Радужный город / Rainbow City

Слова прозвучали с легким двусмысленным оттенком, но Сок Хва подчинился без тени смущения. Помня упругость его бедер, Квак Сухван нарочно сжал их ладонями, после чего достал из-под сиденья парашют, снял с Сок Хвы рюкзак и закрепил ремни. От этого спина доктора чуть выгнулась, а бедра сдвинулись вперед. – Это так, на всякий случай. Не переживай. Перед взлетом в самолетах всегда проводят инструктаж по безопасности, вот и здесь так же. Он успокаивал Сок Хву, будто опасался, что он струсит. Но на лице доктора не отразилось ни капли волнения. – Если вдруг придется оставить вертолет, просто выпрыгивай вон туда, за дверь. Главное – не раскрывай парашют сразу. Прыгай строго вниз, а когда почувствуешь, что вертолет уже на достаточном расстоянии, тогда дергай за это кольцо. Но, повторяю, до этого вряд ли дойдет. Он произнес «не переживай» еще несколько раз, похоже, что вертолет ему представлялся все же опаснее самолета или корабля. Для неподготовленного человека полет на вертолете действительно был рискован. – Не переживаю. Если вдруг такое случится, выберусь без проблем, – уверенно ответил Сок Хва. Квак Сухван пригладил его растрепанные ветром волосы. Сок Хва, наслаждаясь его прикосновением, слегка прикрыла глаза. – Все, хватит, – в кабину пилота забралась Ли Чэюн и кулаком стукнула по месту, где должен был сидеть Квак Сухван. Тот, не торопясь, сперва довел прическу Сок Хвы до идеала, и лишь затем опустился в кресло пилота. Щелкнул несколькими тумблерами над головой. – Давно за штурвал садился? – спросила Ли Чэюн. Квак Сухван, еще раз бросив взгляд на Сок Хву, ответил: – В тот раз. С тех пор как они «потеряли» вертолет, их подразделение больше не получало авиационной поддержки. Военный вертолет работал на реактивном топливе JP-8, и, к счастью, в баках было достаточно запаса. Правда, по пути все равно придется дозаправиться, так что, похоже, целью станет район, где стоит дом Сок Хвы. Двигатель ожил, и медленно крутящиеся лопасти начали набирать обороты, переходя в бешеное, рубящее воздух вращение. Квак Сухван, как на тренировках, потянул рычаг вверх. Порыв ветра тряхнул корпус, заставив Сок Хву вцепиться в ремень на груди. Он несколько раз проверил, что держится именно за него, чтобы по ошибке не дернуть за кольцо парашюта прямо в кабине. Шум был оглушительный, Квак Сухван и Ли Чэюн что-то выкрикивали друг другу, но слов было не разобрать. Лишь когда они набрали нужную высоту, вертолет выровнялся и уверенно двинулся вперед. Внизу уже простиралась блестящая полоса моря. Вновь начинался путь на Чеджу. *** Два часа спустя над пляжем Сехва, Чеджу. – Помнишь, что я говорил?! Сок Хва попытался поднять голову, чтобы посмотреть на Квак Сухвана, но вертолет начало закручивать, и виски пронзала острая боль. Квак Сухван тоже уже не мог обернуться, он лишь судорожно вцепился в штурвал, из последних сил удерживая машину на высоте. Тогда Ли Чэюн отщелкнула ремень и в одно мгновение оказалась рядом с Сок Хвой. Она обхватила его, прижала к себе и закрепила обоих одним ремнем. – Доктор! Парашют я раскрою сама! Поняли?! Ее голос пробился сквозь рев винтов и майор рывком распахнула дверь. – А майор… Квак Сухван?! Но договорить Сок Хва не успел – Ли Чэюн уже прыгнула в пустоту. Сверху, из вертолета, клубами валил черный дым. Сок Хва хотел поднять голову, но бьющий снизу поток воздуха не давал повернуть шею, мышцы у доктора были слабые. И в тот миг, когда над Ли Чэюн раскрылся белый купол парашюта, с той стороны, где оставался вертолет, прогремел оглушительный взрыв. *** [Второй Мастер, майор Ли Чэюн приближается к Чеджу] Второй Мастер