План развития великого бога / План становления великой звезды

Последняя сцена первой части «Легенды о царе зверей» поражала грандиозностью. Камера плавно опускалась с небес, рассекая стремительно несущиеся чёрные облака. Горы и реки тонули в серой пелене дождя, окутавшей мир. Перед дворцом императора демонов стояли герои: юный эльф, воинственная девушка и огромный чёрный пёс. Покрытые шрамами и кровью, они едва держались на ногах. Их яростный рёв, полный отчаяния и гнева, раздирал небеса. Навстречу бушующему ветру из глубины дворцового коридора шагал главный антагонист. Его утончённое лицо оставалось бесстрастным, а брошенный на героев взгляд был холоден и надменен, как у божества, взирающего на смертных с недосягаемой высоты. На этом первая часть фильма обрывалась, оставляя зрителей в напряжённом ожидании. Съёмки этой сцены стали настоящим испытанием. Дуань Ханьчжи категорически отказался играть сам и, заняв место за камерой, устроил пробы для нескольких молодых популярных актёров. Но никто не оправдал ожиданий. Едва появляясь в кадре, они терялись, не в силах передать нужный накал. Один известный актёр, облачённый в костюм, гордо шагнул в кадр. Свет софитов ударил по нему, он выступил из тени коридора, и тут же Дуань Ханьчжи рванулся вперёд и одним резким движением сбил его с ног. Камера продолжала работать, фиксируя происходящее. Юноша, рухнув на пол, не знал как реагировать. Дуань Ханьчжи ткнул в него пальцем и разразился гневной тирадой:  — Откуда ты вообще взялся? Из какой дыры? Стоять ровно не умеешь? Ходить не учили? Ты играешь императора демонов! Могучего, беспощадного, почти божественного! Того, кто вершит судьбы героев, управляя как пешками! А ты даже шаг сделать не можешь! Да любая шлюха выглядит достойнее! Молодой актёр хотел возразить, но, вспомнив, с кем имеет дело, проглотил обиду и стиснул зубы.  — Гримёры, ко мне! — рявкнул Дуань Ханьчжи, направляясь в гримёрку. — Накрасьте меня, я сам покажу этим бездарям, как надо! Его коже не требовались слои косметики, она и без того была безупречной. Гримёр лишь слегка подчеркнул линии бровей и уголки глаз. Вэй Хун, звезда фильма, почтительно стоял рядом, держа чашку чая и время от времени поднося её к губам режиссёра. В зеркале гримёрки отражался мужчина за тридцать, чьё лицо, точно высеченное из мрамора, излучало почти нечеловеческую красоту. Дорогая косметика лишь усиливала это сияние, делая его одновременно завораживающим и пугающим. В финальной сцене главный злодей, облачённый в длинное чёрное пальто, облегающие брюки и высокие сапоги. С первого шага, выходя из-за кулис, он оказался в центре яростного ветра под мрачным небом, возвышаясь над героями внизу. Дуань Ханьчжи уже не был юн, но его фигура оставалась безупречной. Чёткий силуэт перевёрнутого треугольника, стройный, но мощный. Его длинные ноги и изящная линия талии выглядели созданными для мировых подиумов. Игравший главного героя Вэй Хун стоял на ступенях, покрытый кровью и грязью, тяжело дыша и с трудом поднимая голову. Дуань Ханьчжи шагал вперёд, его пальто развевалось на ветру. Взгляд, скользнувший из-под ресниц, был небрежным, будто он смотрел на жалких муравьёв у своих ног. Каждое движение, каждый шаг дышал властной уверенностью. Его аура была столь мощной, что оторвать взгляд было невозможно. Эта надменность, выкованная годами, была недосягаема для молодых актёров. Они могли лишь подражать высокомерию, но Дуань Ханьчжи воплощал его. Ему не нужно было играть, он был этим. Вэй Линь, занявший