Поклоняясь праху (Worship the Ashes)

      — Наверное, будет лучше, если я не приеду в Дерево Дом несколько дней, — сказал Джейк, когда они с Нейтири вместе завтракали.       Она замерла, оторвавшись от жареной рыбы и овощей. Нейтири возобновила жевание, причём быстрее, а когда закончила, сказала:       — Можешь прийти.       — Я думаю, клан Оматикая хотел бы отдохнуть от человека-палулукана, — сухо сказал Джейк, — Особенно после того, как его палулукан терроризировал весь клан, появляясь из бури и рыча на всех, прежде чем уснуть у них дома.       Её уши затрепетали, пока она обдумывала это. Джейк наблюдал за смутным движением внутри другой хижины, на мгновение увидев проблеск бледной кожи, когда Ева проходила мимо окна.       — Я хотел дать всем немного обдумать эту ситуацию, прежде чем вернуться. Это то, что имеет для меня наибольший смысл. И я не хочу слышать, как все говорят обо мне или что-то в этом роде. Сплетни.       На’ви вздрогнула.       — Вот именно. Всё в порядке. Я знаю, что случайно сделал что-то довольно… неожиданное и шокирующее, поэтому понятно, что всем нужно время чтобы смириться с этим. Палулукан Макто — это не то, что люди хотят слышать. Это опасность, угроза, неизвестность, которая живёт не так, как живёт народ, — Джейк пожал плечами, — Они спят в берлогах палулукана и охотятся вместе с самыми опасными животными. Они ведут себя странным образом и нападают на любого на’ви, который попадается им на пути. Я слышал истории с обеих сторон и знаю, что всем нужно время.       Уши Нейтири дёргаются, она отводит взгляд от еды и смотрит на него.       — Што говорят палулукан?       — Причина, по которой палулукан макто нападали на на’ви, заключалась в том, что те нарушили правила баланса, по мнению палулуканцев, — объяснил морпех, — По сути, встать между палулуканом и его добычей — довольно большое табу. Именно по этой причине меня пытались убить, когда разлучили с Грейс во время той поездки. Я встал между палулуканом и его добычей, спугнул добычу. Так что палулукан даже не смог её убить. И поскольку я сделал это, так как я почувствовал чужой запах, и не удержал баланс, как должен Хранитель Баланса, выбрав сторону Жизни и, следовательно, противоположность палулукана, я был мертвецом в его глазах. А ещё довольно хреново охотиться на территории другого человека, именно поэтому вы не охотитесь на территории Тауками. Итак, когда на’ви встали на пути палулукан макто, когда они охотились на их территории то… Палулукан макто отреагировал как и должен палулукан. Они оставили свою жизнь Хранителей Баланса, чтобы стать палулуканами по своей природе, и были приняты Духовными Стражами как палулуканцы. Когда они умирали или были убиты, их хоронили как палулуканцев. Поскольку… вы никогда не причисляли их к на’ви. Мне сказали, что когда на’ви убили палулукан-макто, они оставили их и палулукана там, где они умерли.       Нейтири обдумала это.       — …Считалось противоестественным быть палулукан макто, вести себя как животное, а не как один из Народа. Было решено, что им не следует возвращаться к Эйва, а вместо этого их заберут животные.       Джейк вздрогнул, девушка выглядела немного сожалеющей, сообщив эту новость. Он прочистил горло.       — Разумеется. Давай не будем искушать судьбу и не позволим мне быть убитым в Древе Дома, когда я не смогу ходить , пока всё ещё на грани.       Она вздохнула с сожалением и кивнула.       — Я понимаю.       — Чем будешь сегодня заниматься? — спрашивает Джейк.       — Тсу’тей планирует сегодня ночью вывести из строя бульдозеры. Есть вещи, которые нужно подготовить заранее.       — Оу? — заинтересованно спросил Джейк.       — Мы добавим воду в топливо одного из них, — сказала она, — Как ти предложил один раз и другой, ми расставляем ловушку. Ми делаем что-то вроде… взрывчатки? И помещаем его внутрь. Когда бульдозер запустится и нагреется, он активирует взрывчатку. Огонь сожжёт улики.       — Отлично! — он похвалил, — Скажи Тсу’тею, чтобы он ещё и воду добавил в масло, для начала. Невозможно сказать, как долго этот двигатель проработает. Может быть, немного раньше, чем вода подействует и повредит двигатель. Но когда он действительно начнёт работать, кто знает, сколько времени займёт этот ремонт, и смогут ли они вообще его починить. Вы также можете попробовать мочу. Нассать внутрь. Отвратительно, но с этой задачей она справится лучше, чем вода. И это будет быстрее. Что-то вроде того.       — …Это очень грубо, — говорит она, — Но я ему скажу.       — Я думаю… я думаю, что перекись водорода тоже вредна. У меня есть бутылочка с этим средством. Его используют для обработки порезов, но я дам его тебе, если хочешь?       — Это лекарство?       — Наливаешь его на рану, и это помогает очистить её от микробов и прочего, минимизируя риск заражения, — объясняет морпех.       — Сохрани его по назначению, — твёрдо говорит она.       — Хорошо. Однако предложение открыто, если вы когда-нибудь захотите его принять.       Она кивнула.       — Спасибо, что позволил мне остаться на ночь.       — Без проблем. Я мог бы попытаться освободить место для своего сновидца в логове Джеллибин, чтобы шлюз был свободен, — предлагает Салли, — Таким образом, ты или Тсу’тей сможете использовать его, когда захотите. Здесь не так удобно, как в Дереве Дома, но если на улице гроза или ты просто устала… — он показывает рукой.       — Спасибо, — сказала Нейтири, и они оба посмотрели, как Хару и Ева в своих человеческих телах выходят из хижины и смотрят на них.       — Йоу, — приветствует Джейк, в то время как Нейтири приветствует их более официально.       — Привет, чувак, — говорит Хару, — Мы направляемся в Дерево Дома?       — Без меня. Я даю на’ви шанс избежать палулукана, — кратко объяснил он, — Буду здесь, займусь поиском пищи или чем-то ещё, закончу свою новую рубашку наконец. Мне просто нужно дошить. Вышивка готова.       — …Хорошо, — говорит Ева.       — …Я могу разместить на Сезе двоих человек, — размышляла Нейтири, и они оба выглядели напуганными этой перспективой.       Джейк ухмыльнулся.       Вскоре после этого Джейк остался один в лагере. Он закончил рубашку и примерил её, чтобы убедиться, что она сидит правильно. Получилось идеально. Возможно, ему скоро понадобится ещё немного хлопка, чтобы сделать нитки, потому что это результат превзошёл все ожидания. Он хотел попробовать разные дизайны, сделать больше красителей и…       Господи, его приручили. Он на мгновение рассматривает пустой ткацкий станок.       — Есть вещи и похуже, — решает Джейк.       По крайней мере, он развлекается.       Салли поймал немало рыбы и собрал немного грибов, добыл древесины, камня и костей, чтобы попытаться придумать, как сделать оружие, которое он будет использовать вместо отсутствующей руки Джеллибин. Ему хотелось бы использовать металл, расплавить нож или что-то в этом роде. Но он просто не знает, как с ним по-настоящему обращаться.       Итак, дерево, камень и кость. Ему бы хотелось, чтобы у него были более крупные кости, с которыми можно было бы работать… это могло бы немного облегчить задачу…       Он задумчиво сверлит взглядом те кусочки, которые у него есть. Эта лопатка… возможно, с этим можно что-то сделать. Или кусок таза… Они довольно большие. Истончить их, и заточить… Он мог бы что-нибудь придумать.       — Интересный ассортимент, — говорит Мо’ат, заставляя Джейка судорожно дёрнуть головой, чтобы посмотреть на неё.       — Ой! — он воскликнул, — Блин, да что ж вы такая тихая!       Она улыбнулась, немного забавляясь.       — Возможно, ты не такой уж и палулукан, как думаешь, — поддразнила она, — Их невозможно удивить.       — По духу, а не по форме, — протестует Джейк.       