План развития великого бога / План становления великой звезды

— Ты правда считаешь, что я в этом выгляжу нормально? — Вэй Хун с тоской разглядывал своё отражение в стеклянной двери ресторана. На нём красовалась розовая футболка, джинсы с игривым узором из щенков и ярко-жёлтые кроссовки с эмблемой клевера. Венцом этого пёстрого наряда были белые кроличьи уши с розовой оторочкой. — Безусловно, — уверенно заявил Дуань Ханьчжи. — Сам молодой господин Гуань так одевался на Хэллоуин в кампусе во Франции. — … — И ещё надел зелёный жилет с лягушками. Вэй Хун в отчаянии зажмурился. Воспользовавшись моментом, когда Дуань Ханьчжи отвернулся, чтобы открыть дверь, он быстро сорвал кроличьи уши и поспешил засунуть их в карман джинсов. В VIP-зоне ресторана, за лёгкой занавесью цвета нежного лотоса, восседал Гуань Фэн. Его худощавая фигура в чёрном приталенном пальто Armani утопала в глубоком кожаном диване. Бледное лицо придавало ему сходство с аристократичным вампиром, только что вышедшим из темноты в тусклый свет зала. — Я не совсем это имел в виду, говоря о «кавайности», — произнёс Гуань Фэн после долгого молчания, окидывая Вэй Хуна полным сдержанного недоумения взглядом. Вэй Хун вспыхнул и указал на Дуань Ханьчжи: — Я же говорил, что не хочу это надевать! Но он с этой своей самодовольной ухмылкой заставил меня! И пока я переодевался, бормотал что-то вроде: «Это же чистая романтика! Брутальный спецназовец в образе гламурной Барби просто взрыв! Розовый цвет так радует моё утончённое сердце!» — Надо было просто врезать ему! — возмутился Гуань Фэн. — Ты вообще мужчина, Вэй Хун? — Настоящий мужчина не бьёт свою жену. — Даже если ты его не бьёшь, это не делает тебя мужчиной, — с тяжёлым вздохом сказал Гуань Фэн. — Ты просто верный пёс. Вэй Хун в растерянности моргнул, а затем, как побитая собачонка, повернулся к Дуань Ханьчжи, жалобно глядя на него, будто и впрямь виляя хвостиком. Дуань Ханьчжи тут же успокаивающе потрепал его по голове: — Хороший мальчик. Если Гуань Фэн ещё раз назовёт тебя псом, просто цапни его за ногу. Вэй Хун стоял, в шоке, и, отступив на несколько шагов, прижался к стене: — Знаете, я, пожалуй, постою подальше от вас обоих… Дуань Ханьчжи бросил на Гуань Фэна полный укоризны взгляд: Видишь, даже он хочет держаться от тебя подальше. Гуань Фэн ответил ещё более язвительным взглядом: Это от тебя он держится подальше, а не от меня. Их взаимное презрение искрило в воздухе. Вэй Хун, не выдержав, закрыл лицо руками. Но, чуть приоткрыв глаза, он вдруг заметил, как за спинами Гуань Фэна в его строгом пальто Armani и Дуань Ханьчжи в ослепительно-белом костюме Gucci медленно проступает слово: «Подлец». Они обменялись очаровательными улыбками, обнажив белоснежные зубы, острые, как клыки хищников. Их холодная элегантность была настолько невыносимой, что Вэй Хуну захотелось вооружиться мухобойкой и отправить их обоих обратно на планету Намек. В этот момент в зал вошла Хелен, откинув занавеску. Она деликатно кашлянула и протянула папку: — Босс, вот сценарий, который вы просили. Гуань Фэн небрежно кивнул в сторону Дуань Ханьчжи: — Передай режиссёру Дуаню. Пусть изучает. Хелен вручила папку Дуань Ханьчжи. — Это что, твой сценарий? — скептически хмыкнул Дуань Ханьчжи. — Зачем мне писать самому? У меня сценаристы на зарплате, я что, зря их содержу? — Да ты просто не умеешь, — Дуань Ханьчжи с ехидной усмешкой пролистал папку, не давая Гуань Фэну вставить слово. — И что это за сценарий? Фэнтези-блокбастер? Параллельные миры? Готический роман с восточно-западным флёром? Или хроника династического раскола? — Он демонстративно перевернул несколько страниц. — Это же толще, чем все части «Пункта назначения» вместе взятые! Ты что, господин Гуань, затеял фэнтези-сериал? — Нет, — отрезал Гуань Фэн. — Разумеется, нет. Дуань Ханьчжи прищурился, не скрывая недоверия: — Рынок фэнтези в Китае ограничен, инвестиции огромны, а актёры зачастую не справляются. Подумай хорошенько. — Я всё продумал, — Гуань Фэн развёл руками с меланхолией. — Изначально я планировал сагу из семи частей, но после трёх дней и ночей мольбы сценаристов я согласился сократить до четырёх. — … — Дуань