Осенняя Астер

POV Автор

*Прошло три месяца. Наступила зима.*

Все три месяца Ольга и Джеймс не общались на прямую с друг другом. Они держали дистанцию. В обществе своих друзей – были разговоры об уроках, о школьных сплетнях и вредных учителях. Он общался со Стивом. Она общалась с Эли. Потом менялись. Друзья передавали порой информацию о друг друге им. В коридорах школы – движение, шум, звонки, щёлканье замков шкафчиков. Среди всего этого – они. Двое, когда-то тайно влюбленные, теперь словно чужие, но всё ещё странно притягательные друг к другу. Она шла по проходу с подругой, смех на губах, но глаза то и дело скользили в сторону – туда, где он стоял у окна с друзьями, в профиль. Он будто спокоен, но его пальцы машинально перебирали край рюкзака, и взгляд, не дождавшись встречи с её глазами, снова прятался вниз. На школьном дворе – случайные взгляды через толпы. Она смотрела в окно школы, но в отражении стекла – его силуэт. Он листал тетрадь, попутно, что-то обсуждая с друзьями, но вдруг замирал на секунду, уловив её. На обеде – один и тот же стол, но разные края. Они всё ещё с друзьями, всё ещё вместе, но между ними – расстояние: не физическое, а внутреннее, будто кто-то поставил стеклянную стену. На осенних каникулах – она уехала с родными на научный съезд, тем самым она смогла отвлечься, подчерпнула новые знания и даже получила рекомендации для будущего поступления. Он же проводил время с Эли и Стивом. Они гуляли в парке, ходили в кино, посещали городские танцы. И всё же – бывали и нервные моменты. Она смеялась над шуткой брата, когда Говард её забирал со школы по поручению отца. А Баки сжимал челюсть. Не замечая, как перестаёт жевать, глядя на то, как её глаза светятся. Потом – он помогал Долорес поднять книги, и её сердце предательски сжималось. Взгляд прятался за дверцей школьного шкафчика, за книгой, за своими волосами. Роджерс и Хантер уже привыкли к такой сложившейся обстановке в их компании и даже не задавали вопросы. Зимнее солнце пробивалось в окна, длинные тени ложились на школьные полы. Иногда их шаги совпадали в коридоре, и в воздухе висело электричество – тонкое, как запах дождя перед грозой. Их плечи почти касались, но ни один не поворачивал головы. Они были рядом – но будто через стекло. И в каждом взгляде, каждом случайном касании воздуха между ними – несказанное, выстраданное. Их присутствие друг для друга ощущалась как тень прошлого, которая не уходит, но и не даёт по-настоящему уйти. И такая обстановка существовала до самых зимних каникул. До того дня, когда лёд начал снова двигаться

