Поклоняясь праху (Worship the Ashes)

      Проснувшись, Джейк чувствует себя вспотевшим, сонным, растерянным, в голове пульсирует, он не знает, где и когда он находится, и не может пошевелиться, потому что его крепко зажало между двумя твёрдыми телами.       Он не особо задумывается о том, чтобы сесть, он просто борется, выпутываясь из горячего, потного, липкого месива, в которое слиплись три тела, а самое худшее — не было даже самого слабого ветра, чтобы их охладить. Нейтири храпит в шею Тсу’тея, а Джейк сидит между ними, мутно моргая на восход солнца в течение нескольких минут, ощущая себя так, будто его мозги поместили в блендер на самый сильный режим. От света у него ужасно болят глаза и голова, но, по крайней мере, сейчас довольно тихо.       Он на мгновение бросает взгляд на пустой сосуд, в котором раньше хранилась кава, словно виня его в своём нынешнем состоянии.       «Чувствую себя разбитым, хочу снова поспать, голова болит, тело ломит, потею, отвратительно, где я, живот болит».       Часть проблемы в том, что у Джейка определённо похмелье, но, возможно, он всё ещё немного пьян. Глубокий вдох, долгий выдох.       Свет тянется по земле, и Тсу’тей просыпается с раздражённым ворчанием, когда он пробегает по его глазам. Он перекатывается на бок, тяжело вздыхает, а затем поднимается с зевком. Он морщится, моргает прищуренными глазами и встречается взглядом с Джейком.       — У-у-у-у-у-у-у… — тянет Джейк от всей души, и Тсу’тей кивает.       Тсу’тей бросает взгляд на Нейтири, всё ещё слегка похрапывающую в землю, и поднимает руку, быстро опуская её на зад с громким шлепком и таким же громким:       — Тит’ен си! — это оказывается довольно эффективно.       Она вскакивает, яростно шипя, а затем так сильно съёживается, что сворачивается в маленький клубок, закрывая голову от солнца и всех звуков вокруг.       — О, Господи, — выдавливает Джейк, наполовину удивлённый, наполовину испуганный, позволяя себе тихонько хихикать, и он успокаивающе прижимает руки к её спине, — там-там, там-там, — пытается он.       — Это было подло и жестоко! — Нейтири рыдает в землю. — Тсу’тей!       — Это меня устраивает, потому что я чувствую себя мерзко и должен быть жестоким. Мы опоздаем, — Тсу’тей спотыкается, тяжело шатается вправо, словно теряя равновесие, и на мгновение садится у пруда, обхватив голову руками.       Джейк пытается не смеяться, но у него это плохо получается.       — Кто-нибудь видел, куда делась моя рубашка? — спрашивает он вместо этого.       Нейтири выпрямляется и оглядывается вокруг, слегка поморщившись. Ей требуется минута, но они находят её в дюжине футов, в смятой куче, и она бросает его обратно ему, прежде чем присоединиться к Тсу’тею у пруда, чтобы плеснуть воды себе в лицо. Джейку удаётся натянуть рубашку и он трёт виски в течение минуты, надеясь снять немного давления в голове. После этого он тоже движется к пруду, так как он всего в нескольких футах, а Тсу’тей и Нейтири кажутся слишком занятыми своим похмельем, чтобы смотреть, как он волочит онемевшие ноги по земле.       Джейк снимает маску и быстро умывается. Вода прохладная и освежающая, но, как бы он ни хотел пить, он думает, что пить из стоячей воды — плохая идея. Он может подождать, пока не приедет домой. Ему нужно быть в сноходце, так как сегодня вторник, и он снова встретится с Аароном около полудня.       Коан и Сезе появляются после того, как оба на’ви зовут их обратно на парящий остров. Они летят медленно, потому что если они делают слишком резкие движения, Тсу’тея начинает тошнить сильнее, поэтому им требуется некоторое время, чтобы добраться до лагеря Альфа, где их уже ждут остальные.       — Молодой человек, где ты был? — насмешливо ругается Аша, когда они приземляются, грозя ему пальцем. — Мы с твоей матерью так волновались!       — Ты не мой настоящий отец, — тут же отвечает Джейк, посмеиваясь. А затем морщится и добавляет: — Пожалуйста, не смеши меня, у меня похмелье.       — Эй, ты пошёл и напился?       — Представь себе, мне разрешено иметь собутыльников, которые не являются тобой, — указывает Джейк, когда Нейтири усаживает его в инвалидное кресло.       Затем пара на’ви садится, прислонившись к дереву, и выглядит несчастно, ожидая, когда Джейк поменяет тело. Они могли бы просто уйти, так как Джейк будет путешествовать с Джеллибин, но они искали оправдания.       — И ты, в свою очередь, можешь пить не только со мной.       — Знаешь что? Справедливо. Как насчёт этого: можешь в следующий раз оставить записку, чтобы, когда я проснусь и найду твою инвалидную коляску в шлюзе без тебя, я не волновалась?       — А, да, я могу это сделать.       — Круто, приятель.       Джейк закрывает шлюз, идёт в ванную, чтобы ещё немного освежиться, быстро выпивает немного воды, съедает остатки карри, которые Хару приготовил на днях, принимает две таблетки аспирина и входит в связь. Похмелье ощущается в этом теле сильнее, чем в прошлый раз, думает Джейк, когда он, спотыкаясь, выходит из логова с Джеллибин позади лагеря. Он идет обратно, щурясь на Тсу’тея, который сейчас дремлет на плече Нейтири, и на Нейтири, которая баюкает чашку воды, которую кто-то принес ей.       — Вы все выглядите как дерьмо, — заявляет Джеллибин, — и вы воняете.       — Да, мы знаем, — отвечает Джейк, — Спасибо.       — Я хочу глотнуть того, что вы пили, — говорит Аша.       — Это называется кава, и это вкусно, но это также жестоко, — сказал Джейк, — и беспощадно.       — Принято, я в деле.       — Тсу’тей, просыпайся, пора идти, — сказала Нейтири, толкая прислонившегося к ней мужчину.       Он невнятно бормочет что-то и отдёргивает голову, вытирая глаза.

