Контракт

Наблюдавшие за спаррингом жнецы дружно вздрогнули, когда Чон Бо Юн, пролетев половину зала, влепилась в маты, прислонённые к стене. — Она садистка, — вырвалось у кого-то. На него так же дружно шикнули: в «Калейдоскопе» боялись говорить о Ко Э Ран в глаза и за глаза. Жница отряхнула куртку и позвала свою помощницу бодрым: — Вставай, Канарейка, сегодня ещё не пятница. — Так точно, шеф, — с пыхтением поднимаясь с пола, откликнулась Бо Юн. В отделе жницу осуждали за ярко-жёлтые волосы, за неопытность, за бесконечную преданность Пак Джун Гилю, которого нужно было бояться больше дьявола хотя бы ради приличий, за граничащую с глупостью смелость работать в паре с Ко Э Ран, а теперь ещё и за безрассудство вступить в Отдел по работе с контрактниками: Чон Бо Юн была единственным добровольцем. Собравшиеся в громадном спортзале сотрудники Группы сопровождения забыли про свои тренировки, наблюдая за тем, как юная жница учится противостоять атакам демона и защищаться от воздействия их чёрной ауры. Дело было не в том, что Бо Юн раз за разом терпела поражение в попытках выставить защитный барьер, а в чёрной тени, которую Ко Э Ран приволокла Бог весть откуда и теперь не только удерживала в захвате, но и заставляла следовать малейшим приказам. Впрочем, зрителями жнецы были ровно до тех пор, пока их восторженно-испуганные возгласы разом не стихли от бархатного: — Тренировка началась восемь минут назад. Толпа разбежалась по залу в одно мгновение. Руководитель Пак подошёл к Ко Э Ран и, заложив руки за спину, хмуро проследил за тем, как Бо Юн устанавливает барьер. — На этом уровне ей не справится с защитой, Э Ран, — недовольно заключил он, переведя взгляд с юной жницы на своего заместителя. — Почему Чон Бо Юн не усилила ауру? — Потому что её начальник — миротворец и пацифист, — усмехнулась в ответ Ко Э Ран, вспомнив давний разговор. Пак Джун Гиль понял намёк, задумался. Затем предложил: — Возьми Бо Юн с собой, когда направишься к одержимому. Жница резко посмотрела на него. Прищурилась. Поневоле вспомнила взрыв чёрной энергии, который сопровождал каждую гибель демона. — Думаете?.. — неуверенно начала она. — Уверен, — успокоил её руководитель Пак. — Сколько сотрудников записалось в твой отдел? — спросил он, жестом велев Чон Бо Юн прекратить тренировку. — Только Канарейка. В глазах Пак Джун Гиля на миг засветился гнев. На следующий день по отделу распространили приказ, текст которого вызвал у Ко Э Ран приступ смеха. — Руководитель Пак назначил двенадцать сотрудников в нашу группу? — шокировано уточнила Чон Бо Юн, перечитывая бумагу, которую держала в руках. — Вполне в духе нашего начальника, — отсмеявшись, заметила Э Ран и подтянула к себе смартфон. — О, новость! У нас первый клиент, — пропела она. — Канарейка, позови сюда всех, кто в списке. Чон Бо Юн поклонилась и поспешила к двери. Через десять минут она уже собрала в кабинете Э Ран всех жнецов, которых перевели в их отдел. Заместитель Пак Джун Гиля обвела их внимательным взглядом и спросила: — Кто-нибудь имеет представление о том, чем занимается Отдел по работе с контрактниками? Молчание длилось минуту, прежде чем послышалось неуверенное: — Мы будем сражаться с демонами?.. — Канарейка, — сокрушенно взъерошила волосы Ко Э Ран, не дождавшись больше ответов, — знаешь, в чём наш промах? У нас плохая пиар-кампания, — без тени смеха, но полным иронии голосом заключила она, встала со стула и обошла новоиспечённых стажёров, пронизывая каждого взглядом. — Так чем мы будем заниматься? — посмотрела она на Бо Юн. Юная жница с готовностью отозвалась: — Отговаривать потенциальных клиентов заключать контракты с демонами. — И всё? — недоверчиво переспросил кто-то. — Не то, чтобы всё, — фыркнула Ко Э Ран. — Остальное увидите сами. У нас первый клиент, забираю вас в качестве зрителей. К следующему практическому заданию наличие тетрадей и пометок обязательно. Следуйте за мной, — велела она так, что вслед за ней телепортировались все, кто находился в кабинете. При виде внушительной толпы жнецов в чёрных одеждах пожилая шаманка, которая принимала очередного посетителя, поперхнулась заклинанием и схватилась за сердце. — В-вы кто… Но мне ещё не время умирать! — простонала она. Ко Э Ран лишь фыркнула в ответ: — Уймись, мы не по твою душу сюда притащились. Комнатка, в которой они оказались, была сплошь завешена оберегами и амулетами, стен было просто не видно за золотыми картинами, изображавшими будни даосского пантеона, и манили присесть пёстрые ковры на полу — чистые и мягкие. Жница оглядела тахту, усыпанную картами, сидевшую напротив шаманки девушку и не оборачиваясь велела стажёрам отойти к стене и наблюдать. Гостья старушки удивлённой не выглядела, спокойно предположила: — Это вы — те, кто должен мне помочь? — В некотором роде, — жница присела рядом, сложив ноги по-турецки, и подалась к девушке: — Расскажи, что