Сквозь туман и звёзды

Я медленно спустилась по склону, чувствуя, как каждая мышца протестует от усталости. Ноги едва слушались, и я с трудом перешагивала маленькие камни, что бы те не порезали голые ступни. Хотя куда еще хуже. Когда я подошла ближе к небожителям, они прервали свою беседу и с неким беспокойством посмотрели на меня. Хуа Чен мазнул взглядом то по мне, то по Мин И. Моё состояние явно не осталось незамеченным. Взгляд Му Цина сразу остановился на моих ногах, и он не сдержал лёгкой усмешки. Я не ответила на это ничего, лишь посмотрела на свою ступню, которая кровоточила от ран на грубом камне. И вот тогда я почувствовала, как воздух вокруг меня будто вибрирует. Всё стало тише, и я ощутила, как магия охватывает моё тело. В ту же секунду передо мной встал Ши Цинсюань. Он сжал ладони, и в воздухе вспыхнула магия, как лёгкое дуновение ветра. Передо мной появились новые сапоги — из лёгкой ткани, как бы невесомые, но идеально подходящие. Мгновение спустя он протянул мне ткань, напоминающую марлю, и с лёгким жестом указал на мои запачканные руки. Я приняла ее, и начала вытирать уже прилипшие ошметки грязи. Но что-то было странное в этом процессе. Ветер, что обвивал меня, казался живым, будто сам помогал мне. С каждым лёгким потоком воздуха грязь будто рассыпалась и исчезала, оставляя мою кожу чистой и невредимой. Я вздохнула, ощущая, как беспокойство покидает меня, а тело вновь наполняется лёгкостью. Сложно было почувствовать себя целой после такого пути, но хотя бы внешне я стала снова человеком. Ощущение чистоты и порядка давало утешение, хотя за ним все равно оставалась тяжесть того, что мне предстояло ещё пережить. Горячая ванна точно бы не помешала. Ши Цинсюань с лёгким поклоном отошёл назад, его лицо было мягким, но с тем странным спокойствием, которое бывает у тех, кто привык помогать. Его взгляд был полон заботы, но без лишней эмоциональной вовлечённости. — Спасибо, — тихо произнесла я, стараясь улыбнуться, но не вполне уверена, что это всё ещё возможно. Я заметила, как мои пальцы дрожат. — Когда я выбралась из храма, один из этих застал меня. Пришлось побегать... Продолжила я, украдкой взглянув на поодаль стоящего Мин И. Се Лянь подошёл ближе и, несмотря на моё состояние, говорил спокойно, будто ничего особенного не произошло, хотя я точно знала что тот переживает: — Мы разобрались с заражёнными, — произнёс он сдержанно, будто стараясь подать информацию без лишнего волнения. — Коррозия ужасно с ними обошлась. Но самое странное, что мы заметили: она не распространяется одинаково. В некоторых местах она разрастается неравномерно, в одну из сторон уходит чуть длиннее. Словно, когда был завершён ритуал, она некоторое время продолжала следовать за виновниками. Я молча кивнула, слушая его. — Мы выяснили что это не просто случайность, — наконец подала голос я, пытаясь осмыслить услышанное. — Кто проводит ритуалы связаны с возникновением коррозии. — Ты права, — сказал он с лёгким кивком. — Мы уверены, что это не просто побочный эффект. Кто-то или что-то сознательно вызывает этот процесс. Но пока мы не можем точно понять, с чем имеем дело. Ритуал был завершён, и коррозия, похоже, продолжает своё распространение, как некий активный процесс. Тяжёлое молчание повисло в воздухе. Я чувствовала, как всё вокруг нас становится как будто более тёмным и опасным. Нам нужно было действовать, но для этого нужно было больше информации. — Мы должны найти источник, — сказала я. — Что если пойти по следу? Се Лянь кивнул, и его взгляд стал ещё более решительным. — Мы так и планировали. Но нам нужно идти вместе. Оставаться одной сейчас опасно, как и разделяться в целом. Сейчас мы не можем использовать магию перемещения на тысячу ли, и будет лучше, если мы будем держаться вместе. Я почувствовала лёгкую растерянность, но с другой стороны — его предложение было разумным. Оставаться на месте и ждать, не зная, что происходит, было куда более опасно. Му Цин, стоявший рядом, не смог удержаться от шутки. — Неужели тебе всё ещё не хватило приключений на сегодня? — с