Кошмар минувших лет

Утро. Первые лучи солнца пробились в окно, постепенно освещая рабочее помещение. Полную тишину нарушало лишь хриплое сопение шефа, заснувшего в сидячем положении за столом. Вчера, так и не закончив свою работу, волна сонливости окатила его с ног до головы. Такое у него бывало, к сожалению, часто - но работа иногда требует жертв. Отчёты сами себя не напишут.. А перенять работу графа на себя никто не смог бы, уж слишком велика его должность. Бенкендорф устало дрогнул и приоткрыл глаза. «Утро?..» И когда он вообще успел уснуть? Воспоминания о вечере были весьма расплывчатыми. Шеф помнил, как он подписывал одну бумагу за другой, читал множество договоров и предложений.. И вспомнил ещё кое-что. «Поход» к Его Величеству в столь позднее время.. Граф вздохнул, в голове прокатились те моменты: полная темнотой комната, дрожащий император, его кошмар о декабристах и.. холодное прощание. Александр Христофорович приподнялся со стола, оперевшись на него локтями и запуская свои пальцы в волосы. Сонливость была кошмарная, но ничего страшного, «Переживу». В голове крутилась полная неразбериха мыслей, цепляющихся и путающихся между собой. Граф давно не разбирался в этом беспорядке - времени не было. Да и то не имеет значения. Никому не нужны излишние эмоции шефа, императору тем более. С трудом поднявшись на ноги и игнорируя лёгкое потёмнение перед глазами, Александр подошёл к окну. Небо постепенно расцветало светлыми красками, облака начинали светиться золотым светом.. — Весьма красивый рассвет, не правда ли? — Раздался вдруг сзади властный голос. Граф резко обернулся на императора, стоявшего возле двери. Наигранная улыбка, полная строгости, холода и упрёка сияла на его лице, под глазами виднелись тёмные синяки, свидетельствующие о прошлой кошмарной ночи. Но несмотря на усталость, во взгляде Николая Павловича читалась злость, раздражимость и что-то ещё, что граф не мог различить. — Так точно, Ваше Величество. — безэмоционально ответил Александр, сглатывая нарастающий ком, на что Николай слегка дёрнул бровью. — Если меня не обманывает память, я велел вам отойти ко сну, а не отсиживаться на работе до изнеможения. — Вырвал из себя Монарх, подходя к столу с другой стороны. — Или вы изволите нарушить мой приказ? — Ни в коем случае, ваше Величество. Граф продолжал сохранять холодную маску, но сил отрицать не было - он только проснулся, ещё не успел привести себя в порядок, и.. — Разве? — задал Николай риторический вопрос, после чего отошёл от стола и с раздражённой усмешкой прошипел. — Мне кажется, вы меня обманываете, Александр Христофорович. Самодержец уставился на графа, испепеляя того взглядом. И почему у такого молодого, ангельски красивого императора столь ледяной взгляд? Бенкендорф откинул нахлынувшие мысли. Взгляд хрустальных голубых глаз и вправду был.. сказочно суровым. Под ним всё застывало, но в тоже время заставляло чувствовать себя живым, пусть и с желанием раствориться сквозь землю. Граф открыл было рот, но император покачал головой, перебив его: — Чтоб это было последний раз, Бенкендорф.. В следующий раз мне придеться отстранить вас от работы, учли? — Сурово сказал он, всё так же смотря на графа. Сил и желания спорить не было: это было, во-первых, бессмысленно, во-вторых - они оба были вымотаны. Николай изучал графа, стараясь определить его эмоции. Но это никогда не удавалось Монарху - и как графу всегда так хорошо удавалось контролировать эмоции? Александр молча кивнул. Внутри него понеслась волна.. страха что-ли? Но графу было всё равно. Он не мог обещать себе, что выполнит приказ.. и в мыслях извинился перед императором. Спустя пару молчаливых мгновений Николай Павлович развернулся и направились к двери, но прям у выхода вдруг остановился и посмотрел прямо на графа. Александр замер. В нынешнем взгляде не было той строгости, а лишь пустота и.. снова та странная деталь. Император помолчал мгновение, словно выжидая паузу, а после моргнул и тихо произнёс: — Спасибо, Александр. Не успел граф понять происходящее, как Самодержец уже покинул кабинет. Минуту стоя в непомнимании, он погрузился в раздумья: За что? За.. прошедшую кошмарную ночь? Или за службу? Что это вообще было? Шеф жандармов вздохнул. Чтож, это нужно отложить на потом.. Сейчас работа снова не ждёт. Протерев глаза, граф молча сел за стол, но глаза всё никак не могли сфокусироваться на документах..