вздрогнул, услышав тревожное сообщение «Матери». На его столе лежали кипы бумаг – собранные досье на окружение О Ян Сока. – Майор Ли Чэюн? [Судя по скорости перемещения, предположительно она движется на вертолете. Приблизительное время до прибытия в район пляжа Сехва: не более 15 минут.] По правилам Радужного города, всем гражданам внедряли чипы для слежения, но представители знатных семей были исключением – их статус позволял не вести постоянный контроль. Однако Ли Чэюн была слишком тесно связана с Квак Сухваном, и потому Второй, воспользовавшись плановым медобследованием, велел имплантировать GPS-чип под видом прививки от Адама. Даже так он не мог вести открытое наблюдение без разрешения Совета, поэтому настроил «Мать» на автоматическое оповещение о подозрительных перемещениях. Если Ли Чэюн едет на Чеджу без приказа, почти наверняка она не одна. – Соедини меня с армейским штабом Сехва. [Загрузка… соединение установлено] Спустя несколько секунд эфир ожил голосом дежурного офицера. [Второй Мастер, центр связи штаба Сехва. Слушаем.] – В сторону пляжа Сехва движется неопознанный вертолет. [Да, объект на радарах. Готовим перехват и уничтожение] Второй резко распахнул глаза и с яростью ударил ладонью по столу. – Немедленно прекратить! Отбой! Сию минуту отбой операции! […Передаем приказ об отмене.] – Кто санкционировал пуск?! На том конце замялись, будто не верили собственным словам. [Разве не вы, Второй Мастер?] – Что?.. [По спецканалу был получен приказ с вашей личной подписью] – Что вы несете? По какому каналу?! [Извините, сэр… но сообщение пришло по вашему же личному шифрованному каналу] Второй стремительно потянулся к клавиатуре и вошел в защищенную сеть армии. В глаза бросилось сообщение о «двойном подключении». Он приказал отслеживать источник. Но система указала: место входа – его собственный кабинет. – Что за… черт возьми… [Мастер, мы передали приказ отменить перехват… но поступило сообщение, что вертолет уже был сбит] – Черт! Второй швырнул клавиатуру в стеклянную панель. Его ноги напряглись, пальцы дернулись. Он накрыл нижнюю часть тела пледом. [Мастер, вертолет был сбит, но, к счастью, подтверждено, что часть экипажа успела покинуть его на парашютах. По ним огонь прекращен] – Немедленно доложите точно, кто именно совершил аварийное приземление. [Да, как только уточним, сразу доложим] Второй направил кресло в сторону упавшей клавиатуры Его охватило дурное предчувствие, что с Ли Чэюн мог быть Сок Хва. Если так, он надеялся, что именно доктор остался жив. Забыв про клавиатуру, он уставился на огромную стеклянную доску. В центре – Эдемский сад, а вокруг него, радиально, располагались именные пометки знатных домов, военных и ученых. Словно паутина, расходящаяся от ствола дерева. Между ними текли четыре реки, по которым также шли имена – среди них появились Квак Сухван и Сок Хва. Следом, через список коллег-исследователей Сок Хвы, он дошел до имен доктора Кима и Чхве Хо Она. Имя Чхве Хо Она было обведено кружком. *** Сотни, тысячи ледяных игл вонзались в тело, но к этому чувству Квак Сухван был уже привычен. Единственное, что невозможно было терпеть – это соленая вода. – Ху, черт… Кашляя и захлебываясь, он кое-как выполз на песчаный берег. Его вырвало остатками морской воды и он тут же рухнул на спину, тяжело дыша. Над ним раскинулось черное небо, утыканное звездами. – Ты ведь… не вздумаешь считать, что я погиб? Если заведешь другого, убью, – бросил он полушутливым тоном, но лицо оставалось ледяным. Поднялся, стащил с себя насквозь промокшую тренировочную куртку и швырнул в песок. Не было времени здесь отлеживаться. За его спиной в темноте