Исчезновения в запретной секции

Сентябрь 2013

      Утро первого сентября имело особенный запах. Гермиона знала его с самого детства. В воздухе ещё ощущались последние отголоски ушедшего лета, пахло цветами и скошенной травой, но дуновение ветра было свежим, ощущалось приближающееся похолодание. Гермиона опиралась на перила своей террасы, подставив лицо рассветному солнцу, зная, что оно отразится новыми веснушками на её лице. Она улыбалась. Наконец-то каникулы были закончены и она снова может надеть мантию преподавателя.       Уже этим вечером новые первокурсники войдут в двери Большого зала, Шляпа распределит их по факультетам и для каждого из них начнётся увлекательное путешествие в мир магии. Каждый год в этот день Гермиона ощущала трепет всем телом и будто сама снова входила в Хогвартс в первый раз. “Этот прекрасный день ничто не сможет испортить…” - подумала она и вспомнила, что сегодня ей предстоит встреча с Малфоем и работа по введению его в дела школы. Эта мысль стёрла улыбку с её лица.       Да и Василиск с ним, с этим Малфоем. Каждый имеет право на второй шанс. Девушка была уверена в этом. На суде она давала показания в его пользу, во время повторного пересмотра его дела после восьмого курса написала в Визенгамот обширное письмо о том, как хорошо он выполнял работу старосты и встал на путь истинный, не пропустив ни одной пары и не посетив ни одной запрещенной вечеринки (что, надо отметить, действительно было правдой, хотя даже Гермиона нарушала это правило не один раз в тот год).       Так почему же сейчас ей так хотелось избежать этой встречи? В конце концов, 14 лет назад они прожили с ним под одной крышей в Башне старост целый год и не заавадил же он её. Даже грязнокровкой не назвал ни разу. Да и выглядел он тогда весьма разбитым или даже… раскаивающимся?       Нарциссу Малфой помиловали после суда. Гарри лично давал показания в Визенгамоте в её пользу. Люциуса же приговорили к пожизненному заключению в Азкабане. От поцелуя дементора его спасло только то, что многие свидетели дали показания о том, что он сбежал с поля боя, вместе со своей семьей, когда Гарри “ожил” и не продолжил борьбу на стороне Волан-де-Морта. Он был жив, но страшно было представить, во что превращается человек, отсидевший 15 лет в Азкабане.       Малфой-Мэнор был конфискован. Сейчас в нем находился музей памяти жертв Второй магической войны. Экспозиция была впечатляющей и ужасающей одновременно. Управление счетами Малфоев перешло к Драко, из них его семья оплатила сотни тысяч галлеонов на военные репарации. Никому не известно, осталось ли что-то от состояния Малфоев после этого, но Гермиона была уверена, что в недрах Гринготса хранится достаточно денег, чтобы обеспечить безбедное будущее не одного поколения этой семьи.       На самом деле Гермиона думала, что Малфой не мог не стать Пожирателем Смерти. И не считала, что у него был выбор. Когда с тобой под одной крышей живет могущественный темный маг, который держит в страхе весь волшебный мир, а твоего отца - за яйца, у тебя остаётся крайне мало вариантов, чтобы выжить. Гриффиндорская душа девушки, конечно, испытывала сопротивление перед этим фактом, ведь её факультет не понаслышке знал, что выбор есть всегда и часто его студенты предпочитали умереть достойно, но не осуществить неправильный выбор. Но теперь Гермиона не была подростком. Через несколько недель ей исполнится 34. По сей день её мучали ночные кошмары, в которых умирали её друзья, её пытали, она сражалась не на жизнь, а на смерть, скиталась с Гарри и Роном по лесам, скрывалась от егерей, искала долбаные крестражи и теряла надежду на победу. Она знала, какой ценой оплачивается благородство, хоть и поступила бы так же снова, даже если бы смогла вернуться назад, зная, как события войны отразятся на ней. Но она не желала подобной судьбы никому.       Она договорилась встретиться с Тео возле ворот Хогвартса в 6:25. Малфой должен был появиться в 6:30. Гермиона посмотрела на часы, у неё оставалось 5 минут до встречи с Ноттом. Она взяла пачку сигарет, достала из неё одну, бросив оставшиеся в сумку, к которой было применено заклятие незримого расширения, достала из кармана своей мантии волшебную палочку и аппарировала к воротам Хогвартса.

