Радужный город / Rainbow City

В прежние времена он бы давно потерял сознание, однако по непонятной причине в этот раз его сила воли оказалась сильнее, и падения вперед лицом со стула не случилось. Когда к нему подошел Чхве Хо Он, другие люди расступились. – Вы устали? – Чхве Хо Он помог Сок Хве встать со стула, – Выглядите уставшим. Нелегко раздать столько благословений сразу, это выматывает. Последнее было обращено к верующим. Когда все собрались, их оказалось не меньше тридцати. По-видимому, это были самые верные и статусные последователи “Эдемского сада”. Число последователей резко возросло в последнее время, после трансляции о вакцине “Эдем” постоянно принимал новых членов, и новичков было уже более тысячи. Это и было основной целью распространения вакцины. Сок Хва намеренно не избегал поддержки Чхве Хо Она. Они вышли из зала с нарисованным Древом Жизни и поднялись по лестнице. Чхве Хо Он открыл первую дверь на втором этаже. Комната перед ними почти не отличалась от комнат в убежище, только стол и кровать стояли криво, а на столе лежали книги с доктринами “Эдемского сада”. Сок Хва мельком взглянул на обложку все с тем же деревом и тут же отвел взгляд. – Принести вам поесть чуть позже? – Зачем вы назвали меня спасителем? – Сок Хва сел на кровать и прислонился плечом к изголовью. Ему очень хотелось лечь, но он старался не казаться слишком уязвимым при Чхве Хо Оне. – Потому что те, кто иммунен, – спасители. – Они в это верят? – У них небольшой выбор, во что верить. Здесь собрались и граждане Радужного города, и чужаки, их всех постигла несправедливость жизни и их переполняет страх. Они верят, что если исчезнет вирус Адама, наступит рай на земле. И также верят в то, что обретут иммунитет благодаря силе спасения. – Так я должен заниматься лекарством здесь? Чхве Хо Он выдвинул стул и сел лицом к Сок Хве. – Наша миссия – продолжить то, в чем потерпели неудачу четыре реки. Создать человечество, свободное от Адама – и есть спасение. Мы не создаем лекарство, мы создаем безупречный геном. Слова Змея звучали странно, даже тревожно. – Геном? – А вы думаете, мы с вами претерпели естественную эволюцию? – Чхве Хо Он снял и положил очки на стол. – Разве доктор Сок Хва не знает об этом? Вы же занимались исследованием мутаций. Эволюция мутантов действительно была искусственной, как и у вируса Адама. Все это было результатом человеческого вмешательства. – Не только ваши гены, но и майора Квак Сухвана были отредактированы на стадии эмбриона. Это неоспоримый факт. Сок Хва почувствовал пульсацию в висках и положил ладонь на лоб. Чхве Хо Он имел в виду редактирование генов эмбрионов с помощью “генных ножниц”. Теоретически, чтобы сделать организм устойчивым к СПИДу, достаточно удалить ген CCR5, который действует как “врата” для проникновения вируса HIV в иммунные клетки. Его удаление обеспечило бы иммунитет к СПИДу. Если бы удалось точно определить, какие гены вызывают ту или иную болезнь, то с “генными ножницами” можно было бы предотвратить болезни еще до стадии заражения. Еще до появления Адама многие стремились создать таким образом “супердетей”. Однако риск был слишком велик для того, чтобы это вошло в массовую практику, и последовала яростная критика из-за неопределенности последствий. Редактирование генов случайных эмбрионов было равносильно экспериментам над людьми. – Так вы говорите, что моя мама и ее коллеги проводили эксперименты над эмбрионами? – Бесчисленное количество раз, – спокойно ответил Чхве Хо Он. Лицо Сок Хвы побледнело еще больше. – Дети с генетическими модификациями были затем убиты или изгнаны. Все это было сделано по указанию властей Радужного города, – Чхве Хо Он поднялся со стула, – Радужный