***

      День проходит медленно и спокойно. Джейк разговаривает с Кайли и Коннором большую часть утра, объясняя, что он хочет им дать перед тем, как они уйдут; он хочет дать им список из нескольких предложений на языке на’ви, которые могут им понадобиться во время путешествия, чтобы объяснить их намерения. Полезные фразы, важные вопросы и просьбы, и тому подобное. Он также показывает им базовые навыки, такие как изготовление верёвки, инструментов и рассказывает как определить растения, которые они действительно не должны трогать или с которыми не хотят иметь дело.       Тсу’тей объяснил цвета краски и символы, которые нужно нарисовать на их AMP, которые будут идентифицировать их как кочевников, союзников или нейтральную сторону, которая не причинит вреда. Это должно помешать им подвергнуться прямому нападению, если они будут носить цвета кочевников Оматикайя, а фразы, которые Джейк хочет им дать, помогут объяснить, почему люди в металлических шагоходах считаются кочевниками Оматикайя. Джейк хочет загрузить им несколько полезных книг для определения флоры и фауны, рецептов, которые люди медленно разрабатывали, книг по изучению языка или, по крайней мере, для определения слов, а ещё несколько запасных кастрюль и сковородок, которые у них были в запасе, вещей, которые пригодятся им, когда они будут разбивать лагерь.       Хару уже построил им радио. Вчера он потратил некоторое время на настройку модифицированного коммуникатора и вскоре установит его в системы AMP. Используя естественные передающие способности костюма, он мог усилить сигнал достаточно, чтобы они могли общаться по всему континенту, хотя он сказал, что сигнал, скорее всего, будет становиться нечётким с увеличением расстояния. Плюс, подключение радио к AMP обеспечит питание радио через аккумулятор AMP, поэтому им не придётся заряжать батареи специально для радио. Он собирался установить его сегодня, он принёс его с собой и просто нуждался в помощи Коннора, чтобы получить доступ к некоторым внутренним механизмам.       Джейк также предложил сделать оружие, подходящее для использования в AMP. У них был боевой нож, и это всё, так как они знали, что не смогут найти или сделать патроны для огнестрела, который можно прикрепить на костюм. Джейк предложил копьё, так как его было бы проще всего сделать и использовать. Им нужно было бы уметь защищаться от более крупных животных, которые могут быть достаточно смелыми, чтобы атаковать, и нож AMP был бы хорошим стартом, но он не должен быть единственным, что у них есть.       Джейк также упомянул, что у него есть фильмы и книги, которые они могли бы получить. Он был почти уверен, что у фильмов есть субтитры (по крайней мере, у большинства из них), так что они оба смогут ими насладиться. Кайли была ошеломлена этим заявлением и с нетерпением попросила и их тоже. Как только Джейк закончил обсуждать с ними их варианты, Джей и Форест позвали их, чтобы научить их делать лук и стрелы и стрелять из них. Ещё они быстро пробежались по основам охоты, рыбалки и добычи пропитания, при этом уважая животных и окружающий мир.       Около полудня Джейк отправился к Вратам Ада с Джеллибин и занялся их обычной торговлей. Инструменты, специи, особые детали и части, одеяла, фонари и новенькие таблетки в обмен на травку, выпивку и большой мешок сухофруктов, которые были практически заменой конфетам. Они обменялись следующими списками, и Джейк замер, размышляя. Он пропустил день рождения Аши, технически, её день рождения был на месяц раньше его, и он должен ей чертовски много, так что…       — Могу ли я… — он колеблется, и Аарон отрывает взгляд от бумаги, — я хочу добавить еще кое-что.       — Что конкретно? — Джейк рассказывает ему.       Аарон смотрит на него с минуту.       — Тебе лучше предложить что-то чертовски хорошее взамен, — наконец говорит Аарон. — Потому что это будет сложно.       — Если ты принесёшь мне это и всё, что нужно к нему, я достану тебе, э-э… — Джейк на мгновение задумался. — Как насчет рёбрышек? — спросил он, — рёбрышки и спинка шестинога. Ты знаешь, как готовить рёбрышки? — Аарон задумчиво почесал шею, и положил руку на комм.       — Эйден, ты знаешь, как готовить ребрышки? — пауза, — Круто. Да, это работает. Но… тебе нужно будет принести немного специй для этого. Для натирания, что-то с острым привкусом.       — Я дам тебе несколько вещей, которые должны подойти, — пообещал Джейк. — Ты можешь достать это для меня?       — Пан или пропал, — сказал Аарон. — Ради рёбрышек? О, да, мы разберёмся.       — Отлично. Тогда увидимся на следующей неделе, — сказал он.       Вернувшись, он присоединился к Эйтукану за изготовлением наконечников стрел. Через некоторое время прибыла Аша, выглядевшая ужасно. Она была отвратительно потной, слегка запыхавшейся, с ног до колен в грязи, на руках было несколько царапин, а из её подстриженных волос торчал один маленький листок. Джейк прервал свою работу, чтобы осмотреть её, обнаружив, что ей дали тренировочный лук и стрелы, которые висели у неё на плече. Думаю, она начала тренироваться сегодня, хотя Джейк задавался вопросом, кто ей помогал, учитывая, что лучшие охотники-люди собирались работать с Кайли и Коннором весь день. Аша глубоко вздохнула, а Джейк приготовился…       — Там так чертовски жарко и влажно, и я вся отвратительная и потная, — сказала она и сняла свой лук, отложив его, а затем с трудом выбралась из грязной и потной рубашки, бросив её на колени Джейка, оставшись в чёрном спортивном бюстгальтере, — …и устала, и мои руки болят, и мои ноги болят, и я хочу есть и пить, и всё болит, и я хочу домой, — пожаловалась она на одном длинном вздохе, а затем упала на колени и вытянула руки, чтобы сдержать себя, и плюхнулась лицом на пол рядом с ним, громко и жалобно застонав.       Джейк взглянул на Эйтукана, который смотрел на это с озадаченным выражением лица, а затем снова на Ашу.       — На этом с жалобами всё? — спросил он и потянулся, чтобы похлопать её по… очень мокрой спине, фу. — Ты закончила ныть, как сучка?       — …Ага.       — Хорошо. Ну, как прошёл твой первый день? — она подняла, казалось, чрезвычайно тяжелую руку и с лёгким стуком упёрлась большим пальцем в землю.       — Ладно, — сказал Джейк. — Так кого же ты тогда выбрала, чтобы он начал тебя тренировать?              — Нейтири, — Джейк закатил глаза.       — Конечно, у тебя было ужасное время, — сказал он раздражённо. — Нейтири — хороший учитель, но она жесткая и требовательная, и мало того, у неё сегодня похмелье. Ты собрала комбо.       — Проклятье.       — Честно говоря, мне жаль твою жалкую задницу, — сказал он.       — Иди на фиг. У меня такое чувство, будто я трижды боролась с самым крутым быком на ранчо и каждый раз падала на землю.       — Ну, ты же не умерла, — предположил Джейк.       — Ты уверен? Я чувствую себя мёртвой, — Джейк не мог не фыркнуть.       — Младший капрал Аша Мейес, доказывающая, что морпехи могут спать где угодно, — сказал он, повторяя старую шутку, и она рассмеялась.       — Ты шутишь, но я сейчас отключусь, ей-богу.       — Тогда поспи, — сказал Джейк. — Тебе ведь ничего не нужно делать, верно? Просто поспи, — она задумалась на минуту.       — Хм. Ладно, окей.       Она сделала глубокий вдох, ещё больше расслабляясь, и через несколько минут Джейк услышал, как она тихонько похрапывает в маске. Невероятный фокус от морского пехотинца. Джейк делал то же самое много раз во время суровой подготовки, которую они проходили в учебном лагере. Он отключался на полу, на столах, под столами, в джипах, на крышах танков, под БМП во всех других местах, где можно было бы попытаться отдохнуть и передохнуть. Джейк точно знает, что у Аши есть фотоплёнка, заполненная фото Джейка и других людей, которые уснули в нелепых местах. Джейк всё равно фыркает.       — Это было быстро, — комментирует он Эйтукану, который улыбается в ответ.       — Действительно, — соглашается старший мужчина, наблюдая, как поднимается и опускается её грудь. Он мельком смотрит на Джейка. — …Что вы, дети, делаете, когда исчезаете ночью, чтобы выпить?       — О, — сказал Джейк и смущенно потер шею. — Ничего плохого. Обычно мы просто разговариваем и шутим. Например, Нейтири рассказала мне о том, как она и её сестра сломали одно из ваших ожерелий и воссоздали его, чтобы их не наказали, — Эйтукан замер, моргая.       — Она тебе об этом рассказала?       — Да.       — …Они действительно проделали потрясающую работу, — признал Эйтукан, — Я был уверен, что они придут ко мне, чтобы извиниться и признаться в том, что они сделали, но потом я посмотрел на своё ожерелье в руках Сильванин, и оно выглядело, как будто оно и не ломалось, несмотря на все бусины, которые я подобрал с пола нашего семейного гамака. Я внезапно засомневался в том, что я правда собрал те бусины, и подумал, не померещилось ли мне это, — Джейк рассмеялся. — В тот момент я не знал, как разочароваться в них, я просто стоял там, держа в руках своё ожерелье, как дурак, не зная, что сказать или куда идти дальше. Мо’ат начала смеяться надо мной, — Джейк засмеялся громче, но постарался заглушить смех, чтобы не разбудить подругу.

