Все дороги ведут в Рим ❤️‍🩹

      Утром Лёша проснулся раньше Вики, на часах уже было одиннадцать часов, а на улице стояла прекрасная погода. Он лежал на полу, под спиной чувствовался жёсткий ковёр, а в мышцах – приятная усталость. Но всё это мгновенно забылось, стоило ему поднять взгляд. Вика спала на его кровати, повёрнутая к Лёше лицом. Её дыхание было ровным и тихим. Барышников улыбался, глядя на неё. Спустя пару минут любования он тихо поднялся, прошёл в ванную и встал под прохладные струи душа, а после направился на кухню готовить завтрак. Вкусный запах пробрался в спальню и разбудил девушку. Виктория потянулась, и как раз в этот момент дверь в комнату бесшумно открылась и на пороге показался Алексей с подносом в руках.       – Проснулась уже? С добрым утром.       – С добрым, – она приподнялась и присела на кровать, устроившись поудобнее, принимая поднос. Её пальцы слегка дрогнули, коснувшись его рук. – Мне ещё никто никогда не приносил завтрак в постель… Так приятно. Спасибо.       – Привыкай, – улыбнулся Лёша.       – А что это? – с любопытством спросила Вика. – Какая-то необычная яичница…       – Это Итальянская кухня, фриттата, – с гордостью объяснил он. – Я подумал, тебе понравится.       – Итальянская? –она отломила кусочек вилкой и попробовала. – Да, очень вкусно, спасибо. Что ты сюда добавил? Чувствуется что-то необычное.       – Один секретный ингредиент.       – Какой?       – Если я расскажу, то уже не будет секретом, – лукаво ответил он.       – А ты сам почему не ешь?       – Я уже позавтракал.       После приёма пищи Вика хотела помыть посуду, но Лёша настоял, что сделает всё сам. «Какой же он всё-таки замечательный, и хозяйственный», – подумала она, оставшись одна в комнате. Кузнецова стала осматривать помещение и взгляд её снова привлекли фотографии, стоящие на прикроватной тумбочке, и девушка невольно вспомнила, как вчера, а вернее, сегодня ночью, Лёша несознательно прижал её к этой тумбочке… «И почему я этого так боюсь? И куда он пропал?», – забеспокоилась она.       Виктория встала с постели, старательно её заправила, а затем принялась бродить по комнате, бесцельно рассматривая предметы. Вдруг взгляд упал на фотографию Теодоры Раубер в чёрной рамке. Вика даже вздрогнула от неожиданности. «Господи! И она здесь. Жуть какая… Нет, как я могу такое говорить? Это же родная бабушка моего парня, Лёша её очень любил, и Тася тоже… Но всё-таки эта женщина нагоняет на меня жуть. От одного её грозного вида не по себе. Такое чувство, будто она сейчас здесь… наблюдает за мной, – девушка поёжилась от такой мысли, обхватив себя руками, ей вдруг и в самом деле стало холодно. – Как же хорошо, что я не способна видеть призраков, не хотелось бы встретиться с Раубер. Боже, её здесь нет! Нет! Это просто воображение разыгралось, – говорила себе Вика, но остановить поток тревожных мыслей было уже невозможно. – А что, если здесь есть какие-то её вещи? Что-то, компрометирующие «Ингрид»… Нет, я не стану это проверять. Это же Лёшина квартира, здесь не может быть вещей его бабушки, хотя он ведь тоже… тоже один из них, а значит… тут может что-то быть. Что-то страшное… Нет, я не желаю ничего знать! Лёша – мой парень. Мы любим друг друга. Я должна ему доверять, – Вика пыталась убедить себя, но страх был сильнее. – Я точно знаю, что Лёша изменился, но ведь он по-прежнему способен убить… Нет, этого не может быть. Лёша не способен на убийство. Или способен? И зачем он носит с собой ножовку? Нормальный человек не станет носить с собой нож! А вдруг есть что-то ещё, чего я не знаю? Что прячется у него под подушкой? Какие скелеты в шкафу? Я обязана проверить! В целях безопасности», – приняла она решение.       Убедившись, что из кухни доносятся звуки, означающие, что Лёша ещё занят, Вика прикрыла дверь поплотнее и приступила к обыску. Сначала она действовала почти механически: проверила вещи на тумбочке, заглянула под подушку, под матрас, под кровать, и даже проверила рамки с фотографиями, но нигде ничего не было.       Лёша мог вернуться в любую минуту, но Вика уже не могла остановиться, её охватила одержимость. Она принялась за ящики письменного стола, лихорадочно перебирая их содержимое, но почти везде было пусто. У парня вообще было мало вещей. И тут её словно осенило. «Что же я делаю?», – задалась она вопросом, прекратила этот бессмысленный обыск и мягко опустилась на кровать. «Как я могу подозревать Лёшу после всего, что было между нами? После всего, что он сделал для меня? Я совсем с ума сошла».       