город прогнил так, что это нельзя исправить. Пока мы не сломаем эту систему на корню, даже новый город или страна не изменят ситуацию. Когда Чхве Хо Он ушел, звука запираемой снаружи двери не было слышно. Сок Хва ощущал, что ему нужно поспать хотя бы пару часов, но его мозг кипел от мыслей. Был ли это приказ Радужного города на проведение экспериментов и утилизацию образцов? Если так, то возмущенные этим варварством доктора решили основать “Эдемский сад”? Сок Хва на коленях перебрался по кровати и выглянул в окно. Лес за пределами особняка был настолько густым, что казался самой чернотой. Электричество в особняке не было, местные пользовались свечами. Прислонившись к окну, Сок Хва размышлял, как бы заполучить ключи от машины Чхве Хо Она. Будь у него силы, он бы легко вырубил его и забрал ключи. Сок Хва горько усмехнулся. Если бы он был настолько силен, его бы и похитить не смогли для начала. Он сидел, сжав колени и уткнувшись в них лицом, сонливость накатывала с новой силой. – Доктор Сок… Сок Хва резко вскинул голову, а затем снова уткнулся лицом в колени. Похоже, у него уже слуховые галлюцинации, а значит, его разум действительно на пределе. – Сок Хва-хён! Он мгновенно вскинул голову и посмотрел в окно. “Не может быть, чтобы Квак Сухван знал об этом месте и явился сюда, – Сок Хва обеими руками отвесил себе пощечины. – Соберись. Не засыпай. Если не можешь украсть машину, уходи пешком”. Сок Хва старался мыслить позитивно. Раз это Зеленая зона, здесь не должно быть адамцев. Только он собрался подняться с кровати, как за окном полыхнула ослепительная вспышка. Затем послышался звук взрыва, от которого Сок Хва в ужасе обернулся к окну. Машина Чхве Хо Она пылала огнем и пламя было багровым как кровь. Увидев стоящего рядом с горящей машиной человека, Сок Хва не колеблясь схватил стул. Это был всего лишь обычный деревянный стул, но ему он показался неожиданно тяжелым. Стиснув зубы от боли в предплечье, он собрал все силы и метнул стул в окно. Когда стекло разлетелось, стул выскользнул из его рук и упал на улицу. Мужчина резко посмотрел на упавший стул, а затем медленно поднял взгляд. Сок Хва, стоящий у разбитого окна, был прекрасно виден в свете пламени. Квак Сухван стянул покрытые кровью перчатки, швырнул в костер, в который он превратил автомобиль Змея, и широко раскинул руки: – Дорогой, прошло всего несколько дней, а ты уже так соскучился? Сок Хва замер на шатающейся оконной раме, услышав этот спокойный голос. Казалось плохой идеей выходить через дверь, это могло все усложнить, если Змей попытается его перехватить. – Сможешь спрыгнуть? – прокричал Квак Сухван. Услышав за спиной шум шагов, приближающихся по коридору, Сок Хва быстро кивнул. В конце концов это был лишь второй этаж, это не должно быть фатально. Сок Хва глубоко вдохнул и толкнул свое тело в направлении Квак Сухвана. Он постарался рассчитать угол, оттолкнулся от оконной рамы и даже заставил себя держать глаза открытыми, хотя хотелось зажмуриться от страха. Квак Сухван, не колеблясь ни секунды, ловко поднырнул под падающего Сок Хву, опуская центр тяжести, и уверенно поймал его. – Ух ты! Отличный прыжок, – усмехнулся он. Тем не менее тело Сок Хвы испытало всю тяжесть гравитации. Посмотрев наверх, они увидели Чхве Хо Она, который стоял в разбитом окне, глядя вниз. Квак Сухван быстро усадил Сок Хву в джип и сделал жест в сторону Чхве Хо Она, будто призывая спуститься вниз. Сок Хва быстро сказал: – Сэр, я буду лишним балластом. Внутри дома было много мужчин, способных драться, он не знал всех переменных. Но к счастью, Змей не стал спускаться, а Квак Сухван, поколебавшись, решил не вламываться в дом. Третья ошибка – это было бы уже