***

      Джейку удалось закончить детали для футона на следующий день. Он сшил простые отрезы ткани, которые он сделал, чтобы получилось широкое полотно, сшил два больших листа вместе, чтобы получился толстый слой, который он будет использовать в качестве нижней части, пушистые волокна из ряда растений, которые нужны были для мягкости, немного сушёных цветочных лепестков, травы и мха, и трав. Это заняло большую часть утра, но он собрал всё это и разложил по полу, пока Аша разбирала каркас кровати и передавала матрас Хару и Еве, живущим по соседству. Сейчас разобранные каркасы кроватей будут лежать в корзине снаружи, пока Джейк не сможет выбросить их на одной из баз RDA, разбросанных по всей области.       Коробку Томми перенесли на рабочий стол Джейка, Аша вымыла пыльный пол, а затем, когда они положили футон на место кровати, они легли на него и, глядя в потолок, проверяли работу Джейка.       — …Это мило, — признала Аша. — Хорошая амортизация, мягко. Тепло и удобно. Мне нравится.       — Гораздо лучше, чем тот матрас, — сказал Джейк. — И он просторный. Я рад, что решил делать полноразмерный.       — Чувак, я не могу поверить, что ты это сделал. Я знаю, я видела, как ты это делал, но я не могу поверить, что ты это сделал.       — Круто, да? Вот почему мне так нравится ткать, — сказал он.       Она перевернулась на живот и глубоко вдохнула.       — Пахнет землёй, но в хорошем смысле. И, я так же чувствую запах лепестков цветов, вот оно, внимание к деталям.       — Спасибо, — сказал он довольный.       — Я могла бы привыкнуть спать на этом, — сказала она.       — Лучше бы да, если не хочешь попросить вернуть тебе матрас, — она усмехнулась в футон.       Джейк использовал остаток дня, чтобы приготовить еду для Кайли и Коннора, а позже они отправились к Хару и Еве на ужин. Джейк недавно охотился с Джеллибин и принёс хороший запас мяса, из которого они сделали бомбический чили. На’ви не могли есть острую пищу, но люди, конечно же могли, и они не могли насытиться ею. Они нашли эквивалент перца чили, у них были бобы, самое близкое к помидорам, что они смогли найти, и некоторые другие овощи с мясом йерика. На вкус это было не совсем похоже на классический чили на Земле, но в любом случае было вкусно и достаточно похоже, чтобы заставить человека тосковать по дому. Аша, чёрт возьми, чуть не заплакала в свою миску. Она из Техаса, чили означает дом. Плюс, она на четверть латиноамериканка по материнской линии, острая мексиканская еда — её любимая, и она привыкла есть её. Затем она заявила, что придумает, как приготовить тамале, даже если это будет последнее, что она сделает.       Ева, к тому времени уже опытная собирательница, сразу же начала предлагать идеи, а Джейк и Хару с интересом слушали, как женщины строили планы и обсуждали специи, бобы и перец чили.       — Они на самом деле растут довольно близко к району, откуда я собираю большую часть хлопка, — замечает Джейк. — Может быть, когда я поеду туда в следующий раз, ты поможешь мне собрать урожай, пока я найду немного перцев для…       — Йоу, Джейк, я люблю тебя, братан, но я не собираюсь собирать хлопок для белого человека.       Джейк замолкает.       — …Это не… — начинает он, останавливается, размышляя, что сказать в этой ситуации, потому что он не имел этого в виду, и она тоже это знает, так что это действительно просто смешно.       — Это не совсем… хлопок, точно…       — Я… — повторила Аша, положив руку ему на плечо, — …не собираю хлопок ни для какого белого человека. Даже для тебя.       — …Принято.

