Поклоняясь праху (Worship the Ashes)

      — Ладно, ладно, угадай, — улыбнулся Джейк.       Их мать открыла глаза и посмотрела на двух мальчиков, стоящих перед ней. Она долго рассматривала их, а затем щёлкнула пальцами.       — Джейк, Томми, — сказала женщина, правильно указывая на них.       — Ну-у, — простонал Томми, — Мы никогда её не поймаем.       — Она слишком хороша! Откуда ты вообще знаешь? — спросил Джейк.       — Я твоя мама, я всё знаю, — сказала она, — А теперь идите играйте, кыш! Я занята, а вы занимаете место на моей кухне.       Два мальчика, всё ещё ворча, пошли в комнату Джейка. Томми вытащил из-под кровати шахматы и начал их расставлять. Джейк выбрал чёрные фигуры, а Томми белые, и они лениво принялись играть, дожидаясь обеда.       — Думаешь, однажды все смогут отличить нас друг от друга?       — Нет, — сказал Джейк, — Мама просто всё знает. У папы до сих пор иногда возникают проблемы.       Томми хмыкнул.       — Думаю, я всегда надеюсь, что люди не могут сказать. Мне нравится иметь такое же лицо, как у тебя.       — Да, это весело, — согласился Джейк.       — Я рад, что ты можешь заменить меня на уроках физкультуры, а я могу вести за тебя уроки математики, — сказал Томми, — Я думаю, ты лучше понимаешь, когда я объясняю это вместо учительницы. Она как бы просто говорит нам читать главы в учебнике.       Джейк усмехнулся, передвигая свою фигуру.       — Когда-нибудь тебе придётся стать учителем, — предлагает он, — Ты очень хорошо мне всё объясняешь.       — Не знаю, может быть, — Томми нахмурился от скуки, — Как ты побеждаешь?       — Потому что у меня безумные навыки, сучка, — объявил Джейк.       — О, пожалуйста, — Томми, закатил глаза, — Шахматы — это игра, требующая предусмотрительности, и ты не можешь всё продумать, чтобы спасти свою жизнь. Вот почему на прошлой неделе у тебя были проблемы из-за…       — Мы договорились не говорить о том, что произошло на прошлой неделе. И ладно, тогда удачи, — отвечает Джейк.       Томми осмотрел доску и издал шум, переместив фигуру и взяв ладью.       — Удача заканчивается, — сказал он.       — Тогда мне повезёт, пока тебе не везёт. И тогда я воспользуюсь тем, что у меня есть, — Джейк перевел коня.       — Расскажи мне, как это работает, — говорит ему Томми, перемещая ферзя, — Шах.

***

      Джейк открывает глаза на звук выстрелов, агонию, охватывающую всю его спину, и ощущение горячей крови, растекающейся под рубашкой. Сквозь дымку в его голове доносятся приглушенные взрывы, а в ухо кричит женский голос.       — Чёрт побери, Салли, останься со мной!       Его тело местами странно онемело, местами горячее и острое, он вообще не может сфокусировать взгляд. Он чувствует, как бьется его сердце, чувствует, как руки давят на странное, остренько-болящее место на его спине.       Стрельба ударяется о боковую часть их укрытия, он чувствует холодный пол на щеке. Клубы пыли, поднимающиеся при дыхании. Он чувствует, что больше не может двигать телом.       — Ебать! — женщина ругается при звуке разрывающейся снаружи гранаты. Бум.

***

      — Мат, — говорит Томми где-то в глубине души.       — Почему тебе постоянно везет?