слишком. – Майор Квак Сухван! – окликнул его Чхве Хо Он, как раз в тот момент, когда майор уже открывал водительскую дверь. Он улыбался. – Поболтайте как следует с доктором Сок Хвой. С нетерпением жду нашего дальнейшего сотрудничества. Квак Сухван молча показал ему средний палец и запрыгнул в машину. Сильно надавив на педаль газа, он заставил джип с пробуксовкой тронуться и въехать в лес. По какой-то причине фары светили только с одной стороны – что бы ни произошло, машина была повреждена. До тех пор, пока они не выехали на дорогу, Квак Сухван не сказал ни слова. Сок Хва украдкой поглядывал на него, и в момент, когда Квак Сухван хотел прервать молчание, доктор заговорил сам. – Прошло всего несколько дней? – Что? – Прошло всего чуть больше суток. –Правда? – Квак Сухван усмехнулся от того, что Сок Хва посчитал нужным об этом сказать. – Ну, по ощущениям прошло больше. – Мне тоже так показалось. Услышав этот честный ответ, Квак Сухван крепче сжал руль. Он не знал, как выразить то, что чувствует. При виде перебинтованной руки Сок Хвы и проступившей через повязку крови ему хотелось забыть про здравомыслие и мораль и просто разорвать Змею глотку. Когда он увидел, как Сок Хва разбивает стулом окно и прыгает наружу, у него все внутри сжалось. Если бы ему пришлось вот так прыгать, просто доверившись кому-то, он ни за что не пошел бы на это. Однако Сок Хва, похоже, имел неисчерпаемый запас доверия к нему. Он верил, что Квак Сухван его поймает, и прыгнул. При виде желтых синяков на щеках и в уголке глаза Сок Хвы, вены на руках майора надулись. А вскоре он с горечью понял: это он сам и оставил те следы. И пришлось пережить неловкий момент странного раскаяния. Он даже не стал задавать глупого вопроса “Ты в порядке?” Одного взгляда на доктора хватало, чтобы понять, что он очень далек от нормы. Сок Хва, которому положено было спокойно сидеть в лаборатории, уже почти лишился ногтя, получил пулю и пережил многое из того, что не каждый из солдат испытал на себе. – Как вы нашли это место? – Гав! Сок Хва недоуменно уставился на него. – Ты же сам сказал, что я пес, вот я и нашел тебя по запаху. Сок Хва понял шутку и впервые за долгое время неуверенно улыбнулся. Напряжение понемногу отпускало, и его тело обмякло на сидении, будто пытаясь спрятаться в нем. – Я... немного... посплю, — пробормотал он. С того момента, как они сбежали из особняка, Сок Хву охватила всепоглощающая усталость. Он отключился, даже не дождавшись, пока Квак Сухван скажет: «Отдохни как следует». Слегка приоткрытый рот, хмурящийся во сне лоб – он выглядел до боли несчастным. Квак Сухван провел тыльной стороной ладони по щеке Сок Хвы, а потом вновь взялся за руль. В настоящий момент Квак Сухван был в розыске в Радужном городе. Судя по перехваченным переговорам, за ним охотилось сразу несколько команд. Возможно, Змей слил какую-то информацию о Сок Хве, либо Второй активно вмешался. Квак Сухван тоже мог бы раскрыть личность Чхве Хо Она, однако он приказал молчать даже тем, кто был с ним в Фиолетовой зоне. Как только личность Змея была бы раскрыта, трудно было гарантировать безопасность Сок Хвы, если бы солдаты гнались за ними. Теперь, когда Сок Хва был спасен, сообщить о местонахождении Змея было бы самым логичным шагом – так можно было бы одним ударом покончить со всем. Но кто поверит словам военного, находящегося в розыске? Когда Квак Сухван приехал в Пусан и добрался до горы Урёнсан, он даже засомневался, не обманули ли его те ребята. Вокруг не было ни следа человеческого жилья. И если бы он не заметил рисунки Древа Жизни тут и там на скалах, он бы развернулся и уехал. Вдоль горной дороги пышно цвели камелии, их распустившиеся лепестки алели как капли