лёгкой усмешкой спросил он. — Спасибо за заботу, — ответила я, пытаясь сохранить серьёзность. — Но сейчас это не очень смешно. Се Лянь чуть улыбнулся, но его выражение быстро стало снова сосредоточенным. — Мы не будем тянуть время. Пойдём. Мы двигались молча, лишь шаги по опавшим листьям и треск сухих веток нарушали тишину леса. Время от времени Се Лянь или Му Цин что-то обсуждали, но в целом все были поглощены своими мыслями. Лес всё больше поглощал нас, как чёрная бездна, и небо становилось всё более мрачным, тянущимся к вечернему сумраку. Я внимательно наблюдала за землёй, пытаясь различить следы. Когда мои ноги касались прогнивших мест, покрытых остатками коррозии, я вдруг почувствовала странную пульсацию внутри. Лёгкое биение, словно мой собственный пульс отозвался в ответ на эти мёртвые следы. Поначалу я не могла понять, что именно это за ощущение, но вскоре догадалась. Это была та самая энергия, та часть духовной силы, которую Хуа Чэн поделился со мной. Я заметила, что, проходя мимо заражённых участков, она словно защищала меня, не позволяя мне заразиться. Но стоило мне подумать о том, что случилось, когда я столкнулась с той тварью, преследовавшей меня, как ужас заполнил моё тело. Я поняла, что если бы та твоя действительно укусила меня, энергия, скорее всего, не спасла бы, и я бы заразилась, как и те, кого мы видели раньше. Как Тиан. Я остановилась на мгновение, стараясь прогнать этот ужас. Так кому же молиться за такую удачу? Какому богу или ....демону. я обернулась и бросила взгляд на Мин И, чуть усмехнувшись. Заметил мой взгляд и не подал никакой реакции, только холодную сосредоточенность. Но лес вокруг нас становился всё более странным и зловещим. Туман, словно живой, клубился между деревьями, затмевая всё в округе, будто поглощая свет и звук. Коррозия была повсюду — она словно проникала в саму ткань мира. Гнилые, чёрные пятна на земле, покрытые блеском разлагающегося вещества, пробивались через мох и листву. Я невольно чувствовала, как тяжёлый воздух с каждым шагом становится всё более загрязнённым. Я отступила чуть назад, стараясь не наступить на те места, которые выглядели особенно испорченными. Местами коррозия расползалась в странных узорах, как искусный, но ужасный след. И вот, на фоне этого угнетающего ощущения, мы заметили дым. Тонкая струйка поднималась ввысь, нарушая мрак и туман, как маленький маяк в этом аду. — Это... чей-то лагерь? — тихо сказал Фен Синь, сдерживая шаг, чтобы не вызвать лишнего шума. Мы все подошли ближе, осторожно подкрадываясь. Когда мы приблизились к источнику дыма, я начала различать контуры фигур. Это были странные люди, разбившие лагерь в лесу. Четыре человека. Они выглядели необычно, их одежда была старомодной и немного потрёпанной, как будто они прятались от кого-то или чего-то. Их силуэты сливались с туманом, создавая ещё более зловещий эффект. Они сидели вокруг маленького костра, который тускло освещал их лица и обнажённые участки одежды. Первый сектант — высокий мужчина с бледной кожей, был одет в длинную тёмную накидку, капюшон которой почти полностью скрывал его лицо. Он сидел немного в стороне от костра, но когда его глаза мельком загорелись тусклым жёлтым светом, я невольно вздрогнула. Его взгляд был сосредоточенным и немного отстранённым, как у того, кто привык видеть гораздо больше, чем другие. Он не разговаривал, а лишь спокойно наблюдал за остальными, как будто всё происходящее вокруг него было не более чем частью какого-то сложного ритуала. В его манерах была скрытая власть, и я не сомневалась, что он был лидером. Второй сектант, сидящий ближе к огню, был среднего роста, с длинными, нечесаными волосами. Его взгляд был пронизывающим, почти нервным, с постоянным ощущением, что он что-то выслеживает. Он немного покачивал головой, как будто его внимание всегда было на грани. В его манере держаться было что-то беспокойное, и я заметила, как часто его взгляд скользил по лесу, как если бы он ожидал увидеть за деревьями кого-то ещё. Он был одет в мантию, которая, несмотря на тёмный