возвышался силуэт Удо. Остров казался близким, но вплавь до него все равно было не добраться. Квак Сухван сорвал рубашку, оставив на шее только жетон, и двинулся вдоль Кроличьего острова. В отличие от лета, когда тут цвели белые цветы монджуран, сейчас растения спали, шелестя при шагах чужака. Этот кусок земли с основным островом был соединен сушей лишь во время отлива, но вода уже начала прибывать. Когда ее уровень поднялся до пояса, Квак Сухвану снова пришлось плыть, загребая изо всех сил. – Чертова стужа… Добравшись до берега, он попрыгал на месте, стряхивая воду, и бросился бежать в сторону ближайших домов. Приказ сбить исправный вертолет мог исходить только от кого-то с высоким чином. А здесь, на острове, единственным, кто мог следить за ними и обладать такой властью, был лишь Второй Мастер. Квак Сухван убедился, что Сок Хва и Ли Чэюн спрыгнули, и только тогда бросил машину в море. Раскрывать парашют над водой было самоубийством, потому он использовал нераскрытый ранец как плавучий тюк и добрался до Кроличьего острова. Он бежал по дороге вдоль побережья, крабы-галатеи шустро скрывались в трещинах базальта. Сплюнув соленую горечь, он свернул к ближайшему дому. Когда-то здесь был оживленный туристический поселок с таунхаусами и гостевыми домами. Теперь остались лишь те дома, где можно было топить печь или котел: водопровод и газовые сети остановили еще с началом нашествия адамцев. Квак Сухван заметил дом с распахнутыми воротами. Зашел во двор, омыл лицо и тело водой из большой кадки. – К-кто вы?.. – из-за двери испуганно выглянул старик. Квак Сухван еще раз окатил себя, сделал пару жадных глотков и показал жетон на шее. – Квак Сухван, майор армии Радужного города. По некоторым обстоятельствам придется вас побеспокоить. При упоминании звания старик напрягся. Пусть это и была чистая зона Чеджу, но власть армии ощущалась и здесь. Недавно ходили слухи, что в соседней деревне Хадо солдат насмерть забил крестьянина во время раздачи риса. – О-одежда… что ж вы в таком виде? На лице и торсе у гостя виднелись ссадины, и старика это встревожило еще больше. – По пути на Чеджу произошли проблемы, пришлось сесть на Кроличьем острове. Простите, не одолжите одежду? Не дожидаясь ответа, Квак Сухван направился к дому. Соль с тела он смыл, но вода все еще капала с него на землю. – Можно войти? Старик лишь молча кивнул. Сняв ботинки, Квак Сухван прошел в дом и вытерся полотенцем с сушилки. Отцепил с бедра кобуру с пистолетом и стал осматриваться в поисках одежды, но тут висели только разноцветные, явно не по размеру рубашки и штаны. – Э-э, – раздался голос хозяина и он появился из внутренней комнаты, держа в руках спортивный костюм. – Это… мой сын когда-то носил, еще на материке. Не знаю, подойдет ли по размеру… Он протянул майору темно-синий тренировочный костюм с фирменным логотипом. – Спасибо, – сказал Квак Сухван. Старик протянул ему еще и новый, упакованный в прозрачный пакет комплект нижнего белья. Было ясно, что он дает все от страха, чтобы военный вдруг не причинил вреда. Это оставляло во рту неприятный осадок. Но Квак Сухван искренне поблагодарил и переоделся. Куртка-ветровка оказалась на удивление теплой. Затем он вытащил из промокших брюк кошелек. Деньги внутри были пропитаны солью, но все же он отсчитал немного и протянул старику. – Столько денег… – удивленно раскрыл глаза тот. – Это за вашу помощь, – коротко ответил Квак Сухван. Он вытер кошелек полотенцем и вышел во двор. Старик еще пытался всучить ему кроссовки, но майор отказался, просто промокнул ботинки изнутри и снова обулся. Едва прошло пять минут, как он уже был готов уходить. Квак