привело тебя сюда, Ли Ха Ни. Ли Ха Ни окинула жницу пронзительным взглядом. Смуглая, худощавая, с недоверчивыми глазами и тонкими губами, она не была красавицей, но в ней чувствовалась какая-то притягательная харизма вечно одинокого, хорошо знающего жизнь человека, который редко делится своими секретами. Чёрные, как смоль, волосы её косой лежали на плече, серовато-голубая блуза чуток висела на острых плечах, и обтягивала стройные ноги чёрная джинса узких брюк. — Избавьте меня от влечения к этому придурку, — резковато попросила она. — Меня тошнит, когда подумаю о нём, но стоит нам встретиться, и я готова висеть на его шее. Говорила девушка с неприязнью и затаённым отчаянием. Ко Э Ран прищурилась, думая о том, сколько времени Ли Ха Ни могла бороться с неподвластными ей чувствами. В их разговор вмешалась шаманка. — Но я вызывала не жнецов, — наконец озвучила она то, к чему явно шла последние несколько минут. Э Ран ответила скептичным: — Твои помощники сейчас будут. Кстати, о них, — она подалась к старушке. — Скольким ты помогла заключить контракт? Мне для отчёта, начальник требует, — доверчиво пожаловалась она. И сбила добродушными словами шаманку с толку. — Я уже сорок лет этим занимаюсь, — машинально выпалила старушка и тотчас отпрянула. Понять, что она выдала чужую тайну, было не сложно. Ко Э Ран невесело усмехнулась: — Тобой я займусь позже, — пообещала она и вновь взглянула на Ли Ха Ни. — Хочешь заключить контракт? — А это поможет мне контролировать тело? — недоверчиво уточнила та. — Как сказать, — иронично начала жница. — Видишь ли, ты собираешься подписать соглашение с демоном. Избавишься от страсти, которую не желаешь испытывать, на те годы, что ещё проживёшь в этом мире, а после смерти отправишься в Ад — на вечную расплату. Как по мне, сделка нечестная. Что скажешь? — искренне спросила она у девушки, которая слушала её, хмурясь всё сильнее и сильнее. — Мне не это обещали, — наконец обожгла она шаманку взглядом. Та попыталась было что-то сказать, но Ко Э Ран вмешалась с рассудительным: — Про плату тебе говорить никто и не стал бы — демону это невыгодно, он же так всех клиентов растеряет. Но поскольку призвать его может лишь человеческая воля, достаточно твоего согласия, — пояснила она. — Всюду обман, — горько заключила Ли Ха Ни и встала. — И о чём я думала, обращаясь к шаманке? — смерив старушку взглядом, проговорила она. Старушка сердито посмотрела на жницу и внушительно начала: — Вы лишили это дитя последней надежды… — О-о-о-ой! — недовольно воскликнула Э Ран, поневоле скопировав бывшего начальника. — Вы мне ещё плохую карму пообещайте, — саркастически посоветовала она. — Канарейка, отвези Ли Ха Ни к Тэ Илю, — попросила жница, вдруг посмотрев на Бо Юн, перевела взгляд на стажёров и велела так, что те не посмели ослушаться: — Занятие закончено, возвращайтесь в фирму. В восемь — тренировка, чтобы все были на месте. Дождавшись, пока в комнате останутся только она и старая шаманка, жница поднялась и огляделась. — С древней же тварью ты связалась, — пробормотала она, чувствуя, как воздух вибрирует от приближения чего-то чёрного и мощного. — Ого, — вырвалось у неё, когда посреди комнаты вдруг появился демон в облике старца с длинными огненно-рыжими волосами и полуистлевшей дымчато-серой мантией. — Ты, небось, прямиком из Л’Иарка пожаловал? Демон не счёл нужным ответить, посмотрел на шаманку с требовательным: — Где контракт? — Ваша клиентка передумала, — ответила вместо старушки Э Ран. — Я, знаете ли, разъяснила ей, что договор ущемляет её права. Старец наконец взглянул на жницу и прошипел: — Кто ты? — Я её адвокат, — с усмешкой слукавила жница, без страха шагнула к демону и низким от ярости голосом велела: — Возвращайся в Л’Иарк, исчадие Ада, и передай всем, что отныне ни один демон не сможет заманить человека в ловушку лживого контракта. Залитые мглой глаза демона мало что выражали, но Э Ран слишком долго общалась со слугами Рушди, чтобы не разглядеть в чёрном взгляде узнавания. — Э Ра-а-а-ан, — тихо засмеялся демон. — Так это тебя назначили отговаривать контрактников… А я-то гадал, кому ваша Императрица поручит такую глупую миссию, — признался он и, приблизившись вплотную, чуть слышно спросил: — Рушди знает, чем ты занимаешься?.. — Передай ему, а то у меня времени как-то не было, — ничуть не напуганная, язвительно попросила жница. — Передам, — прозвучало угрозой. — Жди встречи, Э Ран, — бросил демон, прежде чем исчезнуть. Мгновение-второе после его ухода Э Ран невидяще глядела перед собой. Ей давно следовало перестать испытывать страх, но сейчас именно он тлел в её груди. Закрыв глаза и усилием воли отогнав удручающие мысли, жница взглянула на шаманку и мёртвым голосом посоветовала: — Лучше прикрывайте свою контору. Клиентов у вас больше не будет, я об этом позабочусь, — пообещала она вместо прощания и телепортировалась.