдания тоже.       — Бедный, страдаешь, пока ничего не делаешь.       — Чтоб ты знал, когда человеку скучно, это очень энергозатратно, потому что мозгу некуда себя деть!       — Пф, что, прочитал где-то со скуки? — усмехнулся Леонардо, оглянувшись.       — Ты… — У Рафаэля даже нет слов, чтобы подобрать, что сказать от злости. Тот откровенно насмехается! Не успев даже обдумать действие, он резко разворачивает к себе Лео за плечи довольно грубым хватом. Благо, у оппонента в руках не было никаких стекляшек или чего-то пострашнее, он как раз убирал последнюю коробку на полку. — Ты меня, блять, специально выводишь?! — темперамент практически рычал на него, сжимая неконтролируемо руки.       Но к его удивлению, он не видит на чужом лице ответного недовольства или грусти. Лео снял за это время очки и прикусил слегка один из заушников, глядя совсем не так, как, наверное, должен. Холерик даже теряется на момент, не понимая, тот его услышал вообще?       — Может быть… — мурчит в ответ Лео и откладывает очки в сторону, приобняв того за плечи, прижав тем самым к себе ближе, дёрнув на себя. Рафаэль от неожиданности шагает ближе, вытянув руки за оппонента, упирая ладони в край стола, прижав парня случайно. — Я знал, что ты сексуальный, когда злишься, но чтобы настолько…       — Бля… — его уши быстро краснеют. Он совсем этого не ожидал. — Что на тебя нашло?       — Ничего такого, — пожал он плечом, зарывшись в волосы брюнетов пальцами, помассировав. — Помнишь, ты сказал, что был не против, чтобы я поскакал на тебе? — холерик, что совсем не был настроен на такой лад разговора, вспыхивает лицом.       — Так… И?       — Ну…       — Здесь?!       — Тю, нет, конечно, — усмехнулся синеглазый, резко меняясь с партнёром местами и усаживая на стол, погладив его бёдра кокетливо, даже на момент склонившись лицом ниже. Неприлично низко к паху. — Просто намекаю, чтобы на эти выходные ты не строил никакие планы, дорогой.       Холерик взглотнул, сжав руки, на которые опирался за спиной, в кулаки.       — Ладно, я понял.       — Вот и умница, — Лео задумался на секунду, отведя взгляд, затем покачал головой, словно передумал, и выпрямился, погладив талию парня. — У меня просьба насчёт этого. Помнишь, мы немного затрагивали мои фетиши?       — Помню.       — Принеси верёвку, маску для глаз и, если не застесняешься, поводок с ошейником.       — Блять, может, тебе сразу весь секс-шоп скупить?       — Хах, нет. Ты понял, что нужно?       — Да, понял.       — А ещё, — тыкнул длинноволосый ему в губы пальцем, — не забывай, что ты можешь меня трахнуть только по моей прихоти. Это очень особенная акция, чтобы ты понимал.       — Думаю, я понимаю, — холерик берёт кисть руки Лео в свою и целует ладонь, прижав к своей щеке. Леонардо немного краснеет, изумляясь на долю секунды, затем сразу же тает, словно не говорил похабщину момент назад.       — Вот и хорошо, — даже голос стал мягче и нежнее. Покладистее в каком-то смысле. — Ладно, я закончил. Я тут фигнёй маялся только чтобы тебя позлить, — услышав это, задира на секунду потока злости кусает его ладонь, оставляя след, затем спрыгивает со стола. Лео с этого посмеялся, забрав очки с собой, когда пошёл вслед за недовольным партнёром.       В выходные Рафаэль заказал то, что Лео просил, так как ему искренне было стыдно приходить в подобные магазины, да и вдруг паспорт спросят и вообще не продадут. В общем, забрав это всё домой, чтобы маску постирать, а всё остальное продезинфицировать. Вдруг аллергия пойдёт, да и оно вряд ли шибко чистое.       Через час холерик уже был в чужой квартире, держа в руках портфель. Лео осмотрел того молча, как впустил, оперев руку в бок. Он, к слову, был в халате.       — Ты более нервозный, чем обычно, хотя, кажется, трахать будут не тебя.       — Ну, знаешь, это просто может быть непривычно! — он протягивает ему свой портфель, отвернувшись, отчего продемонстрировал своё ярко-покрасневшее ухо. — На.       