*Первый день зимних каникул.*

Снег медленно ложился мягко и пушисто на землю большими хлопьями, укрывая всё вокруг белым покрывалом. В воздухе витал холодный, свежий аромат зимы. Деревья искрились инеем, лампы освещали тропинку теплым жёлтым светом. Трио друзей лепили снеговика на крыльце около дома Роджерса. Эли и Стив толкали снежный шар, увеличивая его размеры и массу, туловище было почти готово. Ольга ходила около деревьев и искали палочки, которые будут служить руками для их будущей снежной фигуры. - Оля! Иди к нам, потом найдешь палки для рук! – крикнул блондин. От неожиданности девушка дернулась. Она повернулась к друзьям. - Ты чего так пугаешь Стив! Сейчас приду, вторую только руку для снеговика найду и приду. Девушка продолжила поиски. Она старалась найти идеальную деревяшку, полностью вовлекаясь в процесс. Но все что попадалось ей на глаза – не подходило по её мнению. Неожиданно она услышала шаги за её спиной. Хруст снега под ботинками. - Такая подойдет? – тихим спокойным голосом спросил он за её спиной. Баки. Это он. Его голос. Мгновенная волна мурашек прошлась по коже рыжеволосой. Она медленно повернулась к нему, опуская свой взгляд на палку в его руках. Это была та, что девушка представляла в своей голове. Он как будто прочел её мысли и нашел идеальный ключ к замку из тысячи других имеющихся. Ольга перевела взгляд на него и на выдохе сказала: - Да, она подойдет, спасибо. Взяв из его рук палку, она обошла Баки стороной и пошла к Стиву и Эли. Он пошел за ней к ребятам. Это был первый такой «длинный» диалог за долгое время. Присоединившись к своим друзьям, они разделились по парам: парни катали остальные шары, а девушки принялись искать "глаза" – два одинаковых камушка возле дорожки. Общий труд над снеговиком быстро превратился в шумную, весёлую суматоху. Стив вдруг встал за снеговика и заговорщицки подмигнул: - Сейчас сделаем ему крутой нос, подождите. Он достал из кармана морковку, которую прихватил заранее из дома, и торжественно воткнул её в центр снежного лица. - Сразу видно - человек с планом. – прокомментировала Эли и усмехнулась. Пока девушки втыкали найденные веточки для рук, парни зачем-то слепили рядом маленького «малыша-снеговика», получившего имя «Снежок». Все тут же начали спорить, кто из них – мама, кто папа, а кто далёкие дядя и тётя. - Так... А теперь финальный штрих! – сказала Ольга, снимая шарф с себя и аккуратно повязывая его снеговику на шею. - Ты не замерзнешь? – поинтересовался Джеймс. Она лишь отрицательно покачала головой на его вопрос. Они отошли на пару шагов, чтобы полюбоваться результатом. Снеговик вышел неровный, слегка наклонённый, с одной кривой "бровью" из сухой травинки, но в этом было столько уюта, что он казался почти живым. - А ну стоять! – вдруг крикнул Стив, весёлый и беспечный и не дожидаясь реакции, слепил ком снега и бросил в сторону компании. Он попал в Баки – тот засмеялся и тут же вступил в игру. Снежки летели во все стороны, и в этом хаосе один из них полетел прямо в Ольгу. Она не успела ни уклониться, ни закрыться руками. Но вдруг удар. Не снежка, а чего-то, а точнее кого-то гораздо тяжелее. Он. Барнс, с которым она не разговаривала уже недели. Он буквально прыгнул перед ней, выставив плечо, чтобы принять удар на себя. Снежок врезался ему в спину, и в следующее мгновение они оба оказались на снегу. Он на снегу лежит спиной, она лежит на нем прижавшись. - Ты в порядке?.. – выдохнул он, глядя в её лицо, совсем близко. Голос был хриплым, как будто он давно хотел это сказать, но не находил случая. Она кивнула. Губы дрожали не от холода. Они оба хотели прочувствовать этот момент близости на все сто процентов. Он думал отодвинуться, но не сразу, как будто не мог. А она не отталкивала. Где-то позади снова раздался смех, Эли крикнула: – Ууу, романтика пошла! Вставайте голубки! Они отскочили друг от друга, будто проснулись. Но в её взгляде, полном смущения, теперь был свет. А в его решимость. Молчание между ними дало трещину. А лёд сдвинулся.

*На следующий день.*

Друзья пришли навестить Стива. Ведь его иммунитет дал сбой после бурной зимней прогулки вчера. Врачи, посетив его утром, сразу выставили вердикт – ангина. И как назло умудрился заболеть на каникулах. Они сидели в комнате блондина обсуждая предстоящие праздники – Рождество и Новый год. Если раньше у них был один план, то теперь из-за болезни друга нужно было придумать другой вариант. - Предлагаю следующее – голос подала Эли, – Мы отпразднуем оба праздника в один день, как только Стив поправиться. - Хороший вариант, думаю я как раз успею полностью выздороветь и каникулы еще не закончатся. – пробурчал расстроенный Стив, шмыгая носом. Ребята одобрительно кивнули друг другу. Когда главный вопрос был решен, они отвлеклись на другие темы. Баки делал вид, что увлечён разговором с другом, смеялся, иногда бросал взгляд на Ольгу – короткий, напряжённый, как вспышка. Она сидела чуть поодаль, с прямой спиной и общалась с Эли, стараясь не смотреть в его сторону, но её пальцы невольно сжимали ткань от пледа, будто это помогало удержать эмоции внутри. Взглянув на часы, рыжеволосая увидела, что уже поздно и пора домой. Она положила руку на плечо друга, переводя внимание на себя, и с улыбкой сказала: - Мы, наверное, уже пойдем, тебе нужно отдохнуть. Завтра еще зайдем. - Ты права, спасибо, что зашли. – Стив улыбнулся друзьям – И еще раз извините, что подпортил нам все праздники. - Ээээй дружище, не смей извинятся. Из нас никто не застрахован от болезней. – сказал Баки. - Это точно. – ухмыльнулся блондин. – Я вас провожу. - Не не не, ложись обратно, мы сами. – его остановила Ольга. - Мы сами, выход знаем где, не маленькие. – добавила Эли. Попрощавшись с другом, три товарищей вышли на улицу. - Вас проводить? – спросил Баки. - Не стоит, я доведу Эли до дома и потом уже дойду сама. – ответила рыжеволосая. Он поник от такого ответа и опустил голову. Сделав глубокий вдох-выдох, он наконец-то произнес. - Хорошо, тогда до завтра дамы. Он сделал легкий поклон, в качестве прощания с девушками, и развернувшись на пятках пошел в другую сторону. - До завтра – ответили девушки и пошли в сторону дома Хантер.

