Там,где спят Ромео и Джульета

      Вадим проснулся рано, до первых лучей солнца, хотя и чувствовал себя невероятно уставшим. Он осторожно высвободился из объятий Леры, стараясь не нарушить её сон. Её бледность прошлой ночью всё ещё стояла у него перед глазами, и он принял твёрдое решение: сегодня, перед тем как погрузиться в финальную, самую опасную фазу плана, Лера должна получить максимум заботы и сил. Он тихо вышел из спальни и направился на кухню секретной квартиры. На кухне Вадим, обычно предпочитавший быстрый кофе и тост, решил приготовить полноценный, питательный завтрак. Он двигался бесшумно, но сосредоточенно, словно выполняя сложную оперативную задачу. Вадим нашёл яйца, сыр и пучок петрушки, который Антон предусмотрительно оставил в холодильнике. Он аккуратно разбил яйца, взбивая их вилкой с щепоткой соли и перца. Его движения были точными, но немного неуклюжими для кулинарии. Он поставил сковороду на плиту. Когда масло разогрелось, Вадим вылил смесь. Он следил за тем, чтобы омлет не подгорел, и, когда края начали золотиться, посыпал его тёртым сыром и мелко нарезанной зеленью. Он аккуратно сложил омлет пополам, стараясь придать ему идеальную форму. Пока омлет доходил до готовности, Вадим быстро выжал сок из апельсинов. Затем он занялся кофе. Он знал, что Лера любит крепкий, но не горький кофе, поэтому тщательно отмерил пропорции и сварил его в маленькой турке, наполняя кухню бодрящим ароматом. Когда завтрак был готов, Вадим аккуратно разложил его на подносе. Он добавил туда маленький букетик из веточек петрушки (единственное, что нашлось для украшения) и прихватил газету, которую Антон оставил накануне. Он вернулся в спальню. Лера уже проснулась, её глаза были открыты, и она наблюдала за ним. — Доброе утро, — прошептала она, улыбаясь. — Доброе, — ответил Вадим, ставя поднос на прикроватный столик. — Лежать. Сегодня ты завтракаешь в постели. Лера посмотрела на поднос. Идеально сложенный омлет, яркий сок, ароматный кофе. — Ты сам это приготовил? — в её голосе звучало искреннее удивление. — Я же физрук, а не повар, — усмехнулся Вадим, садясь рядом. — Но я старался. Ты должна быть сильной сегодня. Он пододвинул поднос ближе. Лера взяла его руку и поцеловала. — Спасибо. Это самый вкусный завтрак, — сказала она, и в её глазах не было ни тени лжи. Они завтракали вместе, обсуждая не планы, а то, как Вадим умудрился не разбить ни одного яйца. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, протягивая ей чашку травяного чая. — Гораздо лучше, — кивнула Лера. — Голова не болит. Я готова. Несмотря на заверения, Вадим оставался настороженным. Они быстро позавтракали, обсудив последние сводки от Морозова. Поступила информация, что "утечка" с железнодорожного узла, судя по всему, достигла Раубер. Её люди были замечены в районе узла, явно что-то искали. Вульф же активизировал поиски "беглецов" на вокзалах и аэропортах. Всё шло по плану. Приняв душ, Лера и Вадим принялись собираться, но это "собираться" было пронизано особой атмосферой, где напряжение предстоящего дня смешивалось с хрупкостью их личных чувств. Блондинка, выйдя из ванной, занялась волосами. Высушив их феном, она собрала длинные пряди в высокий, практичный хвост, который подчеркивал изящную линию шеи.Накрасившись лёгким, "нюдовым" макияжем, подчёркивающим её естественную красоту, она почувствовала себя чуть увереннее. Вадим в это время, сидя на краю кровати, проверял свой телефон, обмениваясь короткими, зашифрованными сообщениями с Антоном. Его лицо было сосредоточенным, но даже в этой сосредоточенности чувствовалась скрытая энергия, ожидающая своего часа. Лера вышла из ванной в одном лишь махровом полотенце, обёрнутом вокруг тела, которое лишь подчёркивало изгибы её фигуры. Вадим, подняв голову от экрана, тут же заметил её. В его глазах вспыхнул огонёк, и на губах появилась лёгкая усмешка. Он медленно поднялся и, как хищник, бесшумно, почти неслышно, направился к будущей жене. — Вадь, ты напугал меня. Чего так подкрадываешься? — испуганно произнесла Жарская, обернувшись на его бесшумные шаги. Её сердце подскочило, но в её голосе звучала не столько злость, сколько игривое возмущение. Она почувствовала его крепкие руки на своей талии, которые настойчиво, но нежно пробирались под полотенце, его прикосновения заставляли кожу гореть. — Вадь! — воскликнула девушка, повернувшись к Уварову, пытаясь изобразить