Чёртовы ведьмы

Кросс и Дрим шли молча. Место было рядом, а потому Дрим не видел смысла ехать верхом, да и лишний раз просить оборотня было неудобно, поэтому он просто шел следом за большим монстром, стараясь поспевать за его темпом. Дрим не был медленным, вовсе нет, но на один шаг оборотня он делал два, а сейчас, находясь где-то на грани реальности и собственных мыслей, он просто не чувствовал в себе сил идти быстро. По правде сказать, он бы предпочел остаться лежать прямо в коридорах пещеры. Кросс определённо был настроен иначе и шёл ещё быстрее обычного. Если бы Дрим мог чуть больше внимания обратить на него, он бы подумал, что тот старается уйти как можно дальше от обители. Ну.. тем, что было ей, когда-то. К чести оборотня, несмотря на свое желание, он не пытался подгонять попутчика, ни жестами ни словами. Он вообще молчал с того момента как они разошлись. Не то, чтобы это было необычно для него, но Кросс был очень напряжен. Да, он старался делать вид, что ничего не произошло, и ему все равно, да, вся его реакция на ужасное зрелище, это минутный шок и ужас, который почти не появлялся внешне, но это не значит что хоть что-то из того, что он старался внушить себе сейчас было правдой. Он хотел бы, на самом деле хотел бы ничего не чувствовать по этому поводу но к его сожалению это просто было неправдой. Он.. знал, что колдовство стало незаконным с недавнего времени, но думал, что это касается лишь одного города. В любом случае до окрестностей и сёл вести всегда доходят позже. И даже если есть запрет на колдовство, ему и в голову не могло прийти, что это что-то большее, чем запрет продавать свои магические приблуды. На алкоголь тоже был запрет лет 6 назад, и его просто стали продавать подпольно, так что и с магией все должно было быть так же… Но, очевидно нет. Это не могло быть ошибкой. Та деревня была полностью уничтожена. Жители были жестоко убиты. И тот клочок синей ткани не мог оказаться там случайно. Даже если бы это было решением стражников, чтобы устроить такое нужна целая рота. Не меньше 30 вооружённых солдат. Нет, это определённо был приказ, иначе и быть не могло, и он не знал, что делать с этой информацией. Может пару лет назад он бы даже счел это справедливым, ведь ведьмы и прочие маги опасны, они отравляют жизнь простым смертным, насылают проклятья и голод, болезни и неурожай. В конце концов именно ведьмак сломал его жизнь. От них одни беды, он был уверен в этом, но.. сейчас. Он не мог уверить себя, что это было бы справедливо. И даже не потому, что сгореть заживо это самая страшная казнь, которой достойны лишь единицы последних уродов, но потому что теперь.. Он не был уверен, что все ведьмы такие. Даже Чара, при всей ненависти, которая до сих пор кипела в душе оборотня при одном упоминании, не сделал достаточно, чтобы заслужить такой участи, а эти двое... Кросс не хотел, но не мог не признать, что они были совсем не похожи на него. То безумие, в которое впал Дрим от ужасного вида разрушенной обители напугало охотника до чёртиков, но вместе с тем, на лице ведьмака были те же чувства, что и в его собственной душе. А то как Найт, очевидно, чувствуя себя не многим лучше, успокаивал брата, задело в Кроссе чувство какой-то важности. Они действительно дорожили друг другом и это всколыхнуло воспоминания. Он чувствовал, словно у него разошлась старая рана, но не знал, что делать с ней и как вернуть все назад. Все, что он старался забыть, все что силился не замечать, вернулось к нему, разрывая мир, в котором он жил все это время, и он не был к этому готов. В любой другой момент он бы сорвался, обвинил во всем этих проклятых ведьмаков, прогнал прочь и постарался вернуться к тому, что стало таким привычным, но теперь.. после того, что он видел, это, кажется, стало невозможно. Слишком похожи были они на него и.. Нет. Нет, не сейчас. Он не хочет вспоминать об этом, не хочет об этом думать. Но теперь, что бы он ни делал, он обязан признать. Он больше не сможет видеть в них только ведьм. И все же.. он хочет попытаться. В размышлениях они прошли сквозь пещеры и вышли обратно в лес, обошли болотце и вышли на небольшую поляну недалеко от ручья. Здесь же они остановились, собрали хворост для костра и еловых веток для ночлега. Кросс, немного утомившись, сел под деревом и собирался подремать, но его