Лео принимает портфель с усмешкой.       — Ладно, иди мой руки и пошли, — Лео сам удаляется в комнату, оставив её приоткрытой.       Пока задира мыл руки, он бегло осмотрел себя в зеркале. У него довольно заметно отросли волосы, особенно на висках. Стоило сходить подстричься. Выходя из туалета и сразу заваривая в спальню, он трогал кончики своей чёлки и смотрел на них.       — Эй, Лео, тебе не кажется, что у меня сильно отросли волосы? — опустив взгляд к оппоненту, Раф очень резко и густо краснеет, аж вздрогнув от неожиданности. — К-какого чёрта ты без трусов?!       Длинноволосый поправлял постель, склоняясь вперёд, отчего подол халата приподнимался, так что лицезреть чужие ягодицы можно было без каких-либо проблем.       — Ты серьёзно? — обернулся тот лицом, выпрямившись. — Ты её видел не один раз.       — Да, но не в таком контексте, что ли… — ступил холерик поближе, но Лео неожиданно делает шаг ему навстречу спиной и утыкается в пах задом, вновь немного склонившись вперёд туловищем, чтобы выпячить пятую точку. — А?       — Слушай, ты очень напряжён на пустом месте, медвежонок, — трётся он к нему слегка. — Тебе будет нужно делать простые движения взад-вперёд, — и для того, чтобы быть более доходчивым, Леонардо трётся о пах того, чутка толкаясь задом лёгкими поступательными движениями.       — Лео, погодь… — Раф был лёгковозбудим, поэтому и сейчас подобные действия его успешно возбуждают всё больше и больше. От понимания, что партнёр ещё и голый, Раф ощущал тепло в паху.       — Знаешь, что? — выпрямился вдруг тот, повернувшись боком и начав лапать паховую область парня, жмякая примерный бугорок в штанах, что ещё не так сильно давал о себе знать. — Мы можем пойти по двум сценариям. Либо по моему плану, либо ты делаешь всё, что захочешь.       — Я сам справлюсь, — Раф берёт руку того, убрав от себя. — Я просто растерялся от непривычки.       — Хм? Ладно, тогда перед тем, как ты пойдёшь во все тяжкие… — Нардо берёт с кровати купленные принадлежности, поворачивается к Рафу и вдруг надевает ему ошейник, хотя он даже был похож на крупный чокер с тонкими цепями на нём. Нацепив на ошейник ещё и поводок, Лео с улыбкой слегка подёргал. — Не туго?       — Я думал, это для тебя, — потрогал Рафаэль свой новый аксессуар. — Нормально, не туго.       — Ну и хорошо, — похлопал флегматик слегка по чужим щёчкам. — В целом, я уже чутка упростил тебе задачу, я себя подготовил до твоего прихода.       — Ты думал, я не справлюсь с этим?       — Ну конечно же бы справился, но просто я не хотел тратить на это время, — он встаёт поближе, залезая руками под одежду и медленно её поднимая вверх, оглаживая попутно торс и плотные бока. Холерик взглянул вниз, затем снова в чужие хитрые глаза. — Мне кажется, тебе пора снять хоть что-нибудь.       Раф сам снимает с себя футболку, откинув её в сторону, затем идёт на Лео, попутно развязывая ему пояс на халате, отчего он стал постепенно раскрываться. Вместе поперёк плюхнувшись на кровать, Лео успевает издать звук «ух», пока его не затягивают во влажный поцелуй довольно резко. Рафаэль забирается ему на грудные мышцы рукой, начав нагло мять одну из них, пока второй рукой придерживает себя на весу в процессе поцелуя. Леонардо поглаживает бока холерика, протягивая руки к его ремню на брюках и вслепую снимает ремень, потянув за пояс вниз, тем самым оставив оппонента в одних трусах. Задира ведёт рукой от гладкой грудной мышцы под его затылок, заставляя подняться тем самым. Флегматик послушно приподнимается на локтях, из-за чего по плечам спадает халат, оголив его ещё больше. Наконец от его губ отстраняются, оставив их тяжело и горячо хватать воздух.       