возмущение, хотя лёгкая дрожь пробежала по её телу. Она подняла на него глаза и увидела в них искорки — не только желания, но и нежности, и даже какого-то мальчишеского озорства. — Я просто любуюсь твоей красотой, — соблазнительно прошептал брюнет, его голос был низким и хриплым. Его пальцы, ловко скользнув, раскрыли полотенце девушки, позволяя ему упасть на пол. На мгновение воздух в комнате наэлектризовался. В их глазах отражалось всё: страсть, нежность, осознание того, что каждый такой момент драгоценен, особенно перед лицом грядущей опасности. Для второго "появления" Вадим выбрал старое, неприметное кафе "Калина" — место с историей, которое когда-то служило ему и Раубер в качестве конспиративной точки. Вульф, с его прагматизмом, вряд ли стал бы проверять "личные" места. Когда Вадим и Лера, наконец, вышли из секретной квартиры и направились к машине, Антон уже сидел за рулём, постукивая пальцами по баранке. Время шло, а их отсутствие было заметным, особенно в контексте напряжённой операции. — Вы чего так долго! — возмущённо произнёс Антон, едва они подошли. Его голос был приглушённым, но в нём ясно читалось нетерпение. Он уже ждал их в машине минут сорок, и каждая минута задержки добавляла ему нервозности. Вадим, ничуть не смутившись, открыл дверь пассажирского сиденья и, вальяжно рассевшись рядом с Лерой, гордо произнёс: — У нас были важные дела. Лера, цокнув языком, легонько ударила будущего мужа по плечу. Она прекрасно понимала, что "важные дела" Вадима включали в себя не только её волосы, но и кое-что более интимное. Но она не могла позволить ему подшучивать над Антоном, который и так на нервах. — Я долго волосы сушила, — пояснила Лера, ослепительно улыбнувшись Антону. Её улыбка, полная очарования и непринуждённости, тут же обезоружила Антона. На её лице, несмотря на предрассветный час, не было и тени усталости. Антон посмотрел на неё, потом на усмехающегося Вадима, и невольно улыбнулся в ответ. Он понял, что означало это "долго сушила волосы". В этот момент, хоть и короткий, между братьями проскочило понимание. Он знал, что Вадиму и Лере необходимы такие моменты близости, чтобы сохранить силы и душевное равновесие перед предстоящей бурей. — Ладно, шутники, — сказал Антон, заводя двигатель. — Поехали. Время не ждёт. Машина тронулась, увозя их в сердце наступающего дня, к новым рискам и новым опасностям. План начался у старого книжного магазина, в оживлённом районе, недалеко от "Калины". Вадим и Лера шли по улице, создавая впечатление пары, которая нервно оглядывается по сторонам. Внезапно, из-за угла вывернул чёрный внедорожник (один из автомобилей команды Антона), имитируя резкое торможение рядом с ними. Из него выскочили двое "преследователей" (тоже агенты Антона, одетые в гражданское). Они не стали бежать за Вадимом и Лерой напрямую, а начали громко переговариваться по рации, создавая шум и привлекая внимание прохожих. Лера и Вадим, по команде, синхронно сорвались с места. Их бег был быстрым, но не паническим, а скорее отчаянным. Они бежали по узким переулкам, петляя между прохожими и автомобилями. Имитация погони была настолько реалистичной, что некоторые прохожие испуганно шарахались, а другие, любопытствующие, начинали снимать на телефоны. Антон, управляя микроавтобусом, контролировал ситуацию. Его люди в внедорожнике создавали необходимый уровень шума и видимость преследования, но никогда не приближались слишком близко. Цель была — загнать "беглецов" в "Калину", а не поймать их. Запыхавшиеся, с растрёпанными волосами и учащённым дыханием, Лера и Вадим ворвались в полупустое кафе "Калина". Они выглядели как люди, которые только что чудом избежали смертельной опасности. Кафе было старым, с винтажной мебелью и приглушённым светом. За столиками сидели несколько "случайных" посетителей — на самом деле агенты Князева, которые должны были стать "свидетелями". Вадим и Лера заняли столик в углу. Вадим, оглядываясь по сторонам, делал вид, что нервно ссорится с Лерой, повышая голос. — Мы должны были идти другим путём! Теперь всё пропало! Лера отвечала ему с надрывом: — У нас не было выбора! Они были повсюду! В самый разгар их "спора", когда внимание "свидетелей" было приковано к ним, Вадим быстрым, незаметным движением вынул из кармана микропленку, свёрнутую в крошечный цилиндр. Он ловко спрятал её под одну из старых газет на столе, которую затем как будто