Радужный город / Rainbow City

Если Второй Мастер решил привлечь его к ответственности, то скорее всего причиной этому был Сок Хва. Наиболее правдоподобно, что поводом будет сокрытие факта заражения Адамом и укрывательство зараженного. А вот реальной причиной конечно же являлся потенциальный иммунитет Сок Хвы. Квак Сухван гнал по центральной скоростной трассе, ловко избегая стоящих тут и там заброшенных машин. Запасясь топливом, он рассчитывал не заправляться до самого Пусана. Ян Санхун выиграет ему немного времени, однако было ясно, что если Второй Мастер так решит, то применит все меры к тому, чтобы его достать. Он попытается столкнуть лбами “Эдем” и Второго Мастера, поэтому нужно как можно дольше тянуть время. Впрочем, главной задачей сейчас было вернуть Сок Хву. Его переполняли горькие чувства, вся его жизнь была такова: его сопровождали лишь потери и смерть. И вот среди бесконечных потерь появился доктор Сок, и теперь история, казалось, снова повторяется. Даже если защитить надо всего лишь одного, почему это так нелегко? Впереди мигнул свет, это был сигнал с организованного на перекрестке дорог блокпоста. Световой сигнал означал приказ остановить машину, но Квак Сухван проигнорировал его и надавил на педаль. Бип, бип! Раздались громкие звуки клаксонов и луч света ударил в его машину. Бросив взгляд в зеркало заднего вида, Квак Сухван заметил, что его джип преследуют несколько машин. Возможно, приказ о розыске еще не был отдан, и, хотя было ясно, что это военный джип Радужного Города, он все равно намеревался оторваться. Стрелка на приборной панели начала выходить за пределы шкалы. Пааанг! – фары грузовика, двигавшегося по встречной полосе, ослепительно сверкнули, и Квак Сухван поспешно вывернул руль в сторону. Шины пронзительно заскрипели, оставив на асфальте следы. Джип резко вошел в разворот, а Квак Сухван несколько раз нажал на тормоз, пытаясь остановить машину. От сильной инерции закружилась голова. Преследовавшие машины тут же окружили джип Квака Сухвана. Он схватил пистолет-пулемет, упавший на пол со стороны пассажирского сиденья. В зеркалах он видел, как из машин вышли несколько человек с оружием. На них была простая солдатская форма. Тук! Один из них постучал по окну джипа. – Выйдите из машины. Куда вы направляетесь в такое время? Водитель грузовика, ехавшего по встречной, кажется, тоже был заодно с этими ребятами. Блокпост, который он проехал, находился в Оранжевой зоне, заброшенной части Радужного города. Устанавливать здесь блокпост и проводить проверки было напрасной тратой ресурсов. – Я же сказал выйти из машины. Квак Сухван, глядя вперед, опустил окно джипа на ширину ладони. Лицо стоящего перед машиной человека стало более различимым, этому парню на вид было не больше двадцати. – Из какого вы отряда? – Мы из Отряда Кей. Выйдите и назовите себя. Отряд Кей базировался в Ёыйдо. Никаких причин находиться здесь у его солдат не было. Больше не оставалось сомнений – перед ним была организованная банда, выдававшая себя за военных. Квак Сухван осмотрелся и подумал, что прорываться через машины будет непросто. Тогда он потянул на себя дверную ручку, резко распахнул дверь и одновременно ударил парня прикладом, затем навел на него оружие. – Расчистите дорогу впереди. Парень запоздало потянулся к своему оружию, но Квак Сухван выстрелил в него прежде, чем он смог что-то сделать. Уааах! Парню показалось, что ему оторвало руку, но на самом деле пуля лишь прошла мимо ствола его пистолета. – Если не освободите дорогу, умрете все. Парень, державшийся за оружие, наконец заметил военную форму Квак Сухвана. Сначала они думали, что в машине