***

      Кайли и Коннор уехали около полудня следующего дня.       Джейк передал планшет, его память была заполнена всякой мелочью, которую он мог придумать, всё что им может понадобиться. У него были все заметки по языку на’ви, включая книги по языку, чтобы они могли узнать больше в своё время, как сделать краску, которой они густо намазали свой костюм AMP, если она смоется. Он включил описания того, как делать ткань, как делать корзины, самые безопасные места для ночлега, как избегать территории палулуканов и на что обращать внимание, чтобы убедиться, что вы не охотитесь в охотничьих угодьях палулуканов. Он объяснил важные аспекты культуры на’ви, чтобы они не наступали на ноги другим людям, советы и рекомендации по взаимодействию с Народом. Всего понемногу. На планшете также было загружено несколько книг и фильмов. Не так много, как у Джейка, но достаточно, чтобы занять их на некоторое время, по крайней мере.       Кайли использовала свой AMP, чтобы сделать прочное, большое копьё, подходящее для использования с костюмом, и использовала верёвку, прикреплённую к древку в двух точках, чтобы сделать своего рода пращу для него, чтобы руки были свободны, когда она в этом нуждалась. У них были их простые луки и несколько стрел с припасами. У них было немного еды, которую они могли взять с собой, на первые несколько дней их путешествия и полная батарея на AMP. Они были максимально подготовлены, поэтому, как только они собрали всё необходимое, то отправились в путь. Наблюдая, как они уходят, Джейк ощущал горько-сладкий привкус во рту. Он почти хотел, чтобы они остались, он бы хотел узнать их поближе, но у них были свои цели, и он не собирался мешать им увидеть этот большой прекрасный мир.       Костюм исчез, попрощавшись с ними. Для большинства это выглядело бы как прощальный взмах, но Джейк мог видеть намерения, стоящие за движениями больших металлических рук.       Аша на мгновение пожевала внутреннюю часть щеки, наблюдая за той частью леса, где исчезла пара.       — …Хару сказал, что поможет мне с кожевенным делом, — наконец сказала она, — очевидно, он иногда им помогает. Достаточно хорошо знает на’ви, чтобы разговаривать с ними. Но он говорит, что ты всё равно лучше, так что… хочешь помочь мне и научить меня чему-то большему?       — …Хорошо.       Джейк был прав — Аша преуспевала с кожей в руках и ни разу не проткнула себя кожаным шилом. Как будто она лучше чувствовала материал и то, как он реагировал. Может быть, так и было, десятилетие верховой езды и работы с упряжью, сёдлами и многим другим, может быть, она знала, как реагирует материал и работала лучше, чем с тканью. Джейк всегда считал кожу… негибкой в ​​каком-то смысле, поэтому он предпочитал ткань.       Ма’токса была в восторге от того, что у неё есть ученица, которую можно учить, хотя ни одна из женщин не говорила на языке другой. Она отметила, что у Аши есть некий природный талант, хотя его нужно оттачивать и приобрести опыт, чтобы его подкрепить.