случайно подвинул к краю. На микропленке была записана более "убедительная" информация: фальшивый отчёт, якобы написанный Вульфом для некоего "высшего руководства", где открыто говорилось о "необходимости устранения всех, кто имел прямое отношение к ранним этапам проекта, включая Раубер и Флейшера, как слишком осведомлённых и потенциально ненадёжных". Через несколько минут после "сброса", Вадим и Лера, бросив на стол несколько мятых купюр, спешно покинули кафе через запасной выход, чтобы избежать дальнейшего "преследования". Едва Вадим и Лера покинули кафе, Морозов начал свою часть работы. Через свои источники он тут же передал "наводку": "Уваров и Жарская были замечены в небольшом кафе "Калина", явно кого-то ждали, но ушли в спешке, когда увидели патруль. Выглядели крайне измотанными и напуганными, что-то прятали". Вечер после напряжённого обсуждения в штабе был наполнен предчувствием решающего дня. Вадим и Лера вернулись в секретную квартиру, где их ждали не только последние приготовления к завтрашней операции, но и короткий, драгоценный момент связи с домом. Борис Константинович, зная, как важно для них это общение, распорядился установить временный, максимально защищённый канал видеосвязи с секретным домом, где находилась Варя. Связь была односторонней – Варя могла видеть их, но для их безопасности они не могли показывать ей своего окружения. Примерно в семь вечера на экране планшета, который Вадим держал в руках, появилось знакомое личико Вари. Её глаза, полные детской любознательности, широко распахнулись, когда она увидела родителей. Рядом с ней сидела Ира Исаева, мягко улыбаясь. — Мама! Папа! — радостно воскликнула Варя, прижимаясь к экрану. Её маленький голосок был самым сладким звуком для Вадима и Леры. Лера тут же наклонилась к экрану, её лицо озарила тёплая улыбка, прогоняя усталость и тревогу. — Привет, моя принцесса! Как ты там? Что делала сегодня? — Мы играли! И кушали! И рисовали! — Варя взахлёб рассказывала о своём дне, показывая на камеру свой рисунок – несколько неаккуратных линий, которые она с гордостью назвала "мама, папа и я". Вадим улыбался, глядя на экран. Ему хотелось протянуть руку и обнять дочку, почувствовать её тепло. — Ты умница, моя хорошая. Очень красивый рисунок, — сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно и нежно, без тени предстоящей битвы. — Папа, ты грустный? — неожиданно спросила Варя, её детская интуиция уловила что-то в его глазах. Вадим на мгновение растерялся, но Лера тут же подхватила: — Нет, милая. Папа просто немного устал, но он очень рад тебя видеть. Мы очень скучаем по тебе. — И я скучаю, — прошептала Варя, её губки надулись. — Когда вы приедете? Это был самый сложный вопрос. Вадим и Лера переглянулись. Они не могли сказать правду, не могли назвать дату. — Очень скоро, дорогая, — ответил Вадим, его голос стал чуть глубже. — Вот только закончим все наши дела, и сразу приедем. И будем играть с тобой, читать книжки, строить крепость… — И на качелях качаться! — добавила Лера. Варя повеселела. — Ура! Крепость! — Она помахала им ручкой. — Я вас люблю! — И мы тебя очень-очень любим, наша звёздочка, — в унисон ответили Вадим и Лера, их голоса были полны искренней любви и тоски. Ира Исаева, видя, что Варя начинает уставать и связь пора прерывать, мягко кивнула им. — Пора, Лера — прошептала она. — Спокойной ночи, наша малышка, — сказала Лера. — Мы позвоним тебе завтра. Варя помахала им, и изображение на экране пропало. Вадим опустил планшет, и наступила тишина. Оба чувствовали опустошение и невероятную тоску. Образ Вари, её радостный смех, её невинный вопрос "Ты грустный?" — всё это врезалось в память, становясь мощнейшим стимулом к действию. После того как видеосвязь с Варей оборвалась, в комнате повисла тишина, наполненная невысказанными эмоциями. Вадим и Лера сидели, обнявшись, пытаясь удержать в памяти тепло и невинность своей дочери. В этот момент тишину нарушил резкий, короткий звук — оповещение о входящем сообщении на телефон Вадима. Он тут же отстранился от Леры и взял аппарат. Сообщение было зашифровано, но Вадим мгновенно распознал отправителя и код. Это был Петр Морозов. Вадим быстро прочёл короткое сообщение, его лицо мгновенно стало непроницаемым, а глаза сузились. СМС от Морозова: "Раубер и Флейшер клюнули. Вульф тоже ведет себя странно." Лера, увидев резкую перемену в его выражении, тут же