POV Джеймс Бьюкенен Барнс

Я шёл в сторону дома, вновь обдумывая произошедшую близость с ней вчера на прогулке. И перед моими глазами пролетели прошедшие три месяца. Как каждое утро было туманным, а ночи были бессонными, ведь ложился с мыслями о ней, а если удавалось поспать, то просыпался с надеждой, что сегодня станет легче. Как я пытался внушить себе, что всё пройдет. Что все мои чувства временные, просто вспышка и иллюзия, вызванные моментами, её улыбками и взглядами. Как пытался заглушить тишину чужими голосами, включая ту же Долорес и её прикосновения – но это мне не помогало. Поцелуи и что-то большее я не позволял ей, да и не хотел я её, хоть гормоны и давали о себе знать. Мне казалось это неправильным. В голове в такие моменты была рыжеволосая. Как я врал себе всё это время, говорил, что это просто увлечение и чувства ненастоящие. Но каждый раз мне было больно от этих слов самому себе. И конечно пролетело в моей голове, что самое сложное в эти три месяца было для меня – это не подойти к ней и не сказать: «Сколько бы времени не прошло – моё сердце будет принадлежать тебе». Всё это время она жила во мне и этот маленький миг заставил моментально вспыхнуть огню внутри меня с новой, еще большей силой. Какой же я дурак, оглядываясь назад, я это осознаю сейчас. Я понимаю – что не пытался забыть, а пытался спрятать. Придавить. Может стоит нам попробовать поговорить? Ведь прошло уже достаточно времени, гнев и злость точно уже ушли. Да, попробую, попытка не пытка. Я ускорил шаг развернувшись и направился к её дому, нужно было успеть до момента, когда она вернется, ведь если я опоздаю, она точно не выйдет поговорить. Здесь только остается поджидать её у дверей. Добравшись до её крыльца и оценив обстановку, понял что следы на снегу старые и их уже припорошило снегом, а значит она еще не дома и плюс свет горел только на первом этаже. Вряд ли она передвигается по воздуху прямиком в окно своей комнаты и не включая свет. Пройдя на крыльцо и встав у перил лестницы облокотившись, я стал ждать. Не знаю сколько времени уже прошло, но на улице заметно похолодело и я знатно промерз, но это была плата за предстоящий разговор. Он стоил того по моему мнению. Минуты тянулись мучительно медленно, мои ладони были сжаты в кулаки, сердце стучало где-то под самым горлом. Я не знал, что скажу, когда увижу сейчас. Не придумал слов. Но молчать было хуже. И вот я увидел её, она шла вдоль тротуара и силуэт освещал уличный фонарь. «Или сейчас, или никогда.» - проскользнуло в моей голове. Я резко оттолкнулся от перил и пошёл навстречу ей, уверенно снаружи, но с подкашивающимися мыслями внутри. Она услышала мои шаги и подняла голову. В её глазах – усталость. Не холодная злость на меня. Просто усталость. И это укололо сильнее, чем если бы она кричала на меня сейчас. Я подошёл ближе и остановился в шаге. Сердце билось так, будто это был не разговор, а прыжок с крыши. Нервно сглотнув, я начал говорить: - Нам нужно поговорить. - Поздно, ты так не считаешь? – ответила она и хотела уйти, но я шагнул ближе, перегородив путь. - Пожалуйста. Просто выслушай. Не простить – не надо. Просто услышь. Ольга стояла молча, не смотрела мне в глаза. Только медленно сжимала замок на куртке в руке. - Я не поцеловал её. Это она. Я… замер. Ошибся. И самое дурацкое - я подумал о тебе. Сразу. Она чуть вскинула брови, но всё ещё молчала. - Я понял, насколько важна ты. Не тогда, когда всё хорошо. А когда я тебя потерял. Я не спал. Я хотел кричать. Но ты исчезла, не физически. Отвернулась. И знаешь, ты имела на это право. Она медленно подняла на меня глаза. В её глазах уязвимость, обида и всё ещё привязанность. - Я не хотел, чтобы всё вышло так…и дошло до такого. - А я не хотела, чтобы ты думал, что мне всё равно. – тихо отвечает Ольга – Но хотела, чтобы ты понял, каково это когда другой касается того, кто тебе дорог. - Он твой… парень? – спросил я, боясь узнать ответ на этот вопрос. Она смотрела мне в глаза молча, долго, почти с вызовом. А потом выдохнула и сказала: - Нет. Мой брат. У меня никого не было и нет. Я отшатнулся от её слов, как будто на секунду потерял равновесие. И лишний раз осознавая, что она всегда была верна мне, даже после всей боли. - Что?.. - В первый раз, он просто подвез меня, но твоя реакция подкинула мне идею. Я долго сомневалась, но твой поцелуй с Долорес убрал все сомнения. – она выдохнула и продолжила – Потом он уже просто забирал меня с школы, если папа просил или если проезжал мимо. Наступила тишина. Только ветерок шевелил её волосы, торчащие из-под шапки, а снег падал на её ресницы. Я смотрел на неё, и всё во мне сжималось. Неуверенно и тихо, я наконец-то сказал: - Я дурак… - Да. – кивнула она тихо – Но и я не лучше. - У меня есть шанс?...Все исправить... Ольга не ответила сразу. Только смотрела на меня, глубоко, внимательно. И в её глазах мелькнуло то, чего не было в сценах ревности и боли: надежда. - Посмотрим Баки… – она тихо ответила – Ты всё еще общаешься с Долорес? - Иногда … - Если ты действительно хочешь всё исправить – она прикрыла глаза, замявшись на секунду – Тебе нужно понять: мне больно думать, что она где-то рядом. Дальше решай сам. - Я не знал … насколько тебе важно это. - Теперь знаешь, я не прошу сцен, чтобы что-то доказать мне. Я прошу расставить приоритеты. Я смотрел на неё молча. И в этот момент мне стало по-настоящему ясно: она не просила подтверждений любви. Для неё было важно понимать и знать, что не будет снова чувствовать себя временным увлечением для меня. - Ты права, я поговорю с ней после каникул и поставлю всё на свои места. – уверенно произнес я. Она улыбнулась и нежно дотронулась рукой моей щеки. От её прикосновения у меня пошли мурашки, и я прикрыл глаза от удовольствия. - Я не прошу героизма Баки. А только лишь уважения. – полушепотом произнесла она, убирая руку и проходя за мою спину к двери дома. - Оно есть и я все исправлю родная – тихо сказал я, не поворачиваясь за ней. Дверь закрылась за моей спиной. Она зашла домой. Но впервые за всё это время я почувствовал, что выдохнул по-настоящему. Мы наконец-то поговорили. И чувство, что можно всё исправить – снова вдохнуло в меня жизнь.

