Предание скованных сердец.

      Машина плавно двигалась по извилистой дороге, исчезая среди утопающих в вечере холмов. Солнце уже клонилось к горизонту, разбрызгивая по небу золотистые и розоватые оттенки, будто стараясь продлить этот день ещё на миг. Северус крепко держал руль, смотрел на дорогу. Но, несмотря на сосредоточенность, его губы изредка трогала улыбка — искренняя и счастливая. На переднем сиденье, между ним и Софией, в своём детском кресле уютно устроилась Арканелла. Она радостно перебирала в маленьких ручках свою любимую плюшевую игрушку — слегка потрёпанного дракончика с вышитыми глазами, которого Северус принёс ей однажды из поездки. А София не могла оставаться молчаливой, видя счастье в лицах обоих. — Ты понимаешь, Северус, это наша первая настоящая поездка всей семьёй! Я так долго мечтала об этом! — София завороженно зажмурилась. — Просто представь: мы просыпаемся утром в Италии, гуляем по маленьким каменным улочкам, пробуем свежий хлеб, вино, пасту… Тепло солнца, воздух, полный аромата цветов… Ты можешь это представить? Она повернулась к мужу, её глаза блестели от нетерпения, а голос звучал так радостно, что невозможно было не заразиться этим предвкушением. Северус мельком взглянул на неё, на удивление нежно усмехнулся и вновь перевёл взгляд на дорогу. — Ты так говоришь, будто я уже обязан влюбиться в Италию. София театрально вздохнула, держа за руку дочь, которая себе под нос что-то сопя, напевала со своим дракончиком. — Конечно обязан! Это же страна любви, искусства, еды… разве можно туда поехать без страсти? Снейп фыркнул, но в его глазах мелькнула тень веселья. — Страсть? Вряд ли. Но если я увижу хотя бы один приличный ресторан, возможно, я не буду так против, — на мгновение переведя взгляд на Софи, он ухмыльнулся. — Тем более, если это страна страсти, то..... София рассмеялась, её темные локоны дрогнули в слабом вечернем свете. Прикрыв рукой лицо, она затряслась от смеха, заставляя Северуса волшебно улыбнуться, глядя в зеркало заднего вида с любовью. Арканелла, почувствовав веселье, радостно захлопала руками, девочка не понимала что происходит но если родители смеются, то все прекрасно. Снейп смотрел на дочь и пытался понять — чем он заслужил это счастье? Жена, которая казалась самой счастливой на свете. Ребёнок, о котором он и мечтать не мог, при том — его ребенок. Снейп не мог поверить, что кто-то может быть настолько счастлив рядом с ним. София вдруг наклонилась к радио, начиная дергать за переходники. — Включи нашу песню. — Северус скосил на неё взгляд, пытаясь понять, правильно ли он услышал. — Нашу? София хитро улыбнулась, а её пальцы уже тянулись к кнопкам, на радио автомобиля. — Ну ты же знаешь, какую! Ту самую, которую ты никогда не признаешь, но которую знаешь наизусть. — Северус вздохнул, притворяясь, что не понимает, о чём она. — Софи… — не принимая оправданий, она толкнула его в плечо пальцем. Повернувшись к мужу, та немного ударила его в плече, театрально надувая свои пухлые губки. — Ну давай, Северус, я же знаю, что ты любишь её. — бывший зельевар медленно протянул руку и включил песню. И через мгновение салон машины наполнился мягкими звуками «What a Wonderful World». София радостно взвизгнула и тут же начала покачиваться на своём сиденье, пританцовывая, её плечи двигались в такт, а губы мягко повторяли текст. Северус, который старался смотреть на дорогу, понял, что с грохотом проиграл. Она была слишком прекрасной, чтобы игнорировать. Он бросил на неё короткий взгляд, затем снова вернулся к дороге, но взгляд постоянно возвращался к девушке — к её сияющему лицу, лёгкому смеху, к тому, как она беззаботно погружалась в момент. Арканелла, увидев, как мама двигается, радостно дёрнула ручками, её крошечные пальцы схватили дракончика, и она начала издавать восторженные звуки, будто пытаясь подпевать, но ещё