напряглась. — Что там? — спросила она. Вадим показал ей экран. — Это то, чего мы ждали, — произнёс он, его голос был низким и ровным. — Раубер и Флейшер, очевидно, нашли последнюю "утечку" и поверили в "досье". Они готовятся к действию. — А что значит "Вульф тоже ведет себя странно"? — Лера нахмурилась. — Он должен был клюнуть на наше "бегство". Вадим задумался, прокручивая в голове возможные сценарии. — Морозов не стал бы использовать такую формулировку, если бы речь шла о стандартной реакции. "Странно" может означать, что он либо что-то подозревает, либо наша дезинформация сработала слишком хорошо, и он действует непредсказуемо. Возможно, он уже получил информацию о "тайной встрече" с "Очистителем" и пытается проверить её. — Значит, нам нужно ускорить финальный этап, — заключила Лера. — Если Вульф "странный", он может сорвать наш план, напав на Раубер и Флейшера раньше, чем мы их столкнём. Едва Вадим убрал телефон после сообщения от Морозова, как раздался новый, более настойчивый сигнал. Это было сообщение от Антона, который вместе с Ильей и Пашей находился на оперативном дежурстве, отслеживая перемещения Раубера и Флейшера. Вадим тут же открыл сообщение. Оно было максимально лаконичным, как и все донесения Антона: СМС от Антона: "Раубер и Флейшер. Кафе "Золотой Рог". 15 минут назад. Встреча 3 минуты. Напряжены. Ушли разными путями. Готовятся." Вадим выдохнул. Это было именно то, что им нужно. Встреча Раубера и Флейшера означала, что они обсуждали "утечки" и, скорее всего, приняли решение о совместных действиях против Вульфа. — Они встретились, — сообщил Вадим Лере, показывая ей экран. — Раубер и Флейшер. Короткая встреча, всего три минуты. Это не дружеская посиделка. Они приняли решение. — Значит, они договорились об опереждающем ударе, — Лера быстро сопоставила факты. — Морозов запустил информацию о "тайной встрече" Вульфа с "Очистителем" на химзаводе. Они, скорее всего, решили устроить там засаду. — Именно. Наш план работает. Но это значит, что у нас осталось очень мало времени. Вечер сгущался за окнами секретной квартиры, принося с собой не столько покой, сколько предчувствие грядущей бури. После лихорадочной подготовки к завтрашней кульминации "Троянского Конфликта" и эмоционально заряженного видеозвонка с Варей, Вадим и Лера чувствовали себя опустошёнными, но и невероятно близкими. Войдя в спальню, они начали готовиться ко сну. Это был не просто рутинный процесс, а скорее ритуал, попытка отмыть от себя напряжение и страх перед завтрашним днём. Вадим внимательно наблюдал за каждым движением Леры, беспокоясь после её утреннего обморока. — Давай, — тихо сказал он, указывая на ванную комнату. — Нужно смыть этот день. Они решили принять душ вместе. Это был не акт страсти, а скорее ритуал очищения, способ найти утешение и близость в молчании. Пар окутывал их, смывая усталость, напряжение и липкое ощущение опасности. Вадим нежно помогал Лере, массируя её плечи, смывая с волос остатки дня. Слова были лишними; каждое прикосновение говорило о заботе, тревоге и безграничной любви. Выйдя из душа, они завернулись в мягкие полотенца. Вадим взял в руки её лицо, внимательно изучая его. — Как ты себя чувствуешь? Голова не болит? Лера улыбнулась, её улыбка была немного усталой, но искренней. — Я в порядке, Вадим. Правда. Просто очень устала. Они надели простую, удобную одежду для сна. В этой маленькой, временной спальне, вдали от мира, казалось, что ничего не могло нарушить их покой. Но тень завтрашнего дня, словно тёмный силуэт, стояла у двери. Кровать, заправленная чистым бельем, казалась островком безопасности. Вадим лег первым, затем притянул Леру к себе. Он обнял её крепко, прижимая её к себе так, словно хотел впитать в себя её хрупкость и отдать ей свою силу. Его подбородок покоился на её макушке, и он чувствовал запах её волос, чистый и свежий после душа. Лера прижалась к нему, её рука скользнула по его талии, а голова покоилась на его груди. Она слышала мерный стук его сердца – единственный, настоящий ритм в этом безумном мире. — Мы справимся, — прошептала Лера, её голос был заглушен его рубашкой. — Мы справимся, — эхом откликнулся Вадим, сильнее прижимая её к себе. Завтрашний день висел над ними дамокловым мечом, но в этот момент, в объятиях друг друга, они нашли временное убежище. Сон пришёл не сразу, но когда он настиг их, это был глубокий, исцеляющий сон, оберегаемый