будет рядовой отряда снабжения или кто-то вроде, но перед ними стоял офицер в чине не ниже капитана. Вышедшие из других машин бандиты заряжали свое оружие и постепенно окружали Квак Сухвана. Лежащий на земле осмотрелся и, убедившись в их численном преимуществе, с вызовом посмотрел на майора. – Отдайте нам джип, оружие и наличные. И мы оставим вас в живых. В этих словах было некоторое противоречие: оставить человека на трассе в Оранжевой зоне без транспорта фактически означало верную смерть. Один спереди, два сзади, еще двое по бокам, они не казались ему сложной задачей. Чшш-чшш. Внезапно ожила рация майора. [...ла. Майор Квак Сухван. Как слышно, прием?] Квак Сухван повернулся к машине и ответил Ли Чэюн, чей голос прорвался сквозь помехи. – Слушаю. Ли Чэюн сообщила ему точные координаты резиденции семьи Чхве Хо Она недалеко от порта Пусан. Пользуясь тем, что он отвлекся, бандит подобрал упавшее оружие и попытался выстрелить в Квак Сухвана, но майор был первее. Прострелив парню руку, он закрылся в машине и по ней застучали пули. Стекло джипа было пуленепробиваемым лишь до какой-то степени, в любой момент его прочность могла исчерпаться. Квак Сухван, используя зеркало автомобиля, проверил позиции противников и открыл дверь, которую только что закрыл. Он выстрелил в ногу парню, пытавшемуся утащить того с перебинтованной рукой, и, спрыгнув с джипа, схватил за шею дергающегося противника. – Отстань! А-а! Когда он ударил длинным магазином по затылку извивающегося парня, стрельба хотя бы из чувства товарищества прекратилась. Сдерживая желание перебить их всех, Квак Сухван повысил голос. – Очистите путь, иначе… Он нацелил оружие на парня, который прикрывался дверцей автомобиля, высунув дуло в открытое окно. Когда его ухо разорвала пуля, крики бандитов стали еще громче. – Я же сказал, что убью вас всех. Вернувшись к парню с раненой рукой, он прижал к нему ствол, тот извивался от невыносимой боли. – Ты главный? – Гх… Нет тут главного. Мы просто… Пожалуйста, не убивайте пацанов. Майор, да? Ранг А? Я облажался. Пожалуйста, не убивайте нас. – Ах вот как? А тех, кто умолял о жизни, ты тоже пощадил? Парень всхлипнул, выдавливая из себя оправдания, что все это было лишь ради выживания. Черт, это походило на какую-то мелодраматическую постановку. Квак Сухван посмотрел на парня в водительском кресле грузовика и жестом приказал ему съехать в сторону. – Здесь проезжала другая машина, кроме моей? Бледный юноша с сильным кровотечением помотал головой. Сейчас они умоляли о пощаде, но Квак Сухван не верил, что у этих ребят руки чисты. Скорее всего, они прибегали к воровству ради выживания, и не исключено, что убили владельцев военной формы, которую носили. Оставить их в живых могло означать новые жертвы, но Квак Сухвану по большому счету было все равно. В конце концов, именно Радужный Город создал эту зону беззакония. Бросив парня, которого держал за шею, на землю, Квак Сухван снова ухватился за руль. Если они не ехали по шоссе, то путь Чхве Хо Она с Сок Хвой, должно быть, пролегал по еще более беспорядочной национальной дороге, вдоль железнодорожных путей. Почти не было шансов, что Змей, увозящий Сок Хву, направится в Сеул или его пригороды, где дислоцированы солдаты. Квак Сухван резко вывернул руль, чтобы проехать мимо, но тут же резко ударил по тормозам. В его поле зрения попал логотип на боку грузовика. Древо Жизни. Рисунок практически совпадал с тем, что он видел в бункере в Ыйчжонбу. Квак Сухван вышел из джипа и быстро пошел обратно своей четкой военной походкой. У парней, которые как раз поднимали своего товарища, вытянулись лица, они решили, что он все