не умея говорить. София повернулась к мужу, а её взгляд был озорным. — Ну, Сев, чего ты медлишь? Подпевай! Северус фыркнул, слегка склонив голову к плечу. — Я веду машину, — пытаясь выкрутится, заявил он, но понимал что ее это не убедит. — Ну и что? Тебя не занесёт, если ты просто скажешь пару слов. А если занесёт, то ты ведь гениальный маг, который умеет исправлять любые ошибки, верно? Он покачал головой, но чувствовал, он уже проиграл. София всегда добивалась чего хочет, он это уже выучил. И, сдавшись, он медленно, тихо, но уверенно начал напевать вместе со своими принцессами. Это был редкий момент, когда Северус Снейп, суровый, замкнутый, строгий, был просто человеком, который любил свою жену и дочь. Он ехал по дороге, его семья пела, смеялась, а весь мир вокруг казался именно таким, каким описывала эта песня — прекрасным. Машина мягко скользила по трассе, оставляя за собой пустые дороги, перелески и редкие огни придорожных фонарей, которые медленно загорались в сгущающемся сумраке. Солнце окончательно уступило место вечерним теням, и теперь небо переливалось глубокими оттенками синего, чуть прорезанного золотыми полосами уходящего света. София сидела рядом с мужем, её локоны мягко касались плеч, а в глазах отражался свет проносящихся фонарей. Она говорила, как всегда, заразительно увлеченно. Маленькая Арканелла мирно сидела в своём кресле между ними, её крошечные пальчики перебирали плюшевого дракончика. Ее глаза были широко открыты, следили за светом машин, проплывающих мимо них вдалеке. Этот момент был самым настоящим спокойствием. — Ты же понимаешь, что мы запомним это на всю жизнь? Мы должны сделать ее ещё незабываемой. Северус мельком посмотрел на неё, но тут же вернулся к дороге, слегка ухмыльнувшись. — О дорогая, об этом можешь не переживать, будет тебе незабываемо. — София игриво закатила глаза. — Ну конечно! А как иначе? Посмотри вокруг, Северус. Ты, я, наша малышка. Мы просто едем навстречу лучшему моменту в жизни, — она легонько толкнула его плечом. — Скажи, разве ты не чувствуешь это? Как будто всё наконец-то стало именно таким, каким должно быть? Снейп не сразу ответил, как бы давая ее радости обвить все подряд. Но затем медленно произнес, немного наклоняя голову к любимой девушке: — Чувствую. София улыбнулась, и в этот момент Арканелла радостно завозилась в кресле, её маленькие ножки дёрнулись, а ладошки потянулись к маме. София тут же склонилась к ней. — Ты тоже чувствуешь, правда, милая? Что всё будет прекрасней некуда? Арканелла радостно издала звук, её пальцы схватили дракончика, и она счастливо дёрнула его вверх. Северус посмотрел на них, и вдруг в груди у него возникло опять то самое чувство, которое он редко мог объяснить. Чистое, глубокое, неподдельное счастье. Мир вокруг исчез, и он видел только их двоих. Жену, которая оказалась самым ярким солнцем его жизни. Дочь, которая была той самой причиной, по которой он понял, что может любить по-настоящему. София вдруг повернулась к нему. — Эй, Сев, знаешь, что я сейчас подумала? — он скосил на неё взгляд, но ничего не сказал, боясь, что она опять может заявить. На что она лишь улыбнулась. — Ты счастлив, Северус. Он ничего не ответил. Но потом, спустя мгновение, произнёс тихо, почти нежно, зная что он она права: — Ты права, с вами мне не страшно умереть, вы те кто дал мне глоток новой жизни. Ради вас, я хочу жить. София крепче сжала его руку, а на ее лице начинала расползаться нежная улыбка. Это был момент, который он хотел сохранить навсегда. Два часа ночи. Автомобиль мягко подкатил к массивному аэропорту, который сверкал миллионами огней, рассекая тёмное ночное небо. Просторные стеклянные панели отражали блеск уличных фонарей, а внутри всё кипело жизнью — сотни людей сновали туда-сюда, их голоса сливались в единый гул, наполненный ожиданием путешествий, прощаний и