***

      Джейк задыхается, садясь.       Он быстро моргает, когда его взгляд скользит по исцеляющему логову, и его бьющееся сердце начинает замедляться, когда до него доносятся тихие звуки Древа Дома. Он не лежит лицом вниз, истекая кровью на поле битвы, он на Пандоре. В Древе Дома. Аватар Хару находится в пяти футах от него, свернувшись вокруг Евы, шесть других тел находят удобные места, чтобы лежать и отдыхать вокруг него.       Он ложится на мягкую землю, пытаясь сделать долгие и ровные вдохи, пока ощущение крови, капающей с его спины, исчезает. Это странное, ужасное жжение, которое он не мог понять сквозь дымку боли. Пуля в позвоночник. Чертовски неудачно. Некоторое время он смотрит на дерево над ним. На все ветви, соединяющиеся от шпиля со стенами Дерева Дома. На приглушённый шум ветра, который эхом разносится сквозь щели здесь и там.       Он проводит рукой по коротким волосам и старается не думать об этой ужасной засаде, которая стоила ему ног, и обо всём остальном, что с ней связано. Боже, это была кровавая баня, и Джейк едва осознавал, что его солдаты умирают вокруг него. Но крики, стрельба и взрывчатка привели его в чувство достаточно, чтобы понять это до глубины души, несмотря на то, что он то входил, то выходил из сознания. Их убили, и Джейк едва ли может винить врага. Вся ситуация была ужасной. Ему хотелось бы никогда не ездить в Венесуэлу. Но, Боже мой, выбор казался очевидным, когда он его делал.       Он лежит там до тех пор, пока сквозь щели в дереве не начнёт просачиваться свет, и люди не начинают шевелиться.       Проснувшись раньше большинства членов племени, он садится в инвалидное кресло и переворачивается, чтобы помочь людям приготовить завтрак, просто чтобы было чем заняться.       Он вроде как хочет пойти домой и просто потусоваться с Джеллибин. К счастью, после еды он сможет это сделать. Но чувствует усталость, хотя день только начинается. Нейтири приседает рядом с ним, пока они едят, время от времени украдкой поглядывая на него.       — Ты выглядишь уставшим, — сказала она, когда он закончил есть, чтобы он мог ответить.       - Я чувствую усталость. Плохо спал, — честно говорит он, — Но со мной всё в порядке.       - Что помешало тебе спать? Было ли некомфортно в логове исцеления? Мы можем игнорировать слова Тсу’Тея. Ты знаешь, что всегда можешь разделить со мной мой гамак.       — Попахивает скандалом, — отвечает Джейк, и на его губах появляется улыбка, — Спасибо, но мне только что приснился неприятный сон. Гамак с этим ничего не сможет поделать.       Она кивает, выглядя встревоженной.       — Очень хорошо, — Она кладёт руку ему на спину, на мгновение проводит по его плечам, что заставляет Джейка вздохнуть и немного расслабиться, — Мой отец попросил, чтобы я обучила нескольких людей охоте по их просьбе.       — Джей сказала мне, что она спросит. Он согласился?       - С некоторыми оговорками, но ему любопытно, насколько хорошо это сработает.       — Ну, люди упрямы. Мы найдём способ это осуществить.       — Я верю в это, — сказала она.       — Где Тсу’тей?       - Он пошёл купаться, — Нейтири пожала плечами, — Этим утром он казался взволнованным и думал, что это успокоит его разум. Тсу’тей приведёт Хару, когда вернётся. Сначала я отвезу тебя и Еву домой.       — Хорошо, спасибо.       После того, как его инвалидное кресло было закреплено, она отнесла Джейка к пали вместе с Евой и привезла их домой. Поездка была тихой, что было приятно, и солнечный свет пробивался сквозь деревья, окрашивая пол жёлтым сиянием.       — Это было здорово, — сказала Ева, — Я имею в виду… всё… — указала она, не в силах подобрать нужные слова.       — Просто поучаствовать в этом ненадолго? — он предположил.       — Ага. Помогать, разговаривать с людьми, ужинать и всё такое. Это было классно. Это было почти расслабляюще.       — Мне это очень нравится, — согласился Джейк, — Ткачи любят посплетничать, и им нравится, когда я им помогаю. Поэтому я довольно много знаю о том, что происходит вокруг Дерева Дома.       Она немного рассмеялась.       — Например? — спросила Нейтири.       — Больше никому не говори, но Темойя беременна, — сказал Джейк, и Нейтири тихо ахнула, поражённая, — Видишь? Я знаю секреты. Это здорово.       Она смеялась.       Нейтири оставила их в лагере, тепло попрощавшись, и отправилась выполнять любые задания, которые у неё были в запасе. Джейк забрался в свою хижину и сел там, глядя на стену с приклеенными к ней фотографиями брата. Он перекатился на кровать и вытащил коробку Томми из-под койки, постукивая ногтями по поверхности, ощупывая защитное покрытие на дереве. Он всё ещё понятия не имел, где похоронить Томми. Джеллибин стала больше, скоро она сможет начать по-настоящему передвигаться, сможет исследовать весь тропический лес, когда захочет. Но даже тогда…       Он обдумывал это, прослеживая резьбу на коробке, маленькие закрученные узоры.       — Ты мне снился прошлой ночью. Когда мы были детьми, мы играли в шахматы, манкалу или любую другую игру, пока мама готовила ужин. Я вспомнил, как ты сказал мне, что удача уходит… И внезапно я истекал кровью на поле боя. Всё это было туманно, когда в меня стреляли. То есть, мне было очень больно, и я едва был в сознании. Но я отчётливо помнил ощущение крови, растекающейся под моей рубашкой и жилетом.       Джейк замолчал задумавшись, прежде чем спросить:       — Ты пытаешься мне что-то сказать, чувак? Потому что ты знаешь, что я никогда не мог упорядочить в голове загадочную чушь. Помнишь? Ты умный, а я болван.       Глубоко вздохнул.       — …Ну, думаю, я узнаю. Спасибо за предупреждение, если это было оно. О, и угадай, что я узнал вчера вечером? Люди, в которых я влюблён, женятся друг на друге. Итак, это пиздец. Я рад за них, но мне действительно неприятно осознавать, что у меня не было и шанса. Не знаю, может быть, я даже никогда не был на их радаре, но… Идиот же может мечтать, верно?       Он посмотрел на потолок.       — Я чертовски глуп.       Он снова сосредоточил внимание на коробке.       — Но ты это знал, — сказал он криво улыбнувшись. Дважды похлопал по верху коробки, прежде чем поставить её на место, — Спокойнее, чувак.       Когда Джейк пообещал Джеллибин, что они докажут, что те придурки-эйблисты, которые думали, что она некачественная охотница, ошибаются, он был серьёзен. Будучи инвалидом, он кое-что знал о приспособлениях для помощи и потратил некоторое время на размышления о том, как помочь ей приспособить отсутствующую переднюю ногу. Её движения не были затруднены. Не так сильно. Но из-за этого её правая сторона оставалась незащищённой, а это означало, что зверю не хватало опоры с этой стороны.       Поэтому нужен был своего рода протез, который дал бы ​​возможность атаковать, царапать и рвать. Джейк лениво выбирал между копьями и мечами, но, исследуя древнее оружие на планшете, он нашёл что-то идеальное. Это представляло собой всего лишь массивный коготь на конце палки. Он был достаточно большим, чтобы иметь вес. А так же имел возможность копать всё, что нужно, с достаточным радиусом действия, чтобы имитировать руку. Идея состоит в том, что она просто будет двигать рукой Джейка так, как ей нужно, чтобы имитировать царапание, которое её отсутствующая рука не может создать. Так что, если он правильно выполнит измерения, наденет шнур на конец, чтобы затянуть пространство перед локтём, они получат потрясающий контроль с двумя такими точками контакта. А Бинни получит желаемый радиус действия.       Всё, что ему нужно было сделать, это снять мерки и начать мастерить.       Джейк отправился тусоваться в логово Джеллибин, которое стало больше, чем и она. Палулукан выкопала его, еще больше под корнями, и расслаблялась там, когда он втиснулся в её пространство. Она чирикнула ему, протягивая тсвин, позволяя Джейку соединиться с ней.       — Ты в моём убежище, — говорит она, обиженно.       — Ага, — сказал он, поерзав на месте, чтобы устроиться поудобнее, и мысленно послал ей идеи, которые у него были.       Она рассмотрела их и радостно запела.       — Да, я знал, тебе это понравится.       — Очень. Это оружие даст мне то, без чего я родилась, — Бинни использует свою переднюю лапу, чтобы впиться мощными когтями в мох и землю, — Но твой ум встревожен, друг.       Он вздрагивает.       — Провёл плохую ночь.       — Сегодня вечером я это исправлю, — говорит она, — Сегодня праздник охоты.       — Сегодня вечером? — повторил он, — Действительно?       — Сезон дождей закончился, начинается сезон изобилия. Род Палулукан вернётся в Долину Паллуканов, чтобы отпраздновать это событие.       — Откуда вы, ребята, знаете?       — Решение принимают Духовные Стражи, которые информируют Когтя. А они сообщают палулуканам долины, которые путешествуют, чтобы распространить новости. Разве ты не слышал рёв, движущиеся в воздухе сигналы?       — Нет, нет, — ответил он.       — Ты не очень хороший палулукан.       — Ну… да, нет, не совсем. Знаешь, я на самом деле не палулукан.       Она фыркнула на него.       — Твой разум принадлежит смерти. Конечно же, ты палулукан. Я бы не приняла эту связь, если бы ты был слишком уравновешен, слишком похож на Хранителей Баланса.       Джейк почувствовал, что задумался над этими словами.       — Твой выбор — смерть, — напоминает она ему, — Выбор, который ты сделал, твоё решение прийти в этот мир — всё это было поклонением смерти. Смерть твоего брата, а если это произойдёт, и твоя собственная. Ты пришёл сюда, чтобы отпраздновать смерть. Это правда, что ты пришёл не для того, чтобы пировать или охотиться. Но игнорировать то, насколько сильно твой разум затронут смертью во всех формах, было бы глупо. Ты сражался, убивал, сталкивался со смертью и потерял то, что было тебе ближе всего.       