их взаимной любовью и нерушимой верой в завтрашний день, ради которого стоило сражаться. Вадим проснулся поздно ночью не от будильника, а от тревожных звуков на улице – приглушённого шелеста шин, тихого разговора, нарушавшего ночную тишину переулка. Его инстинкты, отточенные годами службы, тут же забили тревогу. Соскочив с кровати, он бесшумно подошел к окну. Осторожно приподнял край тяжёлой шторы. Там, внизу, на тускло освещённой улице, он заметил странных людей в чёрной униформе без опознавательных знаков. Они двигались с профессиональной точностью, высматривая окна, принадлежащие Вадиму и Лере. Два человека стояли у входа в подъезд, двое других внимательно осматривали периметр. — Чёрт, — зло прошептал Уваров, отходя от окна. Его лицо стало непроницаемым, но в глазах горел холодный огонь. Он быстро подошел к Лере и разбудил её, осторожно, но настойчиво. — Что случилось? — испуганно произнесла Лера, её глаза резко распахнулись, мгновенно считывая тревогу в его взгляде. — У нас гости, — прошептал он, его голос был низким и отрывистым. Парочка быстро, почти машинально оделась в ту же одежду, в которой они были днём. — Что будем делать? — настороженно спросила блондинка, застёгивая последнюю пуговицу. — Сейчас мы выйдем из квартиры, спустимся по пожарной лестнице и спрячемся в другом месте, — пояснил Вадим, уже набирая номер Антона. Он говорил быстро, чётко, без лишних слов. — За нами слежка, мы вынуждены покинуть квартиру. — Понял, — ответил Антон, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась готовность к действию. Вадим убрал телефон в карман. Они бесшумно выбрались из квартиры, Вадим быстро запер дверь, чтобы создать видимость их присутствия. Через запасной выход они проскользнули на черную лестницу, ведущую к пожарной лестнице. Спускались быстро, но осторожно, стараясь не производить шума. Достигнув третьего этажа, Вадим осторожно приоткрыл дверцу, ведущую на внешнюю пожарную лестницу. Едва они ступили на железные ступени, как раздался выстрел. Пуля с визгом отскочила от стены рядом с Вадимом. Их обнаружили. — Бегом! — крикнул Вадим, прикрывая Леру своим телом. Они понеслись вниз по лестнице. Ещё один выстрел, и металл рядом с Лерой задребезжал. Они услышали крики преследователей, их голоса приближались. Достигнув земли, они бросились бежать по узкому переулку. Ночь была их союзником, но и противником. Тени играли злую шутку, скрывая и их, и преследователей. Вадим достал свой пистолет, держа его наготове. За ними бежали двое, их шаги были быстрыми и тяжёлыми. Вадим обернулся и сделал два прицельных выстрела. Один из преследователей споткнулся, издав глухой стон, второй нырнул за угол. Это дало им несколько драгоценных секунд. Они выскочили на более широкую улицу. Вадим заметил припаркованную в отдалении неприметную серую машину — это был Антон. Он явно ждал их, предчувствуя, что что-то пойдёт не так. — К машине! — крикнул Вадим. Но за их спинами вновь зазвучали выстрелы. Оглянувшись, Вадим увидел, что к преследователям присоединились ещё двое. Теперь их было четверо. Пули свистели мимо, одна из них царапнула асфальт прямо у ног Леры. Вадим бросил взгляд на Леру. Она бежала, стиснув зубы, но её дыхание было тяжёлым. Он схватил её за руку, ускоряя темп. — Почти! — крикнул он, подбадривая её. В этот момент Антон, увидев их, резко завёл машину и с визгом покрышек рванул к ним. Он открыл задние двери, едва притормозив. — Запрыгивайте! — крикнул он. Вадим буквально втолкнул Леру внутрь, затем сам запрыгнул следом. Едва их ноги оказались в салоне, как Антон резко надавил на газ. Машина с визгом покрышек рванула с места. Ещё несколько пуль ударили по заднему стеклу, но оно выдержало. Антон, умело маневрируя, быстро вывел машину из переулка, петляя по ночным улицам, чтобы оторваться от преследования. Вадим оглянулся: чёрные силуэты преследователей уже растворились в темноте. Они были в безопасности, по крайней мере, на какое-то время. Антон, сосредоточенный на дороге, наконец, нарушил молчание, бросив быстрый взгляд в зеркало заднего вида. — Все целы? — его голос был ровным, но в нём чувствовалось напряжение. Лера сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить дрожь в руках. — Целы. Только… — она прижала руку к виску, пытаясь отогнать остаточный шум в ушах. — Только что это было? Они шли прямо на нас. Вадим, уже более собранный, провёл рукой по