***

      На следующий день шёл дождь, причём чертовски сильный. Джейк, который чувствовал необходимость быть в своём сноходце, так как вчера он был человеком, обнаружил себя в тесноте собственного дома и слегка промокшим, используя одну из масок на’ви, пока Аша распаковывала свой набор для татуировок.       — Итак, сегодня я просто сделаю контур, — прокомментировала она, — честно говоря, я не думаю, что нам стоит делать полностью чёрный рисунок, на него уйдёт чёртова тонна чернил, и я работаю над некоторыми идеями, которые могут понравиться тебе больше, но контур обязателен.       — Конечно, — согласился Джейк, пока пытался снять рубашку, чтобы не беспокоиться о том, что ткань будет мешать, плюс он быстрее высохнет.       Он оглядывает свой дом и изучает мобильный блок с небольшим чувством зачарованности. Его тело находится там, его человеческая форма. Он может видеть своё лицо на мониторе и всё такое. Аша, конечно, нарисовала на экране мультяшные усы, что как бы режет чувство благоговения Джейка, но странно быть так близко. Это немного похоже на пролом в четвертой стене.       — Ладно, я думаю, мне будет проще, если ты ляжешь на бок, чтобы у меня был хороший доступ к твоему плечу. Думаю, тебе стоит лечь на футон, — сказала она, и он устроился поудобнее, пока она очистила его плечо, провела стерильную салфетку по коже, а затем потратила немного времени, обводя маркером контур татуировки, чтобы убедиться, что она хорошо спланировала дизайн и может просто следовать ему.       — Кожа на’ви немного толще человеческой, — заметил он, пока она обводила контур.       — Я могу с этим работать, — подтвердила она. — Ладно, это… — она встала, расставив ноги по обе стороны от него, чтобы критически рассмотреть контур сверху. Она посмотрела на свой планшет, на котором был дизайн, и сравнила рисунки. — Идеально, — подтвердила она, — Давай приступим.       Она закончила настраивать татуировочную машинку, налила немного чернил и принялась за работу, медленно и методично работая над кожей, пока они слушали старые хиты Аши. Джейку больше всего нравилось старое диско, плюс несколько старых рок-хитов, но Аше нравились старые поп- и альтернативные исполнители. Большая поклонница Леди Гаги, исторической сертифицированной иконы, плюс несколько других известных имён, таких как Хозиер, Кендрик Ламар и так далее. Качественный звук, просто не для Джейка. Но она делает ему огромную татуировку совершенно бесплатно (или, по крайней мере, не за наличные, она живёт в его? их? доме), так что он не будет жаловаться на музыку, которую слушает его татуировщик. Она очень сильно старается не подпрыгнуть, когда раздается стук в окно, но она отдёргивает иглу от кожи Джейка, когда они оба смотрят вверх.       — Скажи им, чтобы зашли, — сказал Джейк, и она встала. Входят Нейтири и Тсу’тей, с них повсюду капает вода, и Нейтири пытается выжать воду из своей косы, пока Тсу’тей проводит рукой по своей коже.       — Йоу! — восклицает Аша. — Ты не могла сделать это дерьмо в шлюзе? — они замирают, замечая образовавшуюся лужу воды.       Аша фыркает и отстраняется от Джейка, хватая… все полотенца, которые у них есть, и бросая их в них, а несколько бросая на пол, чтобы они впитали воду.       — Привет, ребята, — приветствует Джейк с пола. — Безумная погода, да?       — Там настоящий водопад, — соглашается Тсу’тей, вытирая кожу полотенцем и используя его, чтобы высушить цвин.       — Мы думали, что ты, скорее всего, будешь дома, и поскольку у нас сегодня нет никаких дел, мы пришли в гости, — продолжила Нейтири.       Аша вытирает воду с пола, ворча, и Нейтири пытается помочь. Как только лужа исчезает, Аша берет использованные полотенца, бросая их в кучу белья в углу.       — Что ты делаешь? — спрашивает Нейтири, придвигаясь ближе, чтобы посмотреть на его плечо.       — О, ты красишь свою кожу, — понимает Тсу’тей и протягивает руку.       Аша отталкивает его руку, и он шипит.       — Не трогай! Не сделано! — настаивала она.       — Да, рисунок сейчас, э-э, трогать нехорошо, — сказал Джейк.       — Ладно, ладно, — ворчит Тсу’тей, садясь у ног Джейка, которые свисают с футона.       Нейтири обходит Ашу, чтобы взять другую маску на’ви, и обнаруживает, что она единственная, так как Джейк тоже использует одну.       — Нам придётся делиться, — говорит она Тсу’тею, садясь рядом с ним.       — Мы справимся. У нас было… — Тсу’тей колеблется, с надеждой глядя на Джейка, но явно пытаясь быть несколько беспечным. — Я также надеялся, возможно… посмотреть следующий фильм? — он честно пытается.       Джейк смеётся.       — Эй, Эш, — сказал он, глядя на неё. — Хочешь посмотреть «Империя наносит ответный удар»?       — Ох! Мне бы не помешал небольшой фоновый шум, — соглашается она и движется, чтобы поставить фильм, пока Джейк как бы застрял на месте. — Фильм в дождливый день. Мне нравится! — Джейк мог бы встать и помочь ей, он не инвалид, но когда Аша говорит «Не двигайся, когда я делаю тебе татуировку» она имеет в виду «не двигайся, мать твою».       Через несколько минут Фильм таки начинается, и Аша возвращается назад, снова запуская татуировочную машину, рисуя контур. Джейк устраивается поудобнее, и готовится объяснить небольшие аспекты, с которыми на’ви могут быть незнакомы. Для начала ему нужно объяснить снег и лёд, так как фильм начинается на Хоте, где в ледниковых пещерных системах расположена скрытая база повстанцев. Ему предстоит объяснить действие бактерии бакта — воображаемого вещества, ускоряющего процесс заживления ран.       — Люди прикладывают огромные усилия, чтобы рассказать эти истории, — комментирует Нейтири, наблюдая за ними. — Они построили все эти сцены, спроектировали все эти воображаемые машины и корабли…       — О да, когда у нас есть время, страсть и творческие способности, мы посвящаем всего себя искусству. Сценография, киноискусство, построение мира — мы это любим.       — Вы все могли бы вести эти разговоры на более английском языке ради бедняги, который едва ли знает хоть слово на языке на’ви, — комментирует Аша, что… справедливо.       — Тебе стоит немного больше практиковаться, — отвечает Джейк. Она ворчит.       Начинается битва, и все эвакуируются, расходясь в разных направлениях. Сокол борется со своим гипердвигателем, и Люк совершает аварийную посадку на Дагобе, в конечном итоге встречаясь с Йодой. В конце концов Джейку приходится объяснять концепцию охотников за головами, но, по-видимому, у на’ви есть похожее понятие: syeptute, ловец людей. На’ви способны совершать преступления, и иногда их нужно выслеживать, задерживать и осуждать, как и людей.       Аша заканчивает контур примерно в это время и осторожно вытирает плечо Джейка, одобрительно разглядывая получившиеся линии. Она фотографирует рисунок для своих заметок, прежде чем они приступят к обработке кожи. В идеальном мире она бы завернула его в ту странную пластиковую пленку, которую обычно продают в тату-салонах, но у них её нет, поэтому они довольствуются следующим лучшим решением: обмазывают его мазью и накладывают повязку, чтобы защитить кожу и оставить мазь на месте.       Они наблюдают всю сцену с Лэндо Калриссианом, его городом в облаках. Внутреннее смятение Люка. Предательство Лэндо, Люк чувствует надвигающуюся опасность и спешит на помощь. Когда Люк и Дарт Вейдер начинают свою битву, Джейк и Аша ухмыляются друг другу, а затем двум на’ви, завороженным историей. Они оба ахают, когда Вейдер отрезает руку Люку, но сейчас должно произойти самое лучшее, так что ни один из людей даже не вздрагивает, просто наблюдая за выражениями лиц охотников Оматикайя.

— Оби-Ван никогда не рассказывал тебе, что случилось с твоим отцом, — говорит Дарт Вейдер.

— Он сказал мне достаточно! Он сказал мне, что ты убил его.

— Нет, — говорит Вейдер, — Я твой отец.

      Нейтири ахает, её челюсть отвисает, глаза широко раскрыты. Руки взлетают ко рту в шоке. Тсу’тей резко выплевывает:       — Кельцун! — Аша хватает Джейка за плечо и трясёт его, плечи сотрясаются от сдержанного смеха, поскольку они пытаются не рассмеяться и не испортить момент для на’ви.

— Нет… нет, это неправда! — кричит Люк, — Это невозможно!

— Проверь свои чувства, и ты поймешь, что это правда!

— Нет! — кричит Люк, — Неееет!

— Люк, ты можешь уничтожить Императора. Он предвидел это, это твоя судьба. Присоединяйся ко мне, и вместе мы сможем править галактикой! Как отец и сын! … Пойдем со мной, это единственный путь.

