Поклоняясь праху (Worship the Ashes)

      Джейк был по пояс в воде, когда его уши дёрнулись, услышав шелест листвы. Он поправил копьё и повернулся, заметив, как из леса появляется Тсу’тей. Наступила тишина, когда их глаза встретились.       Тсу’тей повернул голову и слегка нахмурился.       — Я… прошу прощения за то, что избегаю тебя, — сказал тот неохотно.       — Нейтири наорала на тебя или что? — спросил Джейк, выходя из воды.       Вчера он не видел ни следа этой пары. Не после того, как Нейтири ушла. А сейчас был уже вечер, и он, честно говоря, тоже не ожидал никого увидеть сегодня. По общему признанию, Джейк избегал мыслей об отсутствии Тсу’тея. Вместо этого тот был занят количеством людей, которых они теперь спрятали в лесу. Но он не мог избавиться от странного чувства в позвоночнике, дискомфорта и настороженности при виде этого на’ви.       Уши Тсу’тея прижались к черепу.       — Она это сделала, не так ли? — сказал Джейк.       Он устало вздохнул сквозь странное чувство разочарования, свернувшееся у него в животе.       — Всё в порядке. Честно говоря, я… если ты не хочешь быть рядом со мной, я понимаю, почему.       — Это не так! — огрызнулся Тсу’тей.       Джейк недоверчиво посмотрел на него, прижав уши.       — Действительно? Потому что у всех есть истории о палулукан макто, о том, какие они опасные, дикие, почти не на’ви. Они посылают за ними лучших охотников, чтобы убить их. И ты, приятель, один из лучших охотников. Я провёл день в убеждении, что тебя или Нейтири пошлют за мной. И даже когда Нейтири пришла сюда, чтобы сказать мне, что меня не убьют или не отошлют, ты не появился ни в тот день, ни на следующий. Вы с Нейтири — мои лучшие друзья. А ты приходишь извиниться только тогда, когда Нейтири просит тебя об этом? Не обязательно лгать мне в лицо.       — Я не вру! Я… ух! Ты так расстраиваешь!       — Часть моего очарования, — фыркает Джейк, подходя к берегу, чтобы прислонить копьё к дереву, где он обычно его оставляет, и собрать пойманную рыбу.       — Прекрати! — зашипел Тсу’тей и дёрнул себя за хвост, — Послушай меня, идиот!       Джейк разворачивается, отдёргивая хвост назад.       — Что?! — требовательно рыкнул морпех.       — Што мне было делать?! Это вряд ли легко игнорировать, не говоря уже о том, чтобы говорить об этом.       — Ты не можешь… — сказал Джейк, расстраиваясь, — Игнорировать ситуацию — чушь собачья, и ты это знаешь. Поэтому, если бы ты просто пришел поговорить со мной, а не только тогда, когда тебя заставляют извиняться, возможно, нам обоим было бы легче!       — Это самое простое…       — Я палулукан ! — Джейк прервал его, сместившись вперёд, заставляя охотника отодвинулся назад, — Нельзя обойти или игнорировать это. Не ври себе. Я научился охотиться как палулукан. Меня представили Эйве как палулукана, я убивал и пировал как палулукан. И ты должен посмотреть мне в глаза и понять это, а не что бы это ни было, чёрт возьми. Посмотри мне в глаза и скажи мне прямо, что ты хочешь сказать!       Тсу’тей молчал.       — Я не знаю. Я не знаю, что я чувствую и о чём думаю. Всё это очень странно и удивительно. Я ненавидел оставаться вдали от тебя. Мне очень нравилось проводить с тобой время, ты… ты заставляешь меня смеяться. Мне нравилось сидеть с тобой, но я не знал, что сказать или сделать. И тогда Нейтири сказала мне перестать быть идиотом и извиниться за своё отсутствие. Но даже сейчас я не знаю, что ещё сказать.       Джейк выдохнул, и вместе с этим прошла вся его борьба.       — …Да, это справедливо.       — …Но я… последние несколько дней я думал о чём-то. О том, что ты сказал. Об этом я могу говорить. Это единственное, что я могу понять достаточно, чтобы озвучить. Ты сказал, что дал мне кости и панцири с твоей первой охоты.       — Да, — согласился морпех, наклонив голову.       Тсу’тей откашлялся, прижав уши.       - Это очень… важно. Посвятить свою первую охоту кому-то, подарить лучшие части — это… метод ухаживания среди… воинов.       Уши Джейка горели. На’ви не краснели. Их кожа была слишком толстой, но вот уши были вполне способны на это. Это было такое странное ощущение — чувствовать жар по бокам головы, а не спереди.        — Ох, — выдавил он, — Прости, я не… я имею в виду, если… Ты помолвлен ​​с Нейтири. Извини, если это поставит тебя в… неудобную ситуацию. Я просто… ты пришёл, и я хотел с тобой поделиться.       — Я так и думал, я просто… — Тсу’тей помялся, выглядя смущённым, — Остальные оставляли комментарии по этому поводу, и это затруднило попытку посетить.       — Чёрт, мне так жаль.       — Всё в порядке, всё в порядке, — заверил другой мужчина, — Я просто…        Он выглядел так, будто хотел сказать больше, но не смог. В его глазах была щепотка печали и сожаления. Тсу’тей выглядел немного беспомощным. Он вздохнул.       — Я думал, тибе следует знать, — сказал он наконец, — И мне жаль, что я не пришёл поговорить с тобой. Я сожалею, что не пришёл раньше.       — Я понимаю, — заверил Джейк и заколебался, — Ты, эм, хочешь остаться на ужин? Мы… Мы с ребятами придумали, как воссоздать человеческую еду под названием рыбные тако. Сделаем их сегодня вечером.       Тсу’тей помедлил секунду, а затем кивнул.       — …Итак, в соседнем доме Серрано всегда были мы, когда они готовили достаточно еды для армии. И в результате я многому научился на кухне сеньоры Серрано. Потребовалось некоторое время, чтобы выяснить, какие именно продукты на Пандоре имеют схожий вкус или похожую текстуру, а добывать муку было непросто, но вуаля! Рыбные тако! — улыбнулась Ева.       Она была действительно потрясающим поваром.       Хару уже доедал свою вторую порцию, пока остальные ели.       — Если бы у нас было что-то вроде риса, я бы попробовал приготовить суши, — проживав еду отметил Хару, — Но это тоже вкусно.       — Суши — это еда, приготовленная из сырой рыбы, — кратко объяснил Джейк Тсу’тею, после переведя внимание на Хару, — Суши по-японски, не так ли? Я имею в виду, я знаю, что это распространено в азиатских культурах, но…       — Нет, ты прав. Я в основном кореец, но также частично японец. И мой дедушка, в честь которого меня назвали, большую часть своих двадцати-тридцатых лет работал в суши-ресторане. Я знаю, как это ни банально, азиат, работающий в азиатском ресторане. Но вместе с моей тетей он основал компанию по медицинскому страхованию, и это действительно дало толчок. Заработал нашей семье достаточно денег, чтобы позволить мне и моим двоюродным братьям закончить колледж. И слава богу. Я не могу себе представить, что мне пришлось бы работать за гроши. Серьёзно, сколько должностей с минимальной заработной платой, чтобы позволить себе обучение на данный момент? Четыре? Я имею в виду, я подрабатывал в его компании и занимался программированием-фрилансингом, чтобы зарабатывать больше, но… В любом случае, он научил большую часть семьи, как готовить суши для себя, чтобы нам не приходилось покупать суши в «чертовски отвратительном месте, вроде того, в котором я работал!» — цитирует Хару, — Он был хорошим человеком. У него были потрясающие навыки владения ножом.       — Могу поспорить, — соглашается Джейк.       — Мои родители разрывались между тем, назвать ли меня в его честь или назвать Сон Су. Но в конце концов они назвали меня Хару в его честь из-за того, как сильно он помог моей матери во время её беременности своей поддержкой. Он был очень добрым человеком, всегда готовым помочь семье. Моя бабушка была менее ласковой, но готовила еду, чтобы показать свою любовь. Она приготовила бомбическое кимчи. Это было потрясающе.       — Я слишком далёк от этого, — сказал Джейк, — Однажды я попробовал, но просто не смог с этим справиться.       — Ох, да. У тебя просто руки растут ниже поясницы, — согласился Хару, и Джейк, смеясь, толкнул его локтём, — А ты, знаешь какие-нибудь семейные рецепты?       — Как я уже сказал, это не моя тема, — пожал плечами Джейк, — Мои родители были довольно занятыми людьми, как и все остальные. Э-э, но в моём отце, я думаю, в его дедушке было немного польской крови. Достаточно, чтобы передать ему несколько польских рецептов. Я могу приготовить очень хороший бефстроганов, вареники, халушки, что-то вроде капустного блюда, и бигос, что-то вроде мясного рагу. Но это всё. Просто куча вещей, которые дешёво и легко изготовить.       — Ох, мне бы очень хотелось бефстроганов, — вздыхает Ева.       — Я посмотрю, смогу ли я это приготовить, — обещает Джейк.       Тсу’тей с любопытством обдумывал информацию.       — Я хотел би попробовать эти вещи, — предложил он.       — Проблема заключается в том, чтобы найти ингредиенты, достаточно похожие на используемые на Земле, — откровенно сказал Джейк, — Если мы не сможем найти что-то, достаточно близкое к оригинальному рецепту, то в конечном итоге всё будет не так. Помнишь, как я говорил о том, что люди пьют молоко животного, называемого коровой? Чтобы приготовить бефстроганов, мне нужно что-то типа коровьего молока. Итак… мне нужно ещё кое что. И я не знаю, найду ли я когда-нибудь что-нибудь подобное. Хотя я… возможно, смогу сделать галушки, если найду что-нибудь похожее на капусту.       Тсу’тей кивнул и доел рыбный тако, распробывая вкус.       — Этот тако был очень интересным, — похвалил он, — Спасибо, что позволили мне присоединиться к вам.       — О, без проблем! Я рада, что всё вышло хорошо, — сказала Ева.       — Осталось ещё много, — заметил Тсу’тей, глядя на лепёшки, рыбу и начинку на сковороде.       — Да, для наших человеческих тел, — объяснил Хару, — А остальное мы съедим, как остатки.       Тсу’тей любопытное вильнул хвостом.       — Еду, оставшуюся после того, как все поели, обычно сохраняют и разогревают для еды в течение следующих нескольких дней, — объяснил Джейк.       — Оно испортится, — растерянно сказал Тсу’тей.       — Люди изобрели устройство, которое может сохранять пищу в течение более длительного времени, — сказал Джейк, начиная делать для своего человеческого тела вкусный рыбный тако на случай, если он выйдет из строя, — Если вы храните что-то в очень холодной среде, это замедляет процесс порчи. Поэтому мы создали устройство, которое сохраняет всё внутри холодным.       Тсу’тей задумался над этим.       — Умно, — признал он.       Джейк рассмеялся.       -У нас бывают моменты просветления, — сказал он, забавляясь.

***

      Той ночью у Джейка были проблемы со сном.       Он постукивал пальцами по груди: бум-бум, бум-бум, бум-бум, снова и снова, пока его кожа не завибрировала в месте удара. Словно бьющееся сердце. Он думает о ощущении присутствия Великой Матери. Джейк никогда не был очень духовным парнем, но эта… та ночь многое изменила. Смерть приобрела новый смысл. Быть принятым в её бесконечном сердце, когда придёт его время, было захватывающей идеей, в которую он едва верил. Ему не очень-то хотелось туда попасть, но это принесло ему своего рода облегчение.       Он вытащил коробку Томми из-под кровати и положил её себе на грудь, на вибрирующее пятно на коже.       — Мне жаль, что тебе так и не удалось это увидеть, — сказал он, — Мне жаль, что ты никогда не будешь частью этого. Господи, как бы мне хотелось снова увидеть тебя и наших родителей, но… — он сглотнул комок в горле, — Я надеюсь, что пребывание здесь принесёт тебе комфорт, где бы ты ни находился. Надеюсь, этого достаточно, потому что это единственное, что я могу сделать.       Он закрывает глаза, вздыхает, думает о пепле в ящике и о ткани, удерживающей его.       — Я сделаю тебе погребальный саван. Гораздо приятнее, чем эти тряпки, — сказал Джейк, — Ты никогда не поверишь, я не думаю, что говорил вам об этом, я чертовски одомашненный. Я много тку. Я вышиваю всякое дерьмо. Этот морской пехотинец скорее посплетничает в кругу ткача, чем станет чистить ружья, можно подумать, что я сошёл с ума. Я уже слышу тебя: «Кто ты, чёрт возьми, такой и что ты сделал с моим братом?». Но я серьёзно! Я могу сделать тебе саван. Я не знаю, чёрт возьми, этикета связанным с погребением, но почему бы не закопать твой прах в саване? Это всего лишь ткань, со временем она истлеет, и, без обид, чувак, но ты уже пепел. Ты почти уже земля, готовая вернуться в землю.       Джейк на мгновение остановился, рассматривая мягкий свет за окном.       — Извини, если ожидание тебя бесит, но… То, куда я собираюсь тебя поместить, действительно должно быть особенным. Ты заслуживаешь лучшего, чувак. Но я имею в виду, что скоро я начну гораздо чаще перемещаться по джунглям и находить все хорошие места, из которых можно выбирать.       В конце концов он засыпает, думая о дизайне и о том, где взять подходящую краску.

