Предание скованных сердец.

      София Элвин сжала пальцы, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь. Нет, этого не может быть. Это не может быть она. Потому что она — это я. — Рада познакомиться, — «новая» София поднялась, и Софи впервые заметила, как она двигается: спокойно, сдержанно, чуть надменно. Манера держаться, наклон головы, лёгкий изгиб губ — всё до боли знакомое. Её собственные привычки, до последнего жеста. — Рада… — эхом повторила Элвин, не замечая, что слова выходят хрипло, будто она говорит сквозь ледяную воду. Где-то в глубине сознания мелькнуло: дыши, просто дыши. Но тело будто не слушалось. Дверь за её спиной открылась и в комнату ввалились Драко, Том, Гарри и Дафна. Дафна, едва увидев «Софию», побледнела, как мрамор. — Нет… — выдохнула она, делая шаг вперёд. — Это… это невозможно. София — та, что сидела рядом с Северусом, поднялась и тихо, будто стесняясь, произнесла: — Дафна… я… И в этот момент Дафна сорвалась с места. — София?! — крикнула она, бросаясь вперёд и обнимая её. — Господи, я думала, что ты умерла! Что тебя больше нет! София-Элвин стояла чуть поодаль, не двигаясь. Казалось, мир стал двухслойным, две реальности, одна поверх другой. В одной она — жена Северуса, подруга Дафны, хозяйка дома. А в другой — просто врач, наблюдающая, как кто-то другой живёт её жизнью. Дафна плакала. Драко подошёл ближе, протянул руку, но остановился, будто боясь коснуться призрака. Гарри стоял в дверях, не веря своим глазам. Том стоял за спиной Элвин, молча. Его рука будто готова была подхватить её, если она рухнет. — Но… как… — выдохнул Гарри. — Как это возможно? «София» опустила глаза. — Я не знаю, — тихо сказала она. — Всё было… как во сне. Когда я умерла… я попала в небытие. Там были мама и папа. Я просила… умоляла их отпустить меня обратно. Я не могла уйти, не могла оставить вас всех. Северуса… На имени Снейпа, Элвин едва заметно дёрнулась. Северуса. Он сидел, сжав пальцы на подлокотнике кресла, но глаза его были прикованы к женщине перед ним. Взгляд, которого София не видела уже много лет, внимательный, мягкий, живой и радостный. Она почувствовала, как что-то внутри обрушивается. — Десять лет, — вдруг язвительно бросила она, сама не понимая, зачем. — Ты выпрашивала десять лет? В комнате наступила гробовая тишина. «София» посмотрела на неё, чуть наклонив голову, и улыбнулась. — Иногда вечность не чувствуется, — ответила она мягко. — А иногда один день, хуже вечности. Эта улыбка, та самая, что раньше принадлежала ей, сейчас бесила ее. Элвин вдруг поняла, что сердце бьётся слишком громко. Она отступила, наткнулась на спинку стула, потеряла равновесие и рухнула. — Софи! — крикнул Том, подбегая к ней. Он успел подхватить её до того, как она ударилась об пол. Драко бросился следом, но Том резко сказал: — Я сам. Северус на мгновение подался вперёд, но тут же остановился. Его пальцы сжались на руке Софи и она сжала его руку, как бы удерживая. Он не встал, не подошёл к ней. Только смотрел. Элвин чувствовала, как всё кружится. Голоса были будто издалека приглушённые и обрывочные. Том что-то говорил, Дафна чуть ли не плакала, а Драко стоял, бледный, как мел. А Снейп — просто сидел, счастливый и радостный. Её сердце билось неровно, дыхание сбилось. И последним, что она успела увидеть, прежде чем потеряла сознание, были его глаза. Полные… чего-то странного.