встреч. Северус плавно заглушил двигатель и откинулся назад, прежде чем убрать ключи. Софи слабо улыбнулась, её рука легла на спящую Арканеллу, которая уютно устроилась в детском кресле между ними. — Вот оно, Сев. Мы на месте. — Он молча наблюдал за зданием перед ними, за огромными самолётами, которые словно застыло на стоянках, готовые к отправлению. — Настоящее путешествие начинается. Снейп открыл дверь и тут же ощутил свежесть ночного воздуха, который был прохладным, но приятным. Шорох шин, далёкие звуки разговоров, бесконечные огни — маггловский мир был странным, но в этот момент он казался удивительно спокойным. Обойдя машину, он поднял крышку багажника и начал вытаскивать чемоданы. Софи осторожно сняла ремни, удерживающие Арканеллу. Она подняла малышку, прижала к груди и тихонько поцеловала её лоб, укутывая её лёгким пледом. — Ты серьёзно собираешься тащить всё это без магии? — спросила она, наблюдая, как Северус подхватывает вещи, чуть морщась, но всё же не жалуясь. Он бросил на неё короткий взгляд и улыбнулся. — У нас нет выбора, София. Здесь нельзя использовать магию, — на что она хихикнула. — Я знаю, но ты так… по-настоящему суровый. Ты мог бы хоть раз притвориться, что рад носить наши чемоданы? — Снейп фыркнул, закатывая глаза, и чмокая жену в висок. — Не слишком убедительно выйдет. — она легонько толкнула его плечом, её глаза сверкали. — Ты же знаешь, что я обожаю смотреть, как ты работаешь руками, — она повела взглядом ухмыляясь. Снейп медленно перевёл на неё взгляд, но ничего не ответил, но по глазам было видно, что ему это нравиться. Вместо этого только подхватил вещи крепче и направился к входу. Как только они вошли в аэропорт, их тут же накрыла волна шума. Толпы людей сновали по просторному холлу — кто-то спешил, торопливо перекрикиваясь, кто-то возмущался из-за задержек рейсов, а кто-то пытался убаюкать детей, которые капризничали в ожидании посадки. Арканелла вздрогнула от резкого звука, её маленькое личико нахмурилось, и София тут же взглянула на Северуса. — Северус… — он не дал ей договорить. Слегка наклонившись к дочке, он медленно коснулся её лба и тихо прошептал заклинание. Мгновенно для малышки шум исчез, оставив её в мире безмятежной тишины. София улыбнулась, её сердце согрелось от заботы мужа. Она повернулась и нежно поцеловала Северуса в щёку. — Ты самый лучший волшебник в моей жизни, — муж одарил ее своей прелестной улыбкой. В ответ прильнув к вожделенными губам он потрепал ее за щеку. Через несколько минут, они подошли к стойке регистрации, где уже образовалась очередь. Время тянулось, наполненное тихими разговорами, шелестом билетов, сменяющимися цифрами на табло. София вдруг задумалась, её взгляд задержался на дальнем окне, где ночное небо переливалось звёздами. — Северус… — он склонил голову, приподнимая одну бровь, изучая выражение её лица. — Как ты думаешь… Папа всё там…? Северус замер, а его пальцы слегка сжались на чемодане. — В той арке? — она медленно кивнула. Ее глаз потускнел, и девушка сильней сжала тельце дочери. — Мы сможем их ещё увидеть? — на несколько мгновений его взгляд потемнел, но затем он произнёс медленно, почти шёпотом: — Ты сильнее, чем ты думаешь, София. Если кто-то и найдёт способ, это будешь ты. — Она улыбнулась, но затем её лицо дрогнуло. Аркан, сынок. Как он вошёл в Арку, его испуганное личико. Как он не вышел оттуда, его крик, «мамочка». Как голос матери, как гром сразивший ее сказал: Он не вернётся. И прежде чем она успела сдержаться, слёзы покатились по её щекам. Северус мгновенно заметил это. Он молча выпрямился, затем резко наклонился к ней и заключил её в объятия. — Софи, девочка моя… — она схватила его за рубашку, а её дыхание сбилось. Пытаясь словить хоть чуть-чуть воздуха в легкие, она передала дочь Северусу. — Мы найдём способ вернуть Аркана, — его голос был твёрдым, но мягким. — А