крови, но в отличие от крови, они изумительно пахли. Квак Сухван бывал во многих местах, охотясь на адамцев, но впервые ему довелось увидеть цветущие камелии. Он притормозил и сорвал один цветок, застывший в инее. В ту секунду у него возникло спонтанное желание показать эти дикие цветы Сок Хве. Но в итоге цветок помялся в кармане и он выкинул его вместе с перчатками в горящую машину Чхве Хо Она. Квак Сухван еще раз взглянул на мирно сопящего Сок Хву и удержал себя, чтобы не потрогать его снова. Вместо этого он внимательно присмотрелся к лежащей перед ним карте Пусана. Большинство дорожных знаков либо упали, либо плотно заросли ползучими лианами. Поскольку мост Гвангён был разрушен в первые дни эпидемии Адама, единственным уцелевшим оставался мост Чвасуён, и то лишь две полосы из шести оставались пригодными для движения. Квак Сухван направил автомобиль к нему. Если мысленно разделить Пусан надвое, то казалось, что им безопаснее всего укрыться в стороне Хуэндэгу, те районы обозначались фиолетовым или красным. К счастью, у них было достаточно топлива, так что он выключил фары и въехал в безлюдные кварталы. – Спишь, как убитый, – пробормотал он себе под нос. В темноте Квак Сухван проехал мост и углубился в Хуэндэгу, избегая прибрежной полосы с высотными отелями. Он избегал открытых пространств и затормозил только тогда, когда на глаза ему попалась вывеска аптеки. Квак Сухван припарковался в закоулке и заглушил мотор. С выключенным двигателем не работал обогреватель, поэтому как бы он не хотел дать Сок Хве еще поспать, его нельзя было оставлять в салоне. Он легонько потряс его за плечо, но Сок Хва не просыпался. Квак Сухван уже собрался просто закинуть его себе на спину, но тут Сок Хва медленно открыл глаза. – …Где мы? – Давай сначала выйдем. Квак Сухван вышел из машины первым, осмотрелся и жестом показал, что Сок Хва может безопасно выходить. В аптеке, когда-то находившейся в Зеленой зоне, сохранились лекарства – стояли на полках и валялись по всему полу. Дверь была заперта, видимо, владельцы когда-то рассчитывали еще сюда вернуться. Квак Сухван ухватился рукой за низ железного роллета и потянул со всей силы. Болты, закрепленные в полу, с треском вырвались, и роллет с громким скрипом пополз вверх. Он стряхнул пыль с рук и вошел внутрь, Сок Хва последовал за ним. Когда Квак Сухван включил длинный фонарик, темный интерьер аптеки озарил тонкий луч света. Препараты, произведенные под контролем Радужного Города, были в хорошем состоянии. Квак Сухван нашел медикаменты и бинты, усадил Сок Хву на стул в кабинете фармацевта. Сначала Сок Хва испугался, что ранен был сам Квак Сухван, но поняв, что тот собрался обрабатывать его рану, сам начал разбинтовывать повязку на руке. Квак Сухван посветил на рану, попутно отметив синяки на запястьях. “Ублюдок”. Сок Хва посмотрел снизу вверх на разъяренного майора, потом сам осмотрел рану. К счастью, она не загноилась, поскольку ее довольно быстро обработали, так что риска инфекции почти не было. – Я сам обработаю. Сок Хва взял антисептик из рук Квак Сухвана, проверил, нет ли осадка, и открыл крышку. – Доктор Сок, давай я… В тот же момент Сок Хва плеснул дезинфектант на рану. От резкой жгучей боли он зажмурился и закусил губу. Через несколько секунд боль пошла на спад. Квак Сухван с застывшим лицом молча нанес мазь на рану. Так как кровотечения не было, лучше всего было бы оставить рану заживать без повязок, но Сок Хва не мог полежать спокойно и пришлось снова бинтовать. – Больно? – хриплым голосом спросил Квак Сухван. – Потерплю. – Не нужно терпеть, говори, если больно. Доктор Сок ведь всегда говорит правду. Сок Хва положил руку на запястье Квак Сухвана, который осторожно