***

      София очнулась в своей комнате. Тепло, мягкий свет, шум дождя за окном, все успокаивало. Том сидел рядом, а его руки были скрещены на груди. — Очнулась, — тихо сказал он, не глядя. — Неплохо. Я уже думал, что придётся отпаивать тебя силой. — Что… что произошло? — Софи попыталась приподняться, но тут же застонала, голова кружилась. — Ты упала. Северус представил свою «жену», — голос Тома был ровный, но за ним слышалась усталость. — Потом ты сказала что-то ехидное и… рухнула. Я тебя отнёс сюда. София закрыла глаза, сжимая простыню. — Он не подошёл ко мне? — Нет. — Короткий ответ, был езкий, как нож. — Он остался сидеть. С ней. Тишина была долгая, глухая и тяжёлая Потом Том вздохнул и наклонился чуть ближе. — Хочешь объяснить, что, чёрт возьми, это было? Почему тебе стало так плохо? София покачала головой и отвернулась. — Я скажу тебе, но не сейчас. Я… не могу. — Не можешь или не хочешь? — спросил он мягко, но взгляд был острым. Ее взгляд потускнел, стало паршиво. — Просто… не сейчас. Том встал, проведя рукой по волосам в явном разочаровании. — Знаешь, а ведь я почему-то не рад ее возращению. — сказал он спокойно, словно выплюнул на ветер свои же мысли. — Как это понимать? — София наклонилась ближе, рассматривая его лицо. — А не тебе ли знать? Я не бросился к ней в объятия не потому что мне все равно, я просто привык. — он сел на край кровати, как можно дальше от нее. — Привык к чему? — перебила Софи, понимая что переворачивает тему. — Я старше всех вас вместе взятых, я привык держаться ото всех подальше. Вы не бессмертные, Сонь. — сказал он медленно, подбирая слова. — Но я хочу помочь тебе. И я бы скорее поверил что ты София, чем в то, что та девушка хоть малое ее подобие. София опустила взгляд, тишина повисла словно густой ком в воздухе. Она сжала простынь перед собой и вяло выдохнула. — Это я, Том. Это я… — на краях ее глаз появились слезы, которые уже ничем не скрыть. — Просто поверь, я знаю что это сложно… — Ничего, я догадывался. Возможно даже странно что я единственный не привязался к тебе еще тогда. — прошептал он, сам не понимая почему открывает ту часть своей души для нее. Любой увидев это со стороны, подумал бы что они оба поехавшие на голову. — Но я их могу понять, они были в отчаянии, а тут объявилась жена Снейпа и все тут же рванули ей в объятия. Как наивно. — Но как? — бормотала она в слезах. — Как ты единственный из всех заметил? Том повернулся, подвинулся к ней и смахнул ее слезу своей рукой. — То как ты смотрела на Северуса, скорее будет уместно спросить как до него еще ничего не дошло. — подметил он, слегка ухмыляясь. — Я с тобой Соф, а пока поспи. И не вздумай падать в обморок завтра, у Дафны день рождение. С этими словами он встал и ушел с тихим кликом. София пялилась ему в след, а после в потолок словно это поможет. Под новой волной отчаяния она встала, резко рванула из комнаты и дошла по черному пути до покоев Северуса. Да, у нее был доступ ко второму этажу его комнаты, что было присвоено как на экстренный случай. Прислонившись к стеклу она застыла, новообреченные слезы накатились на нее опять. Ложная «София» и Снейп сидели вместе на кровати, девушка сладко водила рукой по его груди, а он наслаждался процессом. Весь мир будто рухнул с ног на голову, все те с нуля построенные отношения что были у них годами так легко заменены кем то другим? Больнее всего было то, что он так легко все принял, его улыбка которую он редко показывал нынешней ей. Без задней мысли Софи развернулась и бросилась прочь, на душе стало туго и паршиво. С последними силами она вернулась и уснула. Точнее у нее не осталось сил даже думать об этом проклятом дне.

