Контракт

По кабинету Ко Э Ран тянулся приятный запах жареных кофейных зёрен, смешанный со сладостью выпечки. Жница с аппетитом откусила от слоенного пирожного, политого ягодным сиропом, и вскинула взгляд, услышав вопрос Ку Рён: — Почему тебя не было на последнем собрании? — Ты про Руководящий совет? — уточнила Э Ран, проглотив кусок сладкого печеного теста. — А с чего бы мне присутствовать? — нахмурилась она и глотнула капучино. Ку Рён обвела пальцем край чашки и терпеливо пояснила: — Ты же руководишь новым отделом. — Формально — нет, — хмыкнула Э Ран. — Отдел под контролем руководителя Пака. — Почему? — удивилась Рён. — Пиар-ход. Вспомни, сколько времени ты не могла привлечь жнецов в свою группу просто потому, что пришла из Ада. Ку Рён помолчала, не отводя от собеседницы внимательного взгляда, затем мягко проговорила: — Ты сейчас не лукавишь, Э Ран? Жница допила свой кофе и пожала плечами. Затем сокрушенно вздохнула: — Разумеется, Рён. Руководитель Пак считает, что я крупно рискую, возглавив этот отдел, и он чертовски прав… — Тебе угрожали? — догадалась Ку Рён. Собеседница кивнула, взъерошив волосы, и она с тревогой спросила: — Насколько всё опасно? — Ох, Рён, эта миссия с самого начала не была прогулкой по парку, — Э Ран встала и подхватила с стойки свою чашку. — Но демоны пока только шипят и плюются ядом, — невесело усмехнулась она, яростно моя кружку. Последив за ней немного, Ку Рён тихо спросила: — Что ты будешь делать, если на задании демон решит напасть? — Уносить ноги, — сострила жница. — Была бы я одна, ещё попыталась бы бороться, но другие жнецы против демонов бессильны, а рисковать ими мне совесть не позволит… Довольно о грустном, — бодро проговорила Э Ран и развернулась с полным интереса: — Что у вас с Рён Гу? Скольких спасли за последний месяц? Ку Рён светло улыбнулась: — Пятерых. У нас два новых работника, — поделилась она со сдержанной радостью. — Перешли из Группы сопровождения. — Э Ран прыснула, и она нахмурилась. — Что-то не так? — Спорю, они просто вовремя смотали удочки, чтобы их ко мне в отдел не перевели, — заметила собеседница. — Что поделать, жнецы боятся демонов, — рассудительно проговорила Ку Рён, продолжая улыбаться. — Даже руководитель Пак, — погрустнев, добавила она. — Он видел Падение Седьмых врат, — напомнила Э Ран. — Рушди тогда сжёг сотню жнецов. Ку Рён удивила её пристальным взглядом. И неожиданно спросила: — Ты боишься, Э Ран? — Ещё как, — не стала скрывать жница. — Тогда остановись, — в голосе Рён слышалась искренняя тревога. — А ты бы остановилась? — Что? — Ты — человек, который покончил с собой в прошлом, — начала Э Ран. — Ты бы перестала помогать тем, кто в шаге от такого же выбора? — Э Ран… — только и сказала Рён. Она поняла. И не стала больше уговаривать. Каким ядом могут стать сожаления, она знала не понаслышке. *** Стояла поздняя ночь, приглушённый золотистый свет едва ли разгонял густые сумерки. По кабинету снова и снова разносился стеклянный хруст, который сменял глухой свист: колба из толстого стекла катилась по мрамору пола, чтобы, дойдя до стены, резко полететь обратно. Ко Э Ран не глядя ловила тару и вновь пускала её по дорожке. Глаза её застила пелена размышлений, губы, бордовые от помады, были сжаты. Положив ногу на ногу и упираясь костяшками пальцев в висок, она сидела в кресле и мрачно ждала появления руководителя Пака. Тёмный жнец не заставил себя долго ждать, но её присутствие было для него неожиданным. Ничем не выдав удивления, он прошёл к своему столу и на ходу спросил: — Что это? Э Ран поймала колбу и фыркнула. — Подарок, — наконец иронично обронила она. Пак Джун Гиль нахмурился, вгляделся в чёрный дым, заполнявший запечатанную тару. — Ты взяла демона в ловушку, — бесстрастно заметил он. — Зачем? — Моя первая клиентка, — не оборачиваясь начала жница, — была одержимой. И хотела заключить контракт, чтобы избавиться от нежеланной страсти, которую испытывала из-за демона, захватившего её в плен, — неторопливые слова сочились цинизмом. Сбросив пиджак, тёмный жнец повесил его на спинку кресла и расстегнул ворот чёрной рубашки. Его ждала целая стопка отчётов, но черневшая сдержанной злостью аура заместителя заставила его ненадолго забыть о работе. — Ты не стала его убивать, — выхватил он суть короткого рассказа. — Это было бы невежливо… После всего, что он мне рассказал, — пояснила Э Ран и откинулась на спинку