Восстать из руин прошлого

Ария: Я пошла домой после завтрака у Мэгс с Финником, который, как обычно, оказался очаровательним. Я вспоминаю то, что произошло сегодня утром. Все думали о «Квелле», сидя за обеденным столом и наслаждаясь великолепными блюдами Мэгс. Мы обсуждали, кто будет выбран, и то, что меня выдвинут наставником для собранных трибутов. Я не хотела. Моё прошлое всё ещё не зажило, и я не хочу практически подталкивать детей к смерти, но, к сожалению, это часть победы за Дистрикт-4, и мне приходится это делать. Рядом со мной раздаются отвратительные и неприятные звуки, которые эхом отдаются в моих ушах. Я резко поворачиваю голову, чтобы взглянуть на виновника, у которого нет ни капли хороших манер. - Финник! Жуй с закрытым ртом! Ты свинья! — я толкаю его рукой. Он только смеётся, запихивая себе в пасть ещё один кусок бекона и жуя. Громко… снова открыв рот и пристально глядя на меня. Я закатываю глаза, раздражённая его самоуверенностью. - Надо отправить тебя в Дистрикт 10, — тихо бормочу я себе под нос, но Финник наклоняет голову в мою сторону, услышав что-то из моих уст. - Что ты сказала любимая? Он поднял брови, но на лице застыло любопытное выражение. Я не отвечаю на его вопрос, а просто смотрю на Мэгс. - Надеюсь, ты в курсе, Мэгс, что сельскохозяйственные животные должны находиться в Дистрикте 10, а не 4 — издеваюсь я над грязним блондином рядом со мной. Мэгс прикрывает рот рукой, содрогаясь от лёгкого смеха, и фыркает, раздаваясь через стол. Ухмылка Финника сползает с его губ, когда он смотрит на меня, но тут же возвращается, такая же самоуверенная, как всегда. - Дорогая , это меня очень ранит. Финник прижимает руку к сердцу, притворяясь обиженным. Я хмурюсь, наблюдая за его жалкой попыткой добиться от меня сочувствия. - Давай, красавчик. - Ты считаешь меня красивим? — на его лице появляется игривая ухмылка. - Это не имеет значения, умник — я закатываю глаза, глядя на ребячливого победителя, и возвращаюсь к еде. - Правда? — шепчет Финник мне на ухо. Я едва сдерживаю дрожь от его тёплого дыхания у виска. Я прикусила губу и оттолкнула его. Он усмехается. - Идиот — фыркнул я. Я улыбаюсь, глядя на глупую детскую натуру Финника. Внезапно на голографическом телевизоре передо мной заиграл гимн Панема, открывая программу и вырывая меня из раздумий. Лицо президента Сноу на экране, и я в ужасе откидываюсь на спинку кресла. Взгляд его убийственный, с затаённым блеском удовлетворения. Выражение его лица невероятно тревожное, и когда он говорит… Я вздрагиваю от ужаса, слыша его отвратительный и холодный голос. «В семьдесят пятую годовщину, как напоминание о том, что даже сильнейшие не смогут одолеть мощь Капитолия, мужские и женские трубути будут избрани из числа победителей прошлих лет». Почти сразу же по моим щекам потекли слёзы. Меня трясёт от ужасного осознания. Я могу вернуться. Возвращаюсь к кошмару наяву, который преследовал меня пять лет. Как я могу вернуться снова?! В прошлый раз я еле выбралась. Вот тогда я и начинаю бежать. Я выбегаю из дома, сердце бьется в бешеном ритме, слозы продолжают течь по моим щекам. Я бегу в единственное место, где царит такой покой и умиротворение. Пляж. Я быстро выхожу на песок, а волны, разбивающиеся вдали, манят меня. Мои слёзы не останавливаются, солоноватый привкус ощущается на губах, и я безудержно рыдаю. Горе. Я чувствую столько горя. Так много гнева. Меня трясёт от мстительности к Сноу, от того, как он мог вернуть уже травмированных трибутов на эту ужасную арену. Он пытается уничтожить угрозу, и единственным известным ему способом: Заставляя нас сражаться не на жизнь, а на смерть. Но мы так и не избежали игр. Мы так и не избежали борьбы. После игр борьба стала жизнью победителя. Постоянная борьба с травмами, шрамы, которые никогда не исчезнут, пока мы боремся за своё здравомыслие с того дня, как нас короновали победителями. Он — лев, играющий со своей добычей. Он — король, а мы — лишь жертвы его правления. Мы должны следовать каждому его слову. Мы должны подчиняться каждому требованию. Либо это, либо мы станем добычей зверя. Я хватаю горсть песка, трясущимися кулаками, и швыряю её в океан. Я кричу от разочарования в мире – мире, который я должена была покинуть много лет назад, но осталась только из-за одного человека, который теперь обречены на неминуемую смерть. Финник. Он единственный мужчина-трибут... Он возвращается на эту арену... и я ничего не могу с этим поделать. Мой мир рушится, когда я понимаю, что человеку, который мне дороже всего, вынесли смертный приговор. Я потеряю Финника. Я его потеряю. Я не могу его потерять. Я его не потеряю. И теперь я знаю, что делать. Я в этом уверена. Я полона решимости. Я пойду добровольцем, потому что моё сердце знает, что я должна провести каждую минуту своей жизни с Финником, какими бы ни были обстоятельства. Что бы он ни говорил, я вернусь с ним на эту арену, как бы ни сопротивлялась моя совесть. Я обязана ему жизнью, поэтому Финник Одэйр — мой приоритет. - Ария! — раздаётся голос, который ни с чем не спутаешь. В отчаянии я бросаюсь на крик, мои слезящиеся глаза при встрече с Финником сломанные. - Финник! — кричу я, спотыкаясь, а затем бросаясь навстречу победителю. Я несусь к нему на полной скорости, пытаясь сократить мучительно большое расстояние между нами. Ноги наливаются кровью, а отчаянное желание оказаться в объятиях друг друга достигает апогея. Мы с Финником чувствуем, что если мы потеряем еще одну секунду, то нас станет на секунду менше. Мы сталкиваемся, обнимаем друг друга в эмоциональном объятии. Я издаю болезненный рыдание в грудь Финника, когда он крепко обнимает меня. Он держит меня за затылок, пока я сжимаю руки на спине его рубашки. Его подбородок лежит на моей голове. Я вижу, что он старается держаться, судя по тому, как он сдерживает слёзы и шепчет мне на ухо утешительные слова, пока я дрожу от страха. Слёзы текут по моему лицу, словно маленькие водопады. Они напоминают мне, насколько я хрупкая и уязвимая перед лицом этого сурового мира. - Все в порядке, мы справимся с этим вместе, как и всегда — успокаивает он, пытаясь меня успокоить. Именно поэтому я не могу его потерять. То, как он обнимает меня, как он меня утешает, как он всегда рядом, я не могу позволить себе потерять это. Так что я не буду. - Пообещай мне, что завтра не будешь добровольцем — Финник отстраняется, пристально глядя на меня своими замечательными глазами цвета морской волны. Я проглатываю слова, прежде чем попытаться как можно лучше скрыть ложь. - Обещаю — говорю я, стараясь не поморщиться от фальши. Напряженные плечи Финника расслабляются. Финник и не подозревает, что я сделаю все, что в моих силах, чтобы сохранить ему жизнь, даже если это будет означать мою собственную гибель.