Предание скованных сердец.

      Темный коридор Хогвартса погружался в гнетущую тишину, нарушаемую лишь редкими потрескиваниями факелов, чьи языки пламени бросали дрожащие тени на древние, каменные стены. Гарри Поттер шагал вперед, глухой шум его ботинок казался приглушенным в этой бескрайней пустоте. И всё же звуки его шагов отзывались эхом и в сердце, напоминая о чем-то невыносимо важном, но настолько далеком недосягаемом. Мрак коридора лишь усиливал тяжесть его мыслей. Его голова была склонена, а на лице застыло выражение, которое можно было бы спутать с задумчивостью. На самом деле это была борьба — борьба с самим собой, попытки понять, что не так с ним или другими. — София… — прошептала его мысль, отражаясь отголоском в его сознании. Её образ, такой ясный, будто он видел её перед собой: её глаза, в которых угадывались одновременно нежность и боль, её голос, который теперь казался невыразимо далёким, — всё это терзало его душу. — Почему всё слаживается так? Чем она заслужила такие страдания.? — Гарри с трудом сглотнул, его сердце заболело от осознания, что он всегда находил причины быть далеко от неё, не всегда оберегал и помогал. Прерывный шум впереди заставил его замереть на пару секунд, прислушиваясь. Вытянув руку вдоль, он машинально коснулся стены, чтобы скрыться в её тени. Осторожно напрягая слух, он уловил слабый шёпот. Голоса. Они звучали глухо, но постепенно становились всё отчётливее, превращаясь в речь, а не мутное мямлянье. Гарри прищурился, его сердце забилось быстрее, предчувствуя, что эти голоса говорят о нем, и голоса знакомые. Осторожно завернув за угол, он остановился. Перед ним, на расстоянии, стояли Дафна и Драко. — Я не могу больше терпеть, — голос блондинки дрожал. — Гарри… он перестал замечать меня. Он вечно занят, словно я пустое место. — Дафна, успокойся, — раздался ответ Драко. Парень приобнял Гринграсс за плечи. — Ты говоришь глупости. Конечно, ты ему нужна. Ты же знаешь, какой он бывает временами. — Бывает? — её смех прозвучал горько. — Он всегда занят. Всегда где-то, но не рядом. А мне нужно… мне нужно его внимание. Мне нужен он. Я понимаю сейчас сложные времена, но иногда можно выделить хотя-бы часик! Поттер застыл, стоя поодаль обоих, наблюдая как третий лишний, подслушивая чужие разговоры. Каждое слово Дафны било в цель, заставляя его осознать, как сильно его прошлые незамысловатые поступки ранили её. Но ещё больше его потрясло то, как она призналась в своей боли другому человеку. Он сжал кулаки, чувствуя, как в груди поднялась целая волна эмоций — вины, сожаления и чего-то ещё, чего он не мог пока назвать, понять что ощущает. Драко шагнул ближе к Дафне, а его взгляд стал более мягким. — Слушай, просто скажи ему об этом. Скажи прямо: Гарри, мне нужно, чтобы ты был рядом, я хочу тебя, всего! Это не жалко, это честно, пусть и звучит упрямо. — Нет. — Дафна покачала головой, её голос стал тише, но в нём звучала обоснованная резкость. — Он не поймёт этого. Он просто развернётся и уйдёт. Как и всегда. Гарри почувствовал, как грудь сжалась ещё сильнее в груди. Его пальцы дрожали, и он на миг подумал, что должен сделать ответственный шаг, вмешаться, сказать что-то, исправить всё. Но он не мог. Вместо этого он развернулся и ушёл, оставляя их разговор позади, прям, как и сказала Дафна. Но он знал, что слова здесь уже не помогут. На улице было прохладно, не так сильно, но ощутимо. Луна, сиявшая высоко в небе, заливала тропинки и холмы мягким серебристым оттенком. Гарри прошёл по узкой тропе, его шаги стали быстрее, словно он пытался убежать от своей собственной вины. Его путь привёл его к гремучей иве — древу, которое возвышалось на фоне ночного неба, его ветви покачивались и склонялись, словно живые. Остановившись под деревом, Поттер глубоко вдохнул. Взяв палочку в руку, он произнёс заклинание, его голос был твёрдым, но в нем звучала нотка отчаяния: — Экспекто патронум. — Из кончика палочки вырвался ослепительный белый свет, разливаясь вокруг и заливая землю ярким