      И Люк быстро падает в пропасть, чтобы уйти от злодея. Они наблюдают, как герои убегают и перегруппировываются. Лэндо и Чуи отправляются на поиски Хана, а Люк и Лея наблюдают, как они уходят, завершая сегмент истории.       — Ая! Этого не может быть! — жалуется Нейтири, и люди в ответ смеются. — Нет!       — Жестоко скрывать от нас эту историю, — раздражённо фыркает Тсу’тей, прижав уши к голове.       — Следующий раз мы посмотрим приквелы, — говорит Джейк Аше.       — О, здорово! Тогда по хорошему надо будет смотреть все фильмы. Мы собираемся поставить, чёрт, э-э-э… «Скрытую угрозу»?       — Нет, пусть варятся. Это моя месть за то, что они меня толкнули и сломали мою коляску, — Аша уставилась на него.       — Ты злой ублюдок. Я забыла, что ты иногда можешь быть подлым мудаком. Ладно, конечно. Пусть варятся. Ну, и что нам теперь делать? — Джейк задумался. Дождь всё ещё шёл, и, скорее всего, будет идти ещё некоторое время. Было уже немного за полдень, так что технически у них ещё был запас дневного света.       — Поработаем? — предлагает он.       Аша работает на планшете за столом Джейка, и Джейку удаётся уговорить Нейтири и Тсу’тея помочь ему сделать краску из некоторых материалов, которые он недавно собрал. Йеёнго начала обучать Джейка ручной росписи ткани, так как ему мало что нужно знать о ткачестве, вышивке и нескольких других навыках, которые он освоил за шесть месяцев. Это немного проще, чем вышивка, технически, но требует твёрдых рук и большой предусмотрительности, поскольку это не похоже на вышивку — ты не можешь просто стереть то, что нанёс. Также в некоторых случаях требуются немного другие красители. Джейку нужно будет сделать несколько кистей для этой задачи, но он хотел бы иметь запас краски, чтобы использовать и практиковаться на остатках ткани, которые у него остались от его проектов. Кроме того, у него пока нет материалов для изготовления этих кистей. Ему нужно определённое растительное волокно для щетины.       — Как думаешь, мы можем выменять чернила? — спрашивает Аша, разглядывая свой планшет.       — Возможно, — соглашается Джейк. — Но мы также могли бы сделать что-то своё. Это не должно сильно отличаться от краски и красителя, просто… немного другой состав. У меня, вероятно, есть несколько книг о традиционных методах татуировки на одном из моих планшетов, а ещё ты можешь поспрашивать у на’ви, используют ли они что-то похожее, — Аша хмыкнула. — Что ты планируешь?       — Не уверена, у меня есть несколько идей, которые могут тебе понравиться, но проблема не в татуировке, а в том, чтобы нанести татуировку на кожу таким образом, чтобы она сочеталась с твоими полосками и дополняла их, — объяснила она. — Как… как перекрытие. Ты не просто наносишь рисунок, ты работаешь с существующей татуировкой, интегрируешь её. Вот почему я сфотографировала твою татуировку, когда закончила. Я использую её, чтобы набросать некоторые планы.       — Хм, — задумался Джейк. — Не подумал об этом.       — Вот почему я — татуировщик, а ты — ткач, — сказала она.       — Справедливо.       — …Йоу, вы двое хотите посмотреть мои видео, где Джейк делает глупости? — спрашивает Аша, и оба на’ви замирают, глядя на неё.       — Да, — говорят они одновременно.       — Кавук! — громко объявляет Джейк, и их озорные, радостные улыбки обнажают сверкающие зубы в ответ на его заявление о предательстве.       Итак, Аша — стерва и показывает им видео следующего содержания:              Однажды Джейк избил парня за то, что тот ходил по полу, который он только что вымыл уже три раза.

— Ты идёшь по этому полу, который я мыл уже три раза, и я вымою этот пол тобой.

             — Но… у меня встреча с первым сержантом…

      

      — Тогда лезь через ёбаное окно! Ты испачкаешь мой свежий пол, я испачкаю тебя, клянусь!       Солдат попытался пробежать по полу, но Джейк с силой ударил его шваброй по лицу, вырубив его с мокрым шлепком, а затем фактически использовал тело мужчины, чтобы физически стереть следы его обуви, которые тот оставил, несмотря на то, что он сопротивлялся.

_____________________________________

Серия видео, в которых «Рядовой Салли снова доказывает, что морпехи могут спать где угодно». Включая короткие видеоролики, на которых он спит на полу, на земле, в грязи, в грузовике, на грузовике, используя камень в качестве подушки, используя коробку с сухим пайком в качестве подушки, используя сослуживца в качестве подушки, спит на пустой полке, спит на столе, спит под столом, спит в куче отключившихся курсантов, спит на множестве неудобных стульев и однажды спит лицом вниз, как труп, на крыше БМП, и ещё несколько.

_____________________________________

Обучение работе с электрошокером.

(«Это как… молния в ружье», — объясняет Джейк, наблюдая, как двое людей крепко, надёжно держат его за руки.)

Он показывает Аше знак мира, записывая. «Тазер-тазер-тазер», — говорит мужчина за кадром.

Хлопающий звук, треск. Джейк продолжает издавать смущающий звук типа «ха-зарк!», и они осторожно опускают его на землю, пока всё его тело напрягается, электричество пробегает по нему, а люди вокруг смеются. Как только это прекращается, он полностью обмякает с глубоким стоном в мат.

(«Чёрт, это было чертовски больно», — вспоминает Аша.)

____________________________________

Однажды Аша примотала его скотчем к вращающемуся стулу.

Джейк пригнулся, приклеенный скотчем к вращающемуся стулу, его толкали вперёд и назад между двумя парнями на койках, пока он ругался и пытался их пнуть, все смеялись. А потом заходит их сержант-инструктор, и Джейк проносится мимо парня, который должен был его поймать, все встают по стойке смирно, когда Джейк врезается в стену, и падает вместе со стулом.

Сержант-инструктор смотрит на него сверху вниз.

— Рядовой, не могли бы вы объяснить, что вы делаете?

— Сэр, нет, сэр! — отвечает он.

— Вас привязали к этому стулу, верно?

— Сэр, да, сэр!

— Кто это с тобой сделал, солдат?

— Сэр, никто, сэр!

— Ты хочешь сказать, что ты сам приклеил свою задницу к этому стулу?

— Сэр, да, сэр!

— Отличная работа, рядовой Салли! Если тебе удалось прикрепить себя к этому стулу, я думаю, ты сможешь отцепиться без помощи кого-либо из твоих сослуживцев, я прав?

— …Сэр, да, сэр!

— Фантастика! — сержант-инструктор выпрямляется, чтобы обратиться к остальным, — Никто не помогайте этому человеку! — громко крикнул он, указывая на Джейка.

— Сэр, да, сэр! — раздалось в ответ из каждого угла комнаты, и мужчина исчез.

Раздался удар, и Джейк начал ругаться и сильнее дергать ногами, отчаянно пытаясь освободиться от ленты. Аша, смеясь за камерой, подошла к нему, чтобы посмотреть на его красное лицо, когда он напрягался, пытаясь вырваться из ленты.

— Помоги мне, ты, задница! — потребовал от нее Джейк. — Ты сделала это со мной, и я тебя не сдал, так что помоги мне!

— Ты слышал, сержанта по строевой подготовке, я ни хрена не умею, сынок.

— Когда я выберусь отсюда, я засуну свой ботинок тебе в задницу так глубоко, что ты почувствуешь вкус резины! — кипел он.

(«Ему действительно удалось освободиться… на следующее утро», — сказала Аша. «И первое, что он сделал, — схватил меня и прижал к земле, плюнув мне в ухо. Это было так мерзко. Я заслужила это, но это было так мерзко».