Сухван уже завязывал шнурки, когда услышал это. [Внимание. Объявление для жителей Чеджу от Радужного города. Просьба немедленно сообщить в армейский центр, если вы обнаружите майора Квак Сухвана. Если на берег выброшено тело, убедительная просьба сверить жетон. Еще раз повторяем приметы разыскиваемого… шшш-шшш…] По радио, которое старик оставил включенным для фона, передавали срочное сообщения для округа Чеджу Старик посмотрел на майора: описание совпадало слишком точно. Его взгляд метнулся к пистолету в кобуре. – П-пощадите меня, – выдавил он. Квак Сухван тяжело вздохнул. Снова снял ботинки, подтолкнул старика к дому и зашел внутрь. Пока тот бормотал просьбы о спасении, Квак Сухван искал телефон. В комнате стоял стационарный аппарат, рядом на стене висела записка с номерами: армейский центр, центр безопасности. Он взял трубку, но не стал в нее говорить, включил громкую связь. Набрал номер армейского центра, написанный на бумаге крупными цифрами. [Вы позвонили в армейский центр Сехва великого Радужного города. Говорите] Великого, блять. – Зачем вы меня ищете? […Что?] – Доктор Сок Хва и майор Ли Чэюн находятся под стражей? [Кто говорит? Представьтесь] – Я сам приду, но сначала скажите, живы ли доктор Сок Хва и майор Ли Чэюн. [Неужели… вы майор Квак Сухван?] По ту сторону линии поднялся шум, и раздался помеховый сигнал. Чертов хлам. Квак Сухван поморщился и уже хотел положить трубку, как вдруг прозвучал другой голос. [Майор Квак Сухван] Он прикрыл глаза, потом снова открыл. «…Второй Мастер». По голосу сразу было ясно, кто это. [Зачем ты восстаешь против меня? Я никак не могу понять. Если бы ты просто следовал моим приказам, все не зашло бы так далеко] – Доктор Сок Хва сейчас у Второго Мастера? Если вы хоть пальцем его тронете… [Даже если так, ты ничего не сможешь сделать] – Почему это? Я смогу отрезать вам голову, а дальше убивайте меня. Несмотря на замерзшее тело, ладони вспотели. Он хотел верить, что Второй не решился на глупости, но тревога грызла: вдруг Сок Хва пострадал при прыжке? Или его уже пытали? [Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь? Это чистой воды измена] – Тогда скажите прямо, что с доктором Сок Хва. Второй Мастер издал низкий, сдержанный звук, словно подавляя ярость. [Доберись до Удо. Там поговорим] – Он и правда у вас? Хотя бы голос дайте услышать, чтобы я поверил. [У него все еще огнестрельное ранение на руке. Из-за этого исчез чип слежения. Этого ответа тебе достаточно?] Щелк – связь оборвалась. Похоже, линия шла напрямую от армейского центра к кабинету Второго. Квак Сухван положил трубку, затем вновь закрепил кобуру на бедре. – Старик, опусти это. Тот держал над головой откуда-то вынутую сковороду. – Я… просто так тоже не дамся! Тощий, дрожащий, он выглядел так жалко, что Квак Сухвану на миг показалось, будто он и впрямь злодей. Он выхватил сковороду и швырнул на пол. – Чтобы попасть на Удо, нужно садиться на паром в Сонсане, верно? Он вынул из кошелька еще несколько купюр и положил рядом со сковородой. Но старик все равно изображал испуганного дикобраза. – Если бы я хотел вас убить, разве давал бы деньги? У меня сейчас каждая секунда на счету. Тот продолжал сжимать морщинистые губы. Квак Сухван махнул рукой и уже собирался выйти. – Да, из Сонсана можно. Но Удо охраняют военные, так что кого попало туда не пустят. Чуть смягчившийся голос прозвучал, когда майор уже был в дверях. – И паром там ходит только раз-два в день. А в такую тьму точно не выйдет. Говорить Квак Сухвану подождать до завтра значило обречь его на немыслимую муку. Майор поклонился, поблагодарил и вышел, снова зашнуровав ботинки. – Эй.