Поклоняясь праху (Worship the Ashes)

      Джейк жмурится, когда свет падает ему на лицо, и открывает глаза, чтобы увидеть, как оранжевое небо начинает становиться голубым.       — О, чёрт, — говорит он, и Нейтири вздрагивает рядом с ним, садясь так быстро, что его голова падает с её плеча на моховое ложе, — Ой! — говорит он, скорее из-за обиды, чем из-за боли, и она смотрит на него широко раскрытыми глазами.       — Ми уснули, — говорит она, ошеломленно.       — Да, похоже…       — Ми уснули! Ах! Нет, я должна вернуться в Дерево Дом для…! — говорит та, вскакивая. Она останавливается, глядя на него огромными шокированными глазами, — Бля! — говорит девушка на’ви, и Джейк заходится смехом.       Он всё ещё смеётся, когда она громко ругается и чирикает Сэзе, которая должна быть где-то неподалеку.       — Я отвезу тибя домой, — говорит девушка, — Но я должна немедленно уйти.       — Удачи в объяснении этого своим родителям, — смеётся он, и охотница ругается громче, когда поднимает его и сильно набрасывается на Сэзе, командуя ей взлететь, так быстро, как только можно.       Джейк всё ещё хихикает.       Нейтири быстро оставляет его у входа и уносится на икране. Джейк сидит, наблюдая, как на’ви исчезает в листве, а затем заползает в свой дом, на секунду останавливаясь у кровати и глядя на коробку с Томми.       Джейк кладёт на неё руку.       — Разговаривал с Нейтири, — сообщает он, — Она позаботится о том, чтобы тебя похоронили, если я умудрюсь всё испортить. Честно говоря, словно огромный груз упал с моих плеч. Я беспокоился о том, что произойдёт, если меня съедят или что-то в этом роде. Потому что ты просто будешь… здесь. Но, в любом случае, я продолжу искать идеальное место для тебя, хорошо? Дерево Дом довольно классное, но я сомневаюсь, что мне бы позволили такую вольность. Кроме того, если РДА в конечном итоге добьётся своего… Я просто не хочу рисковать и тобой. Ты никуда не торопишься, верно? — коробка не отвечает, — Молодец, — кивает Джейк, ненадолго вытащив коробку из-под кровати и сжав в объятиях.       Джейк принимает душ, ест и устанавливает связь, чтобы быстро раздобыть немного еды. Он ловит пять рыб примерно за полчаса и отправляется обратно. Три из них он нарезает кубиками для палулукана, две оставляет в лачуге для себя, чтобы приготовить позже, когда закончит с котёнком. Джейк берёт кувшин со свежей водой, чтобы наполнить оставленный там контейнер. Этим утром палулукан ест с большей энергией, что приятно видеть, и раны выглядят менее воспалёнными. Она ещё не выходит из леса, но уже хотя бы есть прогресс. Джейк задаётся вопросом, заберёт ли кто-нибудь его сегодня, учитывая, что Нейтири, вероятно, по уши в дерьме со своими родителями. Может быть, Тсу’тей? Сложно сказать. Он будет держаться недалеко, чтобы следить за возможными посетителями.