место у монитора, повернулся к помощнику режиссёра, чтобы обсудить сцену, но заметил, как тот, блондин с бородой, восхищённо бормочет:  — Он такой ослепительный…  — … — Вэй Линь вскочил и крикнул:  — СТОП! Съёмочная площадка взорвалась суетой. Ассистенты бросились выполнять привычные ритуалы: кто-то побежал за любимым чаем Дуань Ханьчжи, Хошань Хуанъя, кто-то готовил горячую воду, кто-то помогал снять костюм и смыть грим. Один из ассистентов поднёс запись сцены, но Дуань Ханьчжи отмахнулся и, снова указав на молодого актёра, рявкнул:  — Видел? Понял? Так мужчина не ходит! Хочешь на большой экран, забудь свои дурацкие привычки из молодёжных сериалов! Юный красавец, привыкший к обожанию фанатов и лести коллег, впервые столкнулся с проектом такого масштаба и с режиссёром такого калибра. Дуань Ханьчжи, всё ещё в гриме, с идеальной кожей и наполовину снятым пальто, был воплощением мечты любого актёра, центром внимания. Молодой актёр хотел вспылить, но под давлением этой харизмы не смог вымолвить ни слова. Он лишь кивнул, опустив голову. Наверное, это та аура, что есть только у них, — подумал он. Режиссёр ли, актёр ли, сцена была в их крови. Каждый жест, каждая улыбка завораживала, заставляя терять голову. Такие люди рождены для экрана, и никто не мог с ними тягаться. Дуань Ханьчжи, всё ещё кипя от раздражения, рванул завязки костюма, морщась от того, как они впились в шею. Вэй Хун тут же подскочил, удерживая его руки:  — Эй, Режиссёр Дуань, что ты делаешь? Завязал узел намертво!  — И что прикажешь? — огрызнулся тот.  Вэй Хун быстро достал ножницы и, аккуратно разрезая завязки, принялся его успокаивать:  — Хватит ругаться, остынь. Если что, оставим твою версию сцены. Вот, пей чай, только заварили. Вэй Линь зовёт смотреть плёнку. Дуань Ханьчжи отмахнулся и направился к монитору. Все вокруг облегчённо выдохнули. Бледный от унижения молодой актёр едва сдерживал слёзы. Вэй Хун с сочувствием вздохнул и попытался его подбодрить: — Режиссёр Дуань такой, всех нас отчитывал, привыкай. Но, знаешь, ты уже неплохо справился. С другим режиссёром прошёл бы и с двух дублей. Парень что-то буркнул, но, не осмеливаясь спорить, поспешил уйти, пока Дуань Ханьчжи не смотрел в его сторону. Съёмки продолжались до осени, а монтаж завершали к концу года. К новогодним праздникам рынок захлестнула волна рекламных кампаний. Конкуренция среди праздничных фильмов была ожесточённой, доходившей до накала страстей. Дуань Ханьчжи вместе с главным актёром Вэй Хуном, актрисой Ша Цюань и всей съёмочной командой устроили банкет в роскошном столичном гранд-отеле. Там же прошла пресс-конференция, где объявили о скорой премьере фильма. Журналисты обожали пресс-конференции Дуань Ханьчжи. Он умел наслаждаться жизнью и ломал привычные шаблоны. Вместо скучных речей, ужина и красных конвертов в финале он встречал гостей в роскошном зале пятизвёздочного отеля, раздавал конверты сразу, а банкет шёл параллельно с конференцией. На мероприятии показали нарезку из фильма. Дуань Ханьчжи, в приподнятом настроении, охотно фотографировался с главными актёрами и даже терпеливо отвечал на бесконечные вопросы журналистов, не теряя своего фирменного обаяния. Один репортёр из развлекательного еженедельника, уловив расслабленную атмосферу, решился на провокацию:  — Режиссёр Дуань, вы много лет в профессии и работали со старой командой. Можете назвать, кто сыграл лучше всех? Это был очевидный ход. Стили актёров слишком различались, и сравнивать их на таком уровне было бессмысленно. Журналист