«Семейные хроники Бездны»

Свидание Кналла и Амары на их планете.   Планета Кналла была погружена в густые сумерки — те самые, которые казались ему родными, а Амара давно научилась чувствовать как уют, а не угрозу. В этот раз она была пустой. Просто тишина. Амара зажгла мягкие кристаллы света возле скалистого уступа, где когда-то они впервые по-настоящему поговорили. Тишина густая, почти осязаемая, вдруг стала приятной. Кналл подошёл почти бесшумно — как всегда. Тень за его спиной плавно растворилась, признавая: сейчас ей не место. — Мы… действительно одни, — произнёс он, чуть приподняв бровь. — Это впервые за…Он замолчал, подбирая слова. Амара улыбнулась: — Не начинай. Ты знаешь, что я просила не говорить этой фразы. Кналл тихо рассмеялся, низко, тепло.Его смех не слышал никто, кроме неё. И это было особенным. Он подошёл ближе, как всегда — слишком близко, как будто расстояние между ними было ему физически неприятно. — Как долго я ждал, чтобы… просто быть с тобой, — сказал он. Амара устроилась на холодном камне, Кналл сел рядом. Его плащ сполз на землю, тьма лениво шевельнулась и замерла. Она чувствовала тепло его плеча. Он — биение её сердца. И никто не мешал. — Элиан счастлив, — сказала Амара, глядя в темное небо. — Он разрушил три шкафа.  — Это значит, что он хорошо проводил время. Кналл посмотрел на неё долгим взглядом. — Они боятся его, — сказал он медленным тоном, в котором не было злобы — скорее… удовлетворение. — Они боятся тебя, — поправила она. Кналл чуть улыбнулся. — Я не жалуюсь. Тишина между ними снова стала мягкой. Даже тьма рядом будто замедлилась. Кналл повернул голову, глядя на неё — не как Бог Тьмы, а как мужчина, который слишком многое пережил. — Амара…Он положил ладонь ей на щёку. Движение уверенное, но осторожное, будто он всё ещё боялся давить. — Бывает…Он чуть нахмурился. Слово давалось ему трудно. — …что я слишком груб. Слишком тёмный. Слишком… опасный. Она мягко взяла его руку, удерживая её у своего лица. — Бывает, — честно сказала она. Он замер. Амара посмотрела ему прямо в глаза. — Но это ты. Любимый. И я знаю, что ты никогда не причинишь мне вреда. Он закрыл глаза, словно её слова касались чего-то старого, глубоко спрятанного. — Я боюсь только одного, — признался он негромко. — Чего? — Что однажды ты сочтёшь меня слишком чудовищным и вы с Элианом покинете меня. Амара наклонилась к нему, их лбы соприкоснулись.  — Кналл, — прошептала она. — Я выбрала тебя. Ни тьма, ни свет, ни Мстители, ни вселенная не изменят этого. Кналл не двинулся, не дышал, будто боялся спугнуть этот момент. Потом он осторожно коснулся её губ — коротко, но так, что в этом поцелуе было всё: благодарность, тепло, уязвимость, которую он показывал только ей. Спокойствие, которого он не знал веками Они лежат на мягком тёмном песке. Его рука под её головой. Её ладонь на его груди. Кналл смотрит на ночное небо своей планеты — по-настоящему спокойно. — Я люблю тебя, Амара. Она закрыла глаза, слушая эти слова, которые от него звучали всегда серьёзнее, чем у кого-либо другого. — И я тебя. — Навсегда, — добавил он. — Навсегда, — повторила она. Тень нежно обвила их, словно укрывая. Сегодня был их вечер. И им этого было достаточно.