***

- Доброе утро, дорогая! - Улыбнулся ей Тео. - Тоже не могла дождаться встречи с нашим bien-aimé? - Тео, я не сильна во французском, но уверена, что ты сказал какую-то мерзость. - На лице Гермионы отразилось отвращение. - Как ты могла подумать обо мне такое? Я - воплощение лучших человеческих качеств. - Он лукаво улыбнулся и захлопал глазами. - Если это правда, то мир обречен. - Сказала Гермиона, усмехнувшись. - Давай-ка лучше покурим, денёк предстоит насыщенный, а при детках на пороге школы это сделать мы уже не сможем. - Он достал портсигар из белого золота, с гербом слизерина (естественно, однажды слизеринец - слизеринец навечно), и извлёк из него сигарету с ароматом вишни. - Хочешь мою? Знаю, что ты предпочитаешь мяту, но мои крепче, это поможет расслабиться. - С чего ты взял, что я напряжена? - С того, что ты аппарировала на 5 минут раньше оговоренного времени, держишься за сумку, как за спасательный круг и постоянно поглядываешь на часы? - Гермиона хлопнула его по плечу. - Тише, львица, я просто предположил! Не калечь преподавателя в первый учебный день, как же новоиспеченные слизеринцы обойдутся без лучшего на свете преподавателя и декана? Не оставляй детей сиротами, Гермиона. - Тео, кончай нести чушь. - Гермиона действительно была напряжена, потому приняла сигарету из рук Тео, а он поджег её своей палочкой.       Первая затяжка была волшебной. Расслабление нежной дымкой окутало её сознание. Тревога действительно снизилась. Плацебо или нет, но раз работает, вопросы задавать не стоит. - Расслабленной ты нравишься мне больше. - Тео выпускал кольца дыма и улыбался Гермионе. - Скажи, неужели тебя настолько сильно заботит прибытие Драко? - Теодор, прибытие Малфоя меня вообще не заботит. - Лжёшь, милая. Знаешь, он ведь не так плох на самом деле. - Может быть, но есть одно "но". Годы школьной вражды и войны не проходят бесследно. Мы не виделись с ним 14 лет и у меня не было возможности увидеть в нем кого-то, кроме того засранца, которым он был все шесть лет, что мы проучились плечом к плечу. - Гриффиндорка докурила вишневую сигарету и тут же взяла вторую, в этот раз с мятой. Подкурив ее от волшебной палочки, она продолжила. - Когда мы с ним жили в Башне старост, я почти не видела его. Он всё время пропадал в патрулировании, за закрытыми дверями своей комнаты и где угодно ещё. Мы практически не пересекались, а когда это случалось, он выглядел подавленным. Я понимаю, что вероятно он раскаивался или страдал, что война отразилась на нем, как и на каждом, кто принимал в ней участие, но пока я не принимаю это. Да, я давала показания в его пользу в суде, потому что каждый заслуживает второго шанса... - Нет, милая, ты давала эти показания, потому что ты из Гриффиндора. Признайся, если бы ты не сделала этого, чувство вины сожрало бы тебя с потрохами. - Хоть тон Тео звучал иронично, выражение его лица оставалось абсолютно серьёзным.              Гермиона почувствовала, как раздражение возвращается к ней. Она любила Тео как друга, но его умение подмечать то, в чём сама она боялась себе признаться, иногда чертовски выводило из себя. - В любом случае, я это сделала, я дала показания. И Гарри тоже. Это спасло Малфоя от Азкабана, хоть и отправило в изгнание. И вместо того, чтобы гнить в тюрьме, рядом с Люциусом, он закончил одно из самых престижных учебных заведений в магической Европе, работал преподавателем и деканом в Японской школе, в которую даже я не рискнула бы подать своё резюме, и, судя по рекомендательному письму, которое ему дал директор Такэно, он пользуется его расположением. Считаю, что я сделала для него достаточно. - гриффиндорка не была уверена, что вызвало её раздражение на самом деле: слова Тео или мысли о Малфое. - Ах, вот в чём дело. - Тео тоже закурил вторую. - Твоего благородства хватило на то, чтобы помочь ему избежать тюрьмы, но