***

      Когда на следующее утро Джейка помещают в круг ткача, он подвергается неловкому молчанию примерно на целую минуту, а затем все сразу начинают задавать вопросы на быстром языке на’ви. На’ви Джейка чертовски хорош на данный момент, но даже это для него слишком.       — Помедленнее, помедленнее! — протестует он, — Слишком много голосов, слишком быстро!       — Ты ожидаешь, что нам не будет любопытно? — спрашивает Йеёнго.       — Я этого не говорил! Только то, что я никого из вас не понимаю, когда вы все говорите одновременно!       Она засмеялась и коротко отругала остальных.       — На что это похоже? — спрашивает Ца’мими, — Когда устанавливаешь связь с палулуканом?       — На этот вопрос нелегко ответить, — говорит он, - Я не знаю, что такое связь с чем-либо ещё, я не могу сравнивать. У неё разум лучшего хищника на суше, и она это знает. Никакого страха и много любопытства.       Ему удалось ответить на большинство их вопросов и опровергнуть сплетни, которые они собрали для него, зная, что он был ярко-красным, когда они упомянули комментарии Джейка о том, что он посвятил свою первую охоту Тсу’тэю, и повторил по крайней мере три раза, что он этого не делал.       Крейг появляется с тремя другими, когда остальные прибывают из других лагерей. Они все еще покрыты слоем грязи, как будто он навсегда прилип к их коже, все они щурятся на дневной свет вокруг себя, как будто они уже к нему не привыкли, а двое из них всё ещё носят каски. Кажется, было принято решение принимать по четыре человека за раз, через день.       Крейг подошёл и присел рядом с Джейком.       — Это интересно, — признал он.       Джейк пожал плечами.       — Для меня это честная сделка.       — Я не говорю, что ты неправ. Просто говорю, что это интересно. Чего именно они ожидают от нас здесь?       — Всё, чему ты способен, научиться делать, — ответил он, — Вас разве не четверо было?       Крейг оглянулся и увидел двух шахтеров, озадаченно оглядывающихся вокруг. Девушка, которая тогда бросила ногу в Джейка, просто исчезла.        — О, чёрт возьми, Молли, — бормочет он.       — Она, эм… — Джейк сделал паузу, — Энергичная.       — У неё СДВГ и нет чёртового аддерола , — сказал Крейг, — И всё нормально, пока не происходит внезапное исчезновение.       Джейк начал смеяться, когда Крейг встал и вернулся к остальным, а затем встретился с Эйтуканом возле спирали, чтобы получить порученные им задания… и попытаться выяснить, куда исчезла Молли. Через двадцать минут они сдались и решили, что она появится, когда вспомнит, почему они здесь.       Она не появлялась четыре часа, а когда появилась, то была в два раза грязнее, чем была, когда приехала. Свет на её каске горел, и она держала в руках камень размером примерно с баскетбольный мяч, когда стояла на коленях рядом с ней. Джейк, который смотрел на неё лицом к лицу.       — Я отвлеклась, — сказала она, — И я не знаю, где находится Крейг или кто-то ещё, поэтому сижу с тобой.       — Понял, — сказал он, — Ты была в пещере под Деревом Дома?       — Ага. Я увидела дыру и оказалась в ней прежде, чем успела об этом подумать. Хм. Там интересная система пещер! И я… как бы исследовала меньшие щели в каменистых местах и ​​нашла это! — Молли похлопала по камню.       Джейк указал на находку.       — Это… какой-то особый вид камня?       Она усмехается.       — Держу пари! — шахтёр сдвигает пояс с инструментами и достаёт отбойный молоток, поправляя камень на земле, в то время как другие ткачи прекращают работу, чтобы посмотреть, что происходит.       Она ударяет по камню примерно пять раз по верхней линии, а затем переворачивает его, чтобы ударить по нему молотковой стороной кирки. Один, два, три раза, и камень раскалывается посередине, обе стороны падают в стороны, обнажая мерцающее внутри фиолетово-розовый аметист.       — О, круто ! — присвистнул Джейк, наклоняя одну половину, чтобы рассмотреть его, в то время как несколько ткачей передвинулись, чтобы посмотреть через его плечо и полюбоваться камнем.       — Аметистовая жеода, — подтвердила она, вытаскивая из тона кристалл побольше и поддержала его, — Красивое формирование. Большой размер кристаллов. И цвет приятный.       —Слушай, — сказал он, — Можно мне немного этого? Интересно, смогу ли я сделать что-нибудь — бусы, украшения или что-то в этом роде.       — Конечно, мы придумаем, как это разделить.       Джейк потянулся, чтобы выключить свет на её шлеме, а затем дважды похлопал по твёрдой оболочке.       — Хорошая работа. Даже если ты, чёрт возьми, избавилась от СДВГ ещё до того, как получила задание.       — Никакого аддерола! — сказала она, показывая знак мира, — Назад к природе, детка! Я ни черта не могу сосредоточиться! Но я умею быть занятой сотней способов, непоследовательно! И, чёрт возьми, гиперфокусироваться на чём-нибудь, если мне повезёт!       Джейк взорвался смехом, и этот звук привлёк несколько человек, которые пришли и тоже восхитились жеодой. Появились два шахтёра, которые пришли с Крейгом, и пока Молли и женщина оживлённо обсуждали минеральный состав и кристаллические образования, мужчина, наблюдая, начал выстукивать ритмы на вершине шлема Молли. Когда Джейк спросил, этот человек смог назвать имена всех в лагере наземного контроля.       Двенадцать человек, семь мужчин, пять женщин. Крейг, который был лидером, Молли, Зои, Мухаммед, пришедший на этот раз, а затем вернувшийся в лагерь. Тайсон, Анита, Девонте, Тамера, Матео, Крис, Джесси и Бакстер. Все они были частью наземной команды MineOps, работали с машинами, физически минировали участки, которые требовали расчистки, чтобы оборудование и транспорт могли добраться до них, и так далее. Они вместе с примерно шестьюдесятью другими людьми обслуживали шахту. Конечно, с ними работали и другие, но оставшиеся двенадцать получили наиболее серьезные травмы после того, как Селфридж нарушил правила техники безопасности.       Всего у трёх человек не было рук, у одного — одной ноги, у одного — обеих ног, у одного — руки, у одного — трёх пальцев, у двоих — зажившие ожоги третьей степени, у двоих — осколочные ранения. Два года и столько происшествий.       Джейк выдохнул, от одной мысли об этом у него заболела голова.       — Мы не… мы старались соблюдать процедуры безопасности, если могли, но они забрали инструменты, необходимые для испытаний на безопасность, чтобы перепрофилировать их и сократить техническое обслуживание многих вещей, — объяснил Мухаммед, показывая свою руку и его фальшивые пальцы, — Они сократили проверки безопасности стен и дорог на входе и выходе из шахты, так что… может быть, что-то оторвётся и упадёт. Может быть, пропуски зажигания или заклинивание в двигателе вызовут усугубляющуюся проблему. Может быть, что-то соскользнёт с обочины, когда камень раскрошится… Простое невезение. Они ничего не могли с этим поделать, — усмехнулся он.       — Эм. В нашей команде был ещё один парень. Энтони. Муравей. Он… его придавило… — Его голос затих, и Мухаммеду пришлось перевести дух.       — Одна из опорных строп большого экскаватора, роторного экскаватора, сломалась. Его повреждения ухудшились со временем или, может быть, что-то ударило его и заставило поддаться, и что-то сломалось, когда он был наверху, на одном из ремонтных мостиков. Оно отскочило прямо ему в грудь, практически разрезав его пополам, верно, сквозь кость, и остановился примерно в трёх дюймах от позвоночника. Кровь просто… повсюду. Это было… кажется, примерно за месяц до вашего приезда.       — Господи, — сказал Джейк, — Это…       — Да, это было… это сильно изменило Крейга. Я имею в виду, что он был рядом, чтобы оказать первую помощь, когда остальные из нас были ранены, сидел с нами в медпункте, иногда помогал с физиотерапией, пока мы привыкали к протезам. Но не один из нас умирал. А после этого… он стал довольно тихим.       Сын Йеёнго, Заянто пришёл после игры с группой детей неподалёку, чтобы обнять свою мать и осмотреть хрустальный камень, когда заметил новое лицо.       Мухаммед на мгновение задумался над ребёнком и поиграл с его рукой.       — Как сказать «потяни меня за палец» на языке на’ви?       — Ты чертовски ужасен, — сказал Джейк, — Не травмируй бедного ребёнка.       — Пожалуйста? — Мухаммед умолял, — Пожалуйста? Это будет так смешно.       Пальцы Мухаммеда на первый взгляд были того же цвета, что и его кожа, но если присмотреться, то можно было увидеть, что это просто цветной металл, а некоторые сегменты на самом деле были тусклого серебра, с видимыми суставами и всем остальным. Никаких ногтей и очевидный ремешок на запястье, удерживающий его на месте. Обычно его прикрывали рабочие перчатки, но сейчас у него их не было.       Это было бы довольно забавно.       Джейк обдумал это и согласно повернул голову, позволяя Мухаммеду идти вперёд.       — Заянто, потяни его за палец, — сказал он, и мальчик выглядел смущённым, когда Мухаммед протянул ему руку с вытянутым указательным пальцем.       Он сделал, как было сказано, и… хлоп ! Палец остался в детской синей ручке.       Мальчик громко пискнул от удивления, широко раскрыв глаза, уронил палец, сделал два шага назад и споткнулся о колени матери, которая издала звук испуга и лёгкой боли и подвинулась, чтобы поправить его, когда он прижался к ней.       Мухаммед рассмеялся, опираясь на Джейка, который закатил глаза, несмотря на ухмылку на его лице.       — Ты худший, — сказал он, когда Мухаммед захихикал, поднял палец из грязи и показал его ребенку, затем вернул его на место и помахал всеми пальцами, показывая, что всё в порядке.       — Это меня напугало! — возразил Заянто, и Джейк наконец рассмеялся, — Это было так подло!       Джейк засмеялся сильнее, особенно когда Йеёнго начала ругать его и Мухаммеда за компанию.

***

      Работа Айви в Link Shack 14 была завершена на сегодня, и она проверила подпись в форме, а затем взглянула через лабораторию на Огустин, разговаривающую с Максом. Айви выйдет завтра, две недели данных, а потом она исчезнет.       Она задавалась вопросом, почему Огустин торговалась с ней по этому поводу, но решила, что это просто какой-то комплекс власти.       Айви не могла получить одобрение на присутствие в сопровождении более двух солдат, а это означало, что остальным пятерым придётся приехать позже. Идея заключалась в том, что по прошествии двух недель остальные пятеро получат одобрение на разведывательную миссию на основании ложного отчёта, который предоставит Айви. А затем придут помочь Айви и остальным собрать вещи и перевезти обе её части. Салли и другие водители, возможно, заняли только часть соединительной камеры, но у них было меньше людей. Семь человек в одной хижине не поместятся, а вот двоих будет в самый раз, особенно когда выкинут все бесполезное дерьмо, исследовательское оборудование. Может быть, ей стоит упаковать это для них, все красиво и аккуратно.       Она рассматривает сигарету между губами Огустина, следы дыма… датчики дыма, которые она отключила над их головами, чтобы они перестали срабатывать. Если присмотреться, на стропилах были пятна никотина.       Нет уж. Зачем облегчать им это дерьмо?       Так что ей придётся организовать дополнительные спальные места, спальные мешки или… объединить несколько матрасов в одну мега-кровать.       Ей также нужно было проверить место, где они обосновались, но у неё было несколько хороших мест, где можно было легко спрятать два «Самсона» и рубку связи. Ей придётся обсудить это с поликулом, посмотреть, что они думают. Им придётся разработать план вооружения. Они принесут с собой оружие и столько патронов, сколько смогут получить, но когда они закончатся? Ну, им нужны другие варианты.       