Тсахик слегка смеётся, прежде чем присесть перед ним, заставив выражение его лица стать более серьёзным.       Уши Джейка нервно поджимаются назад.       — Да. Ты говоришь правду, — соглашается она, — Чтобы тебя представили Эйве как палулукан, ты — палулукан по духу. Она так пожелала, и хотя я никогда не буду подвергать сомнению Великую Мать, это… необычно. Я хочу знать больше. Я хочу знать о Десяти Перьях, о которых ты говоришь, и о их связи с Эйвой.       — …Я могу это устроить, — соглашается он.       — Я хочу, чтобы ты сопровождал меня, пока я собираю травы, и отвечал на мои вопросы.       — Хорошо, позволь мне просто… убрать это… — говорит он и убирает то, над чем работал.       Джейк рассказывает ей всё, что знает и что видел. Слова Джеллибин текут сквозь него, пока Мо’ат задаёт ему сотню вопросов, и они собирают определённый тип корня, необходимый для приготовления лекарства от лихорадки. Она спрашивает о Духовных Стражах, когда они находят лепестки цветов, которые используются для замедления кровотечения. Спрашивает, есть ли у них вождь, когда они вытягивают тонкие волокна из листьев, которые используются в качестве ниток для швов, которые обладают небольшим свойством онемения и помогают противостоять инфекции.       — Его зовут Коготь Долины. На самом деле, он не похож на лидера. Он защищает долину и может собирать палулуканцев на помощь, формировать боевые отряды или что-то ещё. Он разговаривает с Духовными Стражами и передаёт их сообщения всем остальным. Охотится для Духовных Стражей и следит за тем, чтобы в Долине всё было в порядке. И иногда с ним советуются по таким вещам, как территориальные споры, когда палулуканцы не хотят сражаться. Или они определяют линию поведения, когда молодой палулукан становится взрослым и идёт требовать свою территорию. Мне сказали, что он также своего рода целитель. У них нет нашей…       Джейк поднимает руки.       — Ловкости. Большие пальцы для выполнения мелких движений. Но элементарное исцеление он может сделать. Он знает травы и коренья и иногда помогает при родах.       Мо’ат обдумывает это.       — Если Духовные Стражи не покинут эту пещеру, как они смогут защитить Десять Перьев?       — Они много спаррингуются, — отвечает Джейк, — Таким образом держат себя в форме. И они иногда покидают пещеры, но обычно по важным делам, духовным делам, а не по тому и другому одновременно. Мне сказали, что у них время от времени бывают дни отдыха. Я думаю, это что-то вроде… тридцати дней? Это зависело от того, сколько костей в позвоночнике палулукана, примерно раз в тридцать дней. Теперь, когда я об этом думаю, многое зависит от их собственного тела, — заметил Джейк.       — Похоже, так и есть, — Мо’ат кивнула, когда Джейк прошёл мимо листа на небольшую полянку.       На этом участке пути они находились недалеко от озера. С этой стороны виднелся каменный выступ, возвышавшийся над водой, примерно в тридцати футах, и оттуда открывался вид на ручьи, питающие озеро и утекающие от него. Вдоль берега этого озера было что-то вроде кувшинок, цветы которых были отличным лекарством от тошноты. На данный момент у младших детей, всего троих детей, было небольшое недомогание, и частью этого было расстройство желудка.       Джейк замер, вытянув руку, чтобы остановить Мо’ат, и оглядел местность.       Тсахик замерла.       — Ти что-нибудь видишь?       — Я не знаю, но что-то не так, — сказал он, — Я не могу вспомнить, но… Просто… дайте мне секунду осмотреться.       Он осматривал местность, проверяя на отпечатки и запахи, пытаясь понять, что особенного на этой поляне. Он замечает небольшой пучок бамбука или чего-то ещё, что является эквивалентом Пандоры, возле основания дерева, сплетённого из корней, без новых побегов вокруг него, и осматривает их. Салли смотрит на вершину самого высокого и хмурится. Быстро взбирается на дерево до верхушки и проводит рукой по верхушке и внутри неё. Он осматривает свою руку и показывает её Мо’ат.       — Сажа, — говорит он, — Внутри сажа.       Он нерешительно вглядывается в него, видя только тьму и чуя старый огонь. Ни тепла, ни углей. Но выглядит полым, в отличие от живых деревьев.       Джейк спускается обратно и проводит рукой по земле, которая выглядит так, словно ее недавно потревожили и над ней вырос новый мох.       — Как будто под ним горел огонь? — говорит он в замешательстве.       Он рассматривает деревья вокруг в новом свете, обдумывая эту информацию. Морпех передвигается на руках и ногах к следующему дереву и колеблется, когда видит, что кора не… рисунок коры движется не в том направлении, от остальной части дерева. Он жестом приглашает Мо’ат подойти.       — Посмотрите на это.       Она приседает рядом с ним, хмурясь.       Джейк поколебался, а затем постучал по деревяшке.       Тук-тук-тук-тук.       Раздался звук пустоты, подтверждая его точку зрения, и они с любопытством подождали минуту. Послышалось какое-то шарканье, а затем дерево качнулось, и темнокожий мужчина подпёр его палкой. На нем была каска с включённым фонарём, а его руки и ладони, как и рубашка, насколько они могли видеть, были потемневшими от грязи.       Джейк растерянно рассмеялся от облегчения.       Чертовы шахтёры , чувак. Ну конечно.       -О боже мой, шахтёры. Шахтёры, конечно.       Шахтёр взглянул на них двоих, присевших там, перебегая взглядом от одного к другой. Он прочистил горло, положил одну руку на землю, а другую небрежно положил на бедро, выглядя в точности как бармен, собирающийся изложить некоторые факты, и сказал:       — Салли, что ты знаешь о войне во Вьетнаме?       Джейк что-то пробормотал, а затем рассмеялся над полной абсурдностью этой первой фразы. Он кашлянул, чтобы привести себя в порядок.       — Ладно, ладно, знаешь что? Я слушаю. Это должно быть потрясно. Давай, расскажи мне о войне во Вьетнаме.       — Ну, — начал мужчина, — Несмотря на политическое мнение, что нам вообще не следовало участвовать в этой войне, в бою использовалось много интересных тактик военного времени. Одной из наиболее примечательных была тактика, используемая Вьетконгом, людьми, против которых боролись США и их союзники: они рыли впечатляющие и обширные туннели и комнаты под землёй, чтобы прятаться, жить и сражаться.       — …Будь я проклят, — сказал Джейк с трепетом.       — Однажды я и остальные члены моей команды как бы сидели и думали: какие преимущества имеют люди на Пандоре? Какие у нас есть навыки, которые мы можем использовать, чтобы выжить? Ну, мы чертовски маленькие. Подходит для очень крошечных помещений. И действительно очень хорошо умеем копать. В конце концов, мы все шахтёры и знаем, что значит обеспечить безопасность раскопок. И один из нас много знал о войне во Вьетнаме, и немало о системе туннелей и о том, как они были устроены… — Он широко махнул рукой, ухмыляясь.       — Ты хочешь сказать, что прямо под нами у вас есть система туннелей и целая база?       — Да, я такой, — сказал мужчина очень самодовольно, — Комнаты, склады для продуктов и хранения припасов, зона для приготовления пищи, спальные помещения… И они тоже довольно хороши. Ну, для комнат из земли. Кроме того, мы делаем их красивее, дополняя их саманом, чтобы обеспечить немного большую поддержку, меньше грязи и более гладкие стены… Я думаю, кто-то здесь работает над красивой мозаикой. Я бы устроил тебе экскурсию, но не думаю, что ты подойдёшь.       — Вау, — присвистнул Джейк, — Сколько у вас здесь людей?       — Дюжина.       Джейк просто сидел, ошеломлённый самой этой информацией.       — Вау, — сказал он снова, — Чертовски классная работа, чувак.       Шахтёр ухмыльнулся.       — Меня зовут Крейг. Здесь уже больше месяца, — сказал он, — Мы работаем быстро. У нас есть время. Когда мы уходили, мы взяли с собой лопаты, кирки, все виды инструментов для копания и три поп-хаба. У нас дела идут чертовски хорошо.       