на то, чтобы реально дать ему второй шанс его уже не хватает? - Теперь слизеринец снова лукаво улыбался гриффиндорке, затягиваясь крепкой сигаретой, выдыхая дым через нос. - Гермиона, ты действительно не обязана его прощать. И вы не должны быть друзьями. Но реальность такова: он теперь наш коллега и ты будешь взаимодействовать с ним каждый день в Большом зале, в коридорах, во время патрулирований, занятий, перемен. Драко мой друг. Он будет появляться на вечеринках у Пэнси и Блейза, ходить с нами в бар по пятницам, играть с нами в шахматы и пить кофе в моей гостиной. Ты имеешь право его ненавидеть, но хуже от этого будет не ему, а тебе.       Гермиона смотрела на запретный лес, но Тео видел, что на самом деле она была не здесь. В этот момент ему очень хотелось заглянуть в её гриффиндорскую голову и проплыть по тому потоку мыслей, который отражался в ее глазах. - Гермиона, - продолжит Тео, - он действительно не такой мудак, каким был раньше. Я знаю его с детства и могу утверждать это абсолютно серьёзно. Война изменила не только тех, кто был воинами света. Сейчас он другой. Я не прошу тебя изображать радушие и делать вид, что его прибытие в Хогвартс - событие года. И я не тревожусь о том, что он будет чувствовать, если ты будешь обходить его стороной. Меня беспокоит, что при этом будешь думать и чувствовать ты. Я знаю, в насколько глубокую рефлексию ты в состоянии уходить, - девушка хмыкнула, - мы оба знаем, что это так, душа моя. Я совершенно не хотел бы, чтобы вместо очередного учебного года с воспитанием подрастающих поколений и крышесносными тусовками после него по выходным, в этой прекрасной голове поселились тараканы "анализ поведения Драко Малфоя" и "моё чувство вины относительно предвзятости к нему".       Гермиона опустила взгляд и начала рассматривать свои туфли, поправляя рукава своей мантии. - Видимо, второй таракан уже поселился в этой кудрявой головушке. - Тео усмехнулся и посмотрел на часы. - Через минуту ваша встреча в любом случае произойдёт. Клянусь здоровьем Живоглота, Драко уже не тот, каким ты помнишь его. - Ты не можешь клясться здоровьем моего кота, Тео. - Гермиона улыбнулась. - Могу, ведь я его обожаю, а своего у меня нет. - Слизеринец улыбнулся и легко похлопал её по спине.       Гермиона услышала легкий хлопок аппарации. Её карие глаза встретились с его стальными. Выражение лица Малфоя было нечитаемым. Он был одет в черную преподавательскую мантию, черную рубашку и брюки, которые виднелись из-под неё, и ботинки из драконьей кожи в тон. Волосы уложены с пробором на бок. Он стал выше и шире в плечах с их последней встречи, под глазами виднелись бороздки зарождающихся морщин и темные тени, говорящие, что несмотря на всю внешнюю выдержку, он был измотан. На переносице у него были очки в тонкой черной оправе, а в руках - портфель. - Святой Салазар, дружище, сегодня что, кто-то умер? - Голос Тео был мрачным, но искорки в глазах выдавали веселье. - Да, мой дорогой друг. Твоё чувство юмора. Разве тебе еще не сообщили? - Ответил Малфой все с тем же нечитаемым выражением лица ровным тоном. - Видимо, его заавадили вместе с твоим, какая жалость. - Нотт уничтожил недокуренную сигарету невербальным и спустился с лестницы. - С возвращением домой, Драко.       Тео обнял Малфоя, которому потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в себя и ответить ему тем же. На его лице промелькнула легкая полуулыбка, а руки крепко сжимали спину старого друга. Они простояли так с минуту и Гермиона испытала сильное смущение, будто оказалась невольным свидетелем чего-то невероятно личного. Она почувствовала, как легкий румянец проступает на её щеках и неловко переступила с ноги на ногу. Когда мужчины прервали объятие, а Малфой повернул голову в её сторону, она поняла, что смотрела на них не отрываясь и её щеки зарделись ещё