обматывал бинт. Тепло его кожи было все таким же привычным и успокаивающим. Квак Сухван же вздрогнул, как будто его коснулось что-то обжигающее, но тут же замер, позволяя их рукам соприкасаться. – Тогда… это терпимо. – Да ведь это то же самое, что ты и говорил. Квак Сухван закрепил бинт зажимом и поднял фонарик, стоявший торчков вверх на столе. – Пойдем. Сок Хва прихватил еще несколько препаратов и вернулся в джип. Он не знал, куда они едут, но не стал уточнять. Даже после недолгого сна усталость, что давила на все тело невыносимым грузом, немного отступила. – Майор Квак… Доктор Чхве Хо Он… – Поговорим об этом позже. Сок Хва хотел спросить, почему, однако промолчал. Пока машина двигалась, он отпил несколько глотков воды из предложенной бутылки, затем налил немного воды в пакет с сухим пайком – порошковой смесью из злаков – и, встряхнув, выпил. На вкус было пресно. – Странное у меня сейчас чувство, – тихо пробормотал Сок Хва. – Ты, наверное, хотел бы оказаться в лаборатории? – с горечью произнес Квак Сухван, как будто и так это знал. Он протянул руку и коснулся губ Сок Хвы, где все еще были следы от зубов. Сок Хва наклонил голову и спрятал лицо в большой ладони, как какое-то животное, ищущее утешения в прикосновениях. – Не совсем так. Я просто… Никогда не думал, что все так обернется. Думал, что так и буду жить в лаборатории, пока однажды не упаду – вперед или назад – и умру. Квак Сухван вел машину прямо по улице за аптекой, затем остановил ее у случайного дома, казавшегося нетронутым. Сок Хва смотрел на Квак Сухвана ясными глазами, он мог видеть в них свое отражение. – Благодаря майору Кваку я узнал, что существует другой мир. При этих словах Квак Сухван наклонился к рулю. – Ты умеешь заботиться о младших… Как настоящий хён. Квак Сухван решил, что Сок Хва его утешает. Сок Хва почувствовал это, но, не будучи особенно разговорчивым, не смог объяснить, что вовсе не имел в виду утешение. – Твоя рука точно в порядке? – Да, майор Квак. – Угу. – Я хочу потрогать ваши яички. Квак Сухван резко выдохнул, поперхнувшись от неожиданности. Он так и сидел нагнувшись, только повернул голову в сторону Сок Хвы. – Что, мои яйца стали панацеей? Потрогаешь и сразу все заживет? – усмехнулся Квак Сухван. – Тогда переформулирую. Хочу обнять вас без одежды, – сказал Сок Хва, ничего не смыслящий в человеческих эмоциях. Квак Сухван едва сдержал порыв наброситься на Сок Хву. Хотелось впиться в эти мягкие губы, провести рукой по гладкой коже, целовать, ласкать – до одурения. “Держись, пока мы не зайдем внутрь, надо еще спрятать машину”. Квак Сухван до хруста сжал и разжал кулак. – Сейчас вернусь. Он взял пистолет и вышел, заперев за собой машину. У дома с садиком была своя парковка, это напоминало дом доктора О с железными шторами на окнах. Квак Сухван вышиб входную дверь и начал прочесывать дом – комнаты, гостиную и кладовки. Открыв следующую дверь, он увидел торчащие из ванной пряди волос. Он передернул затвор пистолета и, светя фонариком, подошел ближе. Тело внутри было уже наполовину скелетировано. Насекомых или жуков не было, что говорило о том, что смерть наступила давно. Не увидев признаков борьбы и следов крови вокруг самой ванны, он мог лишь предположить, что это было самоубийство. Квак Сухван сорвал занавеску с душа и накрыл ею ванну. Когда он поспешно вышел во двор, Сок Хвы не было видно. На мгновение его голова опустела. “Неужели за такое короткое время?..” Он рванул на себя пассажирскую дверь. – Майор Квак? Сок Хва, прятавшийся на полу возле пассажирского сиденья, выпрямился. Сердце Квак Сухвана упало куда-то вниз – и тут же снова вернулось на место. – Почему ты прячешься? – Подумал, так безопаснее. Это