Контракт

Картина, открывшаяся взору, когда Ко Э Ран оказалась на крыше учебного центра, была не из приятных: пугая белой, как у слепых, пеленой в глазах, медленно и неумолимо к краю шагали и шагали студенты. Вслед за каждым шёл жнец, который должен был поймать упавшего после прыжка и перенести его в безопасное место. Жница повернулась к руководителю Паку, который стоял рядом, заложив за спину руки в чёрных перчатках, и печально наблюдал за происходящим. — Шеф… — Да? — Вы это чувствуете? — Ты про слабую ауру демона поблизости? — бесстрастно уточнил тёмный жнец. — Думаете, Сангри не один? Пак Джун Гиль покачал головой. — Среди них одержимый, — пояснил он. Ко Э Ран нахмурилась, затем оглядела студентов. — Нет, — только и сказала она. — Э Ран? — взглянул на неё руководитель Пак. — Я одержимых за милю чувствую, — жница снова вгляделась в студентов, многие из которых уже забрались на бортик по краю крыши. — Среди этих людей такого нет. Пак Джун Гиль помрачнел, прошёлся по площадке, внимательно оглядываясь и прислушиваясь к ощущениям. — Руководитель Пак, всё в порядке? — сдержанно спросила Ку Рён, отвлекшись от клиента. Поразмыслив мгновение, тёмный жнец качнул головой. — Оттащите студентов от края, быстро! — приказал он. — Что происходит? — вырвалось у Рён Гу. — Центр в поле инактивации, никто не сможет телепортироваться, — объяснил руководитель Пак. Его слова стали сигналом: жнецы без промедления устремились к студентам, но тут возникла новая проблема — схваченные, жертвы Сангри начинали яростно вырываться и едва не тащили за собой тех, кто пытался удержать их от прыжка. Потеряв терпение, Э Ран подбежала к молодому человеку, который выскользнул из хватки Чон Бо Юн, и с силой ударила его ребром ладони в шею. Студент мешком свалился на плиты и больше не шевелился. — Ну, он хоть больше не пытается свести счёты с жизнью, — выдохнула жница, встретив недовольный взгляд руководителя Пака. Сказать тёмный жнец ничего не успел: примеру Э Ран последовали и остальные. Вскоре вся крыша была усыпана телами нокаутированных студентов. Оглядев несостоявшихся самоубийц, жница вспомнила про одержимого. И слишком поздно. — Какие вы упрямые… — раздался в ночи тихий смех. Э Ран похолодела, узнав голос юной жницы. — Канарейка! — вырвалось у неё. Глаза Чон Бо Юн заливала мгла, на побледневшем лице выступили капилляры. Э Ран не хотела задумываться над тем, насколько сильным должен быть демон, который не только подчинил своей воле жнеца, но и скрыл от других свою ауру. — Эта тварь в ней… — Э Ран шагнула к тёмному жнецу. — Руководитель Пак… — Знаю. Короткое слово прозвучало так спокойно, что жница на миг даже ощутила уверенность в своих силах. — Руководитель Ку, руководитель Ким, — позвал Пак Джун Гиль, — эвакуируйте студентов и свои группы. Рён и Ким Сон Ёп поспешили выполнить приказ; наблюдавший за жнецами демон прошипел: — Надеешься, что им удастся спасти этих детей, Пак Джун Гиль? — Отпусти Чон Бо Юн, — в бархатном голосе слышалось предупреждение, — ты нарушаешь Договор… — Ты вмешался первым, — в шипении дрожала пугающая злость. Э Ран, с трудом скрывая панику, переводила взгляд с лица Бо Юн на тёмного жнеца. Сейчас, в центре поля, которое блокировало телепортацию и ослабляло их ауры, ни она ни руководитель Пак не могли даже толком защититься от нападения, если оно последует. Жница понимала, что они могут лишь попытаться договориться с Сангри. Но демон не был настроен вести переговоры. Э Ран так и не смогла впоследствии объяснить себе, как предвидела его атаку, но бросилась к тёмному жнецу за миг до неё и успела оттолкнуть его — чтобы почувствовать за своей спиной обжигающую волну чёрной энергии. Устоявший на ногах Пак Джун Гиль мгновение смотрел на лицо жницы, и её потрясла глубина противоречивых эмоций, горевших в его чёрных глазах. Но затем все чувства в его взгляде смела ярость. Резким движением тёмный жнец дёрнул Э Ран к себе за спину, так что жница не увидела, что произошло дальше. Пронзительный крик, разорвавший ночь следом, отозвался в ней вспышкой боли — он принадлежал Чон Бо Юн; Э Ран обернулась и почувствовала, что поле больше не сдерживает её ауру. Вид лежавшей на плитах юной жницы вызвал у неё волну гнева, однако в следующую секунду Э Ран пронзил ужас: бросившись к клубившейся, подобно дыму, чёрной тени, Пак Джун Гиль обхватил её руками и телепортировался. Исчезнув вместе с ней. На крышу вернулись Ку Рён и Ким Сон Ёп. Подбежавшая к Бо Юн жница не оглянулась, услышав их шаги. — Где руководитель Пак? — Рён не смогла скрыть острой тревоги. — Позаботься о