цвет, была изрядно потрёпанной и изрезанной, словно пережила множество трудных испытаний. Третий сектант был моложе остальных, его худощавое тело было напряжено, а глаза смотрели с лёгким недоумением, как если бы он не знал, где оказался, и чем это всё закончится. Он не был сдержанным, как остальные — его руки нервно перебирали цепочку, свисающую с его груди, украшенную камнями, а из цепи свисал маленький амулет-печать. Его фигура была скорее не завершённой, как если бы он был ещё на пути к чему-то — поискам, истинам, или... заблуждениям. Он мог бы быть тем, кто за всем этим стоял, или же тем, кто был просто жертвой своего собственного пути. Четвёртый сектант сидел на земле, его старое, морщинистое лицо было затуманено возрастом и усталостью. Он двигался медленно, как будто каждое его движение давалось с трудом. Но когда он начал говорить, его глаза внезапно наполнились живым огнём, и я ощутила, что в этом старце скрывается нечто большее, чем простая старость. Мы сдерживали дыхание, не решаясь пошевелиться, пытаясь понять, что именно они здесь делают и что будет дальше. Я стояла в тени дерева, вглядываясь в лагерь сектантов, но что-то меня насторожило. В этом месте не было признаков коррозии, словно сама тёмная энергия остановилась на границе. Земля под ногами была чистой, а воздух — всё таким же густым, но без прежнего ощущения гниения. Это было странно и, честно говоря, тревожно. Такое ощущение, что коррозия боялась проникнуть сюда, словно какая-то невидимая линия была установлена, чтобы удержать её в пределах леса. Лагерь сектантов стоял как бы вне этого мира, на своём собственном островке, где природа и магия не имели власти. Мы все замерли в тени, каждый из нас мысленно оценивая ситуацию. Шёпот между небожителями слился с туманом. Се Лянь осторожно проговорил, стараясь быть максимально тихим: — Мы же все видим, что коррозии нет на поляне? Кажется, мы нашли то что искали....давайте чуть выждем и... Фэн Синь, не выдержав речей, резко выдохнул, и, не сдержавшись, произнёс: — Мы тут должны сидеть и ждать? Серьёзно? Надо действовать! Мы здесь, чтобы что-то выяснить, а не стоять в кустах! Его голос был громким и уверенным, но не в зловещем, а скорее в раздражённом тоне. Он выглядел раздражённым этим тупиковым моментом и готовым к действию. Хуа Чэн, едва не усмехнувшись, покачал головой, давая ответ на подобное поведение Фэн Синя: — Выглядит так, как будто вас только одно и волнует — размахивать мечом и бегать. Не все вопросы решаются силой. Хотя, возможно, вы правы — для кого-то интеллект не всегда первичен. Фэн Синь почти вскипел от такой реплики, но сдержался, только бросив на Хуа Чэня взгляд, полный вызова. Се Лянь, наблюдая за напряжением, вздохнул и сделал шаг вперёд. — Стоп, — сказал он спокойно, как всегда. — Мы не в самом благоприятном положении для конфликтов. Давайте подойдём осторожно. Всё равно мы не можем оставаться скрытыми здесь навсегда. Лучше действовать на равных. И, не говоря больше ни слова, Се Лянь шагнул из-за куста, как бы спокойно и уверенно вступая на поляну. Мы последовали за ним, хотя все чувствовали, что всё это немного напрягает. Нужно было понять, кто эти люди и что они делают в таком странном месте. — Здравствуйте, господа, — начал Се Лянь, обращаясь к сектантам. Его голос был мягким, но уверенным, как всегда, расположившим к себе. — Мы бы хотели задать пару вопросов... Его интонация была такой, как если бы он уже знал, что разговор будет трудным, но всё равно надеялся на мирное разрешение. Мы все встали за ним, готовые поддержать его, но каждый из нас был насторожен. Похоже, сектанты не ожидали нашего появления, и их взгляды неуклонно устремились на нас, готовые к любому повороту событий. На мгновение все замерли, и в воздухе повисло напряжение. Но следующее мгновение оказалось неожиданным. Один из сектантов, высоко подняв голову, резко вскочил и крикнул: — Уходим! Они мгновенно начали расползаться в разные стороны, оставляя за собой лишь затмённые тени. Их движения были хаотичными, но отчаянными. Казалось, их не