больше. - Грейнджер. - Сказал он и коротко кивнул ей. - Малфой. - Она ответила ему тем же. - Драко, как бы я не был рад видеть тебя, мой друг, дела превыше всего. - Нотт театрально поправил мантию и выровнял спину, выражение его лица стало наиграно серьёзным. - Макгонагалл доверила нам с Гермионой встретить тебя и ввести в курс бренных текущих дел нашей alma mater. И я более, чем уверен, что профессор Грейнджер подготовила для тебя впечатляющую своим объёмом и вниманием к деталям инструкцию, - Гермиона не выдержала и закатила глаза (хотя Тео был прав, разумеется). - но я бы хотел ее упростить, если ты позволишь. Перед тобой - школа чародейства и волшебства Хогвартс, надеюсь, что это ты не забыл за годы жизни в Стране восходящего солнца. В ней ты будешь учить детей Защите от темных искусств. Наказывать их, отправляя в запретный лес с не самым внимательным сопровождающим и трусливой собакой больше нельзя, хотя я и выступал против этих изменений. Воспитываем поколение слюнтяев, честное слово.       Малфой ухмыльнулся, а поза его стала чуть более расслабленной. - Приёмы пищи - всё в том же месте, справление естественных нужд тоже. Мы с Гермионой покажем тебе твой кабинет, а после - Макгонагалл ждёт тебя у себя. Профессор Грейнджер, как считаете, я ответственно подошел к инструктированию нового профессора? - Профессор Нотт, - Гермиона многое хотела сказать Тео прямо сейчас, но с её губ сорвался лишь выдох.       Она встретится с Малфоем позже и передаст ему всё, что нужно знать. В конце концов, он только что вернулся домой из изгнания, инструкции могут подождать. - Думаю, что для начала этой информации будет достаточно. - Закончила Грейнджер. - Из твоих уст это практически высшая мера похвалы, милая. Ну что, Драко, перекурим, а потом зададим этой школе как в старые добрые? Гермиона вновь закатила глаза, но уголки её губ слегка приподнялись. Всё-таки мальчики остаются мальчиками, даже когда им слегка за 30.

***

      Драко шёл по залитым утренним солнцем коридорам Хогвартса и не был до конца уверен в том, что это не сон. Всё те же портреты на стенах, меняющие направления лестницы, статуи и призраки, появляющиеся из стен замка. Даже воздух был все тем же, по особенному пах первым сентября, он обожал этот запах с самого детства. До 16 лет, пока не принял Метку, а в его доме не поселился сумасшедший маньяк, уничтоживший его юность.       Теперь Малфой точно знал, что кровь одинакова у всех, и маггловская такая же красная, как и волшебная. Во время войны он насмотрелся на окровавленные тела в стенах поместья. Смерть искажала все лица одинаковой маской и статус крови не имел никакого значения. Все идеалы чистоты крови, которые он впитывал с молоком матери, оказались не более чем плодом тщеславного воображения тех, кому было нечем гордиться, кроме своего происхождения. - Мистер Малфой, с возвращением домой.       Драко обернулся и увидел знакомый полупрозрачный силуэт. Он завёл руки за спину и улыбнулся призраку. - Доброе утро, сэр Николас.       Почти-Безголовый Ник подлетел ближе и радушно улыбнулся ему. - Мой мальчик, очень хотел бы обнять тебя, но не могу, сам понимаешь. - призрак пожал плечами и усмехнулся. - Я рад, что твоё изгнание подошло к концу.       15 лет назад, когда Драко вернулся на 8 курс, он старался не показываться в Башне Старост. Ему было физически тяжело находиться рядом с Грейнджер. Каждый раз, когда он видел её, огромная волна стыда накрывала его с головой вместе с отвращением к самому себе. Во снах он слышал крики и видел её окровавленное тело на полу Малфой-Менора, свою сумасшедшую тетку с проклятым кинжалом в руках и своё бездействие во время пыток гриффиндорки. Этот сон был не единственным его кошмаром, но остальные гости его снов были преимущественно мертвы. А вот Грейнджер жила в комнате напротив и если бы он проводил много времени в башне, ему неизбежно пришлось бы смотреть ей в глаза. На тот момент, это было выше его сил.       