Ханьчжи поднял бровь. — Но не думай, что это четыре отдельных истории, это было бы банально, — продолжил Гуань Фэн с непринуждённой лёгкостью, будто обсуждал выбор блюда на ужин: стейк с чёрным перцем или свинину на пару. — Я разбил фильм на четыре тома, каждый по два с половиной часа. Это будет эпическая сага о взлёте и падении четырёх королевств на фантастическом континенте, с приключениями героев и их битвами с монстрами. Действие охватывает полвека. Я хочу создать цельную, грандиозную историю для всего мира, а не только для Китая. — … — Дуань Ханьчжи поднялся с места. — Вэй Хун, пошли. У господина Гуаня явно жар, пусть Хелен приготовит ему лекарство. Вэй Хун послушно встал, но Гуань Фэн властно бросил: — Сядьте оба. — Нет, это слишком рискованно. Говорят, психические расстройства заразны. Господин Гуань, ты уже не школьник, иди домой, прими лекарство. — Режиссёр с серьёзным видом пожал руку Хелен. — Красавица, проследи, чтобы он выпил таблетки. И не выпускай его на улицу, а то натворит дел. — Сядь, — Гуань Фэн помолчал, и выпалил: — Или вали, но Вэй Хуна оставь. Дуань Ханьчжи напрягся, шагнув вперёд и заслоняя Вэй Хуна: — Зачем? — Потому что главная роль написана специально для него, — твёрдо заявил Гуань Фэн. — Герой, это воин из звериного племени, прототипом которого стал огромный чёрный пёс размером с телёнка. И, знаешь, весьма «кавайи». Вэй Хун, тебе нужно быть ещё более милым, чем сегодня. — … — Вэй Хун вскочил, точно ужаленный. — Режиссёр Дуань, уходим! Господин Гуань, не забудьте про лекарства! Через десять минут Гуань Фэн с довольной улыбкой разглядывал Вэй Хуна, который, связанный по рукам и ногам, как пельмень, беспомощно барахтался на кожаном диване. — Отличная работа, Хелен, — похвалил он, бросив на неё одобрительный взгляд. Вэй Хун, извиваясь в путах, завопил: — Сестрица, где ты этому училась? В Удане? В Шаолине? Или на горе Эмэй? Ты точно знаешь школу боевых искусств «Шэньсин Тайбао»! В школе ты была королевой бандитов, признайся! — Ой, простите, приказ босса для меня закон, — Хелен кокетливо похлопала ресницами, прикрывая рот тонкими пальчиками. — На самом деле мой учитель сама настоятельница Эмэй, мастер Истребления. Десять лет в затворничестве, но моё мастерство всё ещё несовершенно, как стыдно, как стыдно. — … — Дуань Ханьчжи кивнул с серьёзным видом. — Всё нормально. Затем он выпрямился, затаил дыхание, напустил на лицо серьёзность и посмотрел на Гуань Фэна: — Это Вэй Хун был неправ. Гуань Фэн удовлетворённо хмыкнул: — Хм. — Я вернусь и хорошенько его проучу. — Хм. — Чёрный пёс так чёрный пёс. Вэй Хун мастер собачьих ролей, это его натура! Верно, Вэй Хун? Вэй Хун издал скорбное: — Ау-у… — Я гарантирую, он сыграет главного героя так, что не подведёт ни партию, ни народ! — торжественно заключил Дуань Ханьчжи. Гуань Фэн не спеша похлопал в ладоши, его лицо засветилось самодовольством: — С твоими словами я спокоен. Без полной поддержки тебя и твоего… «питомца» я бы не справился с грядущими испытаниями. Ты знаешь, пока вы сюда добирались, я выкурил полпачки сигарет, а я курю только в моменты крайнего стресса. Сегодня утром, чтобы выбить финансирование на этот десятичасовой эпос, я чуть не вонзил ручку в банковского управляющего. — Ты что, не можешь найти деньги на один фильм? — Дуань Ханьчжи был искренне удивлён. — Ты представляешь, сколько дворцов и декораций мы разнесём в щепки? Какой масштаб съёмок? А сколько уйдёт на постпродакшн? — И всё равно я не верю, что бюджет превысит шестьсот миллионов. — Ты угадал с точностью до юаня, — Гуань Фэн замолчал, а затем, с предельной серьёзностью, добавил: — Но напоминаю, что главный инвестор «Минхуа Энтертейнмент». А в этой компании, на данный момент, только ты и я. — … — всё ещё связанный, Вэй Хун приподнялся с дивана. — Хелен, возьми свою ручку и воткни мне в висок. *** После того как все ручки в комнате были убраны, Гуань Фэн вернулся на свой диван. Если раньше он напоминал вампира, только что вышедшего из темноты, то теперь он походил на объевшуюся кровью и готовую расправить крылья летучую мышь. С наслаждением потягивая чёрный кофе ручной обжарки из Северной Америки, он