волосам. — Это не просто слежка, Антон. Это был наезд. Они знали, где мы. Целенаправленно шли на штурм. — Как они нас вычислили? Наш канал связи с вами был защищён на высшем уровне. Вадим нахмурился, его мозг уже работал на пределе, пытаясь найти причину провала. — Я не знаю. Возможно, у Вульфа есть крот, который знал об этой квартире. Или они как-то отследили наш приезд, но это маловероятно. Мы были осторожны. Лера повернулась к Вадиму, её глаза были полны беспокойства. — Это сильно повлияет на план? Если они знают о нашем убежище, то могут предположить, что мы... — Могут предположить что угодно, — перебил её Вадим. — Но их агрессия играет нам на руку. Чем больше они будут нас "преследовать", тем убедительнее будет наша история. Они думают, что загнали нас в угол. Это лишь усилит эффект нашей "приманки". Антон кивнул, соглашаясь. — Значит, мы переключаемся на резервный план. У меня есть пара адресов, которые мы готовили на случай ЧП. — Отлично, — Вадим обернулся к Антону. — Выбирай тот, что дальше от города, где меньше камер и потенциальных "глаз". И передай Борису Константиновичу: это был прямой контакт. Уровень угрозы повысился. — Есть, — ответил Антон, уже набирая сообщение на своём защищённом телефоне. Лера посмотрела на ночной город, проносящийся за окном. В её душе смешались страх, облегчение и новая волна решимости. — Мы должны быть ещё осторожнее, — прошептала она. — Но и ещё быстрее. Они хотят нас остановить. Мы не можем им этого позволить. Вадим взял её руку и крепко сжал. — Не позволим. Сегодня мы им покажем, кто здесь охотник. Машина Антона, казалось, сливалась с ночным пейзажем, ловко маневрируя по тёмным переулкам и безлюдным улицам Москвы. Однако ощущение безопасности было обманчивым. Вадим, чьи чувства были обострены до предела, не мог отделаться от тревожного предчувствия. — Антон, — тихо сказал он, — мне кажется, за нами кто-то следит. Проверь. Антон, не задавая вопросов, кивнул и слегка увеличил скорость. Он внимательно посмотрел в зеркало заднего вида, изучая отражения фар и силуэты машин. Сначала ничего подозрительного не было видно, но через несколько минут он заметил её — чёрный внедорожник, который необъяснимо долго держался позади, сохраняя дистанцию в несколько кварталов. — Есть, — подтвердил Антон, его голос стал более жёстким. — Чёрный "Гелендваген". Держится за нами уже минут пять. Номер не могу разобрать, темно. — Попробуй оторваться, — скомандовал Вадим. — Но не привлекай внимания. Если они действительно за нами следят, нам нужно убедиться, что это не случайность. Антон плавно увеличил скорость, перестраиваясь из ряда в ряд, лавируя между редкими машинами. Он делал резкие повороты, менял направление движения, пытаясь запутать преследователей. Чёрный "Гелендваген" не отставал. Он повторял все манёвры Антона, сохраняя ту же дистанцию. Стало очевидно: это не случайность. За ними велась организованная слежка. — Они не отстают, — доложил Антон, его взгляд был напряжённым. — Они профессионалы. — Меняем тактику, — принял решение Вадим. — Нам нужно спровоцировать их на активные действия. Антон, вывези нас на открытое место. Что-нибудь людное. Антон кивнул. Он вывел машину на широкую, хорошо освещённую улицу, где было достаточно много ночных заведений и, соответственно, людей. Здесь они могли надеяться на случайных свидетелей и хоть какую-то защиту. Внезапно "Гелендваген" ускорился. Он резко сблизился с машиной Антона, выравниваясь с ней бок о бок. Из опущенного стекла показался человек в чёрной маске. В его руке блеснул пистолет с глушителем. — Пригнитесь! — крикнул Вадим, толкая Леру вниз. Раздалось несколько глухих хлопков. Пули пробили боковое стекло машины Антона, посыпав осколками салон. Антон резко вывернул руль, уходя от удара. Машину занесло, но он смог удержать её на дороге. "Гелендваген" не отставал. Он продолжал преследование, стреляя на ходу. Ситуация становилась критической. Нужно было действовать. — Антон, — крикнул Вадим, — дави на газ! Нам нужно оторваться от них. И позвони Борису Константиновичу, скажи, что за нами организованная погоня. Нам нужна поддержка. Сейчас же! Антон, сжимая руль побелевшими пальцами, резко нажал на педаль газа. Машина рванула вперёд, оставляя преследователей позади. Началась настоящая гонка на выживание. Антон отчаянно жал на газ, пытаясь оторваться от чёрного "Гелендвагена", который настигал их с пугающей