сиянием. Перед ним материализовался его патронус — мощный и изящный дракон, чьё тело переливалось оттенками красного и золотого. Его перья блестели, а глаза, глубокие и пронзительные, смотрели прямо на Гарри, будто зная то, что скрыто в его сердце. Гарри улыбнулся, его губы дрогнули. — Сразу видно, кого я люблю. — пробормотал он, хотя в голосе звучала горечь. Он протянул руку и коснувшись дракона, прошептал. — Найди её. Скажи ей, что я здесь. Дракон не смел ослушаться, и внимая приказ, величественно расправил свои крылья, его форма стала ещё более внушительной под светом луны. Слегка качнув головой, он оторвался от земли, взмывая в небо, оставляя за собой сияющий магический след. Гарри смотрел ему в след, пока его патронус не растворился в ночном небе окончательно. Он опустился на траву под деревом, его голова опустилась на колени, а мысли, наконец, превратились в тишину, подгоняемую решимостью всё исправить. Казалось, прошла вечность. Ночь окутала Хогвартс своим мрачным одеялом, и даже слабый свет звёзд был поглощён густыми тучами. Тёмное небо словно отражало тяжесть мыслей, терзающих Гарри Поттера и снаружи и внутри. Вокруг царила непроглядная тишина, нарушаемая лишь легким шорохом ветра, который играл с листьями огромной раскидистой ивы. Её ветви, как старинные руки, тянулись к земле, создавая ощущение укрытия, но сердце парня не находило успокоения. Гарри сидел, сгорбившись, его голова покоилась на коленях, а пальцы бесцельно сжимали траву у его ног. Ветер трогал его лицо, прохладный и бодрящий, но Гарри был словно скован своими размышлениями. Его мысли вновь и вновь возвращались к Софии, к Дафне, к той хаотичной жизни, которая, казалось, забрала у него контроль над самим собой. Внезапно он почувствовал, как что-то тёплое коснулось его плеч, возвращаясь в реальность. Поттер вздрогнул, его глаза широко открылись, словно пробуждаясь от глубокого сна. Тёплый зелёный плед был аккуратно наброшен на его плечи, защищая от ночной прохлады, а пара нежных рук обвила его шею сзади. — Дафна… это ты? — пробормотал он хриплым, сонным голосом, всё ещё не оборачиваясь, словно не готов был встретить в глаза свою любовь. — Ну а кто же ещё? — ответила она мягким, но слегка поддразнивающим голосом, который сразу принёс с собой волну тепла и спокойствия. Девушка обошла его, она присела рядом, а её взгляд был наполнен заботой. Гарри, не говоря ни слова, раскрыл объятия и притянул её к себе, укрыв пледом. Её тело было тёплым, а присутствие успокаивающим, будто он держал в руках спасение, которое так долго искал посреди этой жизни. Вокруг него была абсолютная тишина. Только ветер играл с ветвями, заставляя листья шуршать в ритме ночи. Гарри повернул голову, чтобы посмотреть на неё, и застыл на месте. Её профиль под светом луны был идеален, словно картина, написанная самым искусным художником. Маленький аккуратный носик, бледная кожа с лёгким румянцем, и белоснежные волосы, свободно развевающиеся на ветру, создавали образ, который затмевал всё вокруг. Но именно её глаза, глубокие и тёмно-голубые, притягивали его взгляд. Они казались бесконечными, наполненными чувствами, которые она так долго старалась скрывать ото всех. Гарри почувствовал, как его сердце сжалось. — Почему я не замечал их раньше? Почему я позволил себе быть настолько занятым, что забыл о ней, о её нужде в простом внимании? — его мысли гремели в голове, но он нашёл только одно слово, которое мог сказать. — Даф… — прошептал он, его голос был полон сожаления и какой-то болезненной нежности. Его голова опустилась на её плечо, а руки крепко обвили её, словно это было единственное, что могло удержать его в этот момент. — Прости, родная… — выдохнул он. Его плечи дрогнули, и тот самый Гарри Поттер, всегда сильный и решительный, наконец позволил себе быть настоящим и уязвимым. Гринграсс повернулась к нему, её руки нежно легли ему на плечи. Она начала гладить его волосы, которые всегда слегка торчали в стороны. — Всё хорошо, милый. — Сказала она тихо. — Ты не