Он рассматривает когти, вгрызающиеся в почву, и Джеллибин поворачивает лапу, чтобы Джейк мог увидеть нижнюю сторону. Это не совсем кошачья лапа, а скорее когти, но есть мягкие участки для смягчения шума.       — Я действительно просто…? — он спрашивает.       — Скорбеть — значит также праздновать смерть. Чтобы отпраздновать прожитую жизнь. Нет ничего постыдного в желании, чтобы жизнь длилась дольше.       Джейк прижался к ней головой.       — Боль внутри тебя… Я тоже её чувствую. Ты так скучаешь по твоему брату. Его отсутствие — это пустое место в твоей душе. Праздновать и оплакивать так же значит заботиться о нём до самых костей, до уголков своего разума и обратно. Это мучительная агония. Твоя преданность его смерти произвела бы впечатление даже на Духовных Стражей.       Он посмотрел на неё.       — Я хочу, чтобы он вернулся.       — Я знаю.       — Я так скучаю по нему. Я просто хочу, чтобы он был здесь.              — Я знаю, — говорит она, и каким-то образом её слова изменились, но он не может понять, как.       — Хотелось бы, чтобы это был я.       — Я знаю. Но так не получится.       — У него был такой большой потенциал, он был так взволнован… — слёзы скатываются по его щекам, и он вытирает их, — Я просто… заебался ждать, что что-то изменится. Это должен был быть я. У меня не было ничего, ради чего стоило бы жить. У него было. У него всё это было.       — Неразумно праздновать собственную смерть. Это значит приглашать её, — говорит палулукан, — Многие люди рады, что вы здесь. Желать смерти — значит отвергать эту радость. Люди, о которых ты заботишься, в том числе и Хранители Баланса, они радуются твоему присутствию. Не подрывай это.       Джейк вздыхает.       — Да. Хорошо.       Некоторое время они слушают пение птиц, наблюдая за солнечными лучами.       — Что значит умереть для палулукана? — он спрашивает.       — Это зависит от способа смерти. Если ты умрёшь в бою, твоя смерть будет отмечаться под полный рёв каждого палулукана, который станет свидетелем смерти. И твоё тело будет перенесено на ближайшее дерево, чтобы быть похороненным там, при виде боя. Чтобы умереть от старости, болезни, ты можешь определить, когда ваше время подходит к концу, и выбрать место для смерти. Твои спутники будут ждать твоей смерти, а затем закончат похороны. Если твое тело будет найдено, а свидетелей смерти не будет, единственное перо будет изъято из твоего тела и доставлено Десяти Перьям в качестве доказательства кончины, чтобы опознать тебя по запаху, и твоё тело будет похоронено именно там, где оно упало.       Джейк обдумал это.       — Звучит довольно просто.       — Это так. Смерть во многом проста, и поэтому процесс того, что последует за ней, должен быть таким же простым.       — Кого-нибудь хоронили в Десяти Иглах? Я знаю, что там всё каменное, но…       — Только Духовных Стражей, — сказала она, — Под Десятью Иглами находятся извилистые пещеры, заполненные растениями и землёй. Они удостоены чести быть похороненными и питать там корни.       — Я имею в виду, что они посвящают свою жизнь их защите. Разве будет не справедливо, что они умрут и будут похоронены там, — ответил Джейк.       — Да, но пещеры прекрасны. Я видела их, когда была совсем маленькой. Яркие цветы, извилистые корни, светящийся мох и крошечные насекомые, которые плывут и светятся. Я очень, очень завидую.       — Смогла бы ты стать духовным стражем?       — Я слишком молода, и я… не уверена, что моя связь с Великой Матерью хотя бы близка к их собственной.       — Тогда просто придётся ещё немного подрасти и посмотреть, — ответил морпех, — Если этому не суждено быть, то и пусть, ничего с этим не поделаешь.       — Действительно.       Он какое-то время наблюдал за ней, и Бинни мысленно подняла бровь.       — Почему у тебя голос другой?       Она расмеялась над ним.       — Такой глупый! Разве ты не заметил, что медленно учил язык палулуканов? Оно в моих глазах, моих иглах, звуках, которые я издаю, и движениях моих мышц. Привязываясь ко мне так часто, ты слышал мой голос в своём разуме. Но я всё это время говорила вместе со своим разумом, обучая тебя. И, наконец, все знания, которые тебе нужны, находятся внутри тебя. Но ты ничего не заметил!       — Не зли меня! — он пожаловался он, — Я не знал!       Она продолжала смеяться и называть его чертовски тупым.       — По крайней мере, ты сможешь избежать смерти, когда мы пойдём на Праздник Охоты. Ты поймёшь всё вокруг себя и научишься думать о себе.       — О, хорошо, — сказал он саркастически, — Не буду съеден на сходке хищников! Хорошая новость для меня.       Она усмехнулась и провела языком по его лицу, заставив Джейка зашипеть.