принялся размахивать руками, как крыльями, перед Дуань Ханьчжи: — Представь, какое чудо мы подарим стране, где не хватает страсти и фантазии! Это вдохновляет! Пусть бюрократы и их «связи» с «закулисными играми» правят бал в научной фантастике и фэнтези, пусть гасят последние искры воображения у молодёжи, люди, полные веры и любви, всё равно будут искать свои небеса и иные миры. Разве это не волнует тебя? Нам нужен настоящий фэнтези-фильм, отечественный, масштабный, без оглядки на затраты, шедевр, который станет вехой в истории нашего кино на ближайшие полвека. Иначе мы оставим в ней огромный пробел. Разве это не захватывает, режиссёр Дуань? — О, да, — отозвался Дуань Ханьчжи. — При мысли о таком бюджете моё сердце бьётся, как после бутылки пестицида внутрь. — Твоё сердце просто остановится, идиот. — Оно уже остановилось, — спокойно ответил Дуань Ханьчжи. — Ты должен понимать, Гуань Фэн. Отечественное фэнтези не может конкурировать с зарубежным, а рынок билетов у нас стоит просто слёзы. Пару лет назад один мой коллега, полный любви к фэнтези, отказался от перспективной мелодрамы ради фэнтези-катастрофы. И что? На этапе цензуры его зарубили за «подрывной контент», в фильме показывали, как из-за эпидемии в одном из городов погибло множество людей, а власти решили бросить их, заперев город. Режиссёр вырезал полчаса материала, добавил сцены с героическими чиновниками, мудро спасающими пострадавших, и еле-еле прошёл цензуру. В итоге его фильм превратился в пропагандистскую агитку, восхваляющую местных начальников. Итог? Он вернул меньше половины вложенных денег. Узнав об этом, я отказался от своей идеи снять фантастику, не хотел, чтобы в моём фильме инопланетяне жали руки чиновникам. Это оскорбило бы моё режиссёрское достоинство. Он помолчал, глядя на Гуань Фэна с явным неодобрением: — Подумай хорошенько. У нашего фэнтези мизерные сборы, а стоит тебе начать зарабатывать, как на тебя накинутся кровососы и высосут всё до последней капли. Я любил одно фэнтези-издание, но его задавили «связи» и «органы». Для них кино не искусство, а только деньги. Гуань Фэн долго молчал, его лицо наполовину скрывала тень. Наконец он медленно произнёс: — Я, возможно, не буду выпускать фильм в Китае. — Тогда где ты его покажешь? — В Северной Америке, — ответил Гуань Фэн. — Поэтому… я собираюсь принять инвестиции от одной американской компании. Дуань Ханьчжи с облегчением выдохнул: — Отлично. Я совсем не горю желанием разделять с тобой бремя шестисотмиллионного провала. Лицо Гуань Фэна странно скривилось: — Это крупная и очень известная кинокомпания из Нью-Йорка с солидным капиталом. — Прекрасно. Я доверяю долларам так же, как люблю юани. — Они ставят условие! Вкладывают деньги и обеспечивают приоритетную рекламу, но… настоятельно рекомендуют, даже нет, принуждают отказаться от моих актёров в пользу их кандидата на главную роль. Вэй Хун, всё ещё связанный, вскочил с дивана: — Что, иностранец? — Его не слишком волновала списанная с огромного чёрного пса роль, так что он был скорее заинтригован, чем обеспокоен. — Наполовину, метис, — ответил Гуань Фэн. — Но дело не в этом. Дуань Ханьчжи и Вэй Хун уставились на него с одинаково озадаченными лицами. На лице Гуань Фэна смешались сочувствие, жалость, удовольствие, забота, ожидание и какая-то странная, комичная радость: — Их кандидат на главную роль заявил, что режиссёр Дуань Ханьчжи, его самый любимый режиссёр в мире. Без вариантов. — О, — Дуань Ханьчжи невинно ответил, — у меня много поклонников, я привык к этому. Его лицо при этом даже не дрогнуло, демонстрируя броню толщиной с крепостную стену. — И в знак своей любви, — продолжил Гуань Фэн с многозначительной паузой и лукавым тоном, — он просит тебя сыграть роль второго плана… Персонажа, которого главный герой считает своим злейшим врагом. Они борются, притягиваются друг к другу, любят и ненавидят всю жизнь, пока главный герой не убивает его. Он сказал, что твоё участие сделает его карьеру легендарной. — … — В комнате повисла гробовая тишина. Дуань Ханьчжи покачал головой: — Этот парень, похоже, совсем спятил. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum