Больше, чем просто учитель II. Рыцарь поднебесья

      Прошло около двух недель, с момента как я попала в орден ополчения. Я упорно тренировалась, чтобы стать сильнее. Сойер помогал мне на духовном уровне, взращивая новый стержень и пробуждая мужество внутри. С ним я могла вновь чувствовать мою силу, которой обладала до слиянием с Мальбонте. Однако я все еще не могла пробудить ее до конца. Сойер говорил, что это не просто и нужно время. Непризнанным труднее ощупь внутренний свет и дать ему вырваться наружу.       Мейлз отрабатывала со мной мою силу: упражнения с мечом и искусство борьбы. Она обучала меня силовым приемам, чтобы не умереть в бою и дать силовой отпор противнику. У меня это получалось намного лучше и я успела овладеть некоторыми полезными приемами. Моих навыков было достаточно, чтобы ходить с отрядом Ордена на какие-либо небольшие вылазки. Однако я хотела вернуться в город и забрать с собой Мими. Мне нужно было привести ее в Орден и помочь ей. Поговорив с мамой, она дала согласие и я начала готовиться к дороге в город. — Ну что, кто пойдет с тобой? — Я не думала об этом. Я бы хотела пойти с тобой, однако ты слишком сильный ангел и нужна тут. — Возьми с собой Сойера. Он целитель и если что сможет помочь в дороге. Я сунула меч в ножны и повернулась лицом к Мейлз. — Сойер? — Конечно! Я считаю, что вы хорошо справитесь. Хоть он не обладает такой же силой, как чистокровные бессмертные, он хорошо владеет магией и сможет защитить вас обоих. — Я поговорю с ним, одну меня еще никто не отпустит. Но прошло уже много времени и мне надо помочь Мими. Мейлз приобняла меня за плечи. — Лети, он как раз в лавке. Не переживай! Мы поможем твоей подруге.       В полдень мы уже готовились вылетать из убежища Ордена Ополчения. Сойер надел на нас амулеты, скрывающие энергию и мы выдвинулись в путь.       Дорога была непростой: шел настоящий снегопад и все было будто в тумане. Махать крыльями было трудно из-за встречного потока ветра, да и я начала быстро замерзать. — Концентрируй свою энергию на согревании тела! Ты ведь знаешь, как это делать! — Я концентрирую ее на полете! Мне сложно лететь быстро против ветра! — Постарайся распределить ее поровну, давай лететь медленнее! Я молча кивнула и начала делать то, что приказал Сойер. От этого наша скорость полета снизилась, но я смогла согреться. Пролетев пару километров я заметила знакомые заснеженные скалы. Именно там я впервые увидела Геральда. И тут меня осенило: — Сойер, который час? Ангел вынул из-под рубашки часы, подвязаны на его шее и проверил время. — Час ровно! А что? «Час дня…» Мне нужно попробовать снова… — Сойер! Мне нужно на это парящую скалу! — Зачем? Скоро тут появиться Армия Рыцарей, нам нужно улететь как можно быстрее! — В этом и дело… Я хочу снова увидеть его! Сойер сразу же понял о чем я, но моя идея ему не нравилась. — Это может быть опасно, нам нужно уходить. — Пожалуйста! Я просто хочу снова поговорить с ним! Прощу! Я сложила ладони вместе и молила Сойера задержаться. Ангел покачал головой и ответил: — Я буду наблюдать за тобой с вон той горы, — он указал пальцем на соседнюю порящую скалу, — Ради нашей общей безопасности. Потом мы продолжим путь, идет? Я подлетела к Ангелу и обняла его. А затем нырнула вниз и приземлилась на месте. Я спряталась за тот самый камень и надела капюшон на голову. Вскоре появились рыцари и разлетались в разные стороны, но я ждала только одного. Через двадцать минут появился Геральд и закрыл портал. Подождав пару секунд я сняла амулет с шеи и показалась из укрытия. — Здравствуй, Геральд… Опуская взгляд вниз, молвила я.       Он вздрогнул и обернулся на мой голос. Метель начала постепенно утихать и лишь морозный ветер обдувал лицо. Я взглядом указала на камень и села на него, сложив руки на колени. Демон, украдкой, окинул взором меня и сел рядом. Вдали виднелись прекрасные заснеженные красоты. Зима вступила в бразды правления и заворожила меня своим могуществом и величием. Мы оба смотрели на холодный, снежный пейзаж. Однако тишину никто не осмелился нарушать первым, так длилось около десяти минут. — Я помню наш с тобой разговор тут. Было так тепло и солнечно. И еще, это было так… — Так давно… Подхватил Геральд, отчего в сердце что-то екнуло и в груди немного сжалось. — Да… Это было очень давно… Геральд говорил это с таким тяжелым вздохом. Будто нес груз боли на плечах и не мог его скинуть, чтобы вдохнуть воздуха полной грудью. — Ты выросла, Вики Уокер. Стала мудрей и рассудительней. Стала мужественней и смелей, однако ты все также плачешь, когда чьи-то слова ранят твое доброе сердце… И я знаю, что увижу твои слезы вновь. Это просто неизбежно, ведь я и есть меч, вонзившийся в твою грудь, и при каждом моем слове, лезвие все глубже проникает внутрь.       Я старалась не двигаться. Я все также смотрела вдаль и слушала Геральда, и даже когда его слова вновь задели за живое, я лишь проглотила слюну, вставшую поперек горла. — И я не могу оставить тебя без ответов. Я знаю, о чем ты хочешь спросить, однако событий слишком много, я постараюсь быть емким в высказываниях. Также время… У нас его не так много. Я смогу ответить на три вопроса, после чего мне нужно будет вернуться к отряду рыцарей.       Я вздрогнула. То ли от холода, то ли от чего-то совершенно иного. И вновь рамки, которые помешают мне получить все то, чего я жду от нашей встречи. Три вопроса… Я растерялась, от того, что совершенно не понимала, что мне нужно и что мне хочется узнать. Поразмышляв, я набрала в легкие прохладного воздуха и задала первый вопрос: — Что случилось с тобой после битвы с Мальбонте? — Хорошо. Начнем с этого. Битва с Мальбонте забрала множество жизней. Я вновь очутился на смертном одре, и в этот раз меня уже не получилось спасти. Когда я очнулся, я думал, что очутился в Небытие, однако это было не так. Я проснулся в собственном доме, в Аду. Надо мной стояла Чума и махала рукой. Уже позже я понял что произошло и для меня было странно существовать заново в своем теле, и наблюдать за происходящем вокруг. Геральд выдержал небольшую паузу. — Я искал тебя. Я не мог понять почему ты пропала, именно ты. Я находился в полной тьме, не видя никакого света. Но я продолжал искать тебя, когда уже сформировалась армия рыцарей я все равно продолжал поиски, но четно. Тогда и появилась Дафна. Услышав ее имя, я будто напряглась как струна. Однако у меня оставалось еще два вопроса, ответы на которые я хотела бы услышать лично от Геральда. — Кто такая Дафна? — Она являлась одной из приближённых советников Всадников и мы постоянно пересекались. Она видела мое состояние тогда и помогала мне справиться с терзаниями, что я… Что я не смог спасти тебя. И не буду лукавить, мы сблизились, однако это не помогло затянуть рану в сердце, с которой я жил еще оставшиеся восемьдесят лет. Она пыталась, и иногда я забывался, однако все возвращалось и повторялось. З сто лет она действительно многое сделала для меня и смогла пробудить какие-то новые чувства и эмоции. Она сильный демон-хранитель и наш союз одобрили Всадники, мы могли бы посадить новую династию сильных демонов со способностями демона-хранителя, однако в жизни настал тот день, когда мне сообщили, что Вики Уокер нашлась и ее везут в Цитадель к Чуме. Геральд говорил со всей серьёзностью. — Я не мог поверить в то, что ты нашлась. Тебя привезли в цитадель, но я не видел воочию. Но когда мы встретились здесь, я думал, что сошел с ума. Я не мог поверить, что ты жива. Я предводитель армии рыцарей и прямая угроза тебе. На тот момент я думал о твоей безопасности, Вики. Я ничего не забыл… И я сожалею о том, что не смог спасти тебя, сожалею обо всем. Однако ты сама понимаешь, что ты будешь в безопасности в ордене, с Ребеккой и Мейлз. Но не со мной… Он был прав. Меч его откровенный вонзился глубоко в сердце и ранил уже без того изувеченное сердце. Сейчас мы были с ним похожи: мы оба несли груз, непосильный обоим. — Рана в сердце… Она до сих пор? Она ведь не затянулась… Я права? Он молчал. Будто не хотел говорить вслух то, что я была права. — Я собственник. Я говорил тебе об этом. — Ты никого никогда не любил, ты мне говорил это. — Так и есть, Вики. Ладонь демона сжалась в кулак. Он сдерживал себя и не показывал, как ему больно вспоминать все то, что было между нами. Как ему не просто принять факт того, что через сто лет я свалилась будто снег на голову. Однако я уже хорошо знала его и понимала, что он может лукавить, чтобы вызвать максимальную отстранённость и отвергнуть меня. — Я ничего не понимаю! Если ты не врешь, то почему нам… — У нас разные пути. Ты должна помочь ордену выиграть войну и восстановить мир небес. Я же иду своим путем, и тебе нельзя идти со мной рука об руку. Просто нельзя. — Я не согласна! Это звучит эгоистично! С чего ты взял, как мне будет лучше и безопаснее? — Потому что многое изменилось. — Не правда! То, что случилось между нами… То, что мы пережили вместе… Неужели это все больше не имеет смысла? Геральд глубоко вздохнул. Он смотрел перед собой и не дрогнул ни одним мускулом на лице. — Неужели наши чувства больше не взаимны? Геральд молча встал и отошел на пару шагов от меня. Поток ветра пускал черный плащ по ветру и падающие снежинки закружились над головой демона. Он вытянул руку перед собой и открыл портал. Я тут же вскочила и крикнула: — Ты не ответил на вопрос! Их было три, и этот вопрос-последний! Почему ты снова исчезаешь толком ничего не сказав?! Геральд встал в пол-оборота и просто смотрел на меня. Он молчал. Я ничего не понимала, вопрос без ответа или же он просто хочет молчанием все рассказать мне. Но мне понимала его молчания. «Да» или «Нет». Что мне нужно было понять? Почему он уходит вновь? — Не уходи… Хрипло сорвалось с моих губ. Мы смотрели друг другу в глаза еще несколько секунд. Геральд сделал шаг вперед и я неосознанно повторила за ним, питая в его действиях надежду. Мы оказались слишком близко друг к другу, что мне захотелось прижаться к нему как и раньше. Но я не могла сделать этого. — Это не правильно… Всадники могут убить тебя… — Что не правильно? Ты можешь сказать мне и я уйду, навсегда…       Голубые глаза Геральда наполнились слезами, которые он отчаянно сдерживал. Мне казалось, что он вновь смотрел на меня как прежде, но это было лишь мгновение. Мы стояли лицом к лицу, словно в куполе прошлого, но с очертаниями будущих бессонных ночей. В воздухе повисло неловкое молчание, и Геральд притянул меня к себе, положив руку на щеку.       Этот поцелуй был мгновением — трагедия, заключенная в краткие секунды. Горечь слилась с ностальгическим ароматом поцелуя, крошечными каплями печали, опускающимися на губы. Это был поцелуй, сладкий и горький одновременно, словно нектар бесспорнейшей любви и смерть невместимой надежды. Он плыл сквозь туманный океан ощущений Наши глаза встретились мгновением, и весь мир пропал, словно сияние свечи во тьме.       Поцелуй стал взрывом, одновременно рождая нежность и разрушая все, что было до этого мгновения. Сожаление и тоска стали узором на наших губах, словно печать утраченного счастья. Мы знали, что больше никогда не будем так близки, так сильны как раньше, а все пройдет как облако тоски посреди бескрайнего неба призрачной мечты. Поцелуй сделал нас идеальными несчастными — двумя потерянными душами, слабыми, но бросающими вызов предрешенности.       С легким касанием губ, Геральд отпустил меня, словно птица, которой было нельзя разрушить паутину тоски. Он увел взгляд в сторону и я ощутила благодарность за минуты счастья, отпускавшей меня. Я осталась с горечью в душе и моментами, сделавших меня сильнее и одновременно слабее. Геральд подошел к водовороту и обернулся: — Это не правильно, но я ни о чем не забыл…