Обняв её за шею, она вдохнула запах пота и стандартного мыла, а прямо под ним — запах янтаря.       — Привет, Дот, — сказала она, наклонив голову, чтобы другая женщина поцеловала её в щёку.       — Привет, детка, — ответила она.       — Мы готовы продолжать. Получила одобрение. Две недели, — сказала Айви.       — Я сообщу остальным по рации, — сказала Дот, — Встреча в твоей комнате?       — Встреча, плюс небольшой праздник, — сказала она, — Комната Огустин рядом с моей. Давай испортим ей вечер, прежде чем мы уйдём. Стены действительно такие тонкие, не так ли?       — Мне нравится, когда ты громкая, — пробормотала Дот, покусывая Айви за ухо.       Женщина ухмыльнулась.       — Я могла бы сказать то же самое, — прошептала она в ответ, — Хочешь, я заставлю тебя кричать?       — Шалунья! Хорошо, я позвоню.

***

      Грейс была недовольна .       У её стены раздался глухой стук, и пронзительные стоны эхом разнеслись по металлу. Она обернула подушку вокруг головы, чтобы попытаться заглушить звук, и, наконец, расстроенная, сдалась, встала, схватила туфли и свитер и вылетела из комнаты, убедившись, что хлопнула дверью достаточно громко, чтобы эти глупые дети по соседству могли это услышать.       Она услышала смех Айви, но затем её смех был прерван… ну, Грейс не могла точно определить звук, но она могла догадаться, что это было.       Разочарованная и более чем разозлённая, она бродила по пустым залам Врат Ада, чтобы убить время. Она прошла по коридорам, поднялась по лестнице и ещё немного побродила, тыкая вещи, лежащие на столах, и здороваясь с охранниками, и в конце концов оказалась в командном центре, который был занят скелетной командой, и очень немногие люди следили за тем, чтобы не сработала сигнализация, проверяя канал безопасности здесь и там.       Селфридж находился в своём кабинете, кругами тряся камнем из анобтаниума, и выглядел усталым. Грейс на мгновение задумалась, а затем подошла и постучала в дверь.       Он поднял взгляд и жестом пригласил её войти.       — Уже поздно, — комментирует она.       — То же самое могу сказать и тебе, — ответил он.       — Мои соседи устраивают оргию , так что…       Селфридж скривился в лёгком отвращении.       — Знают ли эти люди, что у нас политика отказа от братства?       — Всем насрать, Паркер, — сказала Грейс, усаживаясь в кресло напротив него, — Я знаю, что Куоритч был в связи здесь с одним или двумя людьми.       Селфридж вздохнул и ущипнул переносицу.       — Так что же застряло у тебя в заднице? — она спросила.       — Всё как обычно. Один из бульдозеров вышел из строя, что-то перегрелось и взорвалось, вот это звёздно. Один из остальных тоже работает немного странно, мы следим за этим, но проверка системы показывает, что всё в порядке, поэтому мы просто попросим кого-нибудь заменить свечи зажигания и ещё несколько вещей, пока другой будет внутри. Ремонтный отсек. По крайней мере, тот, что с поликлиновым ремнём, почти готов снова потушить. Ещё неделя на проверку.       — Ха, — сказала она, — Этот маршрут действительно просто проклят, да?       — Так и должно быть, — сказал он, — Я не могу придумать другого объяснения. Как будто весь путь пропитан дерьмовой удачей, и у грузовиков она застревает в передачах. Честно говоря, учитывая то, как всё происходит, я бы подумал, что их саботируют! Но это невозможно. Ни у кого здесь нет возможности сделать это, а на’ви даже близко не достаточно умны, чтобы сотворить такое дерьмо. Я имею в виду, серьёзно! Если бы ты спросила их, что такое змеиный ремень, они бы подумали, что это ремень для ножа из змеиной кожи или что-то в этом роде.       