столько пугала наша угроза, сколько тот факт, что их тайное существование было раскрыто. В мгновение ока они исчезали в лесу, но я успела заметить, как в воздухе что-то взорвалось — странный сгусток энергии исчезал в темных ветвях, оставляя за собой едва уловимый след. — Чёрт! — вырвалось из Фэн Синя, и он не терял времени. В одно мгновение он пустился в погоню за одним из сектантов, который пронёсся мимо меня, не успев заметить нас в тот момент, когда мы с ним столкнулись. Я успела заметить, как остальные небожители тоже начали двигаться. Хуа Чэн сделал несколько быстрых шагов и приготовился к тому, чтобы поймать одного из беглецов, но Се Лянь оказался быстрее. Его руки не колебались — он поднял ленту и направил её в сторону одного из сектантов, который кажется сидел ближе к огню. Лента, как змея, развивалась в воздухе, обвивая ноги сектанта и сжимая их с такой силой, что он рухнул на землю, не в силах встать. Тот, кто был пойман, лежал неподвижно, словно парализованный. Се Лянь остался на месте, его взгляд не терял сосредоточенности, несмотря на неразбериху, происходящую вокруг. — Все остальные скрылись, — сказал он с лёгким разочарованием, но его голос был ровным. — Но хотя бы одного мы взяли. Фэн Синь, который уже почти догнал другого сектанта, вернулся к нам, и его лицо было злое. — Проклятье, они просто растворили в тумане. За пределами поляны ничего не видно. Я почувствовала растущее беспокойство, но не могла позволить себе останавливаться. Нам нужно было разобраться, кто эти люди и что они хотели. Хуа Чэн с довольным выражением взглянул на сектанта, лежащего на земле. — Ну что ж, нам нужно будет поговорить с этим господином. Возможно, он знает, почему они так отчаянно бегут от нас. Остальные молчали, они явно ожидали объяснений, и в тени леса чувствовалась тяжесть не только коррозии, но и сложной ситуации, в которую мы попадали. Но вскоре тишина разорвалась, и Фэн Синь, не сдержавшись от ярости, схватил сектанта за грудки и встряхнул его. Его лицо было искажено гневом, а глаза ярко сверкали от недовольства и беспокойства. — Где ваши братья? Кто вы такие? — кричал он, сжимая сектанта. — Чего вы здесь добиваетесь? Ответь! Сектант молчал, его губы были сжаты, глаза отворачиваются от нас, полные презрения и стойкости. Это молчание лишь подогревало злость Фэн Синя, и его пальцы ещё сильнее сжались на ткани одежды сектанта, как будто он надеялся, что его сила заставит его заговорить. — Не будет ли легче, если ты скажешь нам все сейчас? — проворчал он, продолжая трясти его, как игрушку. Тем временем Му Цин, стоявший рядом предложил: — Может, стоит сломать пару пальцев? Это должно заставить его говорить. Хуа Чэн, стоявший немного в стороне, расхохотался. Ши Цинсюань, который был обычно более сдержанным, вскричал, почти в панике: — Не надо! Вы с ума сошли? Его слова повисли в воздухе, создавая тревожное напряжение среди нас. Тем временем, я обратила внимание на Мин И, стоявшего неподалёку. Он был молчалив и отстранён, как всегда. Я заметила, как его глаза не отрываются от сектанта, но в его взгляде не было ни гнева, ни возбуждения. Он выглядел спокойным, как будто ему не было интересны эти страсти, разворачивающиеся вокруг. Я немного отошла, чувствуя, как пульс в голове увеличивается, и встала ближе к Мин И, надеясь, что его спокойствие хотя бы немного снизит моё собственное беспокойство. Всё вокруг казалось слишком напряжённым, слишком хаотичным. Я не хотела быть в центре этого кипящего котла, но и не могла оставить все без внимания. Мин И, заметив моё движение, слегка повернул голову в мою сторону, но ничего не сказал. И хотя мне было немного неловко стоять рядом с ним, я почувствовала, что его спокойствие действовало как невидимая поддержка. Фэн Синь снова начал трясти сектанта, не обращая внимания на всё вокруг. Му Цин вздохнул и пожал плечами, а Ши Цинсюань всё ещё нервничал, словно был готов вмешаться в любую секунду, чтобы остановить нас. — Мы не можем просто отпустить его, — начал Фэн Синь, глаза его сверкали решимостью. — Он слишком