Он часто сбегал в астрономическую башню, на место своего первого настоящего позора. Каждый раз, когда он открывал тяжёлую дверь, он видел перед собой лицо Дамблдора. И хоть Драко тогда не признавался себе в этом, он наказывал себя посещениями башни. Это не искупало того, что он пустил в замок Пожирателей Смерти, но раз уж ему удалось избежать Азкабана и физических страданий, он причинял себе душевные. Хотя, может, вынести физические было бы легче, кто знает.       Тогда он и сблизился с призраком сэра Николаса. Призрак часто посещал башню по вечерам, потому что любил смотреть на звезды и отдыхать от шума, который разносили по коридорам школы студенты.       "После смерти учишься ценить звуки жизни. Но иногда от них порядком устаешь, зная, что в твоём распоряжении теперь вечность." - Однажды сказал ему Ник.       Сначала они просто здоровались, после начали обмениваться светскими фразами о погоде и текущих новостях. Но однажды Ник застал Драко в один из тех дней, когда он был особенно разбит. В этот день Люциусу вынесли приговор о пожизненном заключении. Драко знал, каким трусом и мерзавцем он был. Священный образ мудрого и достойного отца был разрушен слишком давно, но он все равно оставался его отцом. Драко не мог его ненавидеть. Он знал, к чему всё идет, но приговор всё равно выбил почву у него из-под ног. Ему нужен был слушатель и он нашел его в лице призрака.       "Мальчик мой, ты имеешь право страдать из-за того, что произошло с твоей семьей. Какие бы решения не принимал твой отец, ты в праве любить его. Все мы порой совершаем плохие поступки, но кровь не обманешь, какими бы ужасными не были решения наших близких, наша связь с ними от этого не исчезает." - С этой фразы началась их с призраком дружба. - Сэр Николас, ваши объятия были бы для меня честью. Я рад видеть вас снова. Полагаю, 14 лет моего изгнания пролетели для вас быстрее, чем для меня. - Признаюсь тебе, Драко, после смерти время начинает ощущаться по другому. И эти годы действительно пролетели довольно быстро. Но мне не хватало наших бесед под звёздами. - Я обязательно загляну в Астрономическую башню в ближайшее время, сэр, как только решу все текущие вопросы. И как бы мне не хотелось прощаться с вами сейчас, госпожа директор ожидает меня у себя в кабинете. - Конечно, мой мальчик. Не трать время на старого призрака, ведь для тебя оно все ещё ограничено. - Ник улыбнулся и посмотрел на Драко так, как много лет назад на него смотрел Люциус, с отеческой теплотой. - Мы скоро увидимся.       Они с Драко поклонились друг другу и призрак вылетел в окно на встречу глади Темного озера.

***

- Мистер Малфой, приветствую вас в стенах Хогвартса. - Взгляд Макгонагалл был строгим и оценивающим, как всегда.       "Годы преподавания, несомненно, накладывают отпечаток на личность." - Промелькнуло в мыслях у Драко. - Благодарю Вас, профессор. Быть здесь - большая честь для меня. Благодарю за оказанное мне доверие. - Слизеринец старался сохранять нечитаемое выражение лица и ровный тон. - Должна признать, что ваш путь после окончания школы был впечатляющим. Я думаю, что школа получила достойного преподавателя Защиты от темных искусств в вашем лице. Годы совместной работы с директором Такэно над ликвидацией тёмных артефактов в Азии и возвращением тёмных манускриптов на положенное им место достойны уважения. Ваша преподавательская карьера также поразила меня. - Профессор, вы преувеличиваете мою добродетель. - Или вы приуменьшаете её, мистер Малфой. - Макгонагалл открыла ящик директорского стола, извлекла из него свиток и протянула Драко. - Ваше расписание на текущий семестр, профессор. - По спине Драко прошел электрический разряд, когда последнее слово слетело с уст директрисы. - Как преподаватель школы, вы также будете участвовать в ночных патрулированиях. Разумеется, на следующий день вы не будете задействованы в занятиях. Вашим партнером на дежурствах будет профессор Грейнджер.       "Да блядь..." - подумал Драко, но ответить директрисе он решил по-другому. - Спасибо, профессор. Я хотел бы обсудить с вами изменения программы моего предмета. Если вы позволите мне, я хотел бы дополнить ее углублёнными разделами защиты для старших курсов с изучением противодействия тёмным заклятиям и окклюменции. А для младших курсов, во втором семестре, я бы добавил раздел базового противодействия сглазам. Я смогу предоставить вам проект в течении нескольких месяцев. - Прекрасно, профессор Малфой. Считайте, что получили моё одобрение.       В кабинете воцарилась тишина. Она не ощущалась неловкой, скорее, напряжённой. Драко посмотрел на свиток в своих руках и вновь поднял глаза на Макгонагалл. - Ваш взгляд говорит мне о вопросе, который тревожит вас, но вы удерживаете его. - Макгонагалл была проницательной, как и всегда.       Драко молчал ещё несколько секунд (бесконечно долгих, по его ощущениям), но всё же решился озвучить вопрос, который бередил его мысли последние десять дней. - Директор, почему вы всё же наняли меня? Моё прошлое омрачено Тёмной Меткой и позорным изгнанием из страны. В те времена, когда вы учили меня, я не был образцом для подражания. Я - осуждённый военный преступник, как и мой отец, который проведёт остаток своих дней в Азкабане. Как отреагирует Совет попечителей на такого учителя для их детей?       Макгонагалл поправила очки, её взгляд стал мягче, а поза - более расслабленной. Она смотрела на бывшего ученика несколько секунд, будто размышляя, что именно сказать ему. - Скажите, профессор, а с сегодняшнего дня я буду обращаться к вам именно так, как к коллеге, равному мне, что вы думаете о своём настоящем? Ваши размышления о прошлом мне уже известны. А что касаемо настоящего, кто такой Драко Люциус Малфой сегодня?       Драко молчал. На самом деле он не знал, что ответить профессору. Ему был известен набор фактов о себе: где учился, кем работал, чем занимался вне рабочего расписания. Но кем он был на самом деле? - У меня нет ответа на этот вопрос, директор. Я знаю только одно: я точно больше не тот человек, которому вы вручили аттестат 14 лет назад. - Надеюсь, что вы найдете ответ на этот вопрос в стенах замка. И я отвечу на ваш вопрос. Я наняла вас потому, что сочла вас достойным магом и профессор Грейнджер разделила моё мнение.              Драко почувствовал, как его грудную клетку пронзило молнией. Грейнджер, над которой он издевался 6 лет, которую пытали в стенах его поместья, когда он смотрел на это и не делал ничего, чтобы остановить Белатрису, которая была противоположностью тому, чем был Драко долгие годы, сочла его... достойным. - Прошлое не определяет волшебника, Драко. Я не сужу о людях только по тому, что они совершили в юности. У вас будет шанс доказать мне, что я не ошиблась, когда наняла вас. А совет попечителей предоставьте мне, всё же я - директор этой школы. Возможно, когда-нибудь вы будете сидеть в этом кресле, кто знает, но до тех пор разрешение всех формальных и неформальных вопросов предоставьте мне. - Драко не отрываясь смотрел на Макгонагалл, спокойствие и уверенность, исходившие от неё, были буквально осязаемы. - Через несколько часов в замок прибудут наши студенты. Я представлю вас как нового преподавателя после церемонии распределения. С завтрашнего дня вы приступите к преподаванию и если у вас возникнут вопросы относительно текущего положения дел в школе, вы можете обращаться к мистеру Нотту, мисс Грейнджер или ко мне лично. На этом у меня всё, профессор. - Благодарю, директор.       Драко встал, легко поклонился Макгонагалл и покинул её кабинет с меньшей тяжестью на плечах, чем заходил в него.