виноват. — Нет, я виноват. — Перебил её Поттер, его голос дрожал, выдавая положение. — Да, София моя подруга, но ты… ты моя девушка. Я должен был быть с тобой, хотя бы немного. Я должен был видеть тебя, слышать тебя… — он медленно поднял взгляд на нее, и Дафна заметила две мокрые дорожки слёз на его щеках. Её рука осторожно коснулась его лица, её пальцы, прохладные и нежные, стёрли эти слёзы, с той же нежностью. — Не нужно, Гарри. — Сказала она тихо, её глаза наполнены теплотой и пониманием. — Я всё понимаю. Я всегда понимала это. Просто немного грустила. Внимая, парень смотрел на неё, его взгляд не мог оторваться от её лица и на секунду, запоминая чужие эмоции и глаза. Её терпение, её забота, её любовь всё это было для него чем то чувственным и превозмогающим понятия любви. Внезапно его сердце наполнилось решимостью, несущей, но пришедшей вслед за ней. Он схватил девушку за талию, но прежде чем она успела что-то сказать, Гарри наклонился и нежно коснулся её губ своими. Его поцелуй был полон чувства, глубины, которой он не мог передать словами. Дафна ответила на него, её руки обвили его шею, и на её губах появилась лёгкая улыбка. Этот момент был только их, свободный от времени и пространства, под светом луны, в тени древней ивы, в мире, который принадлежал только им. — Дафна… — начал он. — Ты знаешь, что я люблю тебя? — услышав признание, она слегка покраснела, её глаза, глубокие и тёмно-голубые, встретились с его. — Конечно, знаю, Гарри. И я тебя люблю. — Словно отчеркивая границы прочь, он внезапно поднялся возвышаясь перед ней, его лицо озарилось озорной улыбкой, предвкушая свидание. — Мисс Гринграсс, не хотите ли искупаться со своим парнем в ночной мгле в этом прекрасном озере? — в мимолетном недоумении Дафна удивлённо посмотрела на него, а затем рассмеялась. — Гарри, ты серьёзно? В такую ночь? — Абсолютно. — Ответил он, его глаза блестели от энтузиазма. — Но только если ты согласишься. Она покачала головой, её улыбка стала шире, видно, что отказывать не собиралась. — Ну, мистер Поттер, только если вы будете держать меня на руках. Я плавать не умею. — Гарри театрально поклонился, его движения были полны игривости. — Считайте, что это сделка. — С лёгким рывком он стянул всю одежду, оставляя её тело блистать на фоне не яркой луны. — Мерлин, я могу гордиться свей девушкой. Ты самая красивая из всех кого я видел. Легонько прикоснувшись к небольшой округлой груди девушки, Поттер потянулся к ней. — Э, э, э, мистер Поттер, — схватив парня за плечи, девушка развернула его и подтолкнула к озеру, — мы пришли не сексом заниматься, а купаться. Но если научите меня, то могу что-то пообещать на будущее. — ухмыльнувшись, Дафна покрутилась перед парнем у которого уже текли слюнки. — Будет сделано мэм! — Дафна смеялась, её смех разносился по округе, наполняя ночь теплом и радостью. — Готова? — спросил Гари. — Всегда. Они направились к озеру. Вода была прохладной, но их смех и разговоры согревали всё вокруг, в ритме веселья, словно сама природа притихла и внимательно слушала их. Гарри держал Дафну на руках, как и обещал, а она, смеясь, обнимала его за шею. Пара, после всех этих приключений на голову, наконец-то смогла побыть в тишине, вдвоем. Если смотреть со стороны, то можно было бы зарисовать этот пейзаж. На темном озере, где луна светила не очень ярко, развернулась сцена. Вода тихо плескалась, обнимая берег тонкой волной, как и они обнимали друг друга. Гарри, с его темными волосами и смелым взглядом, нежно прикасался губами к длинной шее девушки. Каждый его поцелуй был наполнен теплом и трепетом, словно они были единственными существами на этой планете. Девушка задыхалась от удовольствия, её глаза закрывались, когда его губы оставляли легкий след на ее коже. В этом мгновении она чувствовала себя не просто частью мира, а его центром, абсолютно всем. Руки девушки, нежные и изящные, скользили по его сильной груди, чувствовали ритм его сердца и расслабленные руки. Его тело было крепким и надёжным. Обняв её за