Грейс придержала язык за этой маленькой тирадой, потому что ей лучше быть здесь, чем в своей комнате, и просто немного промурлыкала.       — Плюс всё остальное — это просто стервозы природы. Титанореи и банши шныряют вокруг, горючий сок и прочее дерьмо. Неа. Чёртова удача — единственное разумное объяснение. Мы бы засняли на’ви на камеру, если бы они были где-то рядом с грузовиками.       — Наверное, — согласилась она, — И всё же, к этому моменту ты должен был быть там больше месяца назад, а ты проделал едва треть пути. Я не могу себе представить, чтобы тебе было легко.       — Это правда, — согласился он, потирая голову, — …С каких это пор ты такая приветливая?       — Поскольку у моих соседей оргия, и я не знаю, где ещё мне быть, чтобы дождаться, пока они вытрахают кого-нибудь другого до изнеможения.       — Всё равно отвратительно, — сказал он, — И я имею в виду… то, что всем этим людям удалось сбежать в джунгли, это тоже мешает некоторым вещам. Двенадцать исчезнувших майнеров серьёзно испортили график работы MineOps. Я подталкивал их к увеличению производительности, чтобы закончить эту шахту, после чего мы могли бы перейти к следующей. Но с одним из наших главных руководителей, играющим Питера Пэна или кого-то в этом роде, и берущим большую часть шахтёров наземной команды в качестве своих потерянных мальчиков. И это тоже как-то пошло по пизде.       Селфридж выглядел усталым. Его стол представлял собой беспорядок из кофейных чашек, бумаг, блокнотов и ручек.       Она напевала и возилась с одной из его кружек, замечая… что-то внутри неё выглядело как плесень.       — Могу ли я взять это, чтобы попробовать эту форму? Я хочу знать, земное ли оно по происхождению или пандоранское, — сказала она.       — О, боже, — вздохнул он, обхватив голову руками, — Да, конечно. Веселись.       — Твой офис — зона бедствия, — отметила Грейс, — У тебя всё в порядке?       — Я больше не знаю. Со мной всё было в порядке, но теперь всё направлено на то, чтобы подставить именно меня, и я просто… запираюсь в кабинете, чтобы попытаться найти решение. Боже, всё было намного проще, пока Салли всё не обосрал.       — Да, — согласилась она.       Грейс подумала о женщине, которую ругали в соседней комнате, и сказала:       — Один из моих водителей направляется в лачугу, чтобы принести мне образцы и провести полевые исследования. Скоро я сделаю то же самое и отведу Норма и Труди в свою хижину связи. Я надеюсь, что перемещение приведёт нас в нужное место, где к нам приблизятся на’ви. Возможно, твой график испорчен, но мне всё равно нужно попытаться договориться с ними о добыче полезных ископаемых.       — Да, звучит неплохо, — согласился Селфридж, — Кто, чёрт возьми, знает, может быть, мы никогда туда не доберемся!       — Можно надеяться.       Он издевался над ней.       — Да, да, забыл. Горное дело — плохо, деревья — хорошо.       — Ага. Чувство неловкости из-за твоей дерьмовой нагрузки не заставило меня сменить позицию, — напомнила она ему, почти забавляясь, — Я выйду, может быть, дня через три. Дай мне время кое-что подготовить и собрать команду к моему отсутствию. Я поручу Максу руководить. Он хорошо поддерживает порядок.       Селфридж кивнул.       — Делайте то, что должны. Возможно, если вы снова вступите в контакт с на’ви, Куоритч поднимет задницу и приступит к работе, чтобы подготовиться к тому, что произойдёт.       — Почему он такой… разумный в последнее время? — спросила она с любопытством.       — Разумный, — недоверчиво повторил Селфридж, — Он был… неважно. Это… Я… напутал с ситуацией, и он немного рассердился. Если будет такая возможность, всё пройдёт.       — …Конечно, — сказала она, приподняв бровь, — Потому что Куоритч всегда был таким всепрощающим парнем.       Селфридж поморщился и вытер рот.       — …Ага. Что ж, я могу надеяться на это.