привлекло поведение ведьмака. Тот все это время молчал и для него это действительно было необычно. Светлый ведьмак большую часть времени был весьма общительным и старался вывести на разговор не только брата, но и Кросса, хоть и не слишком успешно. То, как тихо он вёл себя теперь, заставило оборотня слегка напрячься. Однако, когда они сделали примерно половину работы по лагерю, ведьмак стал активнее и начал заметно нервничать. Кросс не сразу заметил это и не придал большого значения, ведь, очевидно, тот все еще отходил от того ужасного зрелища. Но то, как тот принёс ещё кучку хвороста и развёл маленький, совсем крошечный костерок чуть поодаль, привлекло внимание оборотня. Огонь такого размера определённо не смог бы согреть, да и он уже видел, как этот ведьмак легко поджигает хворост, если бы дело было в температуре тот мог бы зажечь тот костер, который они собрали вместе. Но для чего тогда ему это было нужно? Дрим же в это время сел на колени перед костерком, сорвал несколько трав, оторвал пару стеблей от цветов на своей шляпе и закрыл глаза, медленно сплетая их во что-то единое, тихо бормоча себе под нос. — Что это ты делаешь? Голос Кросса раздался так внезапно, что Дрим вздрогнул, и выронил свое творение из рук. — Что..? Спросил он, поднимая удивленный взгляд на охотника. — Что ты делаешь? Повторил монохром, с небольшим подозрением, но все же довольно спокойно глядя на костерок. Дрим посмотрел туда же и вернул взгляд на Кросса. — Молюсь. Все ещё немного растерянно ответил ведьмак. — Кому, демонам? Фыркнул оборотень и отвернулся, собираясь встать. Если это было не заклинание, все в порядке. Но он не хотел бы быть рядом с ведьмаком пока тот почитает какую-то нечисть. На небольшую часть ему даже было интересно, что тот ответит. Он так и не узнал, кому поклоняются ведьмы. — Сплюнь быстро! Навлечешь беду на нас обоих. Одернул его Дрим. — Я молюсь Богине Маффет, как и все. Кросс удивлённо обернулся на него. Богине удачи? — Что.? Но разве у магов не единые верования? Разве ведьмы не поклоняются, как Эррор- Все больше удивляюсь продолжал Кросс. — Эррор еретик! Оборвал его Дрим, почти перейдя на крик и его зрачки загорелись яростью от сравнения с этим отшельником. — Он практикует черную магию, причиняет вред другим, и наверняка продал душу за бессмертие, иначе не знаю, как объяснить силу его магии. Для такого уровня нужно непрерывно практиковаться не меньше 60 лет, а он выглядит на 30! Его голос звучал напряженным и почти злым, но вместе с этим он как будто действительно пытался объяснить, в чем проблема. Кросс же сдвинул брови и его голос стал немного тише, но вместе с тем суровее. — А разве вы не причиняете вред другим своей магией? На долю секунды он подумал, что не стоит говорить, но уже не смог остановиться. Однако мгновение после он уже твердо знал, что действительно не стоило. Золотые зрачки ведьмака расширились, а с лица мгновенно пропал весь гнев, сменившись ужасом, смешанным с чем-то странным, лишь на мгновение отразившемся на лице, отчего Кросс не успел понять это. Он тут же вздрогнул, заметив, как свет зрачков начал расплываться во влаге. — Н-нет. Нет. Никогда. Дрим ответил и его надбровные дуги вновь сдвинулись к переносице, но злость все равно блекла на фоне всего остального. Его голос дрожал. — Мы учились магии ради того, чтобы защищать магл, помогать им, лечить. Мы давали клятву не использовать магию во вред, как и все ведьмы. Мы всю жизнь все делали для того, чтобы жить в нашей деревне было лучше для всех! Мы даже не владеем навыком проклятья, вся защита, что у нас есть – это заклинания, обездвиживающее или ослепляющее противника на несколько минут. И все, что мы слышим раз за разом – это то, что наша магия, сущность нашей души вредна, ужасна и незаконна. Что мы заслуживаем мучительной смерти за то, кто мы есть! Он перешёл на крик и слезы сорвались с его глаз, но он тут же их вытер и отпрянул, вжав голову в плечи. — Я думал, ты лучше этого. Он прошептал и этот шепот сквозил такой печалью, что у Кросса заболела душа. Дрим выглядит таким маленьким и уязвимым сейчас и охотник просто не мог больше позволить себе игнорировать этого ребенка. — Нет. Вы не заслуживаете. Тихо и спокойно прогудел он, подползая ближе и садясь рядом с ним, осторожно протягивая носовой платок, который по счастливой