Канарейке, — бросила вместо ответа Э Ран, без раздумий отследила прыжок и перенеслась следом. Попала она на просторную лужайку перед каким-то заброшенным особняком, со стороны которого доносились оглушительный треск и грохот падающих бетонных опор. Понять, что внутри сошлись в схватке Сангри и тёмный жнец, не составляло труда; не обращая внимания на спазмы в груди, Э Ран побежала к проёму разрушенных парадных дверей. Послышалось рычание, окрестности залила вспышка ослепительного золотого света, и взбежавшую на крыльцо жницу отбросило назад волной сокрушительного взрыва, так что она пролетела несколько метров и наверняка покалечилась бы, если бы не догадалась телепортироваться. Инстинктивный прыжок перенёс её на ступени часовни неподалёку. Пламя, с жадным рёвом поглощавшее развалины, клубами чёрного дыма поднималось к небу; Э Ран без сил осела на плитку, невидяще глядя на охваченные огнём останки здания. Тело будто онемело. «Нет… — билось в мыслях. — Не может быть…». Жница не поняла, как встала. Её трясло, как в лихорадке. — Господи, только не это… — сорвалось с губ хриплое. Особняк был разрушен так, что упрямое желание перенестись в эпицентр взрыва потухло, едва вспыхнув. В попытке проглотить болезненный стон Э Ран прижала ладонь ко рту… и застыла, услышав звук прыжка и ощутив совсем рядом знакомую ауру. Жница развернулась так резко, что взметнулись её белые волосы. В двух десятках шагов стоял Пак Джун Гиль. Стекавшие по его лицу струйки крови и глубокие борозды под разорванной тканью рубашки Э Ран не заметила, сорвавшись с места со сдавленным: — Руководитель Пак… Тёмный жнец охнул, когда она порывисто обняла его за шею, но отстранять не стал, обнял в ответ. Услышал всхлипы и понял, что жница плачет. Удержал, почувствовав, что она хочет отстраниться, и чуть крепче прижал к себе. После схватки с демоном его била мелкая дрожь, пульсировали болью раны, но он не обращал на это внимания, захваченный разлившимся в груди теплом… его прежде никто так не обнимал. Э Ран высвободилась из его рук, чтобы в тревоге оглядеть его лицо. По щекам её по-прежнему бежали слёзы. Она ничего не говорила, с болью оглядела раны на его лице, моргнула в нерешительности и протянула руки. Мягко коснулась ладонями его лба, щёк, подбородка. Тёмный жнец нахмурился, заметив слабое белое сияние, исходившее от её пальцев. И всё понял, когда боль отступила. — Ты целитель, — догадался он. — Не самый лучший, — криво улыбнулась она, опустила взгляд, чтобы оглядеть раны на его груди, и вздрогнула. — Вам нужно к Ариане, — глухо заметила жница и без предупреждения перенесла их в лазарет. Несколько часов спустя Э Ран вернулась в палату и недовольно прищурилась, завидя пустую койку. Руководитель Пак стоял у окна и обернулся, заслышав её шаги. В чистой чёрной рубашке и брюках, со слегка взъерошенными волосами и утомлением в глазах он, тем не менее, выглядел таким же собранным и бодрым, как обычно. — Что с Бо Юн и студентами? — спросил он. — У Канарейки несильный шок, она сейчас в соседней палате, — жница положила на тумбочку целую стопку шоколада. — Клиентов Рён отправила в больницу, подправив им воспоминания: студенты убеждены, что были под влиянием сильного гипнотизёра, но больше ничего не знают… Вам нужно отдохнуть, руководитель Пак, — настойчиво посоветовала Э Ран. Тёмный жнец отвёл взгляд. Э Ран понимала, что ему неприятно ощущать себя слабым, но позволить ему идти на поводу у своей гордости она не могла. — У меня приказ директора, — жизнерадостно сообщила она. — Вам предписан отдых, на целую неделю, — уточнила жница. — Как ваш заместитель, я поруковожу отделом вместо вас и, уверена, прекрасно справлюсь: давно уже руки чешутся кого-нибудь погонять, — доверительно сообщила она. Хмуро слушавший её Пак Джун Гиль слабо усмехнулся: её деликатность не осталась для него незамеченной. Он только кивнул в ответ и перевёл взгляд на плитки шоколада. В груди что-то остро сжалось. Но в бархатном голосе почти не было эмоций: — Спасибо, Э Ран. — Спокойной ночи, руководитель Пак, — коротко поклонилась жница и вышла. Пак Джун Гиль проводил её глазами. Вспомнил, как она спасла его сегодня от атаки демона. Как обнимала и плакала в его объятиях. И осознал, что всё изменилось. «Э Ран связана со своим мужем нерушимыми узами», — вспыхнули в памяти слова Императрицы, которые он услышал совершенно случайно. Был ли протест рождён ревностью, тёмный жнец не хотел задумываться. Он знал только одно: плакавшая у него сегодня на плече девушка наверняка вложила бы свою ладонь в его, если бы он протянул руку, позвав её за собой.