***

      Зачарованный потолок в Большом зале был усеян звёздами. Приготовления были завершены, над каждым столом в отблесках свечей сияли флаги - красный, зеленый, желтый и синий. С минуты на минуту преподаватели займут свои места и подрастающее поколение магов пройдёт через огромные дубовые двери.       Гермиона взмахнула волшебной палочкой в последний раз и все факелы на стенах загорелись. Приготовления были завершены, а учебный год - практически начался. Удовольствие волнами прокатывалось по её телу, вместе с азартом и предвкушением. Сегодня она познакомится со своими новыми учениками и увидит тех, кого учила не первый год. Огромное удовольствие - быть на своём месте, и девушка ощущала это каждой клеточкой своего тела. Преподавательская мантия была для неё практически второй кожей. Она поправила очки, улыбнулась и развернулась к выходу.       В дверях стоял Малфой. Он наблюдал за ней, сложив руки на груди, и на секунду Гермионе показалось, что в его глазах отражалась заинтересованность, но она тут же сменилась стеной, за которой ничего невозможно было разглядеть. - Прости, Грейнджер, я не хотел вторгаться. - Я уже закончила, Малфой, ты не помешал мне.       Они стояли друг напротив друга несколько секунд и тишина уже начала становиться неловкой. Гермиона привыкла к тишине за годы жизни в одиночестве, но стоя напротив Малфоя, не говоря ни слова, почему-то ощущала тревогу... И она затараторила: - Я пойду встречать первокурсников. Теперь на церемонию распределения их провожаю я. Я бы предложила тебе присоединиться, но думаю, будет логично, если нового преподавателя сначала для всей школы представит директор... - Грейнджер, - тон Малфоя, напротив, был очень спокойным, - Макгонагалл сказала, что в этом семестре мы будем в паре патрулировать коридоры замка, но не дала мне копию графика. Возможно, ты могла бы поделиться своей? - Д-да. - Замешкалась девушка. - Да, конечно, я пришлю тебе её совой. Отправить ее в преподавательское крыло замка или ты выбрал другое жилье?       Гермиона почувствовала, как к щекам подступает румянец, а её накрывает неловкостью. Почему-то спрашивать у Малфоя про его жилье ощущалось как нечто личное и довольно странное. - Ближайшие дни я буду в коттедже Теодора. Когда наше первое дежурство? - Вечером среды, в десять вечера, сразу после отбоя. - Буду ждать копию графика. - Малфой замолчал на несколько секунд, но разговор не ощущался завершённым. - Грейнджер, - он посмотрел ей прямо в глаза, его выражение лица было серьезным. - Спасибо, что поддержала мою кандидатуру на пост преподавателя Защиты. Это много значит для меня.       Гермиона старалась не выдать своего удивление. Драко, мать его, Малфой только что поблагодарил ее? Это действительно произошло? Или воспалённый от недосыпа и ночных кошмаров мозг создал эту галлюцинацию в ее голове?       Малфой переступил с ноги на ногу и поправил галстук. Это вывело девушку из оцепенения. Видимо, скрыть удивление не удалось и пауза затянулась. - Не за что, Малфой. Я видела твоё резюме, оно впечатляет. - Гермиона замешкалась. - Если я поздравлю тебя с возвращением домой, это будет слишком неловко? - Она слегка улыбнулась, но вероятно выглядела при этом крайне смущённой. - Не знаю. - Малфой ухмыльнулся. - Попробуй и посмотрим, что из этого получится. - С возвращением, Малфой. - Сказала девушка и ухмыльнулась ему в ответ. - Спасибо, профессор. Не знаю, как вы, но я не ощущаю неловкости. - Всё еще ухмылялся слизеринец.       С удивлением для себя гриффиндорка ответила: - Я тоже.       От этого осознания Гермиона ощутила секундную дереализацию. Она и Драко Малфой что, разговаривают как... нормальные люди? Стоп, нормальные? Она только что причислила и его к перечню нормальных людей? - Я загляну к Нотту перед церемонией. До встречи за преподавательским столом, Грейнджер. - Драко слегка поклонился ей. - До встречи, Малфой.       Оба преподавателя вышли из Большого зала и разошлись в разные стороны. Гермиона - к Парадной лестнице, Драко - к подземельям Слизерина. Послевкусие от этой беседы было странным для них обоих, но и он, и она решили не углубляться в анализ этого ощущения. Теперь они были не однокурсниками, не школьными врагами, не Пожирателем Смерти и Золотой девочкой. Они были коллегами, а это, хочется того или нет, влекло за собой новый виток развития их отношений.