скоростью. Улица была широкой, но маневрировать было сложно, так как преследователи вели огонь. Вадим, пригнувшись, пытался оценить повреждения и понять, как им отбиться. — Они слишком близко! — крикнул Антон, его голос был напряжён. — Я не смогу их сбросить на этой скорости! Внезапно "Гелендваген" совершил дерзкий манёвр. Он резко ускорился и, используя свою массу, притёрся к машине Антона сбоку. Раздался скрежет металла, и машину Антона повело. Преследователи не просто хотели их остановить — они хотели уничтожить. Водитель "Гелендвагена" на мгновение отвёл машину, а затем с чудовищной силой ударил в заднее крыло автомобиля Антона. Удар был настолько мощным и точным, что машина Антона потеряла управление. — Держитесь! — успел крикнуть Антон. Автомобиль завертелся на мокром асфальте. Он пробил низкое ограждение и, подпрыгнув, полетел в кювет. Всё произошло в считанные секунды. Звук сминающегося металла, звон разбитого стекла, крик Леры, инерция, которая швырнула их тела, несмотря на пристёгнутые ремни. Машина перевернулась один раз, прежде чем остановиться, уткнувшись носом в землю. Наступила мёртвая тишина, нарушаемая лишь шипением остывающего двигателя и звоном разбитого стекла. Вадим, оглушённый, медленно приходил в себя. В голове гудело, во рту был привкус крови. Он попытался пошевелиться, ощущая острую боль в плече, но понял, что жив. — Лера! Антон! — его голос был хриплым. Лера застонала, приходя в сознание. Она была прижата к двери, но, казалось, серьёзных травм не получила. — Я... я в порядке, — прошептала она. Антон, сидевший за рулём, был без сознания, его голова ударилась о руль. Вадим, преодолевая боль, попытался выбраться. Он увидел, как над кюветом остановился чёрный "Гелендваген". Из него вышли двое мужчин в чёрном, с оружием наготове. — Чёрт, — прорычал Вадим. — Нам нужно уходить! Он быстро отстегнул ремень безопасности Леры. — Выбирайся! Быстро! Вадим, схватив Леру, выбил ногой разбитое окно и выбрался наружу. Он оглянулся на Антона. — Я вернусь за ним! Беги! Но Лера схватила его за руку. — Нет! Они идут! Двое преследователей уже спускались по склону к разбитой машине. Вадим понял, что времени нет. Он должен был спасти Леру. — Бежим! — Он толкнул её вперёд, и они бросились в заросли, окружавшие кювет, исчезая в ночной темноте, оставляя Антона и разбитую машину позади. Тишина после аварии длилась всего несколько секунд, казавшиеся вечностью. Затем она была разорвана хлопками выстрелов и свистом пуль. Вадим и Лера, едва выбравшись из разбитой машины, бросились в заросли у кювета, пытаясь найти укрытие. — Вадим, бежим! — крикнула Лера, её голос был полон отчаяния. Она хваталась за кусты, продираясь сквозь колючие ветки. За ними уже спускались преследователи. Их шаги были тяжёлыми, а фонари выхватывали силуэты, шарившие по местности. Вадим, прикрывая Леру, вытащил свой пистолет. Он сделал несколько предупредительных выстрелов в сторону деревьев, пытаясь отпугнуть их и выиграть время. — Сюда! — крикнул он, указывая вглубь леса. Они бежали по пересечённой местности, спотыкаясь о корни деревьев и скользкие камни. Пули свистели вокруг них, некоторые ударялись в стволы деревьев, отщепляя кору. Вадим чувствовал, как адреналин жжёт в венах, но усталость и боль от ушибов после аварии давали о себе знать. — Вадим, моя нога! — Лера споткнулась, чуть не упав. Он подхватил её, не давая упасть, и они продолжили бег. В этот момент раздался громкий хлопок, не похожий на выстрел из пистолета. Это был снайпер. Пуля, выпущенная с большого расстояния, прошила воздух и ударила Вадима в спину. Он почувствовал резкий, обжигающий толчок, который сбил его с ног. — А-а-ах! — вырвался стон из его груди. Он упал на колени, затем рухнул на землю, уронив пистолет. Лера, обернувшись, увидела Вадима, лежащего на земле, с окровавленным пятном на спине. — Вадим! — её крик был пронзительным. Она бросилась к нему, пытаясь поднять. Он тяжело дышал, пытаясь подняться, но сил не было. — Беги, Лера! — прохрипел он, толкая её от себя. — Беги! Но Лера не могла его бросить. Она попыталась тащить его, но он был слишком тяжёл. Преследователи, услышав крик Леры и поняв, что их цель ранена, ускорились. Их фонари уже выхватывали их фигуры в темноте. Вадим, собрав последние силы, указал на свой пистолет, лежащий рядом. — Пистолет… возьми… Лера, понимая, что медлить нельзя, схватила пистолет. Её