талию, Гарри прижал её к камню, и они оказались в том единственном пространстве, где время теряло смысл своего существования. Вокруг них царила тишина, нарушаемая лишь негромкими звуками природы — шорохом деревьев и вечерним шёпотом ветра. Они просто плыли в этом состоянии, словно два облака, парящие над миром где-то вдалеке от всех, наслаждаясь каждым мгновением, каждым вздохом наедине. Её волосы, развевавшиеся на ветре, напоминали тёмные волны, отражающие отблески висячего в небе полумесяца. Она ощутила, как он крепче обнимает её, будто хотел запечатлеть этот момент в своём сердце как можно сильнее. Они были вместе, и это было достаточно. В этом темном озере, где луна стеснялась светить ярко, они нашли свой собственный свет, который согревал их даже в глубокой ночи. Каждый взгляд, каждое прикосновение говорило больше, чем слова. В этом мире, полном шумов и хаоса, они были островком покоя, где можно было забыть обо всем, кроме любви. И в этом вечном мгновении, словно в картинах, они рисовали свои чувства, оставляя за собой следы, которые не сотрёт ни время, ни вода. Ночь была тиха, словно сама природа решила не нарушать этот момент, и дать им время, чтобы наверстать упущенное. Гарри и Дафна, вылезая из воды, выглядели очень счастливыми. Их смех, тихий и искренний, разносился по округе, наполняя ночь нечуждым трепетом. Гарри первым выбрался на берег, его мокрые волосы прилипли ко лбу, а рубашка, которую он держал в руках, была слегка помята. Он обернулся, чтобы помочь Дафне, и его взгляд задержался на ней. Её белые волосы, мокрые и блестящие, спадали на плечи, а глаза, глубокие и тёмные, сияли от счастья. — Иди сюда. — Он накинул свою рубашку на её плечи, укрывая её от прохладного ночного воздуха. — Не хочу, чтобы ты замёрзла. Дафна улыбнулась, её губы дрогнули от легкой улыбки. — Спасибо, мистер Поттер. — Ответила она, слегка подтрунивая над ним. — Но ты сам-то в мокрых штанах. Не боишься простудиться? Гарри усмехнулся, его глаза блеснули. — Я переживу. Главное, чтобы ты была в тепле. Они пошли по направлению к школе, они шли медленно, очень не хотя чтобы этот момент заканчивался. Вода стекала с их тел каплями, оставляя за ними едва заметные следы на траве и дороге. Гарри, пока они шагали вдоль тропы, обнял Дафну за плечи, притягивая её ближе, а она, в свою очередь, обвила его талию рукой. — Ты знаешь. — начала Дафна, повернув голову в его сторону. — Я никогда не думала, что смогу быть так счастлива. Даже не верится, что это всё реально. Сопутствуя сказанному, Гарри посмотрел на неё, его взгляд был полон тепла. — Это реально, Даф. И я сделаю всё, чтобы ты всегда чувствовала себя так. — не веря своим ушам, она остановилась на мгновение, её глаза встретились с его сливаясь с благодарностью. — Как же я тебя люблю, Гарри… — прошептала она, её рука нежно коснулась его лица. Её пальцы скользнули по его щеке, оставляя за собой ощущение тепла. Гарри улыбнулся, его сердце наполнилось теплом вновь, покрываясь лаской ее ладоней. — А я люблю тебя, Дафна. Больше, чем могу выразить словами. Они продолжили путь, их смех и тихие разговоры сопровождали их до самых дверей школы. Дафна, прижимаясь к Гарри, не могла скрыть своей радости от встречи и проведенном времени. Её улыбка в ответ была яркой, а глаза сияли, словно звёзды, что крупицами расстилались над ними пеленою. Неподалёку, под светом луны, другая девушка наблюдала за ними из окна, облокачиваясь на руку. Её чёрные волосы блестели, а глаза, глубокие и выразительные, были наполнены радостью, словно поздравляя своих друзей с вновь проявленной любовью. Она улыбалась, её лицо светилось от счастья, которое она разделяла с ними добровольно. Но не только она радовалась — её малыш, словно чувствуя счастье матери, слегка пнул её изнутри, напоминая о своём присутствии. Дафна улыбалась, её глаза блестели от счастья. — Ты лучший, Гарри. — Сказала она, с искренностью. Они вошли в замок, оставляя за собой следы воды и воспоминания о ночи, которая стала для них особенной.

