На льду твоих глаз

https://t.me/top_fanfic0 Телеграмм канал Эта ночь тянулась бесконечно. Влад лежал на кровати, не сомкнув глаз ни на минуту. Экран телефона светился в темноте, снова и снова высвечивая одну и ту же страницу — сайт «Акул Политеха». Статья. Его фото с Лерой. Фото с Алисой. Подписи. Комментарии. И тот мерзкий заголовок: «Капитан команды играет на два фронта». Он пытался пролистать страницу вниз, закрыть вкладку, отвлечься — но не мог. Каждое слово будто выжигало глаза.  Ночь он не спал — только ворочался, снова и снова перечитывая ту статью, прокручивая одно и то же: кто мог выложить? Автор не подписан. Фото — реальные. Или выглядят так. А если реальные — то кто снимал? Когда? Всё это сводило с ума. Кто это сделал? Кто вообще мог заполучить те фото? Только аноним и сотни просмотров. И Влад понимал — Лера уже всё видела. И не только она. Команда. Одногруппники. Тренер. Все. Он выдохнул и опустил голову на подушку. — Чёрт… — только и смог вымолвить. На кухне тихо возился Ярик. Брат собирался с утра — чемодан, паспорт, термос. С вечера сказал, что должен уехать по делам в институт, и Влад только кивнул. Хоть какая-то передышка. Единственное, за что он был благодарен судьбе — что Ярик не подписан на сайт команды. Если бы увидел статью и фото — тогда пришлось бы объяснять не только Лере, но и собственному близнецу, почему на снимках он целуется с Алисой. — Как хорошо, что не в теме, брат, — пробормотал Влад себе под нос, глядя в потолок. — Иначе бы точно мозги вынес. Он встал, прошёл к окну. За стеклом — утро, серое и холодное. Декабрь. Мелкий снег падал лениво, будто сам устал от жизни. Хоть пар сегодня и нет, но день всё равно обещал быть тяжёлым. Вечером — выездная игра. Сбор у спорткомплекса, автобус, тренер, пресс-служба. Вся команда, весь шум. И, конечно же, Лера. Она всегда приходила провожать брата на выездные матчи. Стояла у автобуса, болтала с ребятами, улыбалась. Он даже знал — сегодня она тоже придёт. И он снова её увидит. Но вот что сказать, если она посмотрит прямо в глаза? Он сел на край кровати, потер лицо руками. — Ладно, Самсонов, соберись, — выдохнул он. — У тебя есть день. Придумай хоть что-то, прежде чем снова всё пойдёт к чертям. Телефон мигнул уведомлением — очередной комментарий под статьёй. Он заблокировал экран, кинул телефон на стол и встал. Пора ехать на тренировку. Пора готовиться к игре. А всё остальное — потом. Хотя, в глубине души он знал — потом может уже не наступить. Снег хрустел под ногами, воздух был ледяным и колким, будто тоже знал, что грядёт буря. Влад шёл к спортивному комплексу, сунув руки в карманы, опустив голову. Он повторял в голове спасительную версию: фотошоп, монтаж, фейк. Но даже сам не до конца в это верил. Главное — убедить других. Особенно Леру. У автобуса уже собралась команда: кто-то грузил форму, кто-то смеялся, кто-то спорил, чья клюшка чья. Леры не было. Может, к лучшему. Ему сейчас не хватало бы сил на этот разговор. Он выдохнул, поправил сумку, направился к автобусу. И вдруг. — Самсонов! Голос — резкий, злой, наполненный яростью. Влад обернулся — и сразу получил удар в челюсть. Он пошатнулся, отлетел вбок. Перед ним стоял Кирилл Егоров, сжимая кулак, лицо побелело от злости. — Это тебе за Леру! — рявкнул он и замахнулся снова. — Кирюх, стой! — кто-то из ребят кинулся между ними, но поздно. Ещё один удар — и Влад снова пошатнулся, схватился за щеку. — Ты совсем с ума сошёл?! — выдохнул Влад, — всё это подстава! — Подстава? — Кирилл сорвал с себя перчатку. — Ты с двумя сразу! — Да! Это фотошоп, ясно?! Кто-то выложил, чтобы меня подставить! — Врёшь! — рыкнул Кирилл и толкнул Влада в грудь. Тот не выдержал. Ответный толчок — и уже они оба на снегу, сцепились, катятся по земле. Ребята с криками бросились разнимать. — Да вы что, совсем рехнулись?! — кричал кто-то из игроков. — Хватит, пацаны! И тут громкий, хрипловатый голос разрезал весь шум: — Что здесь происходит?! Все мгновенно обернулись. К автобусу быстрым шагом подошёл тренер Андрей Кисляк — в чёрной куртке, с папкой под мышкой. Лицо у него было каменное, глаза — ледяные. — Я спрашиваю, — повторил он, — что здесь творится?! Ребята молчали. Кирилл тяжело дышал, на щеке красовался след снега. Влад стоял напротив, вытирая губу — кровь уже запеклась на пальцах. — Решили кулаками выяснять, кто у нас Дон Жуан команды, да? — процедил Кисляк. — Лучше бы вы так на игре завтра дрались, на льду, а не под автобусом как школьники! Он прошёлся взглядом по ним обоим. — Егоров, в автобус. Сейчас же. Тот хотел что-то сказать, но тренер рявкнул: — Я сказал — в автобус! Кирилл сжал зубы, схватил сумку и пошёл прочь, не глядя на Влада. Кисляк повернулся к Самсонову. — А ты, капитан, — он выделил слово с особой горечью, — за собой следи. Понимаю, статья, слухи — всё дерьмо, но если хочешь уважения — решай проблемы головой, а не кулаками. Он наклонился чуть ближе, тише добавил: — И если я завтра хоть на секунду увижу, что ты не собран, — сниму с тебя капитанство. Без разговоров. Влад кивнул, не глядя в глаза. Кисляк выпрямился, вздохнул и, уходя к автобусу, бросил через плечо: — Всё. Концерт окончен. Поехали. Ребята переглянулись, тихо забросили сумки в багажник. Никто не шутил. Никто не говорил. Лишь звук дверцы, закрывающейся за Кисляком. Автобус гудел ровно, размеренно — как будто этот звук пытался заглушить недавнюю драку у спорткомплекса. Но не получалось. Воздух внутри был тяжёлый, натянутый, словно перед грозой. Никто не шутил, никто не включал музыку — даже обычно громкий нападающий Белов молчал, глядя в окно. Влад сидел в самом конце, на своём месте у окна. Капюшон натянут, взгляд — в никуда. За стеклом — серый город, облитый снегом и фарами машин. В отражении окна — его лицо. Синяк на скуле уже проявился, губа опухла. Он провёл языком по губе — солёный вкус крови напомнил о Кирилле. За Леру. И Влад не мог даже злиться. Кирилла можно понять. Он зажмурился, прижал лоб к холодному стеклу. Холод немного отрезвил. Спереди, через пару рядов, кто-то шепнул: — Ты видел статью? — Ага. — Серьёзно думаешь, что фотошоп? — Ну, Самсонов бы не был таким идиотом, чтобы спалиться так тупо. — А вдруг всё правда? — Та ладно, Влад нормальный парень. Может, реально кто-то подставил. Он услышал каждое слово. Но не обернулся. Не имело смысла. Тренер сидел в первом ряду, что-то листал в папке, но временами бросал короткие взгляды в зеркало заднего вида. Следил. Влад глубоко вдохнул, достал телефон. На экране — десятки уведомлений. Сообщения, упоминания, мемы с его фото. Он даже не стал открывать. Просто потушил экран и сунул телефон обратно в карман. Главное — доиграть сезон. Потом хоть гори всё огнём. Но в груди — пустота. А где-то в глубине сознания — тихий, навязчивый страх: А если Лера действительно поверила статье? Если больше не захочет ни слышать, ни видеть его? Он выдохнул и опустил голову на спинку сиденья. Автобус качнулся на повороте. За окном — уходящий город. И Влад поймал себя на мысли, что впервые не ждёт игры. Совсем. С самого утра всё шло не так. Разговор в ледовом только подлил масла в огонь. Кирилл стоял у окна, затягивая шнурки, и даже не посмотрел в сторону Влада, когда тот вошёл. Но потом резко встал, будто только и ждал момента, чтобы начать. — Я ведь тебя предупреждал, Самсонов, — голос был тихий, но в нём чувствовалась сталь. — Не лезь к моей сестре. Влад сжал челюсть. — Кирилл, послушай… — Не, ты послушай! — Кирилл сделал шаг ближе. — Я говорил тебе, не дай бог она из-за тебя хоть раз заплачет. Он ткнул пальцем Владу в грудь. — А теперь она просто разбита. — Это всё неправда, — выдохнул Влад. — Мне не нужна Шумакова. Я люблю Леру. Только её. Но Кирилл уже отвернулся. — Поздно. И, схватив клюшку и сумку, ушел, оставив Влада в пустой комнате с комом в горле. На льду было холодно и светло — прожектора ослепляли, отражаясь от гладкого льда. С трибун гудели зрители, но для Влада всё это было фоном. Только Кирилл. Он ощущал его на себе, как хищник чувствует другого хищника в шаге от себя. Первые секунды игры — и уже столкновение. Не грубо, не специально, но напряжение висело в воздухе. Передача Влада — Кирилл не принимает. Кирилл открывается — Влад будто не замечает. Секунда, ещё одна — шайба у соперника. — ЕГОРОВ! САМСОНОВ! — орёт тренер Кисляк с борта. — Вы что там делаете?! Но они будто не слышали. Кирилл прижался плечом, отбивая шайбу. Влад резко пошёл в силовую, сбил его, шайба отлетела. Судья свистнул, зрители загудели. — Э, вы чего творите?! — Крепчук, подлетел к ним, но они уже упёрлись лбами. — Думаешь, герой, да? — прорычал Кирилл. — Думаю, что ты не знаешь всей правды, — сжал зубы Влад. Первый период закончился. И не в их пользу. 2:0. В раздевалке стояла такая тишина, что слышно было, как кто-то бросил шайбу на пол. Тренер влетел, открыв дверь так, что у всех дёрнулись плечи. — Самсонов. Егоров. Голос его звучал спокойно, но это спокойствие было страшнее крика. — Хотите выяснять отношения? Делайте это во дворе. Он сделал шаг вперёд. — Но на льду — вы одна команда. Я ясно говорю? — Да, тренер, — отозвались почти в унисон. — Если хоть раз ещё увижу, что вы играете друг против друга, — он ткнул пальцем в сторону Влада, потом в Кирилла, — оба будете на скамейке до конца сезона. Развернулся и вышел, хлопнув дверью. Раздевалка снова погрузилась в тишину. Только тяжёлое дыхание, скрип формы, капли пота на льду. Влад поднял голову. Кирилл смотрел на него. Без злости — просто холод. Они оба молча вышли. Перед самым выходом на лёд Кирилл тихо бросил: — Я ещё с тобой не закончил, Самсонов. Влад даже не ответил. Просто глубоко вдохнул и шагнул на лёд. Пора было играть. Но в груди всё ещё горело.