кресла. — Что по всему загробному миру ищут охотника, убивающего демонов — то есть меня, — что Рушди в ярости, что мой начальник посещал Л’Иарк и там получил предупреждение… Ровные слова слегка дрожали от эмоций. Колба с шумом прокатилась по полу и вновь с глухим свистом вернулась обратно, тотчас схваченная жницей. — Э Ран, — сдержанно позвал Пак Джун Гиль. Он обошёл стол и остановился напротив девушки. Её напряжение можно было потрогать на ощупь, но тёмный жнец совсем неожиданно обратил внимание на искушающий контраст… Лёгкий чёрный сарафан, почти незаметно искрившийся перламутром в приглушённом свете, до плеч открывал руки жницы — бледные, гибкие, изящные, — не скрывал линий стройных ног в чёрных туфлях. Взгляд жнеца снова и снова скользил по тонкой фигуре жницы, но явно ощущавшая прикосновение его глаз Э Ран не поднимала головы. Со смесью негодования и обиды продолжила: — Представляю, в каком Рушди бешенстве… Ещё бы: демоны погибают один за другим, а единственный жнец, которого он мог подозревать, не имеет к этому отношения… Вы должны были известить Совет о преступнике, а вместо этого взяли мой отдел под свой контроль, — губы жницы искривила обезоруженная усмешка. — И я только сейчас поняла, зачем вы это сделали, — она закрыла лицо ладонью и залилась тихим смехом. Руководитель Пак вздохнул. — Ты знала, что нарушаешь договор, сжигая изгнанных демонов, — напомнил он. — До недавнего времени ответственность за это несла я сама, — Э Ран подбросила колбу и с силой запустила её в стену. Треск был громким, однако тару удар не разбил. От вспышки жницы у Пак Джун Гиля потемнели глаза, но гнева он ничем более не выдал. — Отдел останется под моим контролем, — бархатный голос, и без того низкий, сел от ярости. Э Ран вскинула взгляд: в глазах её горела не меньшая ярость. «Вот же дьявол, как быстро он понял, чего я потребую!» — пронеслось в её мыслях раздражённое. — Вы предлагаете мне работать, зная, что за каждый мой промах ответите вы? К ней невовремя пришло воспоминание о том, что потребовал Ха Дэ Су, заключивший с ней Непреложный Обет. Эмоции душили, сжав горло комом, и жница с насмешкой спросила себя, подозревал ли её бывший начальник, насколько Пак Джун Гиль облегчит ей задачу. — Ты в состоянии не допускать ошибок, — заметил тёмный жнец. Э Ран встала так резко, будто её подбросило с кресла, подошла вплотную и, глядя прямо в чёрные глаза лидера Группы сопровождения, тихо проговорила: — Передайте отдел в мою ответственность, руководитель Пак. — Нет. Ни сейчас ни после, — спокойно откликнулся Пак Джун Гиль. — Тогда я расторгаю договор с «Калейдоскопом», — бросила в ответ жница. Руководитель Пак поймал её прямо в прыжке. Брошенная в кресло, Э Ран вскинула полный негодования взгляд, но вырвать руки из хватки ладоней, вжимавших её запястья в подлокотники, не смогла, как ни хотела. От сдержанных слов по ней пробежала дрожь: — Ты не вернёшься в Л’Иарк. — Вы не будете отвечать за мои ошибки, — твёрдо вернула Э Ран, откинув голову назад, чтобы смотреть жнецу в глаза. В следующий миг она поняла, что порыв был напрасным: чёрные глаза скользнули взглядом по её открывшейся шее и, казалось, потемнели ещё сильнее. Жница с трудом перевела дыхание, обезоруженная как волной жара, обрушившейся на неё совершенно неожиданно, так и пониманием, что из плена Пак Джун Гиля ей не вырваться. Упиравшийся коленом в сиденье тёмный жнец глядел сверху вниз, обездвижив её взглядом не меньше, чем хваткой сильных рук, лёгкие наполнял приятный запах мужского парфюма, от которого вспыхнула в памяти ночь, проведённая в спальне жнеца, и Э Ран накрыло предательской слабостью, вызвавшей в ней острую панику. — Пустите… — потребовала она, негодуя на свой севший голос. — Заведёшь этот разговор снова, больше сдерживаться я не стану, — глухо пообещал руководитель Пак, прежде чем отстраниться. Э Ран тотчас телепортировалась — и с шумом перевела дух уже в ванной собственной квартиры. Нервно умылась холодной водой, чувствуя, как тело бьёт дрожь, и осознавая, что дело совсем не в испуге. — Чтоб тебя демоны обласкали, Пак Джун Гиль, — выдавила жница, прислонившись к стене. Выхода у неё не было: только стараться не допускать в будущем промахов. Мысль, насколько её связала ответственность, ярости её не уменьшала. Как и понимание, что впервые за долгое время она столкнулась с волей куда более сильной, чем её собственная.