подозрительный, как и те... Кивнул в сторону тумана. — И что мы будем с ним делать? — перебил его Хуа Чэн, слегка насмешливо. — Ты хочешь продолжать пытать его, пока мы собственного носа не увидим из-за тумана? — Нельзя просто оставить его! Он может знать что-то важное, — снова резко сказал Фэн Синь, не желая отпустить свою линию. Отпустил сектанта и повернулся к нам. Ши Цинсюань нервно посмотрел на остальных. — Может быть, ему стоит дать немного времени, — предложил Ши Цинсюань, слегка понижая голос. — Лучше проявим осторожность. Все замолчали, и в этот момент, когда напряжение достигло своего пика, сектант, казалось, принял окончательное решение. С его глаз исчезла растерянность, он опустил голову и на коленях, с явным усилием, наклонился вперёд. Его действия были точными и быстрыми, и прежде чем кто-либо успел что-либо предпринять, сектант перехватил зубами маленький стеклянный амулет, свисающий с его шеи. В этот момент никто не успел двинуться. Он сжал амулет челюстью с такой силой, что маленький сосуд, казавшийся хрупким и неприметным, треснул. В воздухе раздался острый треск, как от лопнувшего стекла. Фэн Синь мгновенно толкнул сектанта ногой, и тот, потеряв равновесие, упал на спину. Тело сектанта распласталось на земле, и из его рта потекла кровь. Осколки амулета глубоко порезали его десны и губы, кровь смешивалась с осколками стекла, оставляя жуткую картину. — Мы восстанем, как наш повелитель, — проговорил он с трудом, его голос был слаб, но полон уверенности. — Жизнь — это сеть переплетённых путей, и те, кто решится вырваться за пределы её узлов, будут вознаграждены величием, которое выйдет за пределы времени и пространства. Когда Он вернется, он поднимет нас, и мы станем тем, что раньше было невозможно... Сектант снова дернулся, и его тело начало судорожно трястись. Пена выступила из его губ, а его глаза затуманились. Он попытался сказать что-то ещё, но слова не успели вырваться. Секунды спустя его тело расслабилось, и он замер, мёртвый, оставив лишь безжизненную оболочку. Все замолчали. Небожители стояли в оцепенении, не в силах переварить произошедшее. Взгляды их скользили по мертвому телу, а в воздухе еще витал запах крови и тумана. Фэн Синь первым нарушил молчание. Его лицо покраснело от ярости, и его глаза вспыхнули, как огонь. Он обернулся к остальным, его грудь поднималась и опускалась от тяжёлого дыхания. — Мы упустили его, — рявкнул Фэн Синь, не скрывая своего возмущения. — Мы всё время теряли время на разговоры, а он спокойно готовился к своей смерть! Вы не понимаете, что произошло? Мы только что потеряли шанс узнать больше о его планах, о том, что за сила стоит за этим. Он... он знал, что с ним всё закончится, и, тем не менее, мы стояли, как дураки! Ши Цинсюань не сдержался и подошёл ближе, попытавшись вмешаться. — Ты не прав, — сказал он, стараясь сохранить спокойствие. — Мы не могли предсказать, что он так поступит. В конце концов, у нас нет гарантии, что бы мы ни сделали, мы бы добились успеха. Порой мы не можем контролировать всё. Му Цин молча наблюдал, его глаза были спокойны, но что-то в его взгляде говорило о внутреннем беспокойстве. Он кивнул, соглашаясь с Ши Цинсюанем, но в его душе всё ещё оставалась тревога. Хуа Чэн, который до этого был более спокойным, наконец выдохнул, его рука опустилась к поясу. — Время потеряно, но это не конец, — сказал он, сдержанно, не обращая внимания на бурю, которая бушевала в Фэн Сине. — Теперь нам нужно думать, как быть с теми, кто всё ещё скрывается. Их мы не упустим. Позовете небесных чинов, улики по всей поляне, сможете еще отыскать. Успокаивал он всех. Я не могла не задаться вопросом, какой смысл искать тех, кто, возможно, уже давно стал частью этого тумана, растворился в его глубинах, или же разделил судьбу своего товарища. Но я лишь язвительно прокомментировала это, стараясь хоть как-то облегчить собственное настроение. Но в ответ на мои слова царило молчание. Я знала, что мои слова были не совсем тем, что нужно было бы сказать в этот момент. И, похоже, все просто решили меня