***

      Тусклый свет рассвета начинал медленно пробиваться сквозь пыльные окна больничного крыла, разбивая ночную темноту тонкими серебристыми лучами. Тишина была почти гнетущей, её прерывал лишь редкий скрип пола под порывами своевольного ветра. Софи лежала на кровати, её лицо было расслабленным, но беспокойство проявлялось в редких движениях рук, которые нервно подёргивали одеяло. Мир сна казался утешением, пусть и коротким. Веки дрогнули, она медленно приоткрыла глаза, возвращаясь в реальность поспешно. Сердце неприятно сжалось, когда окружение, в расплывающихся венах, навалилась всей своей тяжестью ей на голову. Девушка повернулась на бок, вновь закрывая глаза, словно пытаясь отгородиться от пробуждения. — Это всего лишь сон… — едва слышно прошептала она, её голос затих в пустоте комнаты. — Почему… почему только во сне я могу быть с Северусом и малышкой спокойно? — едва сказав это, она осеклась. Её глаза широко раскрылись, и она резко приподнялась, опираясь на локти. Её лицо исказилось страхом, который тут же перерастал в замешательство. — Малышка? — она судорожно вдохнула. Мысли в голове путались, и разум словно отказывался принимать то, что она только что мысленно произнесла. В панике её руки метнулись к животу, проверяя, всё ли в порядке, хотя сама она едва осознавала свои действия. — Аркан… где он? Руки слегка дрожали, и она, морщась, села на край кровати. Софи старалась успокоиться, но чувство тревоги уже растекалось по всему её телу. Ноги коснулись холодного кафеля, заставив её невольно вздрогнуть от ощущения мерзлоты под ногами. Но пусть и взбудораживая, этот неописуемый холод внезапно вернул её в реальность. — Мерлин, что принесёт этот день? — пробормотала она, устремив свой взгляд в окно, где медленно светлело небо, кидая лучи ей на лицо. Её взгляд упал на аккуратно сложенную одежду у изножья кровати. Это зрелище вызвало у неё слабую, почти горькую улыбку. — Спасибо, Даф… — тихо прошептала она, с благодарностью вспоминая подругу. Не торопясь, она натянула одежду, наслаждаясь её приятным запахом — тонкий аромат лаванды пробуждал в ней чувство умиротворения, хотя и ненадолго. Натянув верхнюю рубашку, она огляделась, проверяя, ничего ли она не забыла. Софи чувствовала себя немного разбитой, но всё же была готова начать день. Как только её рука коснулась дверной ручки, дверь резко распахнулась. Грохот заставил её вздрогнуть. На пороге стояла Розалин. Рыжеволосая девушка, казалось, едва держалась на ногах; её лицо было раскрасневшимся от бега, дыхание тяжёлым, а глаза полны паники. — Софи! Ты должна бежать! — крикнула она, делая шаг внутрь палаты. Софи замерла, едва переведя дух от внезапного появления. Её сердце учащённо забилось, но она быстро взяла себя в руки. Её взгляд сосредоточился на девушке перед ней. — Что ты делаешь? — спросила она резко, стараясь сохранить спокойствие. — Ты что, совсем с ума сошла? — но Розалин уже подошла ближе и схватила её за руку, сжав её так, что Софи невольно отшатнулась. — Ты должна выслушать меня! Они придут за тобой! — произнесла Розалин, её голос был прерывистым и наполненным страхом. Софи нахмурилась, выдернув свою руку из хватки рыжей девушки. Она пыталась понять, что происходит, но слова Розалин лишь усиливали её беспокойство. — Объяснись. — Требовательно сказала она. — Кто придёт? О чём ты говоришь? Розалин судорожно вдохнула, её лицо исказилось. Она открыла было рот, но вместо слов вырвался лишь сбивчивый вздох. Она нервно облизнула губы и наконец, её голос обрёл твёрдость. — Это Министерство… Они узнали. Они знают, что твой ребёнок от Снейпа. — произнесла она, почти шепча. Эти слова пронзили Софи, словно лезвие, разрезав, точнее ударив по больному. — Я им про вас такое наговорила, и они теперь верят… София остолбенела, её губы приоткрылись, но ни звука не вырвалось наружу. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. — Что? Они не могут знать. Ведь… Ведь он… от Драко… — Глаза наполнились слезами, но она не позволила им пролиться. — Я знаю, знаю. — Поспешно сказала Розалин, отводя взгляд. Её лицо выражало смесь вины и сожаления. — Но они… они всё равно так думают. Малфой сказал мне, он убедил меня что ребенок действительно его. Я… мне очень жаль. — Софи посмотрела на неё, не веря своим ушам. Она долго смотрела на Розалин, её глаза были наполнены недоверием и лёгкой настороженностью. Она пыталась понять, действительно ли перед ней стоит человек, который изменил своё отношение, или это всего лишь притворство. Наконец, уголки её губ дрогнули, и мягкая, почти печальная улыбка появилась на её лице. — Ха-ха, как же я рада, что ты мне веришь… — сказала она с лёгкой горечью в голосе, отчего слова звучали так, будто их выдавили из неё. Её глаза всё ещё следили за лицом рыжеволосой девушки, выискивая хоть малейший намёк на ложь. — Надеюсь, ты меня не обманываешь. Беременных обмануть, это ведь проще простого. Щёлк пальцами и готово. — добавила она, пытаясь пошутить, но в её голосе всё равно чувствовалась напряжённость. Розалин вскинула руки, словно её слова причинили ей боль. Её глаза округлились, а лицо приняло выражение искреннего сожаления. — Нет, Софи, нет! Я никогда бы так не поступила! — её голос дрожал, она шагнула ближе к девушке, словно желая убедить её в своей правдивости. — Правда, мне жаль… — добавила она тихо, её глаза смягчились. — И про профессора Снейпа тоже… Имя Северуса словно повисло в воздухе, добавляя тяжести между ними. Софи всмотрелась в лицо Розалин и заметила, как та слегка отвела взгляд, будто боялась смотреть ей прямо в глаза. — Ох, точно… Сев… эм, Снейп… — София прикрыла глаза рукой, явно осознавая, что чуть не выдала себя. Затем, резко подняв голову, она громко выдохнула. — Нам нужно его освободить! — выпалила она, сердце заколотилось где-то в груди, а в голове закружился рой мыслей. Она чувствовала, как в животе шевельнулся малыш, словно реагируя на её внутреннюю тревогу. Инстинктивно её рука потянулась к животу, чтобы защитить его, успокоить. — Где он? Глаза Софи расширились, наполненные беспокойством, её пальцы слегка задрожали, когда она повернулась к Розалин. Та сглотнула, её лицо снова приняло виноватое выражение. Она замялась, словно ей было трудно сказать, но затем опустила взгляд на пол и тихо произнесла: — Я слышала, его… забрали. Они ведь думают, что он… причастен. — она сделала паузу, её голос стал едва слышным. — Говорят, его могут пытать. Слова прозвучали словно раскат грома средь белого дня. Софи резко выпрямилась, а её дыхание сбилось. Она ощущала, как внутри всё переворачивается кувырком. Её руки крепче прижались к животу, ища утешение. — Пытать? — пискнула она, её глаза расширились от ужаса. Малыш снова пихнулся, будто чувствуя её тревогу за папу. Она закрыла глаза на мгновение, чтобы прийти в себя. — Скажи, ты знаешь, где это? Розалин не сразу ответила, её взгляд метался из стороны в сторону, а пальцы нервно теребили подол рубашки. — Да. — наконец сказала она, её голос был чуть громче шёпота. — Я знаю, где это. Софи, позволь мне пойти с тобой. Я должна. Это моя вина, я… я должна загладить её. Её слова звучали натянуто, почти неубедительно, но Эллисон не заметила этого. Её мысли были целиком поглощены Северусом, его лицом, его голосом, тем, как он смотрел на неё. Спустя несколько мгновений, в ответ, она кивнула, чуть хрипло выдохнув. — Хорошо, пойдём. — Сказала она напоследок, её голос был твёрдым, но в нём всё ещё звучала нотка боли и страха.