явно метил на броский заголовок: «Дуань Ханьчжи назвал лучшего и худшего актёра». Все понимали, что это приманка для внимания. К тому моменту Дуань Ханьчжи уже изрядно выпил, коллеги из индустрии то и дело подливали ему, поднимая бокалы. Его голубовато-серая рубашка была расстёгнута на две пуговицы, шёлковый галстук небрежно болтался на шее. Поддерживая его под руку, Вэй Хун едва удерживал от падения. — Скажите, режиссёр Дуань, кто, по вашему мнению, сыграл лучше всех? — повторил журналист. Дуань Ханьчжи, придерживая лоб рукой, лениво улыбнулся:  — Я сыграл лучше всех! Вэй Хун остолбенел. Но Дуань Ханьчжи, не унимаясь, повернулся к нему с вызовом:  — Что? Что за лицо? Я плохо сыграл? У тебя есть возражения, Вэй Хун? — Да-да, ты лучший, конечно, лучший! — поспешил ответить тот. Дуань Ханьчжи хмыкнул, закрыл глаза, качнулся и вдруг рухнул вперёд. Вэй Хун еле успел подхватить его за талию, отчаянно заслоняя от вспышек камер:  — Не снимайте, не снимайте! Что вы снимаете?! *** «Легенда о царе зверей», первая часть, вышла в прокат на новогодние праздники. К середине февраля, после продажи прав и согласований с кинотеатрами, фильм наконец встретился со зрителями на большом экране. «Первая китайская эпическая фэнтези-сага» громкое название, спорное в своей амбициозности, но шумиха вокруг него была оглушительной. На премьере залы заполнялись более чем на 80 процентов, а на следующий день газеты пестрели хвалебными и критическими рецензиями. Двухчасовые 3D-эффекты называли завораживающими, а постановку новаторской. Довольный собой, Дуань Ханьчжи сидел за завтраком, листая форумы на ноутбуке. После недавнего скандала с Вэй Хуном, которого затравили сетевые тролли, он завёл аккаунты на крупных платформах и теперь с азартом читал сплетни. Как и ожидалось, пост под названием «Отзыв о «Легенде о царе зверей»» за несколько часов набрал десятки тысяч просмотров и тысячи комментариев. Пользователи хвалили 3D-эффекты, ворчали на дорогие билеты, восхищались сюжетом и с нетерпением ждали продолжения. Дуань Ханьчжи, потягивая кофе, с удовольствием зачитывал вслух:  — «…Что меня поразило, эта так называемая первая китайская эпическая фэнтези-сага не имеет ни малейшего намёка на подражание западным мифам. От постановки до деталей, от стиля до концепции, всё дышит уникальным духом китайского фэнтези. Видно, что сценаристы и режиссёр вложили колоссальный труд. Это не дешёвая коммерция. Хоть билет стоил сто юаней, я ни о чём не жалею». Он откинулся на спинку стула, подперев подбородок, и бросил лукавый взгляд на Вэй Хуна:  — Видишь, я же говорил, мой режиссёрский талант неподражаем. Вэй Хун склонился к экрану, прокрутил страницу и вдруг наткнулся на другой пост:  [Сплетни] Ааа, мои глаза! Дуань Ханьчжи, ты вообще умеешь не строить из себя милашку? Что там за юноша, который отправился в долгое путешествие, чтобы защитить свой народ и бросить тебе вызов? Да ты снял историю о том, как главный злодей растит себе верного пса, чтобы тот его свалил! Насколько сильно ты хотел, чтобы герой тебя завалил?! Дуань Ханьчжи поперхнулся кофе, брызнув прямо на экран. Вэй Хун, сдерживая смех, принялся вытирать пятна, показывая статистику: за два часа 19 тысяч просмотров и 2500 комментариев. Дуань Ханьчжи выхватил мышь, открыл пост и напечатал:  Развратные мысли! Падение нравов! Вы тут все идиоты! Подумав, он не удержался и добавил:  Хватит фантазировать! Дуань Ханьчжи никто не завалил! И он точно не пассив! *** Перевод команды Golden Chrysanthemum