***

      Утро, все вокруг суетятся, приготавливают праздник и поздравляют именинницу. Но София нет. Она лежит в своей комнате, не спит, не бодрствует, просто смотрит в потолок и тихо плачет. У нее не осталось ничего, ни надежды на будущее, ни на жизнь. Но встать ей пришлось, ей хотелось пожелать Дафне счастья. София тяжело встала, красиво оделась, заплела волосы и спустилась на первый этаж. Дафну уже окружили гости, Драко с Арканеллой надували шары, Гарри выберал цветы неподалеку. Ее взгляд переместился к именнинице, рядом с ней стояли «София» и Северус, оба держались под руку и лаского общались. София почуствовала крах, ей не хотелось прерывать, все выглядели счастливыми и без нее, словно ее и не должно было быть здесь. Как только эта мысль зародилась, рука похлопала ее по плечу. Том стоял сзади нее у лестницы. — Чего кислая такая? Сегодня день рождение Дафны, а не похороны. — сказал он спроста, довольно улыбаясь. Арканелла заметила ее и помахала, радоста крича: — Тетенька! Спускайтесь, мы вас заждались! — эти слова облегчили ее душу, София чуть приулыбнулась и спустилась к ним. — Вы? Меня заждались? Да у вас и так весело в невпопад. — дружелюбно подметила она, опускаясь перед малышкой. — Неужели дядя Драко так великолепен в воздушных шарах? — скорчилась она, копируя его обычно недовольное лицо. Арканелла засмеялась начала собирать шары в кучу. Драко на лестнице повернулся, закатив глаза. — Мисс Элвин, какой неотразимый юмор. — Вот теперь я тебя узнаю. Дафна ходила по залу с букетом, Драко ей помогал, что-то подавал, Гарри спорил о чем-то с поваром. И только Том стоял у окна с чашкой кофе. А у камина стояли они. Новая пара — Северус и Софи. Он стоял рядом с ней, чуть склонённый, что-то шептал ей, а она смеялась тихо, касаясь его руки. Это было слишком естественно. Слишком… знакомо. Болезнь как рукой сняло. Он выглядел таким счастливым. И от этого Соне стало по-настоящему больно. — Соня! — крикнула Дафна, заметив её. — О, ты встала! Иди к нам! Соня выдавила улыбку и подошла ко всем. Арканелла выбежала откуда-то из-за стола, с пучком шаров в руках, и вцепилась в её платье. — Тётя Соня! Смотрите, какие мы сделали шары! — завопила она радостно. — А этот, я специально для вас сделала! Она протянула один серебристый шар, в форме сердца. Соня опустилась на колени, прижала девочку к себе и впервые за всё утро по-настоящему улыбнулась. — Спасибо, милая. Он очень красивый. Арканелла кивнула и зашептала на ухо: — Только не обижайтесь и не говорите что так нельзя говорить… но та тётя — она кивнула на Софи, — сказала, что я должна называть её мамой. Но она не мама. Мама пахла по-другому. Соня замерла, сердце будто кто-то сжал изнутри. — Всё в порядке, малышка, — прошептала она, гладя её по волосам. — Просто делай, как чувствуешь. Девушка не собиралась нас травить девочку против новой «матери». Но и благосклонно тоже, она не собиралась себя вести. Том, стоявший рядом, услышал их, и их взгляды встретились. Он кивнул ей едва заметно, и направился к столовой. За столом всё выглядело почти идеально. Долгий стол, серебряные приборы, свечи. Слуги сновали между стульями, наполняли бокалы, приносили блюда. Только воздух был натянут, как струна. Лично для Сони, все было так, и наверное для Тома. «Софи» сидела рядом с Северусом, сияя. Её рука лежала у него на запястье, пальцы лениво рисовали круги на его коже. Он не отстранялся, а только улыбался. Так, как когда-то — ей. Соня сидела чуть дальше, рядом с Томом и пыталась не смотреть на «свое счастье». Но всё внутри скручивалось, каждый раз, когда фейковая Софи наклонялась ближе, поправляла воротник Северуса, прикасалась к его пальцам и он улыбался от этого. — Софи, передай, пожалуйста, соль, — попросил Гарри. И та, улыбнувшись, подала. Соня даже не сразу поняла, что ответила тоже и потянулась за солью. И это вызвало тихий смешок со стороны Дафны. — Забавно, — сказала она с мягкой улыбкой. — Две Софи за одним столом. Хотя, вы совсем не похожи. — Совсем, даже и близко не стоят. И Соня явно выигрывает, — тихо заметил Том. Дафна не расслышала, а Соня метнула в него взгляд благодарности. Она не хотела есть, кусок просто не лез в горло. Но Арканелла, сидящая напротив ее, ткнула её локтем. — Соня, можно я с вами буду кушать? — спросила девочка шёпотом. — А то вон та тетя сказала, чтобы я ела аккуратно и не подходила к папе, но мне скучно. Соня с шоком посмотрела на малышку. Как эта девушка, может так обижать ее, дети, они ведь чувствительней чем многие взрослые. Она даже не пытается показать что она ее мать? Потом как бы очнувшись, Соня кивнула, и пододвинула к ней тарелку. — Конечно, малышка, садись рядом. Арканелла начала что-то рассказывать, размахивая ложкой, Соня помогала ей резать еду, поправляла салфетку. Потом малышка уткнулась в кашу, поморщилась. — Не вкусно. Можно я попробую твою? — Попробуй, — сказала Соня и поднесла ложку ко рту девочки. Арканелла открыла рот и Соня помогла — аккуратно, держа пальцем за подбородок, чтобы та не пропустила ни крошки. Докормив «дочь». Соня захотела взять вилку рагу себе, но Арканелла опять попросила еды. Вздохнув, Соня принялась макать хлеб и давать девочке. Повернувшись к ним, Том отложил кусок хлеба, и обмакнул его в разу, протягивая Соне. Девушка немного удивленно, но открыла рот и проглотила кусок. И в этот момент в столовой наступила тишина. Медленно повернувшись, Соня почувствовала чей-то взгляд, резкий и пронизывающий. Северус. Он смотрел прямо на неё, не мигая. Как будто она сделала что-то такое, за что можно прибить. Соня замерла, а ложка дрогнула. — Что? «Софи» заметила это, как Северус переменился в лице, и она нахмурилась. Медленно потянув его за рукав, София коснулась его плеча. — Северус, — произнесла она сладко. — Не отвлекайся. Он моргнул, отводя глаза. А «Софи» улыбнулась и обернулась к Тому. — А вы с Соней, случайно, не вместе? — спросила она с подчеркнутым интересом. — Просто… вы так мило рядом сидите, общаетесь. Все ведет к этому. Том отставил бокал и скривился. — Если вы имеете в виду в романтическом смысле, то нет, — сказал он ровно. — Мы друзья, очень хорошие. В отличие от некоторых, не строим из себя то, чем не являемся. Воздух в комнате стал ледяным и каким-то напряженным. Соня резко ущипнула его под столом, как бы намекая; не перебарщивай «Софи» же, изобразила невинную улыбку. — О, я вовсе не это имела в виду. Просто вы так трогательно заботились о ней, когда она упала. Да и сейчас… — Потому что я человек, — отрезал Том, не поднимая глаз. — Или вы предлагали мне просто смотреть как девушке плохо? Дафна нервно рассмеялась, пытаясь разрядить обстановку. Погладив живот, девушка замахала руками: — Ну что вы, друзья, не начинайте. Сегодня же праздник! Арканелла тем временем тихо слезла со стула и подошла к Соне, потянула за руку. — Можно к тебе на ручки? — спросила она шёпотом. — Конечно, — Соня улыбнулась и взяла её, усадив на колени. Та тут же обняла её за шею, прижавшись щекой. — Мам, — пробормотала девочка, полусонно. Соня вздрогнула, а Софи побелела. Все взгляды снова обратились к ним. — Арканелла, — прошептала фейковая, натянуто улыбаясь. — Я же просила… — Это не ты, — сказала девочка, не открывая глаз. — Мама пахнет по-другому. Как она. — Арканелла кивнула на Соню и прикрыла глазки. На мгновение никто не дышал. Даже Северус застыл. Его лице немного побагровело, может от злости, может от стыда. А потом тихо, почти шёпотом, он сказал: — Доченька, не груби. Том резко встал, не собираясь больше продолжать этот спектакль. — Кажется, свежего воздуха всем не помешает, — сказал он, взяв Сону за плечо. — Пойдём, Элвин, пройдемся. — Но… — начала она, но он уже повёл её к выходу. Положив девочку, которая уже дремала на диван, они вышли на в коридор. Когда дверь за ними закрылась, шум в столовой вернулся, но уже не прежний. Они стояли в коридоре, Том молчал, прислонившись к стене. Соня стояла рядом, уткнувшись в ладони. — Я не выдержу, Том, — прошептала она. — Он смотрит на неё, как на меня когда-то. Мы никогда не переубедим его в обратном. Он нас зарежут скорей, чем поверит. — Поверит Сонь, мы найдем способ. И Арканелла, посмотри