же решил их убить. – Вы, ребята, из последователей “Эдема”? Раненый в руку парень от ужаса напряг все силы и сумел поднять голову: – Нет, нет! Мы не повстанцы! Квак Сухван навел пистолет на второе его плечо. – Пощадите! Мы таскались к ним, потому что там кормили! Это правда! Квак Сухван повернулся к водителю грузовика, так смело заблокировавшему ему дорогу. – Куда обычно доставляют товары из “Эдемского сада”? – Обычно… они возят в районы, не входящие в Радужный город…мы… Они умело мешали правду и ложь, отчаянно виляя между ними. – Вы сами откуда? – О-откуда? – Пусан? Они неуверенно закивали, не понимая, как лучше ответить. В таких ситуациях убеждения иногда срабатывают лучше угроз. – Кое-кто из моих знакомых связался с “Эдемом” и теперь находится у них. Мне плевать, связаны вы с ними или нет, я просто хочу вернуть этого человека. Так что все, что мне нужно, – чтобы вы сказали, где они собираются. Произнося это, Квак Сухван достал свой кошелек, вытянул несколько банкнот с эмблемой Радужного города и протянул тому, кого принял за главного. – Этого вам примерно на год жизни должно хватить. Парень с перевязанной рукой тяжело сглотнул. – Мы получаем еду раз в неделю в Пусане. – Эй! – Он дает нам деньги! Когда среди парней послышались возгласы несогласия, майор взвел курок и направил пистолет в пространство между ними. – Где в Пусане? – Урёнсан… Мы из Урёнсана. Квак Сухван передал им купюры и быстро вернулся в джип. На данный момент приоритетом были координаты, полученные от Ли Чэюн. Хотя он на мгновение подумал о том, чтобы следовать вдоль железнодорожных путей, временной зазор вынуждал его выбирать более быстрый путь. *** Сок Хва не мог заснуть и тупо смотрел на море за окном. Он уже не чувствовал обеих рук. Он впервые в жизни оказался в Пусане, городе, о котором так много слышал. До встречи с Квак Сухваном его сфера активности ограничивалась Чеджу и Ёыйдо, то есть в основном домом и лабораторией. Но Сок Хва теперь ощущал, как велик Радужный город. Давным-давно это было целой страной, а не городом, так что это имело смысл. Чувствуя себя пресловутой лягушкой, которую достали из колодца, Сок Хва в дороге, пролегавшей вдоль железнодорожных путей, наблюдал нищих, протягивающих руки к огню и беспризорных детей, подвергающихся опасности заражения Адамом. Каким бы ценным исторически не было место, теперь его ценность определяется лишь пригодностью для выживающих людей. Чхве Хо Он произнес: – Всем нужна надежда на спасение. Люди измотаны опасностью, а для тех, кто не является гражданином, опасность представляет и сам Радужный город, отлавливая для своих лабораторий. Для большинства из них адамцы и солдаты города – одинаково страшны. Сок Хва чувствовал противоречие. Речи Чхве Хо Он гладко стелились, да только он сам видел те тела солдат, которые складировал в клетках “Эдемский сад”. – Значит, “Эдемский сад” создан для тех, кому не нашлось места в Радужном городе? – Нет, он для всех. – А что насчет солдат? Они проезжали вдоль порта Пусан. – Доктор Сок Хва, вы голодны? – Я предположу, что и вы тоже, это пустой вопрос. – Мы просто готовились к нападению со стороны Радужного города. Он даже не упомянул, что “Эдемский сад” проводит эксперименты на солдатах. – Кстати, майор Квак Сухван изначально должен был присоединиться к нам, но очевидно, что в мире человеческих отношений не все всегда идет, как планировалось. Сок Хва постарался отключиться от лживого голоса Чхве Хо Она. – Когда родители майора Квака умерли, мой отец хотел забрать его. Однако внезапно доктор О, о котором никто и не вспомнил в то время, сделал свой ход. Он поручил кому-то забрать мальчика