POV Ольга – Амалия

Закрыв за собой входную дверь я прямиком направилась на второй этаж, никого не замечая перед собой. Эмоции после разговора подкатывали. И это было не слезы. Сердце бешено стучало, ладони дрожали, а внутри поднималась волна чувств – нежности, боли, тоски и радости одновременно. Поднявшись на второй этаж с грохотом распахнула дверь, «залетая» в комнату брата. - Говард! Ты был прав! Ненавижу! Брат молниеносно подлетел с кровати, отбрасывая книгу в сторону. - Оля! Ты что пугаешь и орешь! – он держался за сердце – Что случилось? Я села на его кровать рядом с ним и поджала ноги, обнимая колени. - Мы поговорили с ним. Он рассказал про поцелуй…это она поцеловала его, а не он – я уткнулась головой в колени – А я призналась, что ты мой брат. - И? Что ты чувствуешь? – поинтересовался он. - То, что до сих пор есть чувства. Это глупо? Как ты считаешь? – полушепотом ответила ему. Брат молчал, обдумывая мои слова. Потом откинулся спиной на кровать и посмотрел в потолок. - Нет, не глупо сестренка. Просто ты долго в себе это хоронила. - Я не знаю, что мне делать со всем этим. Но я наконец-то сказала ему про мои эмоции о Долорес, и он ответил, что всё исправит – взглянув на брата, сказала я. - У тебя только один вариант. – пробормотал он. - Какой? – вопросительно вскинула брови. - Довериться ему Ольга. Наблюдай, что он будет делать, но главное не обесценивать и не отталкивать. А там уже сделаешь вывод, и тогда ты будешь знать по-настоящему: отпустить или принять. Я молчала. Но впервые за долгое время во мне появилась не только боль. В душе появилась точка опоры – в словах, в осознании, в желании понять себя до конца.