«Я могу быть жестоким и подлым ублюдком, когда захочу», — сказал Джейк, пожав плечами.

«Я не горжусь тем, что сделал это, но я провёл около шести часов, лежа на полу, приклеенный к сломанному стулу, без всякой помощи, и я был зол».)

__________________________________

И, наконец, видео, где Джейк танцует в гей-баре.

Аша затащила его в этот бар, когда он был в отпуске, видео приближалось к его лицу, когда мужчина, обхвативший руками талию Джейка, говорил ему на ухо. У Джейка тени для век в цветах флага би-прайда, сетчатая рубашка, которая демонстрирует его тело, и узкие чёрные джинсы.

— Давай, белый мальчик, давай! — кричит Аша сквозь грохот музыки.

Выражение лица, которое корчит Джейк на камеру, невероятно. Это любопытство-сомнение-раздражение-закатывание глаз-раздражение-снова раздражение-и суровое невпечатлённое выражение, а затем Джейк отстраняется и направляется обратно к Аше за столиком.

— Ой-ой, что случилось?! — сказала Аша.

Джейк садится в кабинку рядом с… Томми, у которого в руке пиво, а на лице — любопытство.

— Йоу, он милый, что случилось? — спрашивает его Аша.

— Он просил секс втроем, — ответил Джейк. — Потому что я бисексуал. Господи Иисусе.

Клянусь, люди видят мой би-макияж и думают, что это значит, что я свободен. Я пытаюсь отсосать у него, а не трахнуть его девушку.

Аша смеётся, Томми смотрит в стол, как будто это как-то ему поможет, прижав руку ко лбу, как будто он не может поверить своим ушам. Джейк замечает.

— Ты слышал, что я сказал? — спрашивает он Томми прямо, громко говоря ему в ухо, и кладет руку ему на затылок, чтобы удержать на месте. — Я сказал, что я пытался отсосать его член, а не тр…

— Спасибо! Да! Я слышал, понял! — сказал Томми, отстраняясь, пока Джейк хохочет. — О, боже… Не могу поверить, что тебе удалось убедить меня покинуть мою учебную группу ради этого, — говорит он раздражённо, и оба морпеха хохочут.

__________________________________

      — О, чувак, мне нравился этот бар, — сказал Джейк, потому что он не уверен, сможет ли обсуждать Томми, не дрогнув при этом в голосе.       — У них были самые потрясающие коктейли, — с тоской сказала Аша.       — Конечно, это был гей-бар. Фруктовые напитки для фруктовых людей, — она рассмеялась, и на’ви выглядели смущёнными. «Фруктовый», конечно, это сленг, которого на’ви не знают. — «Фруктовый» может быть сленгом, как и «голубой». Как и называть кого-то «фруктом». Это немного оскорбительно, если это говорит кто-то со злым умыслом. Я не знаю происхождения этого слова, извините.       — Что именно сказал этот человек, что тебя оскорбило? — спросила Нейтири, слегка смутившись.       — Итак… — Джейк размышляет, как это объяснить. — Ты же знаешь, что такое стереотипы, да? — они кивнули.       — Ну, стереотип о бисексуальных людях заключается в том, что они кокетливы, много занимаются сексом и заинтересованы и готовы заниматься сексом втроём просто потому, что их привлекают и мужчины, и женщины, поэтому они с радостью присоединятся к паре для секса, если представится такая возможность. Это… раздражает, когда люди флиртуют с тобой, потому что ты бисексуал, в надежде исполнить эту фантазию. Такое чувство, будто за тобой охотятся, немного преследуют. Мне был интересен этот парень, и только он, поэтому, когда он сказал: «Хочешь переспать со мной и моей девушкой», я просто разозлился. Кто, чёрт возьми, твоя девушка? Я не встречался с этим другим человеком, я не знал, что у этого парня есть девушка, моей целью было потанцевать с этим парнем и посмотреть, что из этого получится с ним, и только с ним, а не с какой-то третьей стороной, о существовании которой я не знал, — раздражённо сказал Джейк. — Я имею в виду, секс втроём может быть забавным, но я определённо хотел бы знать, во что ввязываюсь, прежде чем что-то произойдёт. Просто очень раздражает, когда люди делают предположения, основываясь на подобных вещах.       — Понятно, — размышлял Тсу’тей, — Это, должно быть, раздражает, когда приходится опасаться, что эти ожидания всплывут наружу.       — Так и есть, — свободно сказал Джейк. — Но неважно. Это стало менее важной проблемой после того, как меня парализовало. Люди на самом деле не хотят заниматься сексом с парализованным, так что это, по сути, положило конец этим ожиданиям.       — Их потеря, — сказала Аша, — Потому что, как я слышала, ты действительно хорош в обращении с руками и ртом, тебе не нужен рабочий прибор, чтобы заставить кого-то почувствовать себя хорошо.       — Эх, я был слишком подавлен, чтобы действительно интересоваться этим после возвращения, по крайней мере, в течение нескольких лет. Физическая травма и депрессия подавляют твоё сексуальное влечение, — уши Нейтири и Тсу’тея покраснели, поэтому Джейк пытается сменить тему. — В любом случае. Да, мы с Ашей встретились на базовой подготовке, которая является отправной точкой для всех человеческих воинов. Мы попали в большой хаос в те первые несколько месяцев. Включая тот раз, когда она привязала меня к стулу, и те разы, когда она меня поджигала.       — Ты когда-нибудь забудешь про это?       — Почему я должен это делать? — спросил Джейк. — Ты сожгла мне волосы на руках!       — Зачем тебе они вообще нужны? — фыркнула она.       — О, Эйва, дай мне сил устоять перед соблазном бросить эту женщину в реку, — пробормотал Джейк. Нейтири слегка хихикает.       — Ты говоришь как Тсу’тей, — Тсу’тей хмурится, а Джейк и Нетири смеются в ответ.