случайности захватил вместе с сумкой. Дрим поднял взгляд на платок и, все еще сдерживая ком в горле, осторожно взял его, стирая остатки слез с лица, стараясь успокоить трепещущую душу и скрыть, как сбилось его дыхание. — Я не знал. Вновь прозвучал голос Кросса и ведьмак, легонько вздрогнул от того, с каким раскаянием тот это сказал. Дрим даже не успел одернуть себя перед тем как посмотреть в его гетерохромные зрачки и просто застыл, почти не веря тому как искренне в них читалось сожаление. На пару секунд они оба просто замерли, смотря друг на друга, но после Сон слабо улыбнулся, снова поднося платок к глазам. — Прости, я не должен был так срываться. Выдохнул он, все еще стараясь не задыхаться. — Я просто т-так устал от этого. И обитель.. И Найта так долго нет. Я так волнуюсь за него.. При упоминании брата ком в горле стал еще болезненней и Дрим прижал руку с платком ко рту, чтобы заглушить всхлип. Кросс промолчал о отливающих солнцем слезах, все еще скопившихся в уголках глаз, за что ведьмак был ему благодарен, и очень осторожно положил когтистую руку ему на плечо. — Он скоро вернётся. Его голос продолжал быть спокойным и ровным и Дрим слабо кивнул, восстанавливая дыхание. Некоторое время они сидели так, пока ему это не удалось. Он вытер так и не сорвавшиеся с глаз слезы и вернул платок Кроссу, тихо поблагодарив. Тот кивнул, убирая платок на место и вместе с тем руку с плеча ведьмака. Еще пару минут они оба смотрели на горящий маленький костерок. Дрим снова сложил руки на коленях слегка наклонив голову и прикрыв глаза, выдыхая, а после, подняв упавший амулет из стеблей, продолжил его плести, шепча молитву. Кросс остался на новом месте, наблюдая за тем как ловкие пальцы ведьмака создают из травинок круг и красивое плетение внутри него, напоминающее узоры вышивки. Когда изделие было закончено, Дрим открыл глаза, смотря на огонь и протянул руки с этим травяным амулетом, с узором, похожим на паучью сеть, ловя им дым, поднимающийся от костра. — О, великая Богиня Маффет, внемли моим молитвам и прими в дар сеть моих мыслей, наполненную светом моей души. Молю, великая Богиня, ниспошли удачу моему брату, благослови, чтобы вернулся он в жизни и здравии. Да будет так. Тихо произнёс он молитву и отпустил сеть, позволяя ей упасть в огонь и медленно сгорать. Ещё минут 10 он сидел, положив руки на колени и слегка опустив голову, до тех пор пока от амулета не остался лишь пепел. После Дрим засыпал костерок землей и вздохнув опустил голову на колени. — Ну и чудные эти молитвы. Отметил Кросс, вставая, чтобы отойти немного к лесу, сделать пару глотков из ручья и вернуться назад. — Разве.. в ваших краях другие.? Удивленно спросил ведьмак, поднимая голову на оборотня. Только сейчас он подумал о том, что, будь у Кросса те же обычаи, он бы с самого начала понял, что делает Дрим. — В стае не принято молиться богам. Достаточно просто приносить в жертву добычу на праздники. Пожал плечами монохромный. В целом для рода оборотней так уж сложилось, верования были не очень важны. Им не страшен был неурожай, а охота и схватки зависели от силы волка, а не богов. Что касается удачи и судьбы, то у оборотней судьбу повелось принимать любой и не пытаться изменить её, даже по воле богов, а потому оставалось лишь временами почитать их, чтобы не наслать на себя гнев. Дрим задумчиво кивнул. Он что-то слышал про это, но не до конца понял, а потому быстро забыл об этой особенности оборотней. В их деревне молились все и из того что он знает, так было и в других деревнях и городах, а потому другой взгляд на это казался немного странным. Но он не слишком много внимания уделял чужим обычаям, а потому не имел ничего против них. Куда больше его волновало то как быстро темнело вокруг и он все больше беспокоился за брата. Он хотел бы свистнуть, чтобы позвать его, но шум в лесу явно не закончится для них ничем хорошим. — Ты не слышишь шагов? С надеждой спросил он у охотника. Тот отрицательно покачал головой а после обернулся волком и навострил уши. Постояв так пару минут, он обернулся обратно. — Ничего не слышно через пещеры. Должно быть нарочно такое расположение. Ответил он. Дрим вздохнул и подсел ближе к хворосту, разводя огонь. По столбу дыма Найт точно найдёт их, когда выйдет в лес. Некоторое время они сидели молча, наблюдая за костром. Но Дрим