Низменность бытия

За порогом и правда оказался Кагами, да только не один а с… — Ба-чан, здравст… Ай, за что? — Мадара взвизгнул, когда пожилая женщина с силой ткнула своей тростью ему в ногу. — Отойди с дороги, паршивец, — сказала она, но не стала ждать, пока внук сдвинется и протолкнулась вперёд. Мадара удрученно вздохнул. — Ну вот, сейчас начнётся… Кагами рядом стоял по струнке, несмотря на то, что держал в руках пару ящиков, переполненных овощами. С кухни послышались хмыканья и какое-то время стояла тишина и раздавался только шаркающий стук гэта бабули. — Это ещё что такое, дрянной мальчишка?! А ну живо сюда! — а потом добавила: — Оба! Мадара застонал и поплёлся на кухню, Кагами поудобнее перехватил коробки, на секунду придержав их коленом, а потом последовал за ним. На кухне Каору-оба-сан уже вовсю чехвостила Мадару-саму. — Ты что, опять ревел? Как ни загляну, глаза на мокром месте, — тут же нашла, к чему придраться женщина. Мадара-сама пролепетал что-то смущенное в ответ. Кагами удивился. Как она это поняла? Он ничего подобного не видел. — Ты почему ко мне не заходишь, бессовестный? Много у тебя ещё бабушек? Я старая женщина, а вдруг умру? Кагами незаметно прошмыгнул в комнату под её речь. Мадара-сама медленно вздохнул, очевидно сдерживаясь, чтобы не ответить ей что-нибудь дерзкое. — Чего молчишь? Кто будет помогать с закруткой, бездельник? — Я работаю, — нахмурился Мадара. Оба-сан рассмеялась резким смехом. — Работают они! Знаю я, как вы работаете! Скажи своему королобому другу устраивать поменьше бесполезных посиделок. Кагами сделался тише мыши, очень аккуратно пристроив ящики на край стола, и надеялся, что это спасёт его от внимания старшей женщины. Заблуждение было развеяно. — Куда?! Ты вообще думаешь, что делаешь?! Стол сейчас перевернётся! — всплеснула она руками. Мадара-сама приложил ладонь ко лбу и свободной рукой отодвинул ящики от края стола. — А этот космы раскинул главное! — снова принялась женщина за внука. — Ты человеком собираешься становиться или так и планируешь деградировать в пещерного ëкая? — Ба-чан… — Мадара-сама цокнул языком, но смëлся с кухни. — И не цокай мне! Цокает он, — она уперла руки в бока. — А ты чего стоишь? Руки вымой и за работу. Женщина проверила всю кухню, провела пару раз пальцем по шкафам, снова похмыкала и, накинув на себя передник, ловко подняла один из тяжёлых ящиков и переставила поближе к крану. Кагами приоткрыл рот. Женщина просто выцепила его с дороги и заставила нести её вещи, всё время жалуясь на здоровье, а теперь без труда сама всё поднимала. Легче, чем он, так точно. Мадара-сама вернулся с заплетеными в косу волосами, хотя короткие пряди торчали во все стороны иглами, как у ежа. Каору-оба-сан раздражённо вздохнула и поманила пальцем старшего мужчину, тот с опаской подошёл к ней и наклонился. Не зря опасался. Женщина тут же вцепилась в ухо внука и дёрнула его ещё ниже, не обращая внимания на вырвавшийся у того визг. Кагами приподнял плечи от удивления. Вот вроде и злорадствовать хотелось из-за того, что мужчина оказался в том же положении, что и он пару дней назад, а с другой стороны он даже растерялся, когда главу клана, который являлся её сильнейшим членом, таскала за уши пожилая маленькая женщина. — Это что? — спросила Оба-сан и повернула голову Мадары к уже немного смявшимся яблокам в корзине. — Яблоки? — пискнул мужчина, а потом, очевидно смутившись, прочистил горло. — Я глупая по-твоему, ты, негодяйская рожа? Зачем деньги и продукты попусту переводишь? Ты же яблоки даже под страхом Цукуеми не ешь! — А пирог он ел, — выпалил Кагами и прикусил тут же язык. Он не собирался ничего говорить, но как-то… Вырвалось. Женщина тут же обратила на него внимание. — Тебя не учили не перебивать старших, баламошка? Кагами тут же сжался, чувствуя, как от женщины повеяло убийственной аурой. — Извините, Оба-сан, — пролепетал он тихо. Каору-сан удовлетворённо хмыкнула. — Знаешь, тебя не Мадарой нужно было назвать, а мозгодурой! Или мозгодырой! Во! Ещё больше соответствует, — женщина отпустила наконец ухо внука. Тот быстро отошёл на два шага и смущенно потëр покрасневшую мочку. — Кому только клан доверили?! — снова заговорила старушка, уставившись нехорошим взглядом на Мадару. — Ну, хватит уже, Ба-чан. Извини, что не заходил… Я собирался как-нибудь… Ну, скоро… — замямлил он. — Пока ты соберешься, у меня погребальный костёр догорит, захухря ты этакая! — фыркнула Оба-сан. — Да ты надоела, что ни день, то умираешь! — сорвался Мадара — О, язык проклюнулся! — неожиданно обрадовалась старуха. — Раз пришёл в себя — принимайся за дело. Вот умру, кто тебя, идиота, научит? И не огрызайся мне тут, не дорос ещё. Мадара-сама громко застонал от отчаянья, но подчинился, шепча себе что-то под нос. — А ты чего опять без дела застыл? Овощи мой! Кагами сглотнул и кивнул. Что за семейка, что внук, что бабка любители затащить на чёрную работу. И почему именно его? Мальчик приступил к указанной задаче, мысленно прощаясь со свободой на этот день. По крайне мере, его покормят бесплатно. ...он надеялся. Как бы то ни было, делать всё равно нечего было.