и протянул ему руку помощи, – голос Чхве Хо Она, который Сок Хва пытался на слушать, казалось, звучал прямо в его голове, как будто каждое слово имело особую проникающую способность. – В конце концов, майор Квак присоединился к Радужному городу. И мне также пришлось стать гражданином, чтобы я мог присоединиться к доктору Сок Хве и майору Квак Сухвану. Змей. Змей был хитрой тварью с искусными речами. – Мой отец довольно часто упоминал о докторе Сок Хве, он говорил, что вы можете оказаться не такой уж неудачей. Сок Хва, делавший равнодушный вид, повернулся к Чхве Хо Ону. Тот припарковал машину возле небольшого деревянного дома и тоже обернулся к Сок Хве. В отличие от Квак Сухвана, его внешность как будто была выглажена до какого-то скользкого состояния. – Ваш отец… – Доктор Сок Хва хорошо с ним знаком. Чхве Хо Он расстегнул один наручник, руки Сок Хвы упали вниз под действием гравитации, которой он не имел сил противостоять. Но от наручников его не избавили, освобожденная была рука снова оказалась в металлическом кольце. – Давайте поедим, – Чхве Хо Он выбрался с водительского сидения, обошел автомобиль, поднял и вытащил Сок Хву наружу. Сок Хва печально смотрел на него, не желая идти внутрь дома. Он размышлял, не ударить ли руками Чхве Хо Она в спину, но вместо этого решил сберечь силы и поставил себе более реальную цель: сбежать, если представится возможность. Внутри домик был чище и аккуратнее, чем могло показаться снаружи. Учитыая, что он пустовал уже какое-то время, внутри был совсем небольшой слой пыли. Чхве Хо Он вошел в кухню и усадил Сок Хву за обеденный стол. После долгой поездки Чхве Хо Он небрежно размял затекшие руки и тело, затем открыл шкафчик. Его спокойные движения ничем не напоминали действия похитителя. – Похоже, придется обойтись консервами, свежих продуктов здесь нет, – произнес Чхве Хо Он, вынимая банки с кукурузой и сосисками. Он поставил кастрюлю на горелку и налил в нее воду из бутылки. Водопровода в этом районе давно не было и все краны заржавели. Пока он ждал, когда вода закипит, Чхве Хо Он снял фотографию, которая была прикреплена к дверце неработающего холодильника. – Мой отец всегда говорил, что ценные вещи не должны храниться в тайниках. И все же оставлять единственное фото со своим ребенком на таком месте это перебор, не так ли? Сок Хва посмотрел на фотографию, которая легла на стол перед ним. Чхве Хо Он заметил, что вода закипела и отвернулся, чтобы открыть банки и забросить еду в кастрюлю. – Если есть холодными, у них странный запах. Потерпите, пока проварится. – …Доктор Вонхо, – пробормотал Сок Хва, глядя на мужчину на фотографии. Доктор Вонхо положил свою ладонь на плечо мальчика, которому на вид было около десяти. А на заднем плане виднелся этот самый домик. – Все, что осталось теперь, – только фото. Змей был сыном доктора Вонхо? Сок Хва никогда не слышал о том, что у доктора были дети. Он даже не был в курсе, были ли доктор Вонхо женат. Тук. Перед Сок Хвой появилась тарелка со слегка поджаренными и ароматными сосисками. – Доктор Сок Хва был рожден Евфратом, оставшийся ребенок Фисона и его жены – Квак Сухван. И наконец, ребенок Тигра – это я. Сок Хва уставился в тарелку, не чувствя голода. Он не понимал, что ему говорил Чхве Хо Он. Он знал о четырех реках, но не хотел знать, почему и зачем они вдруг оказались их наследниками. Его мать всегда советовала ему избегать опасности. Она ни при каких обстоятельствах не могла быть тем человеком, который основал “Эдемский сад”. Нет, сейчас больше, чем что бы то ни было… – Я… Чхве Хо он мягко улыбнулся. – Я хочу увидеть майора Квака. Сок Хва поднял