Раф склоняется к его шее, осыпая её горячими влажными поцелуями, следом появляются и укусы, что становились всё более грубыми, а реакция оппонента громче. Последний нащупывает край поводка и накручивает на кулак, чтобы сократить расстояние до ошейника. Он тянет его выше, заставив отстраниться от своей нагретой покрасневшей шеи. Темперамент быстро пробегает глазами по доступному ему обзору. Тот был неописуемо горяч, как и всегда, но когда они решили поменяться ролями, чужая сексуальность открылась с новой стороны, с не менее приятной. Он практически обольщал просто своим видом, своим взглядом, сиянием чистой, хоть и влажноватой от пота, кожи, своим дыханием.       — Так и будешь съедать меня взглядом?       — Нет, — Рафаэль прикладывает ладонь к животу парня. — Ложись нормально, на подушки.       — М-м, как скажешь, — Лео перебирается к озвученному месту, полностью избавившись от халата. Кожа того была настолько белой, настолько мраморно идеальной, что Раф не мог по-звериному наброситься на него, ему хотелось любоваться и трогать без какого-либо умысла, лишь с желанием прикоснуться к прекрасному. Но естественная реакция напоминает о себе, когда его снова подёргали за ошейник слегка.       Задира подползает, взяв того за запястья, берёт принесённую им верёвку и связывает руки, привязав их к кровати, заодно прихватывает и маску, одев её тому на глаза и поправив. Тот был явно в предвкушении.       — Знаешь, ты так всё нерасторопно делаешь, что мне начинает казаться, что ты слишком милый для подобной роли.       — Растягиваю удовольствие перед началом, — Рафаэль кладет конец поводка в чужую ладонь, а пока склоняется снова к чужим губам, затянув в мокрый поцелуй. Его руки бегают по слегка теплому телу, жмякая грудные мышцы, бока и бедра, затем ведет выше вновь, забираясь руками на шею партнера, что не ожидал такого и чутка трепетно выдыхает, отстранившись от поцелуя. Видя, что тот полностью доверяет, Раф сжимает его шею посильнее под подбородком, но контролирует силу сжатия. Он сидел между его раздвинутых голых ног, так что очень легко упирался своим бугорком в трусах о промежность оппонента и стал слегка тереться легкими движениями.       Лео лежит с приоткрытым ртом, медленно и прерывисто вдыхая, сбиваясь то от касаний к нему внизу, то от перекрытого немного кислорода. Поэтому он сжимает в руках поводок и начинает его накручивать на руку, пока он не стал совсем коротким, притягивая Рафа к себе. Тот послушно потянулся вслед за поводком, пока его не дотянули до лица. Не успевает он его спросить об этом, как Нардо втягивает его во влажный поцелуй. Холерик хотел убрать руки с горла, однако только-только его руки стали ослабевать, как ему в губы недовольно заурчали, поэтому руки вернулись обратно с тем же напором. Кажется, ему это нравилось. Чувство удушения и ограничения в дыхании. Задира целует его с бо́льшим напором, отчего, кажется, партнер возбуждается сильнее. Отстранившись через полминутки, бунтарь приподнимается и сам тяжело дышит, в то время как лежащий под ним жадно хватает воздух, выгибаясь в спине. Тот был очень возбужден из-за этого, аж до дрожи в плечах и груди.       Всё-таки руки с его шеи он убрал, на что Леонардо сразу реагирует, вздыхая еще глубже, а выдыхая с легким стоном. Что ж, это было очень горячо. И выглядело, и звучало. Его поводок давно спустили, держа лишь кончик, так что он мог спуститься вниз, коснувшись плотного члена, что еще не встал целиком, но был очевидно возбужден. Он не стал уделять ему много времени и касаний, сразу склонился над органом, всунув его в рот. Партнер тут же реагирует, с удовольствием промычав с выпяченной грудью и слегка сжав поводок. Рафаэль старательно заглатывает орган, всасывая его и оттягивая его кожицу губами, отчего причмокивал. Он чувствовал, какой Лео чистый, так как он лишь слегка улавливал его собственный запах тела. Всё было настолько вычищенным, что даже не верилось. Честно говоря, самому себе, холерик давно свыкся с мыслью, что если у него кто-то и будет, то этот кто-то будет потнючим мужиком, которого ни одна добрая девица под крыло не возьмет. А по итогу это он оказался этим потнючим мужиком, особенно на фоне своего парня, что был настолько красиво собранным, будто каждый раз готов сниматься в какой-нибудь порнухе. Учитывая, как гладко и идеально он выбрит, от него всегда приятно пахнет, а принимать его каждый раз — это несравненный уровень удовольствия. Ты ощущаешь себя настолько приближенным к чему-то прекрасно-эротическому, что просто теряешь рассудок.       