***

      Нейтири попала в беду из-за того, что не вернулась в Древо Дом вовремя. Но ничего, кроме выговора, и того, что ей сказали остаться дома на день с другими, а не идти на охоту или в патруль. В общем, могло быть гораздо хуже. Она сидит тихо, пока её отец ворчит, мать раздражённо цокает, и все они работают над созданием новых корзин для хранения только что сделанных верёвок и ткани. Нейтири узнаёт одну из нитей, обернутых вокруг резных костей, принадлежащую Джейку, по цвету, с которым он работал несколько дней назад.       -… всю ночь с Небесным Человеком, — продолжил её отец, - Честно говоря, Нейтири, я думал, что у тебя больше здравого смысла.       — Отец…       - Мы даже не знаем, насколько он честен с нами, — сказал Эйтукан, — Не знаем, чисты ли его мотивы. Он очень убедителен, но мы уже обожглись. Именно по этой причине я заставил вас и Тсу’тея так внимательно следить за ним. У нас может получиться очень убедительный заговор для какой-то неизвестной цели.       — Твой отец говорит правду, — подаёт голос Мо’ат, — Жейксулли был услужливым и внимательным. Он слушает и, кажется, видит. Но я думала то же самое о Грейсогустин. Возможно, у неё и были благие намерения, но мы многое потеряли из-за того, что связались с Небесными людьми, — она не ошиблась.       - Что, если он выглядит таким же Видящим, как и Грейс, но, в отличие от неё, имеет личные мотивы, которые могут навредить нам?       — …Я верю, что он говорит правду, — наконец, сказала Нейтири, - Тсу’тей и я наблюдали за ним, как вы просили. У него нет посетителей Небесных Людей, он очень боится быть обнаруженным, и я ни разу не видела, как он говорил через их устройства, позволяющие общаться на расстоянии. Не знаю, когда бы он вообще успел это сделать. Он часто занят поиском пищи, охотой, садоводством или находится здесь. И когда мы видели других Сноходцев, они либо не упоминали его, либо просили других если что поискать его следы, — Эйтукан хмыкнул.       — Но…, — её уши дёрнулись назад, — Он говорил со мной прошлой ночью и сказал нечто, что убедило меня в его честности. Жейк попросил меня об услуге. Он говорил о жизни здесь, в этом мире. Но прошлой ночью говорил и о смерти здесь. Он не рассчитывает вернуться к Небесным Людям, во всяком случае, по своей воле. Так что Жейк сказал мне, что если он умрёт в своём теле Небесного Человека, его сновидец останется жив, без души, которая могла бы разбудить его снова. Он спросил меня, не соглашусь ли я, если это произойдёт, убить тело сновидца и похоронить их вместе там, где я сочту нужным. Это не желание человека с мотивами, выходящим за рамки того, что он нам сказал. Мне кажется, что Жейк примет смерть, когда бы она ни нашла его. Он сделал всё, что желал, и хотел. Даже немного больше, — они оба задумались над этим, нахмурившись.       - Почему он спросил об этом у тебя?— спросила её Мо’ат.       — Он сказал, что доверяет мне это. И, поскольку я была первой из Народа, которая чуть не лишила его жизни, но позволила ему жить, я заслуживаю этой чести. Затем он пошутил, что не хочет доставлять Тсу’тею удовольствие убить его.       — Ах, потому что сначала он хотел убить Жейкасалли, — сказал Эйтукан, кивая, — Когда вы принесли его истинное тело Небесного Человека сюда, в Древо Дома.       — Ну… он также пытался убить Жейка у его дома, когда впервые обнаружил того, — призналась Нейтири, - Он выпустил в него две стрелы, но Жейку удалось чудом избежать обеих, прежде чем направить пистолет на Тсу’тея. Поэтому, вышло так, что если кто-то из них выстрелит, оба бы умерли. Тут-то мне и удалось вмешаться… Я только что поняла, что мы оба не упомянули об этом.       — Ему удалось дважды уклониться от стрелы Тсу’тея? — Эйтукан был сбит с толку.       — Да… у меня не было хорошего обзора, и я спешила остановить их, но, похоже, Жейк заметил Тсу’тея позади себя и бросился на землю, за большой корень, так что стрела не попала в него. И когда Тсу’тей погнался за ним и нашёл позицию, чтобы снова выстрелить, Жейк просто сместился настолько, что стрела прошла рядом с ним, и поднял пистолет,— объяснила она, — Я была уверена, что они всё равно что мертвы, из-за их равной глупости, но Тсу’тей не идиот. Он признал возможность взаимного убийства и не выпустил стрелу, несмотря на точность выстрела. Он просто стоял там с натянутой стрелой и рычал на Жейка, который не боялся и встретился с ним взглядом, несмотря на угрозу. Но, хоть на него и направили оружие, он отказывался атаковать. Пожалуй, пока Тсу’тей не нанёс бы серьёзную рану. Это неожиданно впечатляет, — Эйтукан тоже выглядел неохотно впечатленным.       — Но… теперь я просто думаю, что он не боится умереть, потому что думает, что ему больше нет причины жить, у него нет цели. Я не знаю его истории, я не знаю, на что похож его мир, но, похоже, что его душа устала от тяжести прожитой жизни. Он часто выглядит немного грустным, когда один, — призналась Нейтири.       Все молча обдумывали услышанное.       — Усталая душа- это действительно печально, — признала Мо’ат.       — Я думаю… я думаю, что ему лучше, чем когда мы встретились, — ответила её дочь, — Он кажется более расслабленным, открытым. Он, кажется, видит больше. Но его слова, когда мы говорили вчера, до сих пор несут в себе тяжесть того истощения.       - Я верю твоим словам, — почти неохотно говорит Эйтукан, — Если ты считаешь его слова правдой, то и я ему поверю.       — Но продолжай наблюдать за ним, усталую душу нелегко исцелить, — сказала Мо’ат, — Он, вероятно, нуждается в тебе и в нас больше, чем в себе самом, — Нейтири кивнула.       — Если бы он умер, где бы ты его похоронила?— с любопытством спросил Эйтукан.       — Я не знаю. Возможно… там, где я впервые увидела его. Или возле Дерева Голосов, — ответила она, - Я не хочу об этом думать, — он кивнул, и на этом они оставили эту тему.       На’ви подняли взгляд на быстро идущего к ним Тсу’тея. Он, обдумывает свои слова и говорит.        — Мы нашли лагерь Небесных Людей. Он спрятан так же, как и лагерь Жейкасулли, — он многозначительно наклоняет голову.       — Как будто они не хотят, чтобы их нашли, с воздуха, — Нейтири взглянула на своих родителей, которые смотрели в ответ.       Хвост Эйтукана дёрнулся.       — Нейтири, иди, спроси об этом Жейксулли. Посмотрим, что вы выясните. Тсу’тей, узнай, сможешь ли ты выяснить больше издалека.

***

      Джейк осматривает лагерь, наблюдая за обстановкой, пока его хвост задумчиво дёргается. Два прочных поп-кемпера, которые, по сути, представляют собой усиленные иглу. У них есть фильтры для воды и оксигенатор, но не более того, кроме достаточного места для спальных мешков и прочего. Лачуги покрыты плетёными брезентами из виноградной лозы, а между ними тлеет пепел костра.       — Их шесть, — шепчет Нейтири, — Пять женщин, один мужчина.       — Как давно они здесь?       — Ми считаем, што меньше восьми дней.       Джейк рассмотривает поп-хабы и то, как они спрятаны.       — А… ты думаешь, они тоже ушли? — спрашивает Джейк, — Я имею в виду… нет никакой причины, чтобы группа из шести человек селилась так далеко? Я не вижу ни солдат, ни костюмов AMP. Они прикрыли верх, как и я… эти ребята действительно нашли место, где можно было спрятаться, вне поля зрения, — Нейтири глядит на него.       — Ти единственный оставшийся Небесный человек, — отвечает она, как будто его идея не имеет смысла, — У тибя било много причин, и ти планировал уйти, так как они хотели твоего присутствия здесь, — Джейк закусывает губу.       — У людей есть такая концепция… Когда что-то происходит, позже становится легче, чтобы это произошло повторно. Это называется… создание прецедента. Поэтому, когда я ушёл, я… создал прецедент. Люди видели, как я ухожу, слышали мои доводы. Они, наверное, знают, что я ещё жив, значит, можно выжить вне РДА… И, может быть, они согласились со многими моими доводами, может быть, у них были свои причины, — поясняет он.       — Итак, они решили сделать то же, что и я, и просто… ушли с базы, — они осмотривают лачуги.       Джейк подтолкивает Нейтири.       — Иди, спроси у них, что они тут забыли. Эти люди на территории Оматикайи, ты можешь пойти и спросить об этом. У тебя есть веская причина для расследования, — она ворчит, опуская уши.       — Это правда, — согласилась на’ви.       — Я буду рядом, чтобы слышать и видеть, что происходит. Не упоминай обо мне, — напоминает он ей, — Узнай сначала, пришли ли они, чтобы найти меня. Как бы мне ни хотелось, чтобы эти люди ушли, возможно, они просто пытаются установить точку, откуда меня будут искать.       — Я знаю, — говорит она и шевелится.       Джейк смотрит, как Нейтири спрыгивает на землю, медленно приближаясь, глаз не сводя с двери, и приседая у входа. Она стучит в дом точно так же, как стучала в окно его хижины связи, шевеля ушами и дёргая хвостом. Девушка на’ви смотрит на дверь, а затем присаживается рядом с потухшим огнём, когда из лачуги осторожно выходит женщина. Нейтири приветствует её, указывая ото лба к ней, и та кивает в ответ, всё ещё наблюдая за охотницей.       — Ти и твои спутники находитесь на территории Оматикайа, — заявляет Нейтири, — Небесным Людям запрещено находиться здесь.       Женщина мгновение молчит прежде чем подать голос:       — Ну и что? Ты собираешься убить нас?       — Нэт, — отвечает Нейтири, — Я не буду. Но оставаться здесь может бить небезопасно, — женщина скрещивает руки.       — Так мы могли бы быть где-нибудь, что не мешать тебе? — Нейтири смотрит на неё.       — Может бить. Но я хотела би знать, почему ти и остальные здесь. У вас нэт странных инструментов, как у ваших учёных. И вам не хватает оружия ваших воинов. Ви также спрятали свой дом от неба, замаскировав его под растения и мох. Кораблю будет очень трудно увидеть вас с воздуха, — женщина вглядывается в сторону и снова на на’ви, — Возможно, ви пытаетесь остаться незамеченным? — спрашивает Нейтири, многозначительно наклонив голову, — Или ви просто заблудились и вам нужен кто-то, чтобы сообщить одному из Небесных Людей на базе о вашем местонахождении и необходимости помощи?       — Нет, — быстро отвечает женщина, слишком быстро и очень искренне, чтобы в этом ответе не было ничего, кроме отчаяния, — Мы, э-э, мы не заблудились.       — Значит, ти оставила их, — говорит Нейтири, — Как тот странный сновидец, — её глаза сверкают.       — Салли?       — Я не знаю его имени, — солгала Нейтири, что впечатляет, учитывая, что у На’ви даже не было понятия «ложь» до того, как сюда пришли люди, — Но ми знаем, што происходит на нашей территории. У нас много глаз. Теперь, как тебя зовут?       — Джей, — говорит она, — А ты?       — Я — Нейтири, — отвечает она, — Итак, ти ушла из Небесных Людей? — она не отвечает на мгновение.       — А если и так? Что произойдёт потом? — Нейтири оглядывается.       — Ну, тогда я полагаю, што здесь нэт Небесных Людей, — протягивает она, — Поэтому мне не нужно искать их, чтобы вернуть своим. И на нашей территории нет Небесных Людей, которых нам нужно прогнать, — Джей облегчённо вздыхает, поникнув плечами.       Уши Нейтири дёргаются от звука, и она оглядывает лагерь.       — Это хорошее место, чтобы жить. Но иногда стаи… ви их называете… змеиними волками?.. ходят по этим местам ночью, во врэмя охоти. Тебе следует найти более надёжное убежище.       — Мы что-нибудь придумаем. Спасибо.       — Могу ли я узнать причину, по которой ти и ваши покинули Небесных Людей?       Женщина прикусывает губу.       — Дело в том, что некоторые… очень важные вещи несправедливы во Вратах Ада. Например, как обращаются с преступниками. Мы чертовски далеко от Земли, где людей наказывали бы за преступления. Так что иногда… инциденты игнорируются, чтобы всё работало так, как раньше. Поддержка рабочей силы. Это пустая трата ресурсов. Посадить человека в камеру, пока его не отправят домой для любого суда за его преступления. Пройдёт целых шесть лет прежде, чем он вернётся на Землю хотя бы для одного суда. Не стоит, говорит начальство. Хотя этот парень… этот преступник, сделал со мной кое-что ужасное. Причинил мне боль, которую я даже не могу тебе объяснить. И его за это вообще не наказали, никак, кроме пощёчины, — горько усмехается Джей.       — И, поскольку, одному парню сошло с рук это преступление, другие дерьмовые люди решают, что у них получится совершить то же самое преступление, и таким же образом причинить мне или другим людям вред. И, честно говоря, если бы мне пришлось оставаться там дольше, я бы перерезала ему глотку ножом и понесла наказание, которое последовало бы за убийством этого парня на глазах у десятков людей. И, чёрт возьми, это стоило бы того.       Сердце Джейка замирает, потому что он точно знает, что она имеет в виду, на что намекает. РДА не наказывают насильников у Врат Ада. Людей насилуют или подвергают сексуальному насилию на базе, и они ни хрена с этим не делают. Он в ужасе прижимает руку ко рту.       — Но затем Салли, парень-мечтатель, просто уходит. У него были личные проблемы с базой, с людьми там, и он просто берёт и уходит. Больше никакого РДА, никаких возвращений на Землю. Просто сбежать и жить без всего этого дерьма. Никогда не видела ничего подобного, даже не рассматривала такую ​​возможность. И мы решили собрать всё необходимое и просто уйти. Мне не нужно больше никогда видеть лицо моего мучителя. Мне не нужно возвращаться на Землю, где никогда даже не расследуют преступление и не накажут его, потому что это произошло здесь, а не на Земле. И у меня нет доказательств его преступления, они избавились от них. А РДА будут отрицать, что у них вообще когда-либо были доказательства. Так что пошли на хуй эти засранцы. Они могут сгнить, мне всё равно. Если бы ты всё же решила поджечь это грёбанное место, я была бы чертовски рада, — Нейтири растерянно смотрит на Джей.       — Понятно… — протягивает она, не совсем понимая, — Ощень хорошо. Я позабочусь о том, чтоби ваш лагерь не подвергся нападению, и обсужу ваше присутствие с оло’эйктан. Вам будет разрешено остаться, но поскольку ви находитесь на территории Оматикайа, то ви должны следовать нашим правилам. Они не безосновательны. Ми просим вас нэ убивать животных без причины, ценить жизнь тех, кого вы едите, нэ наносить необоснованный ущерб окружающей среде.       — Мы можем это сделать, — уверяет Джей.       — Спасибо. Я вернусь через несколько дней, чтобы узнать, как вы себя чувствуете, и сообщить вам о решении оло’эйктана. Но вас не попросят уйти и не сдадут РДА, это я обещаю. Тебе не нужно бояться Оматикайа.       — Хорошо. Спасибо.       Нейтири снова взбирается на дерево, указывая Джейку следовать за ней дальше, к верхним ветвям. Он делает это с небольшим трудом, и девушка на’ви усаживает его подальше от глаз, загораживая стволом дерева. Листья загораживают даже вид лагеря внизу, а птичий крик и ветерок приглушают шум.       — Она очень зла, — отмечает Нейтири, — Я не понимаю, почему. Это преступление против неё, я не знаю, что она имеет в виду, — Джейк вздрагивает, трёт лицо.       — …Зато я понимаю. И я не думаю, что это что-то есть у на’ви, если ты понятия не имеешь, что она имела в виду.       — Скажи мне.       — Это… это очень нехорошо. Это одно из самых страшных преступлений, которые у нас есть, — предупреждает Джейк, — Это преступление, совершенное подлыми, мерзкими, эгоистичными, откровенно злыми людьми. Это очень-очень серьёзная тема, и наказание за неё должно быть намного серьёзнее, чем то, что получают преступники у Врат Ада.       — Скажи мне, — просит Нейтири, на этот раз мягче.       — …Хорошо. Если я правильно понимаю, что она имела в виду, люди в этом лагере были либо изнасилованы, либо подверглись сексуальному насилию. Это когда кто-то заставляет другого человека заниматься с ним сексом против его воли, или когда кто-то прикасается к другому в сексуальной манере, когда это нежелательно, — Джейк пытается объяснить.       Выражение лица Нейтири остаётся пустым, когда она пытается понять, что говорит Джейк. А потом она вздрагивает, когда он щёлкнул перед её носом. Джейк морщится и кивает, глядя вниз.       — Это ужасно. Эти злые люди эгоистичны и верят, что имеют право на тела других и игнорируют просьбы этих людей оставить их в покое. Иногда это применение физической силы к более слабому человеку, чтобы… изнасиловать кого-то. Иногда это происходит, когда кто-то не может согласиться на секс, например, когда он пьян или под действием наркотиков, поэтому он не в своём уме, и точно не сможет отбиться от нападающего. Иногда это может происходить через угрозы. Например, сказать, что они причинят им боль или убьют, если они не займутся сексом. Это действительно, мерзкая и ужасная вещь. Честно говоря, я бы не стал винить эту женщину, если бы она убила того парня после всего этого. Все люди на этой базе, которые это сделали, должны быть немедленно схвачены и отправлены обратно на Землю для наказания, но… их просто не призывают к ответственности. Потому что они не хотят растрачивать рабочую силу. А акт наказания преступника будет происходить только на Земле, которая очень и очень далеко. Боже, это такой пиздец. Я чувствую себя ужасно за тех людей. Иисус. Мы не можем позволить никому из этих людей вернуться туда. Я не могу представить …       — Это… это неправильно, — дрожащим голосом говорит Нейтири, — Это зло.       — Вот уж точно. И люди знают, что это зло. Поэтому это жестоко наказуемое преступление у нас. Но зло есть в человечестве, и оно случается. Это случается чаще с женщинами, чем с мужчинами, но может случиться и с ними. Поэтому, должно быть, большинство в этом лагере составляют женщины. Боже… это чертовски ужасно. Я не могу представить, в какой она в ярости. Все они. Не могу поверить, что RDA просто отпускают этих уродов безнаказанными или почти безнаказанными. Неважно, что посадить этих людей в камеры и отправить по домам — пустая трата ресурсов. Не важно, что они будут наказаны после шестилетнего полёта, это ужасные люди. И если их не накажут, они, вероятно, в конечном итоге сделают это снова, потому что думают, что им это сойдёт с рук, — Джейк вздыхает и потирает лицо, глядя на лагерь.       — Послушай, к лагерю нельзя подпускать ваших соклановцев без сопровождения. Вы должны послать женщин поговорить с ними. Они будут подозрительны и обеспокоены, если к ним подойдут мужчины. Нахождение на территории Оматикайа означает, что они должны слушать правила Оматикайа. А если они этого не сделают, то их отправят обратно, так эти женщины думают. Поэтому они будут беспокоиться о том, что их могут заставить… делать то, что они не могут хотеть.       — Ни один мущчина не…       — Они этого не знают, Нейтири. Всё, что эти ребята знают, это то, что если кто-то однажды причинил им такую ​​боль, то это может случиться снова, — Джейк роняет голову на руки и глубоко вздыхает.       — Кто-то другой создал этот прецедент. Я хочу прийти поговорить с ними позже, в моём небесном теле. Я буду казаться меньшей угрозой, особенно с тобой. Мы можем побеседовать с ними после того, как ты поговоришь со своим отцом.       — Да. Это… я буду полагаться на твоё мнение по этому поводу, — соглашается она, — Как отвратительно. Ужасно, зло.       — Это. Это. Я не могу полностью с вами согласиться, это одна из худших вещей, которые может сделать человек.       — Для Народа спаривание — это на всю жизнь, с тем, кого ти любишь и кто любит тибя. Забрать это у тибя…       Нейтири плачет, и Джейк инстинктивно протягивает ей руки, которые она с благодарностью принимает:       — Ужасно.       — Люди… не создают пары на всю жизнь, но… когда… тебе так больно, может быть очень больно, будь то первый раз, когда ты занимаешься сексом, или сотый. Это о том, что твоё тело чувствует, словно оно больше не принадлежит тебе. Что у тебя больше нет выбора как распоряжаться своим собственным телом. Это заставляет людей бояться, что другие попытаются снова отнять этот выбор. Люди просто принесли сюда все свои худшие стороны. Эгоизм, жадность, разрушение. Мне… мне жаль, что вам приходится узнавать о таких вещах, — Нейтири отдёргивает руку, чтобы вытереть слёзы.       — Это не твоя вина, — заявляет она, — Но мне ощень грустно.       — Это нормально. Меня это тоже огорчает и злит. Это несправедливо, нет. Такого не должно было случиться с самого начала, но теперь нет справедливости, и это приводит меня в ярость, — Джейк вздохнул.       — Мы должны идти. Эм. Тебе нужно поговорить с отцом. Обсудить, что вы собираетесь делать с этой группой. И, может быть, поговорите о том, что делать, если еще кто-то уйдет, каков будет план, если другие тоже решат уйти. Как я уже сказал, я не хотел, но, возможно, я создал прецедент. Может последовать больше людей. Сомневаюсь, что нападению подверглись всего шесть человек. Прошло более тридцати лет, а в этом месте нет ни капли справедливости. И тот факт, что это происходит, означает, что, вероятно, есть и другие. Те с кем тоже произошли дерьмовые вещи, настолько плохие, что разозлили бы их и заставили сбежать. Тебе следует поговорить с Эйтуканом.       — Да. Ти прав, — кивает Нейтири, — Сначала я отвезу тибя домой. Я хочу поговорит с ним обо всём этом наедине.       — Конечно, всё, что угодно.

***

      Эйтукан обдумывает сказанное. Она не хочет рассказывать ему о словах Джейка, о концепции изнасилования, сексуального насилия, но всё же говорит, что было совершено насильственное преступление, и правосудие не восторжествовало, поэтому, поняв, что они могут просто покинуть место, где нет справедливости, люди сделали именно это и теперь намерены спрятаться, как Джейк.       — Что Жейксулли сказал об этом?       — Он говорит, что характер преступления суров в человеческой культуре. И люди, причинившие им вред, должны были быть отправлены на Землю для наказания. Но этого не произошло, и кажется, что никакого наказания вообще не было. Он чувствует за них боль, и казался глубоко опечален рассказом женщины. Жейк желает вскоре навестить их и просит, чтобы я сопровождала его.       — Он не знал о них?       — Нет. Но он упомянул концепцию, согласно которой, если что-то случилось один раз, то может легко повториться снова. Жейк считает, что, возможно, больше Небесных Людей, недовольных обращением с ними, могут сделать то же самое и уйти, — Эйтукан нахмурился.       — Правда?       — Они видят, что уход возможен. Поняли что не обязаны оставаться, если с ними обращаются несправедливо. Если им не удалось увидеть Джейка, то логично, что многие другие не видят и могут разозлиться. Не исключено, что уйдёт больше, — он задумывается на этот счёт, взглянув на Мо’ат в поисках помощи.       — Было бы неразумно отвергать тех, кто ищет утуру, — замечает тсахик, — Они приходят на нашу территорию в поисках убежища? Тогда позволь им остаться и сделай с ними то, что мы сделали с Жейкомсулли. Они будут жить на территории клана Оматикайя, и вносить свой вклад в жизнь Оматикайя.       Эта идея явно нравится Эйтукану, несмотря на его строгое выражение лица. Нейтири широко улыбается.