все никак не мог найти себе места. Он чувствовал словно беспокойство разрывает его изнутри, ему казалось, что все тело болит, хотя причин не было, что должно случиться что-то ужасное, ему казалось, что он сходит с ума и он совсем не знал, что с этим делать. Ему хотелось есть, но от мысли о еде тошнило, хотелось спать, но он не мог даже закрыть глаз, ему хотелось пойти искать близнеца, но от мыслей о том месте тело бросало в дрожь. Конечно, когда они надолго разлучались, это всегда было неприятно, хуже – когда разлучались в незнакомом или опасном месте. Но он не помнил, чтобы чувствовал себя так плохо хоть раз. Он пытался себя успокоить, даже понимал, что на самом деле с амулетом от демонов и магическим посохом его брат точно будет в порядке, в худшем случае он может не заметить какой-нибудь яд, от которого у его есть противоядие. Но от мысли о возможном проклятии, которое осталось до сих пор или серьезной травме, которую можно получить в таком месте от одного неаккуратного шага бросало в дрожь, даже когда он знал, что вероятность такого исхода очень и очень мала. — Дай, пожалуйста, ещё той наливки. В конце концов попросил он оборотня и тот поднял на него удивленный взгляд. — До 18 доживи сначала, хватит тебе и того раза. Ответил он, слегка усмехнувшись возмущённому выражению лица. — Вообще-то мне 22. Строго ответил Дрим, отойдя от осознания, что тот не шутил. На что Кросс поперхнулся воздухом и снова посмотрел на него. — Мне 27, быть такого не может. Настала очередь Дрима выглядеть удивленно. — Всего? Я думал тебе уже за 30… Кросс ещё некоторое время посверлил того взглядом, а после, устало вздохнув передал ему флягу. После нескольких глотков, стало легче и Дрим продолжил сидеть у костра, напротив оборотня. Эмоции и роящиеся мысли в голове начали утихать и хоть он все ещё чувствовал беспокойство, оно не причиняло боли. Осторожность не была лишней, и он не планировал напиваться до потери связи с реальностью. Нет, ему нужен будет здоровый разум, когда брат вернется. Среди мыслей, которые постепенно становились тише и спокойнее все ещё проскальзывали тревоги, которые он старательно отгонял, но уже становилось легче. Однако одна из них вдруг заставила его вздрогнуть. Амулет. Кросс выполнил свою часть сделки. Он довёл их до обители и теперь.. уйдет. А дальше? Что будут делать они? Он не знал и сейчас было слишком страшно об этом думать. Может Кросс не уйдет без амулета? Может просто… Нет. У них был договор. Он должен выполнить свою часть. А дальше… лишь бы брат был в порядке. — Кросс.. Окликнул Дрим, сам удивившись тому, как глухо прозвучал его голос, и немного прочистил горло. Тот обернулся, в небольшом удивлении повернув голову набок. — Вот. Амулет. Ведьмак снял его с шеи и протянул оборотню. Он не знал, что ещё сказать. Это все было… неправильно. Не важно больше. Тот на мгновенье застыл, глядя на амулет, но Дрим не смотрел на него и не мог понять взгляда. — Спасибо. Коротко ответил Кросс, забирая кулон и пряча в сумку. Дрим лишь кивнул и снова обнял колени, поскорее уходя в свои мысли. Неожиданно всколыхнувшиеся чувства, так же быстро успокоились, кажется, даже больше, чем раньше и теперь ему было проще думать о чем-то далеком. Как бы то ни было.. С братом они что-то придумают. Они должны справиться с этим. В порядке или нет, с хорошими или плохими новостями, но он в любом случае должен дождаться его, сколько бы времени это не заняло. А сколько прошло времени? Час? Два? В лесу сказать было сложно, но стемнело уже довольно давно. Так или иначе он не мог жаловаться сейчас. Он будет ждать. И того облегчения, которое принёс ему ядреного вкуса напиток, вполне достаточно. Ему придётся столкнуться с этим рано или поздно, но он не хотел думать об этом сейчас. О чем угодно кроме этого. А потому он продолжал смотреть на костер, сам не замечая как погружается в самые разные мысли и воспоминания, как они перетекают из одного в другое и уносят его куда-то, где хорошо и спокойно. Лишь изредка пугающая или печальная мысль врывалась в этот поток, но почти сразу растворялась в нем, не успевая закрепиться и пустить корни. Он даже не заметил, что, кажется по-просту спал с открытыми глазами, пока резкое движение оборотня, не привлекло его туманный взгляд и не оборвало поток мыслей, заставив вернуться в реальность.