Пока Раф делал минет, он сам этот рассудок и потерял, ведь слишком заигрался, так что отстранился практически в последний момент, когда чужой член был уже настолько твердым, что, кажется, был в секунде от оргазма. Но, несмотря на то, что темперамент прервал ублажение на самом пике, хоть и не намеренно, Лео всё равно возбужденно скулит, задрав голову. Кажется, ему даже понравился тот факт, что он не дал ему кончить, чем наоборот. Он даже немного задирает дрожащие в бедрах ноги к телу, выгибаясь в пояснице. Его член продолжает стоять без помощи и дрожать еще несколько секунд, пока не ложится на живот, сдавшись с содроганием.       — Ох, это было хорошо… — шепчет лежащий к потолку, опустив стопы на постель и потерев по постели туда-сюда ими.       — Но ты же не кончил.       — Да, в этом и кайф, — выдыхает парень дрожащим голосом, облизнув губы.       — Мне кажется, я многое о тебе не знал.       — Чуть-чуть, — улыбнулся длинноволосый, подёргав поводок слегка. — Продолжай.       Холерику самому не терпится, поэтому он саморучно переворачивает оппонента на живот, посадив перед собой на колени лицом вниз. Капнув лубрикант на два пальца, сначала подстраивается к заднему проходу и очень легко входит всем им.       — Э-э…       — Я же сказал, что подготовился к твоему приходу, — усмехнулся тот в подушку, выгибаясь слегка в спине со связанными поверх головы руками.       — Настолько? — в ответ ему мурчаще угукают и слегка притираются тазом больше.       По этой причине второй палец тоже оказывается внутри, поэтому он стал создавать изнутри лёгкие толчки при помощи указательного и среднего. Они шли достаточно легко, чтобы начать действовать активнее. В какой-то момент Рафаэль поймал себя на том, что прикладывает достаточно много силы, чтобы хорошенько вдолбить пальцы вовнутрь, опираясь второй рукой с боку от оппонента, что мягко поскуливал в подушку, задирая таз выше. Пальцы внутри давно издавали шлепающие влажные звуки. В момент темперамент резко вытаскивает пальцы, отчего Лео даже немного крутит от этого. Он сначала задирает плечи, выпячив и спину, а затем снова выгибается обратно, расползаясь ногами по сторонам, а его таз медленно лег на кровать. Он что-то хнычет тихо себе там под нос.       — Что, настолько приятно? — пока снимал с себя трусы, решает спросить Раф у того. Ему сначала одобрительно мычат, а затем поворачивают голову на бок, чтобы его было лучше слышно.       — И это, и то, насколько резко и грубо ты их вытащил, — пока Леонардо говорил последние несколько слов, его голос снова начинает как-то возбуждённо искажаться и переходит в скулёж, будто бы он вновь испытал приятные ощущения от этого, лишь вспомнив.       — Жесть, — вырывается у Рафаэля. Он знал, что Лео извращенец, но чтобы настолько… Он что, в первый раз его удивил, что во второй вгоняет в лютое недоумение.       — В любом случае ничего не сравнится с твоим членом, я в этом уверен, — усмехнулся он тихо, снова поставив таз и притеревшись им к чужому члену. — Может, разочек без презерватива? Я хочу ощутить твою широту в себе.       — Боже, Лео, тормози, — прикрывает задира глаза, глядя вниз на трение о его член, что тоже был давно не вял от всего происходящего и услышанного. — У меня чувство, будто не я тебя ебу, а опять ты меня.       — Ну что ты, милый? — ласково приговаривает длинноволосый, приподнявшись на локтях. Благо длина верёвки позволяла. — Я полностью в твоём распоряжении, а грязно разговаривать я люблю, а сейчас, когда я лежу и ничего не делаю, из меня идёт нескончаемый поток. Ты не обязан делать то, что я прошу, кстати.       — Когда дело доходит до секса, то ты становишься очень странным, — выдыхает он, приспустив свой член большим пальцем у основания, чтобы нацелить его на вход. — Я всё равно буду выполнять твои просьбы, просто не так, как ты хочешь, — с этими словами он резво входит вовнутрь на оптимальной скорости, чтобы это казалось и резко, но не слишком для тех мест, до которых он не дотянулся вдруг пальцем.       Естественно, ответа не следует, кроме стона к стене. Рафаэль придерживает его таз крепко обеими руками, чтобы не сливать темп и трение, оказываясь внутри всё чаще и быстрее. Лео трётся потеющим лицом о подушку, ненамеренно передвинув маску на лоб с глаз. Он скулит и стонет от каждого толчка, пока его голос прерывисто дрожал, словно это ему доставляло неописуемое удовольствие. Раф склоняется к нему ниже, продолжая держаться за чужие напряженные бедра, и видит, что плечи и руки того в мурашках. Настолько ему это приятно, что вся его дрожь следует вместе с кучей мурашек по телу. Задира целует его спину и шею, слегка прикусывая и причмокивая. Лео лишь громче и с ещё бо́льшим удовольствием вокализированно стонет, выгибаясь.       Когда Рафаэль хотел кончить и был уже на пределе, резко выходит и пачкает спину партнера, сам глубоко простонав от оргазма, пока сжимая ягодицы оппонента. Лео вновь дрожит и пытается восстановить дыхание. Сам же он не кончил, но ничего не говорит, за исключением небольшого возбуждённого мата, который так и вырывался из него, даже немного неосознанно.       Холерик убирает с него маску, развязывает верёвку, убрав её в сторону, и переворачивает Леонардо к себе, что тот только и успевает, что осознать это, ведь его втягивают в мозговышибательный поцелуй, что его голова вновь ничем не забита, кроме Рафаэля и запаха его влажной от испарины кожи. Задира недолго балует его поцелуем, ведь отстраняется и садится, взяв презерватив и надев его на себя, капает немного смазки и вновь входит, но уже лицом к лицу. Нардо сгибается в спине, натягивая поводок слегка, отчего холерик вынужден встать на руки и навсинуть сверху, попутно дрыгая тазом поступательными движениями.       — Не знал, что ты так мило стонешь и ярко реагируешь.       — Это из-за тебя так, — мурчит длинноволосый, пригладив чужое лицо по щекам и притянув к себе ближе. — Твой член меня сводит с ума, ты не представляешь, насколько.       У Рафа даже нет идеи, как отреагировать, поэтому он лишь краснеет, затягивая парня в поцелуй с напором, обняв его крепко за плечи и спину. Флегматик не отстает, обвив его крепкие плечи руками и приобняв за таз ногами, влажно касаясь языка того до момента, пока Раф не отстраняется, но парень продолжает держать рот приоткрытым, слегка высовывая язык, пытаясь дышать, постанывая от каждого толчка. Вскоре он смыкает губы и выгибается, проскулив горлом.       — Да, Рафи, быстрее… — держится Нардо за плечи холерика, сжимая крепко от удовольствия в паху. — Давай жёстче, пожалуйста, ах… — задире ещё требуется немного секунд, чтобы продолжать не таять от мольбы того, после чего берет руки партнёра, прижав их к постели для собственного удобства и для удовлетворения второго. Благодаря такой позе и упору Раф смог меньше прилегать усилий, но приносить больше возбуждения им обоим. Лео стонет громче, уперев носки в постель и даже немного приподняв таз, затем кладёт обратно, продолжая стонать вновь чуть стабильнее и тише, перебиваясь простыми глубокими вздохами, скулежом и мычанием. — М-м… Ты такой спортивный, Рафик. И большой… — мурчит тот, взглянув полуприкрытыми возбуждёнными глазами.       — Спасибо… — на выдохе благодарит его нависающий, скрестив с тем пальцы руки, коснувшись друг друга потными ладонями. — А у тебя большая выдержка. Я уже хочу кончить…       — Давай, милый, — Лео сжимает мышцы внутри, сразу заметив реакцию оппонента, что поджал губы и посмотрел вниз. Он ускоряется и вжимается плотно, заполняя презерватив. Длинноволосый тоже получает удовольствие, чувствуя, как презерватив внутри наполняется, так что мягко шумно урчит горлом. Когда тот вышел, Леонардо спокойно выдыхает носом, приулыбнувшись и поглаживая себе низ живота, не касаясь члена, после доводит до таза партнёра, ведёт выше, по бокам и талии, по грудным мышцам и заводит на крепкую спину, оглаживая нежно по крепкой широкой спине. Она была влажной, напряженной, а лопатки сведены вместе, отчего он казался ещё крепче.       Холерик вышел, снимая презерватив и завязывая его, затем откладывает его в сторону, чтобы выбросить позже. Мысленно он уже понимал, что возбуждение словно спало после второго оргазма, однако его взгляд возвращается к любовнику, что, несмотря на немного уставший вид, потное тело, разбросанные волосы, он выглядел всё притягательнее и притягательнее. А когда тот потянул парня к себе за поводок и втянул во влажный поцелуй, то возбуждение вновь ударило ключом, член вновь встал, особенно коснувшись чужого, немного стоящего.       — Подаришь мне ещё один подходик, м? — склоняет лежащий голову на бок, улыбаясь ехидно. — Ты так хорошо справляешься, Рафи. Особенно приятно, как твой член расширяется внутри меня от твоего возбуждения… — задира целует его в шею мягко, отчего тот приподнимает голову, мягко вокализированно выдыхая, погладив стёгна со спины оппонента стопами, а затем кладёт на спину крестом.       Рафаэль надевает презерватив, капает смазкой, растерев, и входит вновь с не меньшим напором и скоростью, начав вновь сильно долбиться. Настолько, что таз оппонента приподнялся, сменив угол входа, потому и попадать внутри стало слегка иначе и ещё приятнее. Синеглазый накручивает поводок, второй рукой сжимая подушку над головой, а пока по комнате продолжают разливаться стоны, что становились то выше, то ниже, иногда учащались, а моментами он просто мычал, выдыхая дрожащий воздух. Ему было очень хорошо, особенно, когда парень ускорялся всё больше, всё ощущалось грубее, смазка внутри хлюпала.       Через несколько минут Лео начинает заметнее елозить на месте, пытаясь будто найти себе место, он сжимает запястья парня, вздыхая тяжелее и возбуждённее. Его член дрожал, как и таз, даже слюни немного начали течь.       — Р-Раф, дорогой, прошу, кончай… — умоляет тот, скашивая брови. — Я хочу кончить с тобой, мне не хватает немного твоей широты… Хах! — закидывает он вдруг голову, опустив поводок и схватившись по бокам за постель. Холерик через несколько секунд кончает, вновь прижавшись, сжимая таз партнера и прижав его тем самым к себе. Лео вновь дрожит и выгибается ещё сильнее и кончает всплеском, даже успев это скуляще пробубнить, но Раф сразу даже не понял этого, пока через пару секунд ему не удалось разобрать бубнёж.       Когда Лео расслабляется, явно оргазм его отпустил, поэтому он мягко дышит без особой вокализации, поглаживая себя по паху и члену, чтобы расслабить своё тело. Рафаэль выходит, сняв презерватив снова, завязывает и, взяв влажные салфетки, вытирает себе и оппоненту испачканные места, дав ему отдохнуть после процесса.       Когда мусор был в соответствующем месте, Рафаэль залезает под одеяло, пока Лео уже туда залез. А когда первый лёг, приполз к нему, обняв за плечи.       — Ну ты как?       — Я думал, я это должен спрашивать, — усмехается Рафаэль. — Это ж тебя три раза трахнули, нет?       — Да, но у тебя же был первый твой такой раз, а у меня нет.       — Пф, ну… Мне понравилось, безусловно, однако мне кажется, такая роль не для меня. Но мне нравится, как ты можешь стонать в процессе, пф…       — Хах, да, это… Опыт такой, — усмехнулся слабо Леонардо, отведя коротко глаза. — Но да, это был просто такой эксперимент, я тоже не думал, что это будет на постоянку.       — Ага, — Раф целует того в уголок губ. — Было круто.       — Согласен, — зарывается в волосы бунтаря пальцами и массируя. — Будем спать?       — Будем.