игнорировать. Ши Цинсюань, не говоря ни слова, отошел в сторону, прислонился к дереву и поднял палец к виску. В его глазах я заметила, как его лицо становится пустым, сосредоточенным. Он был поглощён духовной линией, связываясь с кем-то. Вокруг вновь наступила тишина. Спустя пару часов, наполненных туманным беспокойством и затянувшейся тишиной, поляна, в которой только что происходило всё это странное, напряжённое действо, теперь наполнилась неизвестными небожителями, которые слонялись туда-сюда, не проявляя особого интереса друг к другу. Меня же наконец переместили к постоялому дому, о котором упоминали раньше. Постоялый дом стоял в окружении ветвистых деревьев, словно опутанных невидимой паутиной, скрывавшей их до самого горизонта. Его стены были сделаны из серого камня, не особенно гладкого, но крепкого, с остатками фресок на фасаде, которые, казалось, когда-то украшали вход. Эти фрески теперь лишь напоминали о былом великолепии, обрамленные следами времени и лишённые прежней яркости. Деревянное крыльцо с изогнутыми перилами, несколько скрипучих ступенек — всё это создавало ощущение уюта, хоть и древнего, слегка забытого. Здесь пахло свежим деревом, прелым лиственным воздухом и чем-то тяжёлым, будто скрывающимся от всех заботами. Подойдя ближе к дому, взгляд мой вдруг зацепился за фигуру, стоявшую на веранде. Он облокотился на колонну. Коул. Он курил сигарету, не торопясь, с виду совершенно не замечая того, что происходит вокруг. Его лицо было расслаблено, почти скучающее, и едва заметная улыбка тянулась у уголков губ. Бросив на него взгляд, я сразу же ощутила внутреннюю потребность — опять сигарету. Наверняка он целый день валял дурака, мне нужнее. Я шагнула ближе, и тут Му Цин, которого послали проводить меня по ту сторону, наконец попрощался со мной. Он снова исчез в портале. — Ещё много дел. Увидимся позже, — кинул он. Коул заметил меня. Он быстрым шагом спустился по лестнице, и уже оказался рядом. — О, ты вернулась. — Он прищурился, осматривая меня с ног до головы. — Ты что, решила участвовать в конкурсе "Самый потрёпанный участник года"? Или это новый стиль? Если да, то я так скажу: неплохо, но нужно добавить немного хмурости и скрытой боли. Тогда будет точно по моде. Я не сдержала вздох и смотрела на него без особого выражения. — Сигарету, — просто сказала я, не обременяя его ответом на шутку. — если не жалко. Коул бросил на меня взгляд, затем достал из кармана сигарету, подкинул её, и, как всегда, с лёгким флером насмешки протянул мне. Я держала сигарету между пальцев. Мелкий ритуал, который приносил хотя бы иллюзию нормальности. Зажигалка щелкнула, огонь осветил её лезвие и моё лицо, но я не могла сосредоточиться на этой мельчайшей детали. Внутри всё было будто в тумане, и усталость вдруг накатила так, что мне пришлось на мгновение опереться на колонну, рядом с которой ранее стоял Коул. Я затянулась. Ожидание быстро сменилось обжигающим ощущением горечи и слабости в горле. Постепенно сигарета не только успокаивала, но и уносила меня в пустоту, где не было ни порталов, ни странных сектантов. Только лёгкое расслабление, которое мне сейчас было нужно, и которое пришло с каждой тяжёлой затяжкой. — День явно не лучший. Начала я. — Оу, даже после того дерьма что произошло с нами? — Коул посмотрел на дымящую меня, пытаясь уловить мой взгляд за дымом. — Полегче, полегче. Я не сразу ответила, позволяя дыму окутать меня, пряча в нём хотя бы часть своих мыслей. Каждый вдох казался мне обманом, но в то же время и спасением. — Полегче? — Я на мгновение выдохнула, бросив взгляд на него, но без особого интереса. Не думаю, что полегче будет даже завтра. — Потом расскажешь, Стелла. Сейчас просто попорть себе легкие. В его словах я почувствовала лёгкое беспокойство, которое всегда скрывалось за его насмешкой. Но я решила не заострять на этом внимание. В конце концов, это была его манера справляться с миром, и моя — просто молчать. Я сделала ещё одну затяжку, глядя, как огонь от сигареты танцует в темноте, отражая моё собственное чувство усталости.