Чувствительность

      В ближайшее время они больше не экспериментировали в постели, занимаясь сексом как обычно раз в два-три дня, перебиваясь минетами и онанизмом.       В один день, прямо в школе, случилась встреча, которую ни Лео, ни, тем более, Раф ожидать не могли.       В данный момент они находились не вместе, но всё ещё в школе, в самый разгар обучения. Двенадцать часов дня, обед. Все вышли из кабинетов. Лео взглянул на часы на руке, чтобы удостовериться, что он не потратил много времени на пребывание в классе, ведь они договорились с Рафом пообедать на крыше, как и всегда. Однако через пару шагов, пока он ещё залип на секундную стрелку, в кого-то слегка врезался и уже торопился извиниться и пойти дальше. Однако ему не удаётся этого сделать, ведь врезаться удалось не в какого-то школьника, а в высокого широкого парня.       — Ничего себе, — доносится от него. — Ты тут?       — Такеши? — ступает Леонардо назад, поправив очки. — Ты что здесь забыл?!       — Я хотел спросить у тебя то же самое. Разве ты не остался в Японии?       — Я? Нет! Это… не твоё дело, в целом, — махнул он рукой наотмаж, заодно не дав к себе прикоснуться. — Разве ТЫ не остался там? Что ты здесь забыл?       — Здесь, в Америке, или здесь, в школе?       — В целом, здесь.       — Просто приехал и решил попробовать поработать по профессии. А ты что, не скучал по мне?       — Естественно, нет, — щурится флегматик, отвернув слегка голову, но не взгляд. — И я спешу, — попытался он его обойти, но большая рука перехватила его за плечо, обхватив почти целиком, утащив ближе к стене, пока текучка школьников текла поодаль, не обращая на их трёп внимания.       — Возможно, я был слегка груб в последний раз.       — «Возможно»? «Слегка»? — хмурится Лео, дёргая сжатое плечо, не упуская попытки вырваться от пока ненавязчивого бывшего. — Ты вообще не изменился, отцепись от меня.       — Да ладно тебе, малыш, наверняка твоё тело теперь лучше готово к моей особой части, — приподнимает тот брови, второй рукой приподняв лицо Лео за подбородок выше к себе и склонившись ближе. Тот отворачивается хмуро, совсем слегка зарумянившись. — Годик назад ты слишком сильно испугался, глупыш. Ты всё ещё такой же пугливый?       — Нет, — выдыхает Лео тяжело и наконец вытаскивает свою руку, выныривая вбок и направляясь к лестнице на крышу, снова посмотрев на руку. Но она дрожала, так что пришлось придержать второй за запястье, чтобы увидеть время. На две минуты задержался. Такеши за ним не следовал, а, кажется, пошёл дальше по делам. Он здесь по поводу работы?       Нардо поднимается наверх, постояв перед дверью, ещё пытаясь унять прилившие эмоции, но дверь распахнулась прямо перед ним. Точнее, прямо в него, бахнув о лицо, так что Лео взялся за нос, заныв тихо от боли.       — Ой, бля, Лео, — именно благодаря Рафу Лео получил по носу, который теперь кровоточит. — Прости, ёбанный… Бля, пошли, — заводит он его к себе на крышу, где даёт ему салфетки. Флегматик подтирает нос и затыкает одну из ноздрей скрученной салфеткой. — Я хотел пойти к твоему классу, я не ожидал, что ты будешь за дверью.       — Всё в порядке, правда. Бывает, — машет тот рукой. — Сейчас пройдет. Главное, что не сломал, — погладил длинноволосый переносицу, чтобы удостовериться. — Прости, что заставил ждать.       — Нормуль, — Раф мягко касается носа партнёра подушечками пальцев, чтобы убедиться, что он в порядке. Лео складывает руки с помятой салфеткой в кровавых пятнышках себе на колени. Холерик ведёт рукой дальше, тыльной стороной огладив его щёку. Длинноволосый прикрывает глаза ещё, неосознанно склоняя голову к тёплой руке оппонента.       Бунтарь берёт щёку оппонента, оглаживая уже полноценно, пока на его ладонь смотрят. Притянув того к себе, Раф сам его целует в губы, ощутив ответное мягкое прикосновение.       — Хе-ей, голубки! — слышится со стороны входа, так что оба резво отстранились, отвернувшись в нужную сторону. Майки с Ди к ним подошли, первый подбегает быстрее. — Возможно, у нас будет новый преподаватель в школе.       — Ты пришёл только чтобы сказать вот это? — махнул в его сторону темперамент. Лео же решил не тратить время и начать кушать, отпивая молоко.       — Ну он молодой, а ещё он из Японии, как и Лео, — приулыбнулся тот. От сопоставления фактов у Лео от шока чуть молоко из носа не прыснулось, но он умудрился этого избежать и слышимо подавился. — Так что это не простой учитель, это что-то круче. Жаль, что я не могу узнать, как он учит, эх…       — А ты откуда это всё знаешь?       — Мама сказала ещё сегодня утром. Он у вас троих всех будет скорее преподавать. Мама сказала, что он производит отличное первое впечатление. Дело в его японских генах, я уверен.       — Его уже взяли на работу? — решает уточнить синеглазый, на что ему кивают.       — Я его ещё не видел, но мама сказала, что он просто огромный, высокий и крепкий, а ещё его голос такой типа… Бу-бу-бу… Ну низкий.       — Он будет преподавать физику? — спрашивает вдруг Ди, потирая ладони друг о друга.       — Да. А ты как узнал?       — Ну ты сказал, что это будет у нас у троих, это точно не английский, а остальные предметы у нас не совпадают. Так что методом исключения…       — Ай-й, какой у меня умненький дедукта-а-ант, — мурлычет конопатый, взяв ладошки парня и погрев в своих. — Догадался.       Пока Ди выхваливали за мелкую догадку, Лео задумчиво смотрел на бутылку с молоком. Такеши здесь действительно будет работать — это… не очень хорошо. Это минимум некомфортно для Лео в принципе. Из всех его прошлых сексуальных партнёров должен был появиться самый последний и самый «тяжёлый». Леонардо переехал сюда не только потому, что ему хотелось жить одному. Не в Японии, и потому что была возможность. Последней каплей была именно навязчивость этого огромного парня, что был старше его на три года. Он не давал свободно вздохнуть после отказа, поэтому Лео умотал сюда, где, в итоге, встретился с Рафом. Что, к слову, снова стал проверять нос парня.       — Он в порядке, — приулыбнулся Лео, погладив запястье парня пальцами, постучав бесшумно.       — Вижу, — поглядев ему в глаза ещё несколько секунд, Раф начинает есть, попивая своё молоко. Лео тоже ел, попутно все четверо болтали до конца перемены.       Майки с Ди ушли вперёд, пройдя уже пролёт лестницы. Лео с Рафом шли следом, задержавшись из-за того, что подбирали мусор, оставшийся после обеда. Однако они задерживаются ещё дольше, так как Лео тормозит Раф за запястье, что стоял на лестнице выше, чем партнёр, что послушно остановился, обернувшись.       — Что такое?       — Мне, может, кажется, но ты словно без настроения, — Лео на момент приоткрывает глаза шире, затем слегка улыбается. — Ты в порядке?       — Да, всё хорошо, Рафи, не беспокойся.       — Если тебе грустно, что я дал тебе по лицу, то…       — Нет, правда, — повернулся Леонардо целиком и взял чужую руку в две свои, помяв в них. — Не забивай себе этим голову, он уже не болит. Мне не грустно, я просто сосредоточен, вот и всё.       — Ну ладно, — кивает тот, после спускается дальше, обойдя партнёра и похлопав ему по спине слегка, как бы подталкивая тоже спускаться.       Лео от этого ненавязчивого действия стало спокойно на душе, несмотря на случившееся. Пока они шли вместе по коридору, уже выкинув мусор ранее, Нардо мягко касается тихонько мизинцем задиры, обратив на себя внимание.       — Слушай, может, предложение поспешное, однако… Не хочешь как-нибудь переехать ко мне?       — А что ты так вдруг?       — Ну, подумал, что раз нам двоим нравится проводить время вместе, а нахождение в одной квартире по несколько суток нас тоже не смущает, мы могли бы перебраться ко мне. Ты заберёшь Спайка, не будешь переживать о его одиночестве, ну и платить за твою квартиру тебе не придётся.       — Ну… Резонно, — кивнул тот, поставив руки в бока. — А почему поспешное?       — Ну мы вместе чуть больше трёх месяцев, и, возможно, это рановато, чтобы съезжаться, но мне хочется с тобой ходить домой по возможности и не вылавливать момент, когда мы сможем пойти погулять.       — Ну, поинты весомые, я отказываться не намерен, — усмехнулся холерик, слегка шатнув того в плечо кулаком. — Поговорим поподробнее после занятий, лады?       — Да, конечно, — он помахал тому, поэтому они разошлись по классам.       Этот день должен был закончиться получше, однако именно на его урок приходит этот их новый учитель. Лео с недовольным выражением лица трёт глаза под очками, заурчав беззвучно раздражённо. Сначала он вёл себя нормально. Но, наверное, потому что Такеши был в компании другого учителя физики до середины урока. Вот тогда он и начал вести себя куда открытее, пытался быть на одной волне с ребятами, заводя темы по типу «эти стариканы уже никуда не годятся, мы с вами изучим эту физику так, что вам она будет нравиться!». Лео испытывал полный испанский стыд, не в силах сдержать его, поэтому часто ловил на себе взгляд молодого учителя, который всем начал нравиться.       После этого урока он пытался быстро собраться, но Такеши попросил его остаться, когда часть людей уже ушла. Нардо тяжело выдыхает носом и разворачивается. Большинство выходит из класса, оставив их наедине.       — Что, тебе не понравилось?       — Мне всё равно, — слегка отвернулся он, схмурившись заметнее. — Это последний год физики, так что не обольщайся, — тот подходит к парню, склоняясь ниже и взяв его медленно за лицо большой ладонью, которая была больше его в два раза. Он мог бы с легкостью сломить ему череп сжатием в кулак. Но в данный момент слегка сжимает его щёки и поднимает лицо выше к своему.       — Да ладно тебе, недотрога, не играй в эти игры со мной. Я знаю, что в твоей грязной головушке.       — Моя голова чиста, я слежу за графиком мытья волос.       — Ты же знаешь, что я не об этом, — полуприкрыл с серьёзностью глаза Такеши. — Тем не менее, — накручивает пальцем второй руки галстук флегматика, — Ты снова хочешь поиграть в «кошки-мышки», малыш?       — Нет, — стал пытаться убрать руку собеседника от себя. — Отцепись от меня уже, я хочу домой, — он выскальзывает из пальцев нового учителя и делает шаг назад, чтобы развернуться и уйти. — Я тебе всё сказал, что хотел ещё давно, так что ты зря припёрся.       — Пф, ты думаешь, я это сделал только из-за тебя? — усмехнулся тот, так что Лео остановился на момент, вскоре услышал приближающиеся со спины шаги. — Возможно, эту школу я выбрал именно из-за этого, однако точно бы не стал улетать из страны только ради твоей задницы, хотя… — взяв того за талию обеими руками, так что его пальцы с обеих сторон могли практически дотянуться друг до друга с разницей в три-четыре сантиметра, полностью обхватив тело парня, что сразу напрягся, ощутив вновь румяна на щеках, — возможно, ради такого орешка я бы по всему свету мотался, — мурлычет он ему почти на ухо. Лео чувствует, как он горячо дышит ему на шею, поэтому он весь встрепенулся и выбрался из чужих рук, снова сделав шаг к выходу, но его схватили за запястье, обернув обратно, что вызывало только больше недовольства. — Ну, Лео, будь хорошим мальчиком. Сходим ко мне, попьём винцо… — ухмыльнулся он.       — Отвали от меня уже, — дёрнул длинноволосый руку из чужой и ушёл, нахмурившись пуще.       Как его раздражало это поведение, но у него не было желания разговаривать, не было желания объясняться или нечто подобное, хотелось просто уйти, не испытывая стыда от реакции своего тела, а именно щёк, что предательски краснели, хотя обычно у него получалось это сдерживать. Ему это не нравилось.       Выйдя недовольно из школы, он топал по лестнице, пока ему не положили руку на плечо. Боже, этот придурок ещё и пошёл за ним вплоть до улицы!       — Отстань! — на раздражении психует Лео, развернувшись с сжатым кулаком и прописал прям по чужому лицу.       — АУЧ! — отступил Раф, начав тереть лицо.       — О, Боже, Раф! — закрыл Лео ладонями лицо, сразу перестав злиться и скорее расстроился.       — Хороший удар, ох… — трёт он лицу, затем видит, что кровь из носа пошла.       — Господи, я… Прости-прости, я не хотел, — озадаченно Лео пытается потрогать его лицо и убедиться, что он в порядке. — Умоляю, не обижайся, я правда не думал, что это ты.       — Да всё норм. Будем считать, что это мне сегодня за твой нос прилетело, — усмехнулся он, пока Леонардо уже нашёл свои салфетки и вытирает ему нос, взволнованно осматривая и придерживая мягко его лицо второй рукой. — А кто тебя так вывел из себя? Аж ты был готов дать по лицу с такой-то силой. Не знал, что у тебя такая тяжёлая рука, лол.       — Это… — он вздыхает тяжело, опустив взгляд, затем снова на Рафа, что перестал улыбаться, насторожившись.       — Вот опять это лицо. Я сказал, что с тобой что-то случилось.       — Это не так серьёзно, как кажется, честно. Лучше дома поговорим об этом, — Рафаэль перенимает салфетку и суёт её в ноздрю. — Прости ещё раз. Надо бы холод приложить, поэтому пойдём.       За руку Рафаэль ведёт парня за собой домой, тот послушно идёт, проверяя кровь, которая вскоре перестала идти, поэтому выкидывает салфетку возле подъезда.       Уже дома Лео даёт Рафу пачку льда, приложив к лицу, тот после сам начинает держать её, присев на диван, пока Нардо делает им чая.       — И так?       — Помнишь, Майки сказал про нового учителя? — размешивает он чай. — Это мой последний бывший.       — Ой, блять.       — Да. И… Он успел поприставать ко мне в обед, поэтому я задержался, а теперь после уроков. Он думает, что я с ним играю в недотрогу, раз отказываю, но его это только разыгрывает, поэтому я думал, что это он, а это оказался ты.       — Жуть. А ты ему сказал, что ты в отношениях?       — Нет, но, зная его, его это не остановит. Ты думаешь, если «нет» для него не причина, то тот факт, что я с тобой, не заставит его сказать «не стенка — подвинется»? — изогнул флегматик бровь, взял чай и присел рядом с Рафом, поставив на журнальный стол чай оппонента, свой отпив. — Не думаю, что случится что-то серьёзное, однако мне не нравится, что он здесь. Он — последняя причина, почему я уехал из Японии.       — А насколько он серьёзный бывший?       — Пару раз занимались сексом, но не переживай, по серьёзности с тобой никто не сравнится. Он просто много о себе возомнил.       — А… Сколько тебе было лет, если не секрет?..       — Шестнадцать? — повернул к собеседнику голову Нардо. — Я потерял девственность в четырнадцать, о чём ты?       — Чёрт, Лео, это пиздец рано.       — Знаю, но… Возраст согласия у нас с тринадцати лет, так что…       — Не хочу тебя расстраивать, но год назад его подняли до шестнадцати.       — Но в момент моего первого раза было всё ещё тринадцать, так что взятки гладки.       — Ладно, верно, — темперамент берёт чай, тоже отпив. — И почему вы расстались? Если не секрет?       — Последний секс сильно затянулся, а ещё он был пьяный. Это ладно, первое время я ещё нормально себя ощущал, но в итоге секс длился, не считая прелюдий, часа три, — вздыхает он тяжело. — И, честно, ощущал я себя отвратительно, потому что… Ну…       — Ты можешь это не озвучивать, если тебе тяжело, — Раф кладёт лёд и чай на столик, чтобы сесть ближе и взять руку партнёра в свою. — Я думаю, я тебя понял. Ну он уебан последний, особенно что сейчас тебе тоже покоя не даёт. Если он тебя будет доставать — говори мне.       — Ты хочешь его побить? — улыбается мягко Лео, приподняв уголки губ.       — Если будет нужно, то, естественно, — сжал бунтарь кулак, ухмыльнувшись клыкасто. — Я его грохну — только скажи.       — Пф, Рафи, — смеётся бесстрашный и целует того в лоб. — Надеюсь, до такого не дойдёт, но я буду иметь в виду. Спасибо, что не ревнуешь меня и понимаешь. Я боялся немного, что ты разозлишься на меня за это всё.       — Ну, мне чуть-чуть ревниво, что какой-то уебан на тебя зуб точит, так сказать, но это не твоя вина вообще, поэтому я как бы… Я с тобой, короче.       — Пх… — Лео тоже ставит свой чай, чтобы погладить щёку парня и поцеловать соседнюю, в которую ранее ударил. — Ты у меня такой хороший.       — Пф… — смущается холерик, улыбаясь.       — А нормально, что препод так себя ведёт?       — Вообще нет, но он делает это не на виду у всех, поэтому… Ладно, давай пока не будем о нём говорить, мы хотели обсудить другое.       — Да. Давай, — Раф снова берёт чай, отпив его. Лео пока встаёт отнести лёд в морозилку. — У меня ведь тоже компьютер, куда мы его поставим?       — Можно на балкон, там и мой стоит. Просто по разные стороны расставить можно. Балкон с утеплением, так что проблем быть не должно, — улыбнулся флегматик, закрыв боком морозилку, и вернулся на диван. — Или тебе принципиально, чтобы мы были в разных комнатах?       — Да нет, так даже удобнее будет, — поводил тот головой вяло. — Я иногда буду играть с Ксевером и Кейси, надеюсь, я не буду мешать тебе тем самым.       — Нет. Я ж ни с кем кроме тебя не играю, так что… Даже если я буду за своим компьютером, то просто сидеть, твои разговоры мне мешать точно не будут.       — Да, кстати… Знаю, что мы уже сменили тему, но мне интересно. А ты со всеми своими бывшими дружил в начале?       — Только с первым. С Такеши мы переспали где-то на пятый день знакомства, что ли. Я пытался узнать его получше за это время, но он слишком нетерпелив, поэтому вот так.       — Он тебя силой взял?       — Что? Нет-нет, конечно, нет. Он меня долго уламывал в тот день согласиться, а мне уже было интересно, так что я и согласился, — Рафу стало полегче от этой информации, однако Такеши ему явно нравился каждый раз всё меньше и меньше. — Но в последний раз, как я уже сказал, он себя с трудом держал. В общем, у него в голове одни пошлости. По сравнению с ним, у меня мысли чистейшие.       — Почему-то верю, — усмехнулся бунтарь. — Когда ты хочешь, чтобы я к тебе переехал?       — Завтра выходной, можем уже начинать потихоньку перетаскивать вещи.       — А можем пойти уже сегодня, чтобы меньше времени тратить завтра.       — Пф, ну, — ставит Лео полупустую кружку на журнальный столик, приподнимается и пересаживается тому на колени, сразу же коснувшись пахом своим. Рафу этого достаточно, чтобы раскраснеться, сжимая в руках чай. — Я подумал, мы могли бы заняться чем-нибудь другим, — замурчал голосом флегматик, глядя на партнёра с полуприкрытыми глазами.       — Я не могу привыкнуть, как ты быстро переключаешься… — на выдохе комментирует Раф, протянув кружку тоже на журнальный стол.       — Ну, что ж, придётся, — усмехнулся Лео, практически сразу поцеловав того в губы и утянув в глубокий поцелуй. Холерик реакционно приподнимает плечи, сложив руки на чужие, немного промычав в первые секунды поцелуя, особенно когда его языка коснулись. В такой позе Лео с лёгкостью прижимал Рафа к спинке дивана. Он проводит руками от плечей к щекам, с аппетитом смакует губы и язык оппонента, который пытается дышать через нос, улавливая приятный запах сидящего на нём.       В момент Лео отстраняется, подхватывает с дивана подушку, кинув её между чужих ног на пол, но, пока не садится, встав на ноги и оперевшись на стёгна темперамента ладонями, пожмякав крепкие бёдра.       — Ты такой милый, Рафик, — улыбается Нардо. Он снимает с запястья резинку для волос и делает себе хвост, прибрав оставшиеся локоны чёлки за уши, затем снова склоняется так, чтобы руками погладить бёдра задиры и завести одну руку ему на пах, погладив длинными пианинными пальцами по небольшому бугорку. — У тебя такой внимательный взгляд. О чём ты думаешь?       — О том, как тебе удаётся быть таким невинно очаровательным и чертовски горячим одновременно, — Лео с лёгким смущением немного смеётся, вызывая у Рафаэля самодовольную полуулыбку-полуухмылку.       — Возможно, я тебе просто так сильно нравлюсь, — он продолжает слегка гладить по паху, не давая тем самым Рафу расслабиться и не обращать на это внимание. Лео чмокает его игриво в губы, после присаживается на колени, вновь поправив чёлку, что выскочила из-за уха.       — Возможно, — он складывает руки по бокам от себя, потирая друг о друга пальцы влажными подушечками.       Флегматик неспеша мнёт его бугорок, оглаживая пальцами, затем слегка садится ближе, коснувшись того же места щекой и немного губами, а руки синхронно мягко текут по бёдрам, коленям и следом вниз, пока не касаются оголённого участка кожи, а именно до щиколоток, ныряя пальцами ему в резинку носок и снимая их, ведя обратно, заныривая пальцами теперь под штанины, оглаживая щекотно пальцами тонкую кожу щиколоток: сверху, снизу, саму косточку.       Что не удивительно, Рафаэль возбуждается от этого, так что член встаёт ощутимо, упираясь Лео в лицо, поэтому одной рукой он приспускает ему штаны с трусами до низа таза, а рука возвращается обратно к щиколотке. Он ведёт носом по тельцу члена, причмокивая время от времени, добирается до головки, оттягивая кожу ниже, чтобы получше раскрыть её. Рафаэль уже ничего не говорит по поводу того, что он мылся только утром перед учёбой. Он уже свыкся с мыслями, что чистюля-Лео угорает просто по таким естественным вещам, если говорить максимально завуалированно и мягко.       Первые несколько минут флегматик всячески просто мочил член партнёра с помощью влажных поцелуев и облизываний со всех сторон, поставив себе цель сделать его максимально влажным. А то, что он очень сильно возбуждал сидящего тем самым, было скорее второстепенной задачей. До момента, пока он не перешёл к следующей стадии минета, начав полноценно заглатывать его практически целиком, придерживая волосы рукой, а второй держа член оппонента в районе основания, не забывая иногда разминать его яички.       Холерика пробивает током от практически каждого движения. Напряжение сменяется полным расслаблением, он не замечает, как уже полулежит на спинке дивана, вяло прикрывая половину краснющего лица ладонью. Лео откровенно втянулся в процесс, ничего не замечая, кроме вкуса на языке, смешанного со влагой собственных слюней. В каком-то смысле в подобные моменты он ощущал себя лучше всего. Ему нравилось, что он может брать в любой момент, что хочет и как хочет, наслаждаясь каждым мгновением самого процесса. А ещё ему просто очень нравились мужские члены. В особенности когда они твёрдые, дрожащие и изливаются ему прямо в глотку. Что, кстати, и случилось в следующие мгновения.       Он практически всё проглотил, проигнорировав горечь на послевкусии. Он её даже не заметил, был слишком возбуждён, в восторге от самого себя и от Рафа, что так сладко простонал и задрожал от какого-то десятиминутного минета. Лео вытирает губы большим пальцем, скинув остатки спермы. Не дав оппоненту передохнуть от оргазма, затягивает его в горячий углублённый поцелуй, очень жадно впиваясь в губы. Параллельно трогает член, надрачивая и вновь подогревая к продолжению процесса. У Рафа это вызывает глубокое покорное мычание, отчего он приподнимает плечи. Это был немного переизбыток внимания и ощущений, учитывая, что он и так очень чувствителен, а теперь эта чувствительность ощущалась ещё сильнее, чем обычно даже от простого поцелуя. Он его от себя отстраняет, надавив на плечи, чтобы отдышаться с подтёкшими слюнями и красным, слегка мокрым от пота, лицом.       — Хватит меня облизывать, просто трахни уже, — он хоть и хмурится и бубнит низким голосом, но Лео видит, какое его тело податливое и слабое, а его плывущие изумрудные глаза с трудом удерживали фокус на нём. Но даже понимая всё это, он всё равно не торопится, а лишь склоняет голову на бок и слегка вперёд, чтобы быть ближе к чужому ушку, чтобы ещё больше унять его возможность хоть как-то сопротивляться.       — Тогда попроси получше, — мурлычет Лео, потыкав указательным пальцем ему по уретре, отчего проводилась беловатая ниточка спермы каждый раз, затем ведёт ниже, начав водить кружочки влажным пальцем по животу Рафа. — Мой бедный нуждающийся мальчик… Что мне для тебя сделать?       Холерик возбуждёнными глазами косится на свой орган, поднимает жалобный взгляд на Лео, что уже отстранился от его уха, дабы взглянуть на личико оппонента. Холерик горячо выдыхает куда-то вниз, чтобы туда же перевести взгляд.       — Я хочу, чтобы ты крепко мне всадил как можно глубже, чтобы я мог почувствовать твой член внутри себя всеми своими стенками, — он взглатывает горячую слюну от стыда и смущения, особенно чувствуя пожирающий взгляд партнёра. — Хочу, чтобы ты крутил меня как хочешь, заставлял кончить несколько раз…       — Смотри на меня, — немного приказным тоном обращается парень, задира тут же поднимает глаза. Держать зрительный контакт одновременно очень тяжело, но и очень затягивает. — Продолжай.       — Хочу, чтобы ты сегодня трахнул меня до того, чтобы я просил тебя остановиться, но ты не останавливался… — от услышанного у Леонардо загораются глаза жаждущим блеском. — Войди в меня уже скорее, я не могу дождаться, когда снова смогу ощутить тебя внутри… — он боролся со смущением как мог, заливаясь краской, пока говорил. Уши полыхали. Но, кажется, флегматик был очень доволен, поэтому этот стыд того стоил.       — Чёрт, Рафик… — облизывается Лео, снимает резинку, прибирая волосы за одно плечо, затем прикладывает ладонь к его груди, слегка надавливая. — Какой же ты очаровательный… — он втягивает его в очередной глубокий поцелуй, уложив на спину на диван, слегка повернув его в нужную сторону. Так он оказался сверху, присев чуть выше оголённого паха.       Бунтарь приглушённо мычит в поцелуй, прихватывая воздух между их губами, ещё пытаясь так дышать в моменты, когда оппонент менял угол наклона головы. Он дышал носом, причмокивая мягкими и горячими губами и языком парня. В процессе поцелуя Лео начинает мять небрежно чужой член, вызывая ещё более яркую реакцию. Когда поцелуй прервался, задира охватывает воздух с горячим предыханием. Лео тянется к его уху, проведя мокрым языком и причмокнув верхним краюшком уха, дабы следом прошептать:       — Стоп-слово: красный, — снова причмокнув рядом с ушком, он садится ровнее, встряхнув головой, чтобы убрать волосы с лица. — Подожди меня чуть-чуть, — поднимается Лео с него, проведя рукой по животу до стоящего члена вплоть до головки, пока проходил мимо, и отчего дёрнул его. А пока удалился в комнату.       Рафаэль приподнялся на локтях, терпеливо ожидая партнёра. Заодно пока снял свои штаны с трусами, оставив их на подлокотнике. Ждать пришлось недолго, он поставил смазку с пачкой презервативов на журнальный столик, снимает с себя рубашку, оставив её на спинке дивана, снимает брюки, чтобы они не давили ему на пах. Взяв смазку, капает на пальцы, пока присаживается в ногах партнёра.       — Согни ноги в коленях, — задира послушно делает озвученное, потому его анальный вход оказывается достаточно обозрим для разогрева. Лео проникает пальцами ему вовнутрь, не особо тормозя, начинает там внутри теребить стенки, а второй рукой надрачивает чужой член медленными движениями.       Раф тихо урчит горлом, приподняв голову с опущенными бровями. Стал смотреть куда-то вверх, вздыхая глубоко грудью. Неспешная мастурбация его подогревала быстрее, так как ощущалась наиболее дразнящей, да и лёгкие входы пальцев не давали сбиться с возбуждённого такта. Когда он почти кончил, Лео сжимает его орган у основания крепко-крепко, не позволив ему излиться. Бунтарь недовольно мычит, стерпев это, затем выдыхает, как только оргазм отступил.       Рука с его органа уходит, а пальцев внутри уже оказывается все три, растопыриваются там и также растягивают сам вход. Задира в процессе глубоко и медленно вздыхал, томно поглядывая вниз время от времени. Он был пока молчалив, особенно по сравнению с тем, как может стонать.       Когда было всё достаточно растянуто, Лео вытащил пальцы, погладив подушечками пальцев вход. Надевает презерватив, обмазав его в смазке и перед этим сняв трусы. Присев ближе, шлёпает по входу пенисом, чтобы следом ему вставить вовнутрь довольно резко. Заодно поднимает чужую ногу повыше, чтобы уложить себе на плечо, отчего Раф слегка перекладывается со спины на бок, придерживая себя на подушках дивана. Слегка заскулив, холерик снова косится вниз, смотря как в него сразу начинают толкаться, выталкивая из него тяжёлые вздохи и ахи.       — Как думаешь, насколько тебя сегодня хватит? — слегка мурлычет флегматик, проводя второй рукой мимо члена оппонента, ведя по животу, забираясь пальцами под задранную футболку, отчего она задралась целиком, оголяя тело практически полностью. — Три? Пять? А может семь? — ухмыльнулся он, вдарив посильнее разочек. Рафаэль громче мычит, сдерживая себя на каждом толчке.       — Н-на долго, мм…       — Ну посмотрим, — Леонардо с ухмылкой выпрямляется, чтобы второй рукой было проще подминать его внутреннюю сторону бедра.       Он входил и выходил хоть и довольно резко и спешно, однако всё равно не особо старался толкаться внутри, лишь стремился разогреть его, сделать ещё более чувствительным к следующим разам. Поэтому этот раз был однообразен, быстро закончился, когда Раф кончил себе на живот после мастурбации со стороны доминанта. Лежащий слегка урчит возбужденно горлом и выдыхает томно. Лео выдавливает из его уретры остатки полупрозрачной спермы, что вызывает у Рафа тихий ух.       Он его переворачивает, поставив на колени и уперев передней частью в подлокотник. Длинноволосый раскрывает его ягодицы и снова резко входит, но куда реже, чем до этого. Холерик слегка выгибается в спине, ахнув вперёд и сжимая подлокотник обеими руками. Нардо насаживает его тело на себя с упором на сгиб между ног и туловища, чтобы поплотнее прижимать, шлепки были звонкими и резкими. Со стороны Рафаэля уже идут куда более яркие звуки. После каждого толчка он без того выдыхал горячий воздух, а теперь стал постанывать вокальнее, перемешивая низкие и высокие ноты голоса.       — Ух… — вылетает из него воздух, склоняя голову вниз. — С-слишком быстро… — Раф обернулся, выглядывая из-за плеча.       — Как жаль, — погладил он его по позвоночнику пальцем, оглаживая мокрые дорожки от пота. — Придётся тебе смириться с такой скоростью, медвежонок, — флегматик шлёпает его по одной ягодице, продолжая толкаться. От шлепка поставленный на корачки тихо хныкнул, повернувшись снова прямо.       — Б-бля-ах-ть… — простонал тот, опустив лоб в подлокотник между своих рук, дёргаясь реакционно от каждого толчка. — Лео-о… — отозванный склоняется вперёд, целуя влажную спину партнёра, касаясь плечей, лопатки и остальную часть спины губами, причмокивая и покусывая, в особенности плечи и нижнюю часть шеи. Задира, видимо, покрывается мурашками, пока выгибается в спине во время поцелуев. — Л-Лео, погоди… Я… Хах! — он весь словно сокращается, сжавшись и опустив голову с поднятыми плечами, сведёнными лопатками. Раф дрожит, сладко простонав следом и расслабившись. Лео остановился, взглянув вниз.       — Ты кончил без рук, пф… — он шлёпает ему слегка по ягодицам. — Ну какой ты хорошенький. Закрепим это продолжением.       Лео приподнимает его, приобняв за грудные мышцы, заодно стянув оставшуюся футболку с него и кинув на пол. Тот послушно поднимается, ещё слегка дрогнув разок после оргазма.       Лео садится на чистое место дивана, задира садится ему на колени лицом, придерживаясь за спинку дивана за спиной оппонента, что игриво поглаживает его талию и живот. Потянув его лицо к себе, затягивает в углублённый поцелуй, попутно приподнимая бёдра партнёра и усаживая снова на себя, постепенно опуская ниже. Задира тихо мычит удовлетворённо в поцелуй. Кажется, его возбуждение потихоньку переходит на новый уровень, и теперь ему хочется ощущать парня внутри себя постоянно, ощущать его тепло и движения. Прямо во время поцелуя сам Раф при помощи Лео начинает поднимать свой таз, делая толчки. Для удобства стал придерживаться за влажные плечи оппонента. В какой-то момент член проезжает прямо по простате и продолжает попадать в неё, навязчиво затеребив чувствительную точку ануса. Брюнет сразу же разрывает мокрый поцелуй и запрокидывает голову назад, застонув к потолку, отчего его голос даже поскакал совсем немного, в отличие от самого Рафа, что стал пытаться попадать по приятной точке активнее и чаще, подскакивая только так. Синеглазый любовался тем, как у партнёра течёт пот по шее и ниже по ключицам, как дрожали его плечи и подрагивал кадык, горячо вздыхая весь процесс, стараясь своим голосом не перебивать чужой, лишь бы побольше им наслаждаться. Тот становился всё податливее, чувствительнее и горячее.       Рафаэль подавал голос от каждого толчка, как и до этого, но теперь не просто дыхание, а полноценные стоны, что иногда становились чуть более продолжительными. Лео крепко держит его за талию, начинает насаживать быстрее, даже вынудив того опустить голову, приложив одну из рук к партнёрской на собственной талии, чтобы удержаться. Пот стал капать с лица того себе же на грудную клетку и живот. Он ещё старался удержать слюни, что так и норовили вытечь из приоткрытого рта из-за непрекращающихся стонов.       — Я сейчас кончу… — томно подмечает доминант, подняв на момент взгляд. Холерик тратит пару секунд, чтобы подумать.       — Да, пожалуйста… — Лео эта просьба доводит окончательно, поэтому он резко прижимает тело Рафа на своём члене. — Ах! — дрогнул он, сжимая руки Нардо на своей талии, он сам весь дрожит, как и оппонент, отчего их оргазменные стоны немного стыкуются вместе. Относительное неожиданное расширение внутри, надававшее как на стеночки, так и на простату, вынуждает Рафа снова излиться лёгким всплеском из члена. Как его отпустило, он падает Лео на плечо, придержавшись за его предплечья, пытаясь отдышаться.       Флегматик тоже тяжело дышит, закинув голову на спинку дивана, набирая полную грудь воздуха, чтобы побыстрее отдышаться и отойти. Он забирается руками на спину сидящего на нём, чтобы обнять.       — Ну что, продолжим? — водит всякие формы указательным пальцем на чужой мокрой спине, урча на ушко самодовольно. — Или ты устал, Рафик?       — Нет… Не устал, — поднимает он тяжко голову с чужого плеча, всё ещё пытаясь ровно дышать, смотря в ответ. — Нормально…       Лео целует его на момент в уголок губ, помогает встать с него, снимает заполненный презерватив, завязывает и откладывает, сразу надев новый и капнув на него смазку.       — Тогда пошли, — взяв его за руку, поднимает с дивана и отводит к кухонным тумбам, прижимает к одной из них, чтобы сразу затянуть в поцелуй, звонко причмокивая и с аппетитом переплетаясь с чужим языком. Задира не сопротивлялся, лишь прижал руки к краям тумбы, втягивая от возбуждения живот, ведь его ещё попутно трогали за половой орган, двигая по нему кулаком головкой вниз. — Мм… — неспеша отстраняется он, причмокнув напоследок губами. — Знаешь, чем больше ты возбуждён и иссушён, тем ты вкуснее, — Лео убирает волосы с лица, склоняется к шее парня, целуя и причмокивая, оставляя пометки. Холерик трепетно вздыхает, продолжая втягивать живот время от времени.       — Л-Лео, давай уже…       — М? — склонил он голову, чтобы слегка выглянуть, делая ненавязчивый массаж пухлому члену партнёра пальцем, водя сверху вниз всякими замысловатыми, но неэффективными движениями. — Твоя дырочка уже просит её заткнуть?       — Не описывай это настолько бахабно, блять… — отводит он взгляд.       — Тс-тс-тс, — цыкает доминант, щурясь. — Ну тогда повернись, и я снова тебя трахну, только теперь у тебя точно не будет возможности меня остановить, — они пересекаются горящими взглядами. Задира взглатывает, посмотрев вниз. — Второго шанса не будет, милый.       — Хватит языком трепать…       Лео смеётся с его неуверенной интонации, однако не смеет задерживать начало процесса. Точнее продолжения. Поэтому переворачивает его к себе спиной, склоняет туловище на тумбу и вновь влетает внутрь, склонившись чуть вниз, убрав бо́льшую часть аккуратности, мягкости и прочего. Просто голая долбёжка, словно на втором дыхании. Задира скулит, приподняв одну ногу, затем ставит её снова на пол, потоптавшись. Ухватиться было не за что, так что он просто сжимал кулаки, стоня к стене, перебиваясь мычанием, скуляжом и хныканьем, но пока молчал и ни о чём не просил, терпеливо позволяя просто раздалбливать его изнутри. Он даже не понимает, как кончает, прыснув себе на бёдра, однако ощутил оргазм вновь, что Лео и почувствовал внутри, и услышал по изменённому тембру голоса. Тот ещё и дрогнул, приподняв таз. Поэтому через пару минут тормозит, выходит и тащит Рафа в спальню, практически кидает на кровать животом вверх, таз был на уровне края, поэтому флегматик с лёгкостью берёт его за него же, приподняв к своему уровню паха, и снова входит.       Толчков было столько, что у Рафа они уже сливались практически, он сжимает бельё над головой, не сдерживая голос совершенно. По ощущениям анус уже немел, а всё происходящее в глазах плыло. На момент в нём проскользнуло желание попросить остановиться. Но только от мысли, что ему откажут, куча очередных бабочек кусают его пах, а член снова приподнимается, будто бы он и не кончал до этого несколько раз. Уже сбился со счёта.       — Лео, погоди… — он хныкнул разок, подняв жалобный нечёткий взгляд. — Притормози…       — Что? Я только разогнался, — выдыхает он горячий воздух ртом, склонившись и повиснув сверху.       — Ну хотя бы медленнее, Лео, пожалуйста… — прикрывает он возбужденно глаза тёмными ресницами. Флегматик берёт его ноги в сгибе колен и закручивает, нагибая и нависая. От смены градуса входа холерик закидывает голову назад, застонав с новым напором и схватившись с новой силой, затем снова пытается посмотреть на того. — Прошу, остановись, я уже не могу…       — Не-а.       Стоило ему это произнести, как Раф тут же кончает, ахнув.       — Господи, Раф, я даже тебя не трогаю, а ты всё кончаешь и кончаешь. Хах… — он с возбуждённым удовольствием щурится, смотря на партнёра. — Ты ещё соображаешь?       — Я уже… Уже не понимаю, когда кончаю, подожди! Ах! — он пытается сжать ноги, но не получается, так как его крепко держат. — Пожалуйста, я сейчас снова!.. Ах! Я сейчас опять кончу! — он даже начинает плакать от возбуждения и прикусывает губу, урча горлом и хныкая им же.       Лео начинает делать просто резкие грубые движения, залетая вовнутрь как можно плотнее, чтобы тоже излиться побыстрее. Подобные движения задиру снова доводят до оргазма, и он кончает. Но его сперма уже с трудом была белой. Он был выжат как только мог, а всё его тело — огромная чувствительная точка, особенно внутри. Но, благо, Лео кончает даже первее, следом уже и Раф, громко застонав, пока его всё тело дрожит.       Флегматик очень медленно выходит из дышащего кружка мышц, снимает презерватив и завязывает, пока оставив на полу. Но только чтобы аккуратно переложить Рафа под одеяло. Тот был не совсем в себе и полусонный, так что теребить его точно не стоит.       Лео пока всё убирает, набирает себе воды, наливает воды и для партнёра. Вытирает орган влажными салфетками, надел трусы и пришёл к Рафу, присев рядом и мягко потеребив по плечу. Тот ещё не спал, так что смог приподняться и выпить воды.       Хозяин квартиры вытирает тому некоторые части тела и помогает ему надеть нижнее бельё. Ложится рядом и двигает к себе поближе. Рафаэль и не брыкался, сам прилез поближе и тут же вырубился, как только ощутил себя полноценно комфортно. Леонардо сам засыпает очень быстро. Они занимались сексом почти час, это практически полноценная тренировка. Потные, конечно, но зато довольные, они засыпают до следующего дня.