пока у нас есть Арканелла. Наш ангелочек. Наша принцесса. Всё будет хорошо, — медленно и мягко говорил он, одной рукой приобнимая Софи за талию, а другой прижимая к своей груди дочь. София глубоко вдохнула, её руки крепче сомкнулись на его плечах. И в этот момент она поверила что всё будет хорошо, если Северус с ней, она справиться, они смогут. Очередь перед стойкой регистрации двигалась медленно. Люди впереди нервно перешёптывались, проверяли билеты, торопливо доставали паспорта из сумок, а кто-то пытался унять капризного ребёнка, устало покачивая его на руках. Но для Северуса этот шум был несущественным. Он стоял, крепко держа чемоданы, и лишь время от времени скользил взглядом по Софии, которая осторожно покачивала на руках Арканеллу. Малышка не вздрагивала, её дыхание было ровным, а тёплый плед плотно окутывал её, защищая от ночного воздуха, пропитанного запахами авиационного топлива и кофе из ближайшего кафе. Северус сделал маленькое движение, едва касаясь рукава пледа пальцами — почти машинально, как будто проверяя, всё ли в порядке. София заметила это и слабо улыбнулась. — Мы почти у стойки, Сев. — он не ответил, лишь слегка кивнул, наблюдая, как перед ними пожилая пара завершала регистрацию, обмениваясь добрыми словами с сотрудницей аэропорта. Когда очередь подошла к ним, Северус, не теряя ни секунды, шагнул вперёд и вытащил из кармана билеты и паспорта, протягивая их женщине, сидящей за стойкой. Она была средних лет, с аккуратно уложенными волосами и внимательными, проницательными глазами, которые быстро прошлись по документам. Но затем она вдруг замерла. Её рука застыла, а взгляд расширился. — О Боже… Северус едва заметно нахмурился, склонив голову набок. — Что-то не так? — не понимая что происходит, Северус покосился на женщину, которая стояла с широко открытыми глазами, глядя на них. Женщина не ответила сразу. Её глаза остановились на Арканелле. Она смотрела на малышку так, будто перед ней появилось нечто невероятное, почти, сказочное. — Какая красавица… — произнесла она с искренним восторгом. София чуть напряглась, её пальцы крепче сомкнулись на пледе, а взгляд стал настороженным. Женщина продолжала смотреть на ребёнка, не сводя глаз. — Я даже не сразу поверила, что она настоящая. Северус медленно выпрямился, его плечи чуть напряглись, а рука, словно защитный барьер, плавно закрыла собой жену и дочь. — Она настоящая. Теперь можно нам билеты? — его голос был ровным, но в нём звучало скрытое раздражение. Женщина даже не заметила его тон. Она всё так же улыбалась, прежде чем вручить им билеты с паспортами. Северус и София уже собирались уходить, но тут услышали позади голос. — Можно мне с ней фото? — оба родителя замерли. София на мгновение впала в ступор. Женщина невинными глазами смотрела на семью, как будто попросила что-то обычное. Северус медленно повернулся, его глаза моментально потемнели, а выражение лица стало холодно убийственным. Но прежде чем он успел ответить, София крепче прижала Арканеллу к себе и резко вскинула подбородок. — Вы что, из моего ребёнка делаете экспонат? Думаете, она как зверёк в клетке, чтобы на неё смотрели и фотографировались?! Женщина напряглась, её радостное выражение медленно исчезло. Она заморгала, затем вдруг осознала, что пересекла границу. — Я… Извините. Я не хотела… — позади, в очереди, несколько женщин, наблюдавших за сценой, вдруг захлопали, их лица выражали искреннее уважение. — С такой матерью вообще жить не страшно, — пробормотала одна из них. Северус молча обвёл всех ледяным взглядом. Затем, не говоря ни слова, взял Софию под руку и мягко вывел её по направлению к самолёту. Она всё ещё крепко держала Арканеллу, её сердце билось быстро. И в этот момент она знала — она всегда защитит свою дочь. А Северус, он гордился за жену, теперь он точно убедился, София защитит их дочь, ценой всего.