Джейк взглянул на Мо’ат. Она даже выглядела немного впечатлённой.       — Месяц? Ми не знали. Ти очень хорошо спрятан.       Крейг выглядел крайне самодовольным.       — Хорошо, — говорит Джейк, — Отличная, чёрт возьми, работа. Боже мой, я так рад, что ты жив. Знаешь, э-э… если хочешь, ты можешь жить в другом лагере… если туннели наскучат.       — Нам нравится наша нора, спасибо, — ответил мужчина, — Здесь есть грязь и камни. Это уютно и безопасно. Такая херня, как танаторы, не может проникнуть, слишком большая. Змееволки ни черта не умеют копать, не чувствуют запаха нашей еды… мы чертовски хорошо устроились. Сможем ли мы спрятаться от на’ви? Мы охренительно хорошо спрятаны вдобавок ко всему этому.       — Кто это? — донесся приглушенно где-то внизу.       Джейк фыркнул. Крейг пригнулся.       — Это Салли!       — Что?       — Это его… ! О, неважно, — усмехнулся мужчина, сдаваясь и закатывая глаза, — В любом случае, мы придумываем, как изолировать некоторые области, чтобы они были воздухонепроницаемыми, на случай, если мы захотим создать воздухопроницаемую среду.       — Знаешь, — сказал Джейк. — Мы можем взять сюда одну из лачуг связи и закопать её. Вы можете подключить к нему один из своих туннелей. Копать было бы чертовски тяжело, но у вас двенадцать человек с инструментами, и несколько из нас тоже могли бы помочь. Это было бы безопаснее, чем полагаться на закрытые территорий.       Крейг задумался.       — Это будет чёртова тонна раскопок, — медленно согласился он.       — Возможно, но оно того стоит, — предположил Джейк, — Просто подумай об этом.       — Наверное, мы можем использовать что-то поменьше — задумчиво говорит он, — Когда мы выходим на улицу, мы избегаем любых зон RDA.       — Я подумывал начать совершать набеги на известные лачуги связи, — честно сказал он, — Если там никого нет, то это бесплатные поставки. Не то чтобы они использовали это дерьмо, так почему бы и нет? Сокращение, повторное использование, переработка или что-то ещё.       — Это законно. Да, если ты что-то увидишь и вспомнишь о нас, мы будем признательны. Никогда не ошибёшься, если выберешь больше лопат и прочего. О, знаете, присмотрись к мобильным поп-хабам. По сути, это миниатюрные трейлеры с двумя трехъярусными кроватями. В основном они предназначены для использования солдатами при создании аванпостов или больших лагерей. Есть кровати, немного места для хранения вещей и ванная, и всё. Намного меньше, чем хижина, примерно в треть размера, намного крепче, чем поп-хаб. Это то, что мы хотели бы иметь при себе.       — Да, я тебя понял.       Внизу послышалось кряхтение человека, и мужчина отошёл в сторону, чтобы девушка встала рядом с ним. Она взглянула на два больших синих тела, присевших перед ней.       — Ох, да, — отметила она, — Привет, соседи.       — Привет, — сказал Джейк, позабавившись.       — Хороший день, не так ли?       — Очень, — согласился он, ухмыляясь, — Для людей как над землёй, так и под землёй. Должен сказать, это самый творческий лагерь, который я когда-либо видел.       — Да, мы называем это «Наземный контроль», — сказала она в восторге, и Джейк усмехнулся, покачав головой.       Плоский камень у основания другого дерева поднялся из земли, и появилась вторая женщина, поддерживая его.       — Хм. Здесь что-то типа вечеринки, как я вижу.       Джейк рассмеялся, не в силах сдержаться. Боже, просто прилив облегчения от осознания того, что дюжина человек не погибла из-за того, что он удрал в лес, был безумием. Он почувствовал лёгкое головокружение.       — Эй! Хочешь попробовать наш самогон? — взволнованно спрашивает она.       — Что прости? — он спросил, — Ребята, вы варили самогон?       — Ага! Секунду… — она снова исчезла в проеме.       — Самогон? Какое любопытное слово. Это еда? — поинтересовалась Мо’ат.       — Напиток. Алкогольный. Очень сильный.       Девушка появилась с глиняной чашкой и предложила её гостям. Джейк взял её, помахал перед носом, а затем сделал предварительный глоток.       — У-у-у! То есть… — он откашлялся от ожога, — Мощно!       Она рассмеялась.       — Держу пари! Из него получится отличный коктейль!       — Боже, из чего ты это делаешь? Бензин?       -Легко.       -Хотите попробовать? — спросил он Мо’ат, — Это действительно крепкая штука.       Она осторожно взяла чашку и отпила из неё, быстро моргая от вкуса и гримасничая. Джейк рассмеялся.       — Это не для всех, — сказал он, забирая его обратно и допивая, — Лучше смешивать с фруктовым соком. Вот что такое «микшер».       Джейк осмотрел глиняную чашку. На ней были небольшие рисунки.       — Это мило. Вы делаете?       — Да, у нас есть… — пробормотала она и на мгновение исчезла, а затем появилась снова, — У нас здесь есть что-то вроде печи.       — Мы знаем Землю, — сказал первый человек, — Я геолог. Мы знаем землю и знаем, как найти или сделать подходящую глину для подобных вещей. Мы знаем камни и минералы, а также умеем копать, поэтому извлекаем выгоду из наших навыков.       — Ты не поверишь, какие каменные пласты мы здесь нашли, — взволнованно сказала первая девушка, — Это лучшая почва и камень для копания! У нас здесь действительно красивые слои, и ты не поверишь… — она как бы нырнула обратно вниз, пока мужчина смотрел ей вслед.       — Нам здесь очень весело, — сказал он наконец.       — Я вижу. Что, у вас только что собралась группа людей, интересующихся камнем и землёй, которые пошли играть в грязи?       — Точно. У нас есть мяч. Мы копаем, едим, спим, горячо спорим о типе камня и составе почвы, лепим глиняные горшки и гоним самогон — такая у нас жизнь.       — Посмотри на это! — сказала женщина, появляясь с камнем в руке.       Джейк взял его и показал Мо’ат окаменелость.       — Этот плохой мальчик, которого мы нашли, датирован радиоуглеродом пятьдесят тысяч лет назад! Это так здорово!       Мо' ат всмотрелась в рисунок.       — Это… рыба? Я не могу сказать, какой только по костям…       — Это окаменелость, — объяснил Джейк, — Иногда, когда что-то умирает и очень быстро засыпается землей, камнем и сжимается, тело в некоторой степени сохраняется. Поскольку земля и камень оседают и сжимаются всё больше и больше, кости могут быть сохранены в безопасности, а минерал в кости может быть заменён минералом из породы вокруг неё. Похоже на кость, но время превратило её в камень, тем самым сохранив. Судя по всему, это нечто, жившее и умершее пятьдесят тысяч лет назад. Что делает эту рыбку старше Дерева Дома, — отметил он.       Она выглядела очарованной этим.       Джейк передал его обратно.       — Это очень круто, — согласился он, затем кашлянув в кулак, — Зануда.       Девушка надулась, и показала морпеху язык.       — Ты просто завидуешь, что не можешь увидеть мою эпическую мозаику, потому что твоя большая синяя задница слишком толстая, чтобы сюда пролезть.       Джейк ахнул, притворно обидевшись, а затем невольно усмехнулся.       — Может быть. Как там обстоят дела с доступностью инвалидных колясок?       — Ужасно , но ты будешь не единственным, кто будет ползать вокруг, — сказал мужчина, — И если ты страдаешь клаустрофобией, то тебе здесь не понравится. Кроме того, через пять секунд под землёй ты будешь весь в грязи. Не важно, трогал ты что-нибудь или нет.       — Я запомню.       — Почему ти покинул Врата Ада? — спросила его Мо’ат.       Мужчина остановился, взглянул на девушку рядом с ним, а затем на другую женщину, которая нырнула и исчезла под камнем.       — Это немного сложно, но и довольно просто. О месторождении полезных ископаемых под Деревом Дома мы узнали где-то полтора-два года назад. И компания хотела, чтобы мы быстро завершили существующую шахту, чтобы приступить к следующей. Реального способа сделать это не было. Мы оценили это около четырёх или пяти лет работы. И на тот момент оставалась задача по добыче. Мы уже работали так быстро, как могли, поэтому… Они начали говорить нам, чтобы мы срезали углы. В конце концов, проверки, обслуживание оборудования, процедуры безопасности. Всё это требует времени… Поэтому они нашли способ обойти это, сказав нам больше не следовать протоколам безопасности. Если мы это сделаем, скорость нашего производства снизится, и у нас возникнут проблемы.       — Ох… чёрт, — Джейк поморщился.       — Я здесь десять лет, — сказал мужчина, — Так скажи мне, почему все экстренные ампутации, ожоги, взрывы и смерти, которые я видел за последние десять лет, произошли только в течение последних двух? — он спросил.       Джейк прикрыл рот рукой.       — Это… это ужасно. Мне жаль слышать это.       — У нас здесь двенадцать человек. Скажи мне, почему из двенадцати человек у нас девять с протезами, двое со шрамами от ожогов третьей степени и ещё двое с застрявшими в ними осколками шрапнели. Десять лет, Салли. А все эти травмы случились за последние два с моей чёртовой командой. К чёрту Селфриджа и его дерьмовую присказку «Правила придумываю не я», чёрт возьми. Он действительно устанавливает правила, он мог бы убедиться, что мы всё делаем безопасно, и не заставлять нас работать в небезопасных условиях, но он просто этого не сделал. Так что к чёрту это место. Только не моя чёртова команда.       — Чёрт, — присвистнул Джейк, — Уважуха.       — Што такое… протез? — спросила Мо’ат.       — О, это, — сказала женщина, наклоняясь, чтобы в итоге бросить в них ногой, уронив её на землю возле колена Джейка, -…Она мне понадобится обратно.       Джейк взял протез и осмотрел работу.       — Хорошая нога, — похвалил он, — Протезирование — это искусственные конечности, которые заменяют утраченную, чтобы человек снова мог нормально передвигаться, — объясняет тсахик Джейк.       Он показывает её Мо’ат, которая выглядит совершенно озадаченной, и берёт ногу, слегка теребя её.       — Как ти потеряла ногу?       — Трак. Не хочу говорить о том, как именно, потому что это была катастрофа и отстой. Но, короче говоря, её переехали. Как бы, что-то вроде.       Джейк зашипел.       — Ты? — спрашивает она, поднимая бровь.       — Пуля в позвоночник, — ответил он, — Технически две: одна — чтобы пробить мой жилет, другая, чтобы проткнуть меня насквозь.       — Ауч.       — Да я знаю. Чертовски больно.       Мо’ат вернула ногу, и женщина подвинулась, чтобы надеть её обратно.       — Я расскажу оло’эйктану о вашем лагере, — сказал Мо’ат, — Через несколько дней придёт член клана, чтоби обсудить, чего ми ожидаем от человеческих лагерей на нашей территории.       Джейк кивнул ей в знак согласия.       — Ничего плохого, всё разумно, — заверил он, сделав паузу, — Как вы собираетесь собрать дюжину человек в Дереве Дома?       — Это та самая проблема, о которой я думала. Возможно, будет лучше каждый раз брать половину из них и менять, но я посоветуюсь об этом с моим супругом. Мы не ожидали больших человеческих лагерей.       Джейк кивнул.       — Ну чтож… хорошая работа, ребята. Приятно видеть здесь новые лица, — сказал он, — Нам пора идти, но я тоже вернусь в гости, в ближайшем будущем.       — Всегда пожалуйста, — сказал мужчина, — Если бы мы остались… Если бы мы думали, что единственный вариант — это остаться, мы бы с нетерпением ждали гораздо большего количества «инцидентов на рабочем месте». И я не хочу, чтобы кто-то из моей команды погибал из-за такой ерунды, как квоты.       Джейк кивает и похлопывает мужчину по плечу.       — Мне чертовски приятно, чувак.       Мужчина засмеялся и помахал им на прощание, ставя кусок дерево обратно над дырой в земле.