***

      Гермиона отворила двери Большого зала лёгким взмахом волшебной палочки и толпа мокрых и слегка напуганных после путешествия на лодках первокурсников вошла следом за ней. Директор Макгонагалл стояла возле кафедры со списком новых учеников, который располагался на распростертых крыльях золотой зачарованной совы, приветствуя первокурсников лёгкой улыбкой.       Грейнджер же приготовилась занять свое место за учительским столом. Она по привычке стала искать Тео среди других учителей и поняла, что видит рядом с ним платиновую макушку. Ну конечно, она совсем забыла, что предыдущий преподаватель ЗОТИ, профессор Морлей (находящийся на стационарном лечении в палате Януса Тики после неудачного взаимодействия с тёмным артефактом), сидел справа от нее, а Тео - слева.       Гермиона вздохнула и направилась к своему месту. В конце концов, они же взрослые люди, которые даже смогли нормально поговорить час назад, а значит смогут сидеть рядом за одним столом. Тем более, Тео был прав, теперь их взаимодействия не будут ограничиваться этим. Круг их общих друзей значительно расширился со времён их собственного обучения в школе. Да и совместные патрулирования будут проходить дважды в неделю.       Церемония распределения была завершена, факультеты обрели новых учеников и профессор Макгонагалл начала вступительную речь. Гермиона слушала её вполуха, что было совсем на неё не похоже. Она очнулась в тот момент, когда Малфой встал со своего стула, заводя руки за спину. Видимо, Макгонагалл объявила, что он занял должность преподавателя ЗОТИ. Гермиона посмотрела на него, его взгляд снова не выражал абсолютно ничего. Из зала послышались приветственные аплодисменты и Грейнджер на миг показалось, что поза Малфоя стала менее напряжённой.       "Эти дети не видели войны, - подумала про себя Гермиона. - для них он просто новый преподаватель, а не Пожиратель Смерти." - Гермиона, после скучного пиршества и разведения цыплят по комнатам, присоединишься к менее скучной тусовке у меня дома? - Шепнул ей Тео с заговорческой улыбкой. - Начало нового круга ада, как никак. Блейз и Пэнси подтвердили своё присутствие, Лонгботтом, как обычно, обещал подумать. Ставлю 5 галеонов на то, что он не придёт, как всегда. - Завтра начало занятий, а тебе лишь бы выпить Огдена. - Гермиона улыбнулась ему в ответ. - У меня есть повод: мой лучший друг вернулся домой. - Тео чуть наклонился вперёд и взглянул в сторону Малфоя. - Твоё присутствие не обсуждается. - Обратился он к нему. - Конечно, я ведь живу в твоём доме и буду иметь удовольствие участвовать во всех твоих мероприятиях. Тео, завтра мой первый день в школе и второй после условного освобождения от запрета пребывания в этой стране, напомню тебе. Гермиона ощутила напряжение при мысли, что Тео приглашает её на вечеринку, на которой будет присутствовать Малфой. Сегодня будет его первая встреча со старыми друзьями на территории Британии спустя много лет. Разве была её компания уместной? - Боже, ты такой же зануда, как и Грейнджер. - Гермиона фыркнула, то ли от того, как Тео назвал её, то ли от того, что тот сравнил её с Малфоем. - Возможно, в прошлой жизни вы были родственниками? - Глаз девушки слегка дёрнулся. - Для таких случаев мои гениальные коллеги из прошлого изобрели антипохмельное зелье, а моя не менее гениальная подруга, - он обратил свои искрящиеся озорством глаза на Гермиону, - как раз предусмотрительно сварила несколько флаконов совсем недавно. Гермиона попыталась отогнать мысли о неуместности своего присутствия на сегодняшнем вечере, но получалось это с трудом. - Тео, я могу прислать тебе антипохмельное зелье совой. Мне нужно готовиться к завтрашним занятиям. - Грейнджер, готовиться к занятиям? Не заливай, умоляю тебя. Думаю, что ты сможешь объяснить первокурсникам, что правильно произносить «ЛевиОса», а не «ЛевиосА». И представь себе, каково будет Лонгботтому на тусовке в логове змей, если он всё же придет, а тебя не будет. - Невилл уже давно не из робкого десятка, - отмахнулась от Тео девушка. - И я действительно устала. - А может, есть другая причина? - практически одиними губами обратился к ней Тео. Гермиона, в который раз за сегодня, почувствовала, как румянец проступает на её лице. Она почувствовала себя так, будто Тео поймал её с поличным за чем-то крайне непристойным. Неужели она не выдержит общество Малфоя? Может, действительно не помешает немного выпить всем вместе, чтобы сбавить градус напряжения? - Я обещаю подумать о своём присутствии на данном мероприятии, профессор Нотт. - О большем я и не прошу. - Тео отсалютовал ей бокалом и повернулся к мадам Пинс, обращаясь к ней уже в полный голос. - Как поживает библиотека? Мадам Пинс посмотрела на него своим типичным взглядом, выражающим крайнюю степень раздражения и не удостоила Тео ответом.