***      

      Джейк просыпается от того, что что-то прижимается его к лопатке. Он издаёт сонно-хриплый звук и поворачивает голову к Аше.       — Блин, прости, — шепчет она, отдергивая руку, словно он ее обжег, — Не хотела… тебя разбудить.       Джейк секунду смотрит на нее. У неё в руке ночник, похоже, она привезла его с Земли, потому что он его не узнает. Это какая-то милая маленькая штучка, похожая на мультяшного кота, и она переливается цветами радуги. В тусклом свете он видит, что она немного вспотела, а её глаза выглядят… почти испуганными?       — Кошмар? — бормочет он в ответ.       — Я… да, вроде того, — допускает она. — Я, э-э… — Джейк с легким хрюканьем переворачивается на спину и делает жест руками.       — Иди сюда. Давай, прижимайся, — она фыркнула, но выключила свет, чтобы отложить его в сторону, и пошевелилась, пока её голова не оказалась на его плече, обняв его рукой. Джейк коротко погладил её по спине, пока она поправляла их одеяла.       — Это отстой, но ты в порядке. Мы в порядке, — сказал он.       — Ага.       — Просто дыши, всё кончено. Все кончено, — Джейк засыпает первым, он знает, что засыпает, но надеется, что близость поможет ей тоже заснуть.

***

      Йеёнго действительно хороша в ручной росписи тканей. Она как будто может создать полный дизайн в уме, точно знает, куда положить кисть, закрученные лозы и яркие цветы, и замысловатые узоры, оживающие на куске ткани. Джейк внимательно наблюдает. Конечно, он может использовать уголь, чтобы набросать дизайн на ткани, но как только он будет готов, он должен быть осторожен и уверен, когда соберётся наносить концентрированные красители аккуратно и методично, чтобы краска не растекалась и не портила линии. Он также должен научиться накладывать слои, как для дизайна, так и для простого окрашивания. Есть также ряд дизайнов и узоров, которые он должен выучить, представляющих Эйву, животных, растительный мир, на’ви, природные особенности мира, истории и духов.       К тому же есть особый способ стирать ткань, чтобы закрепить краситель так, чтобы он не вымывался при стирке, если вообще вымывался. Этому нужно многому научиться. Но это очень увлекательно, и ему дали практические материалы: определённый пористый лист размером примерно с обе его руки сноходца, который впитывает краситель, как ткань, но не обладают гибкостью ткани. Хорошо подходит для использования в качестве бумаги или в качестве листа для практики узоров, которые он должен выучить. Пока он это делает, снова и снова практикуя узоры, изображающие животных, клан суетится вокруг. Сегодня Аша помогает с па’ли, пришли охотники-люди, отправляющиеся в патруль с на’ви, люди, которые помогают собирателям, некоторые помогают поварам и мясникам. Джейк должен признать, что ему нравится такая домашняя жизнь клана. Сообщество, как человеческое, так и на’ви. Просто быть занятым, выполнять задания, наслаждаться компанией друзей и осваивать новые навыки. Это не тихо, но мирно.       Вот почему, когда Джей вбегает в Дерево, срывает с себя маску и свистит так резко, что звук режет воздух, словно нож, на неё устремлены многие глаза.       — Вертолет приближается, люди, прячьтесь! — кричит она, и люди разбегаются, как тараканы, бросая то, что они делали.       Большинство направляется в пещеры, некоторые прячутся в корнях, чтобы их не было видно, несколько поднимаются по спирали…       Джейк отрывается от земли, чтобы направиться к передней части дерева, находит Эйтукана, стоящего там и смотрящего в небо. Джейк слышит его сейчас — далёкий тихий гул в воздухе, когда он стоит рядом с мужчиной, оба внимательно слушают, как воины направляются к передней части дерева с луками в руках, а на’ви направляются внутрь в поисках укрытия.       — …Похоже, вертолёт только один, — сказал Джейк через мгновение. — Это не атака. Бульдозеры через несколько месяцев доберутся до места, где вы их остановите, а у одного корабля нет такой огневой мощи для лобовой атаки. Может быть, это посыльный, — Эйтукан хмыкнул, кивая. — Я буду держаться поблизости, чтобы послушать, — сказал он. — Но что бы они ни говорили, выслушайте их, чтобы мы знали, чего ожидать, а не просто прогоняйте их.       — Конечно. Иди.       Джейк возвращается в Дерево Дома, прячась вдоль внешних корней, чтобы слышать и, может быть, даже видеть, если он достаточно осмелеет, чтобы заглянуть за угол. Через минуту Аша проскальзывает рядом с ним.       — Напряжённый день, — отмечает она.       — Да не то слово, — отвечает он и чувствует, как усиливается ветер, когда корабль — «Самсон» — медленно и осторожно приземляется на окраине травянистой местности, окружающей Дерево Дома. Проходит несколько минут, прежде чем корабль выключается, а пассажир вылезает, давая на’ви время осмотреть корабль и единственного пассажира — смуглая женщина с длинными волосами, собранными в пучок, в цветах SecOps. Насколько Джейк мог видеть, у неё не было при себе никакого оружия, хотя, похоже, на спине у неё висела какая-то сумка, и она медленно приближалась, мирно подняв руки. Джейк наклонился, чтобы послушать повнимательнее, и повёл ухом в том направлении.       — Простите за беспокойство, я пришла с миром, — сказала она, стоя примерно в двадцати футах от группы и не желая подходить ближе.       — Небесным людям не разрешено сюда приходить. Ты должна быть благодарна, что мы не уничтожили твой металлический корабль вместе с тобой, — ворчливо говорит Эйтукан. — Что ты ищешь здесь?       — Я просто пытаюсь найти Джейка Салли, оператора аватара, который живёт где-то на территории Оматикайя, — отвечает она.       — Мы ничего не знаем об этом человеке, — фыркает Эйтукан. — Ты зря потратила время.       — Я не идиотка, не может быть, чтобы вы не знали ничего обо всех людях, покинувших Врата Ада. Не может быть, чтобы вы не заметили около пятидесяти человек, бродящих по лесу. Пожалуйста, мне просто нужно знать, где он. Вот и всё, и я уйду.       Джейк немного наклоняется из-за угла, чтобы рассмотреть её, пытаясь выяснить её мотив. Если бы она была здесь от имени SecOps, она, вероятно, не стала бы умолять. Он прищурился, пытаясь понять, не дезертир ли она, которая просто решила пойти по легкому пути. Тем не менее, подозрительно, что она одна и ищет его напрямую, не спрашивая о человеческих лагерях или чем-то подобном.       — Оматикайя не смешивает дела Небесных Людей с нашими делами, — категорически заявил Эйтукан.       Джейк продолжал разглядывать женщину, замечая, что выражение её лица становится немного отчаянным.       — Пожалуйста, я не хочу… — маленькая пухлая бледная рука высовывается из сумки на её спине и дёргает несколько выбившихся волосков на затылке, отчего она морщится. И взгляд на крошечную руку останавливает все разумные мыслительные процессы в голове Джейка. Он высовывается из своего укрытия и громко восклицает:       — Это что, чёртов ребёнок?!