было правдой, снаружи было очень опасно, но Квак Сухван не мог вернуть Сок Хву в Радужный город. Нужно было лишь немного времени. Если удастся потянуть – может, появится выход. Оставалось только надеяться, что Сок Хва выдержит. Квак Сухван достал свой армейский рюкзак с заднего сиденья и закинул его на плечо. – Внутри должно быть безопасно, но не заходи в ванную. Воды здесь все равно нет. – Хорошо. Сок Хва вышел из машины, Квак Сухван первым зашагал к дому, и тут – тук! – из машины послышался глухой удар. Сок Хва медленно обернулся. Одной из причин, заставившей его сползти с сидения было то, что ему послышался какой-то посторонний звук. Он уже знал, что на заднем сидении никого нет, так что вероятно звук издавало что-то в багажнике. Сок Хва уставился на запасное колесо на задней двери джипа. Он медленно подошел и попытался заглянуть сквозь тусклое окно задней двери, и в следующий миг вздрогнул и отступил на шаг. – Что ты там делаешь? – Квак Сухван обернулся к нему. – Майор Квак… – прошептал Сок Хва. – В багажнике кто-то есть. Однако Квак Сухван, нисколько не заинтересованный этим, продолжал спокойно идти. – Пойдем внутрь. – А это?.. – Забей на это. Учитывая, что никто не пытался вырваться наружу из багажника, это вряд ли был адамец. Сок Хва, который обычно без лишних вопросов слушался майора, в этот раз как будто оглох. – Кто-то сказал, что хочет обнять меня голым. – Сейчас… Не время. – Доктор Сок, это уж слишком. Сначала плеснул бензин в огонь, а теперь в кусты? Квак Сухван обиженно цокнул языком, затем широко открыл заднюю дверь джипа. Внутри оказалась пожилая женщина, связанная по рукам и ногам. Рот был заткнут кляпом, глаза изможденные, и в целом выглядела она потрепанной и уставшей. – … Кто это? Как только их взгляды встретились, женщина резко вытаращила глаза и начала яростно извиваться. Квак Сухван подхватил ее на плечо и понес в дом. Женщина, вскинув голову, сверлила Сок Хву взглядом – в ее глазах алыми отблесками горела злоба. Сок Хва не избегал яростного взгляда женщины и продолжал смотреть прямо на нее. И хотя он ее хорошо рассмотрел, он все равно не узнавал ее. В гостиной Квак Сухван положил женщину прямо на пыльный ковер и резко сорвал кляп. – Кхе-кхе… Женщина зашлась в сухом кашле, а Квак Сухван достал из рюкзака бутылку воды и плеснул ей на лицо. Женщина тревожно озиралась. – Она враг? – спросил Сок Хва, стоя чуть поодаль. Он не мог поверить, что Квак Сухван стал бы похищать и связывать непричастного человека. Квак Сухван глотнул воды и, проведя рукой по изломанному полу, ответил: – Это мать Чхве Хо Она. Ну, если она и правда его мать. Сок Хва рефлекторно ухватил Квак Сухвана за рукав. Он сам еще не осознавал, что теперь вместо камня цепляется именно за майора. Теперь, присмотревшись, он заметил и золотое колье на шее женщины, и качественную одежду, включающую меховые детали. Если бы она могла свободно стоять, любой бы сразу определили, что эта женщина – из высшего общества. – Древо… несущее надежду, – прошептала женщина срывающимся голосом, глядя прямо на Сок Хву. Тот уже видел подобные пустые взгляды, причем совсем недавно – в особняке Чхве Хо Она, из которого сбежал всего несколько часов назад. – Наконец-то… дождались… Слезы облегчения полились по щекам пожилой женщины. Со странным чувством стеснения в груди Сок Хва отпустил рукав Квак Сухвана и отступил на пару шагов. Квак Сухван присел перед женщиной и поставил бутылку с водой рядом с ее лицом. – Мэм, если бы я не смог безопасно вызволить доктора Сока, вы стали бы моей ставкой на переговорах. Но раз все сложилось удачно, я собирался просто высадить вас в удобном месте завтра, но у нашего доктора Сока нешуточное любопытство.