на неё. Она привязана к тебе, она чувствует тебя. Теперь Северусу только осталось почувствовать тебя. Соня всхлипнула, всматриваясь в него. — Ты не понимаешь. Это всё так реально. Он… он верит, что она это я, и если я скажу правду он подумает, что я сумасшедшая. Том подошёл ближе, чуть тронул её подбородок. — Тогда мы докажем. Вместе. — Как? — Не знаю. Но у меня есть ощущение, что эта «Софи» слишком тщательно играет роль, видимо планировала давно. И кстати, когда люди переигрывают, они ошибаются. — Он улыбнулся уголком губ. — А ты просто будь собой, ладно? Не копией, не врачом, не тенью. Просто собой. Пусть он сам увидит разницу. Соня кивнула. — А если не увидит? Том пожал плечами. — Тогда я выдерну его за волосы из этого заблуждения. Она рассмеялась сквозь слёзы. — Это будет зрелище. Они оба рассмеялись. Софи была рада, что хоть том верит ей. Где-то в глубине дома снова раздался смех, той, которой сейчас все верили. А настоящая София стояла рядом с Томом, медленно осознавая: игра только начинается. Вернувшись назад, Соня подошла к Арканелле. Девочка спала, мирно и спокойно, не подозревая, что за буря крутится вокруг. Том уже собирался что-то сказать, но Соня вдруг шепнула: — Я сама её отнесу. Он поднял взгляд, удивлённо но кивнул. — Ты уверена? Я могу помочь. — Не надо, — она покачала головой, аккуратно беря девочку на руки. — Я сама. Он кивнул, не споря, хотя в его взгляде было явное беспокойство. София пошла по длинному коридору, стараясь не смотреть на отражения в зеркалах — её собственное лицо, искажённое слезами и светом свечей, сейчас раздражало. На руках спала Арканелла, тихо сопела, и на мгновение всё стало таким простым, настоящим — как раньше, до безумия, и до боли. Комната девочки была полна мягких игрушек, розовых лент и детских рисунков. Соня опустила малышку на кровать, поправила одеяло и чуть отступила, глядя, как она улыбается во сне. Сердце защемило. — Мама пахнет по-другому… — эхом звучали слова ребёнка в голове. Соня провела рукой по её волосам и шепнула: — Всё хорошо, солнышко. Я рядом. Потом медленно вышла и пошла по коридору. Слёзы больше не шли, просто внутри всё будто опустело. Хотелось немного прийти в себя, просто… побыть одной и не возвращаться назад ко все. Она свернула в сторону гостевого крыла, где находилась небольшая комната отдыха и туалет. Было чувство что она зашла в ресторан и там была уборная: несколько кабинок, зеркала в золочёных рамках, мягкий свет и запах лаванды. Соня зашла в одну из кабинок, села и уткнулась лбом в ладони. Мысли крутились, перескакивали с одного на другое. Что, если это действительно её дух, вернувшийся в новом теле? Но она тогда кто? Или это чья-то продуманная игра, но кого? Почему Северус так быстро поверил? Её трясло от усталости, от злости, от всего. Вопросы сдавливали голову. Хлопнула дверь, Соня вздрогнула и выпрямилась. В комнатке послышались тихие шаги, каблуки по плитке. Она замерла, приподняла голову и аккуратно посмотрела через узкую щель между дверью и перегородкой. Это была она, София. Та самая «вернувшаяся». Девушка вошла и оглядывалась по сторонам, как бы проверяя, одна ли здесь. Её глаза скользнули по зеркалам, по полу, по дверям кабинок. Соня даже дыхание задержала, быстро поджав ноги под себя, чтобы их не было видно снизу. София достала что-то из кармана — небольшой свёрток из тёмной ткани, и оглянувшись ещё раз, высыпала в ладонь немного серого порошка. Секунду посмотрела на него, как будто что-то прикидывала, потом достала серебристый флакон и добавила несколько капель. Смесь слегка зашипела, и Соня почувствовала слабый запах, чем-то напоминало травы, горькие и странные. Сердце у неё застучало. — Что же ты творишь?.. — прошептала она себе под нос, но так тихо, что даже воздух не дрогнул. София, убедившись, что никого нет, быстро вынула из сумочки бокал, похоже на его бокал, и аккуратно пересыпала порошок внутрь. Потом добавила вина из бутылки, стоявшей в ведёрке у стены, чуть встряхнула и… улыбнулась. Мерлин, вот сейчас это была не улыбка Софи, во всем не она. Потом сунула