голову. *** Щелк, щелк. [... Белый Тигр, 3121, Ястреб, доставка провизии, запрещено действовать в одиночку] Слова, похожие на шифр, звучали из автомобильного радио. Чхве Хо Он перехватывал сообщения военных Радужного города, которые общались кодами по уставу. Сок Хва, хоть и не чувствовал голода, заставил себя съесть сосиску до того, как они покинули домик. В просьбе увидеться с Квак Сухваном ему было категорически отказано. Поэтому ему нужно беречь силы и стараться не терять сознание. – Вы поняли, что они сообщили? – Нет, – ответил Сок Хва. Его руки были все так же зафиксированы в наручниках, перекинутых через ручку наверху двери. – 3121 – это номер майора Квак Сухвана, а Ястреб – это преследование. Кажется, наш майор подался в бега. В бегах не Змей, а Квак Сухван? – Наверное, вмешался кто-то сверху. Поскольку доктор Сок Хва скрыл тот факт, что он иммунен. Делает вид, что гадает, хотя это вполне мог быть Чхве Хо Он, кто сообщил властям о Сок Хве. Стараясь сохранять равнодушный вид, Сок Хва проговорил: – Я не иммунен. – Так это или нет, но по возвращении в Радужный город доктора ждет переливание крови адамца. – А что помешает доктору Чхве сделать со мной то же самое? Чхве Хо Он взглянул на Сок Хву с удивлением, потом снова отвернулся. – Зачем мне так делать? Мы все братья, происходящие от одного корня. Сок Хва все еще хотел думать, что Змей лишь путает его, однако фото, найденное им в бункере, подтверждала слова Чхве Хо Она. Если это станет известно верхушке, и Сок Хва, и Квак Сухван станут для них еще опаснее. Очевидно, они дети повстанцев. – Вы спали с майором Квак Сухваном? Лицо Сок Хвы слегка дрогнула от этого неприятного вопроса. Поскольку обычно выражение его лица было совсем безэмоциональным, даже маленькое изменение было заметно. Чхве Хо Он указал на веки, щеку и шею Сок Хвы. – Слухи, гуляющие по Ёыйдо, оказались не беспочвенны. – Серьезно… Какой вам толк от моего похищения? Чхве Хо Он не ответил, продолжая ехать в неизвестном направлении. Хотя это тоже была Зеленая зона, солдат на улицах было значительно меньше, чем в Сеуле. Только в районах богачей были усиленные военные патрули, а в прочих районах на улицах в основном находились гражданские. Они сидели с бутылками в руках в ожидании дождя. Поднявшись по узкой дороге и перевалив через холм, они оказались в заброшенном лесу, заросшем кустарником. Тревога Сок Хвы усилилась, когда машина въехала в район, где дорога вовсе исчезла из виду. В Радужном городе выслеживали Квака Сухвана. Сок Хва беспокоился, что тот рискнет и придет за ним, или уже ранен где-то по пути или, может быть, уже сумел скрыться в неизвестном месте. По правде говоря, он был лишь обузой со своим «предательским» клеймом. В конце концов, без него Квак Сухван был бы в большей безопасности. Здание, перед которым Чхве Хо Он припарковал машину, оказалось старинным особняком в западном стиле. На этот раз Чхве Хо Он полностью снял наручники с Сок Хвы. Запястья, долго мучимые в железных скобах, опухли и покрылись синяками. К тому же рука, получившая лишь экстренную обработку после огнестрельного ранения, отзывалась болью и подергиваниями. – Отсюда одному сложно сбежать. Было ли это предупреждением или нет, но слова Чхве Хо Она оказались правдой. Чтобы сбежать, надо было по меньшей мере угнать машину, но Сок Хва даже не умел водить. Однако он постоянно следил за тем, как вел машину Чхве Хо Он. Казалось, это не было невозможным сесть за руль самому. Только вот Чхве Хо Он не стал оставлять ключи в зажигании, а забрал и сунул в карман. Сок Хва смотрел, как он выходит из машины и вдруг краем глаза уловил движение человеческой фигуры в