рука дрожала. Она встала, пытаясь прицелиться в наступающих преследователей. В этот момент, из глубины леса, раздались новые звуки выстрелов – уже не глухих, как у преследователей, а более мощных и раскатистых. Агенты Князева, услышав сигналы Вадима и Антона, наконец, прибыли. Завязалась ожесточённая перестрелка. Вадим, истекая кровью, медленно терял сознание, но последнее, что он услышал, были звуки борьбы и крики, свидетельствующие о том, что помощь пришла. Лера, стоя над ним с пистолетом в руках, была готова защищать его до последнего. Звуки перестрелки внезапно усилились. Раскатистые выстрелы, более мощные, чем те, что исходили от преследователей, пронзили ночь, заставив нападавших залечь. Это была помощь, которую вызвал Антон. Лера, стоя над раненым Вадимом, крепко сжимала в руках его пистолет. Её тело дрожало от шока и адреналина, но она была готова открыть огонь по любому, кто приблизится. Внезапно из темноты, со стороны, откуда раздавались спасительные выстрелы, метнулась тень. Это был Илья, один из лучших оперативников Князева, работавший в паре с Пашей. Он был одет в тактическую форму, его лицо было скрыто под балаклавой, а в руках он держал автомат. — Лера! — Голос Ильи был резким и командным. — Быстро! Он не стал тратить время на объяснения. Увидев Вадима, лежащего в крови, он понял критичность ситуации. Илья быстро оценил обстановку: они находились под перекрёстным огнём, и оставаться на открытом месте было равносильно самоубийству. Он подбежал к Лере, схватил её за плечо и резко потянул в сторону. — Уходим! Нельзя здесь оставаться! — рявкнул он. Лера сопротивлялась, её взгляд был прикован к Вадиму. — Нет! Я не могу его бросить! Он ранен! — Его сейчас вытащат! Паша и остальные прикроют! — Илья не церемонился. Он знал, что Лера в таком состоянии — это обуза, и что её жизнь сейчас в его руках. Он буквально оттащил её от Вадима, который уже начал проваливаться в беспамятство. Лера кричала, пытаясь вырваться, но Илья был силён и решителен. Он тащил её за собой, продираясь сквозь густые кусты. — Вадим! — её голос был полон боли. — Заткнись и беги! — приказал Илья, не сбавляя темпа. — Если ты умрёшь, его смерть будет напрасной! Эти слова пронзили Леру, заставив её подчиниться. Она поняла, что её задача сейчас — выжить, чтобы помочь Вадиму позже. Они нырнули в густое укрытие, где Илья, прижав Леру к земле, продолжил вести огонь, прикрывая группу, которая уже начала эвакуацию раненого Вадима. Лера лежала, тяжело дыша, её тело сотрясалось от рыданий, но она крепко сжимала пистолет. Она была в безопасности, но её сердце осталось там, рядом с Вадимом. Лера, прижатая Ильей к холодной, влажной земле в густом кустарнике, была в состоянии шока. Звуки перестрелки, крики, запах пороха и, самое главное, вид Вадима, истекающего кровью, парализовали её. Она слышала, как Илья отдаёт команды по рации, как трещат ветки под ногами оперативников, выносящих Вадима, но её сознание отказывалось принимать происходящее. Её тело сотрясалось от неконтролируемой дрожи. Она пыталась вдохнуть, но воздух казался слишком густым. Внезапно, на фоне этого кошмара, она почувствовала знакомое, резкое давление в висках — то самое, что испытала накануне вечером. Спазм сосудов, вызванный экстремальным стрессом, вернулся с новой, утроенной силой. Лера инстинктивно схватилась за голову, пытаясь унять боль, которая казалась физической, осязаемой. Илья, который как раз перезаряжал оружие, заметил её странное движение. — Что с тобой? — спросил он, оборачиваясь. Лера не смогла ответить. Боль была слишком сильной. Она почувствовала, как по лицу потекла тёплая струйка. Она провела рукой под носом и увидела на пальцах тёмную, густую кровь. — Кровь… — прошептала она, её глаза расширились от ужаса. Илья тут же понял: последствия вчерашнего инцидента. Он попытался прижать ей голову к земле, чтобы остановить кровотечение, но было поздно. Шок от ранения Вадима, погоня, авария и теперь эта боль — всё это стало последней каплей. Её зрение поплыло. Звуки перестрелки стали далёкими, нереальными. Последнее, что она увидела, было встревоженное лицо Ильи, склонившегося над ней. Её тело обмякло, и она провалилась в спасительную темноту. — Лера! — Илья потряс её за плечо, но она не реагировала. Теперь у него было два пациента. Илья выругался. Он быстро связался с группой эвакуации. — У меня Жарская. Потеряла сознание.