всё обратно в сумочку и вышла, оставив за собой лёгкий запах духов и лавандового мыла. Соня выждала пару секунд, потом рывком открыла дверь. Воздух был густой, она чуть не закашлялась. Руки дрожали, но она всё же вышла, глядя вслед той, которая только что спокойно отравила чьё-то доверие. — Чёрт… — прошептала Соня. — Что это было?.. Она быстро привела себя в порядок, умылась, глубоко вдохнула и направилась обратно в зал. Шум, музыка, смех, всё будто вернулось на свои места. Слуги носили блюда, свечи горели, всё выглядело идеально. Соня остановилась на пороге, взгляд сразу упал на Северуса. Он стоял рядом с той, с фейковой, и в руке держал бокал. Тот самый. — Нет… — прошептала она, и холод пробежал по спине. — Только не это… Он поднёс бокал к губам. Всё происходило медленно, как во сне. Соня сделала шаг вперёд, потом другой, но было поздно, он уже отпил. Мир на секунду стал тише, Соня чувствовала, как внутри всё переворачивается. Северус поставил бокал, ничего не заметив и продолжила что-то обсуждать. София рядом улыбнулась и провела рукой по его спине. Соня почти машинально схватила Тома за руку и потянула его в сторону. — Нам нужно выйти, — прошептала она быстро, почти не глядя ни на кого. — Что? — удивился Том, глядя на неё, но увидел выражение её лица и посерьёзнел. — Что случилось? — Потом, просто иди! Они вышли через боковую дверь. Несколько гостей и даже Гарри обернулись, переглянувшись. — Опять эти двое… — фыркнула Софи, наблюдая, как они уходят. — Да я вас говорю, у них что-то там… Северус нахмурился, а его рука дрогнула. Слишком часто они находятся вместе. Внутри у него что-то неприятно кольнуло. Ревность? Да нет, бред. У него есть его Софи, она стоит рядом и обнимает его. Но почему…. Во дворе было прохладно, воздух пах дождём. Том отпустил руку Сони и развернулся к ней. — Так, теперь объясни, что за срочность? Соня чуть ли не хватала ртом воздух, всё ещё в шоке. — Я… я видела её. — Голос дрожал. — В туалете. — И? — Она… подсыпала что-то в бокал. Прямо в бокал Северуса, Том! Я видела своими глазами! Какой-то порошок, потом флакон. Она высыпала его в вино Северуса и он это выпил. Том выпрямился, нахмурился, осмысливая. — Ты уверена, Сонь? Точно? Может, тебе просто показалось? — Точно! — резко ответила она, глаза полыхнули. — Я знаю, что видела. И теперь он это выпил. На секунду между ними повисла тишина. Только ветер шевелил листья. — Мерлин… — выдохнул Том, потирая виски. — Это уже слишком. — Я должна ему рассказать. — Соня сделала шаг к двери, но Том мгновенно поймал её за руку и притянул ближе. — Соня, стой. — Она повернулась, готовая спорить, но он говорил спокойно, глядя прямо в глаза. — Если ты сейчас влетишь туда и скажешь, что его «жена» его травит, он просто рассмеётся тебе в лицо. Или… взбесится. И будет уверен, что ты завидуешь. Что ты не можешь смириться с тем, что он снова счастлив. — Но я не завидую! — почти закричала она. — Том, я… я просто не могу смотреть, как она его губит! Моего мужа! Он мягко сжал её плечи, чуть обняв, чтобы успокоить. — Я верю тебе, слышишь? Но нужно действовать с умом. Сейчас не время. Если мы хотим доказать, что она что-то задумала, нам нужны факты. Доказательства. Не истерика посреди праздника. Соня стояла, дышала быстро, пытаясь справиться с паникой. Потом опустила взгляд и шепнула: — Прости. Я не подумала. Просто… мне страшно за него. Том кивнул, чуть отпуская её. — Всё нормально. Я тебя я понимаю, знаю что неприятно. Но теперь слушай: мы будем наблюдать за ним, за ней. Но без лишних движений и выбрыков. Я всё улажу, ты помогай когда я скажу. Соня кивнула, опустив голову и не собираясь спорить. — Обещай, что не скажешь ему. Пока. — Обещаю, — выдохнула она. Он на секунду задержал взгляд на ней, потом улыбнулся, слегка тронув пальцем её подбородок. — Вот и умница. Теперь пойдём обратно, будто ничего не случилось. Они пошли к дому, шаг в шаг. С каждой секундой Соне казалось, что мир вокруг стал другим фальшивым, зыбким. И теперь, когда она знала правду, всё казалось опасным. Войдя в зал, они продолжили трапезу.