высоком окне особняка. Он повернул голову и ему показалось, что он встретился с кем-то взглядом, но фигура тут же отступила и скрылась из вида. Он не стал см открывать дверь машины, притворившись, что у него совсем нет сил. Нужно было вести себя послушно и казаться слабым, чтобы усыпить бдительность Чхве Хо Она. Несмотря на старинный вид, вход в поместье был оснащен датчиком отпечатков пальцев. Чхве Хо Он приложил руку и замок тихо щелкнул, открывая дверь. В отличие от обычных домов, здесь не было прихожей, они вошли не снимая обувь. Посмотрев наверх, Сок Хва увидел очень высокий потолок, на котором висели люстры, все они были разбиты или по крайней мере без лампочек. Сок Хва начал изучать план дома, внимательно оглядываясь. Когда его взгляд достиг центральной деревянной лестницы, он увидел, что кто-то спускается к ним. Детей было трое или четверо, старшей из них на вид было не больше двадцати лет. Так же как и во взгляде Сок Хвы, в их лицах читалась настороженность. Чхве Хо Он приобнял Сок Хву за плечи и обратился к людям на лестнице: – Спаситель с нами. В его звучном голосе прозвучала сила, которая сама по себе внушала доверие. В этот момент молодые ребята начали быстро спускаться по лестнице. Они окружили Сок Хву, словно новые члены семьи, разглядывая пополнение с головы до ног. – Ты же не оставишь нас на этот раз? Обещаешь? – мальчик с лицом, полным страха, буквально молил Сок Хву, который убрал со своего плеча руку Чхве Хо Она и отступил. – Он защитить нас от Адама. Он наш спаситель, – самая старшая девушка постаралась утешить испуганного мальчика. Все больше людей появлялось в коридорах первого и второго этажей. У некоторых не хватало руки или ноги, но все при этом были одеты в чистые белые одежды, как будто они отрицали саму возможность испачкаться в отличие от обычных людей. Перед Сок Хвой были последователи “Эдемского сада”. – Преподобный, я сообщу в другие отделения. Наконец-то Древо Жизни с нами! – возбужденный мужчина средних лет резко соединил ладони перед своей грудью. Сок Хва сделал шаг назад и уперся в грудь Чхве Хо Она. Тот снова положил руку ему на плечо и мягко прошептал: – Отнесись к ним по-доброму, теперь ты их спаситель. Сок Хва мог только ошеломленно смотреть. За стулом, на который его усадили, было нарисовано большое дерево, а к нему самому поочередно подходили люди, пытаясь заговорить. Некоторые делились своими жизненными трудностями, надеясь услышать ответы. Они также называли его “освобожденным спасителем от Адама” и “последней надеждой, рожденной от четырех рек”. Сок Хва ничего им не отвечал, лишь разглядывал. У него не было религиозных убеждений. Однако для этих людей религия, казалось, была равнозначна самой жизни. Почти ощутимая надежда, витающая в воздухе, сдавливала его грудь. Почему его принудили к роли спасителя? Все это – ложь, придуманная Чхве Хо Оном. Вдруг он пробормотал: – Это не так, все совсем не так. – Что? – женщина, чья очередь была прикоснуться к “спасителю”, замерла, держа в своих руках ладони Сок Хвы. – Я не знаю, что такое Древо Жизни. Я не спаситель. Доктор Чхве Хо Он лжет вам, – со всей искренностью прошептал Сок Хва женщине перед собой. Чхве Хо Он разговаривал с кем-то из старших, прислонившись к стене неподалеку. Женщина сочувственно улыбнулась: – Истинный спаситель не будет кричать о себе. Истинный спаситель не будет вводить в заблуждение. Тот, кто отрицает себя, и есть истинный спаситель. Услышав это, Сок Хва решил больше не продолжать убеждения. Он умолк и уже не обращал внимания на прикасающихся к его рукам людей. После ранения и длинной дороги без сна усталость почти раздавила его.