Кузнецова успокоилась, но вдруг взгляд её привлекла стопка книг, ничего особенного, на первый взгляд, в ней не было, однако девушке стало интересно узнать, какие книги читает её парень. Она подошла к шкафу и стала изучать названия произведений. В основном, это была классика. Вика – девушка любознательная и любит читать книги, в этом она схожа со своими подругами – Лилей и Лизой, которые тоже ещё со школьных времён проводят своё свободное время в библиотеке. Вике вдруг ярко вспомнилось, как она в «Логосе» расшифровала код и открыла одну из дверей в графском подземелье. – Я предлагаю назвать эту библиотеку в твою честь, – сказал ей тогда Алексей и она первая потянулась к его губам. Кузнецова улыбнулась, вспомнив те нежные поцелуи в мрачной, но такой романтичной комнате.       Вике стало интересно, какие книги находятся во втором ряду. Лёша сказал ей, чтобы она чувствовала себя, как дома, вот девушка и решила дать себе волю. Она потянула за корешок второго тома книги «Война и мир» и вдруг раздался лёгкий щелчок, вся книжная полка бесшумно отъехала в сторону, открывая взору небольшой, но явно надёжный сейф. Вика отшатнулась, поражённая. Сердце ушло в пятки. «Значит Лёша всё-таки что-то от меня скрывает? Нет, не может быть. Наверняка, этот сейф ему больше не нужен. Если там и хранилось что-то важное, то теперь это не имеет значения. Хотя зачем в таком случае запирать сейф на замок и прятать ключ? Там должно что-то быть. Что же делать? Даже посоветоваться не с кем. Хотя почему не с кем? Нужно рассказать обо всём Лизе и Лиле, все вместе мы придумаем как вывести Лёшу на чистую воду… Нет, стоп, что я опять такое говорю? Как я могу не доверять собственному парню после всего, что было? Нужно признаться Лёше, что я нашла сейф и пусть он всё объяснит, прямо сейчас. Хотя вдруг он… Нет, он ничего со мной не сделает».       Пока девушка размышляла, что же находится в сейфе, и что ей делать с этим открытием, взгляд упал на шкаф с вещами. «А там я ещё не смотрела… – зашептал навязчивый внутренний голос. – Если за книжным шкафом оказался сейф, то за платяным может прятаться какой-нибудь ход на чердак… как было в «Логосе». Хотя откуда ему тут взяться? У Лёши обычная квартира и за стеной – соседи. Но вдруг… Вдруг в карманах какого-нибудь пиджака я найду ключ от сейфа?». Вика не могла успокоиться, пока всё не проверит. Она слишком долго жила в страхе, опасаясь за свою жизнь, и теперь хочет убедиться в своей полной безопасности.       Кузнецова, как заворожённая, направилась к шкафу. Мысль о тайне не давала ей покоя. Она открыла дверцы и замерла, заглядывая внутрь. И в этот самый миг дверь открыл и Лёша. Он остановился и молча наблюдал, как его девушка, вся сосредоточенная, залезла в его шкаф. Барышников медленно, почти бесшумно, стал приближаться к ней. Вика уже спустя несколько секунд, чем-то разочарованная, вылезла обратно и вздрогнула, увидев своего парня, подошедшего к ней совсем близко. Она до смерти перепугалась, но изо всех сил старалась не показывать свой страх. Как же давно Кузнецова не рылась в чужих вещах…       – Лёша! – выдохнула она, пытаясь придать голосу лёгкость. – Умеешь же ты незаметно подкладываться.       – Страшно столкнуться лицом к лицу со своим врагом, да? – спросил Алексей, пристально глядя девушке в глаза. Этот вопрос прозвучал так зловеще и раздался в тишине, как гром посреди ясного неба. Вика даже невольно сглотнула, и испугалась, что это был её последний раз…       – Что ты имеешь ввиду? – девушка старалась сохранять спокойствие, но голос её уже заметно предательски задрожал.       – Ты нашла то, что искала? – вопросом на вопрос ответил Барышников, не выражая никаких эмоций, и Кузнецова всерьёз испугалась, что он может убить её… Она даже вспомнила о том, что Лёша всегда носит с собой нож… и сейчас, наверняка, тоже…       «Нет-нет, он любит меня, – успокаивала себя девушка. – Хотя и в «Логосе» тоже любил, однако это не помешало ему… Так, хватит себя накручивать! Лёша не причинит мне больше никакого зла. Но какое же у него суровое выражение лица… И мускул ни один не дрогнет! Хоть бы какие-нибудь эмоции показал!».       – Лёш, понимаешь… – стала оправдываться девушка. – Я просто хотела…       – В Нарнию попасть, понимаю, – грубо оборвал он её, и, не выдержав, повысил голос. – Вика, тебе как в сказке пожить захотелось? Так я же устрою! Вика, я же всё для тебя сделаю! – раздражённый резко отвернулся он от своей девушки, а она выдохнула от облегчения, что самое страшное позади, что ничего плохого не случилось, а ведь она уже такое нафантазировала себе… за что теперь стало очень стыдно.       Лёша медленно опустился на кровать и закрыл лицо руками. В его позе читалась такая глубокая обида и боль, что у Вики защемило сердце. Барышникову хотелось плакать, но он не мог позволить себе расплакаться перед ней. Ему казалось, что между ними наконец-то всё наладилось, а теперь он понял, что это не так…       – Теперь я понимаю, почему ты не готова к серьёзным отношениям, – с горькой обидой произнёс Алексей.– Страшно оказаться в постели с убийцей… да? Ты ведь так обо мне думаешь?!       Эти слова задели Вику за живое. Она не могла себе в этом признаться, но парень озвучил её страх за неё. Да, даже после всех его романтических поступков, девушка не могла полностью доверять ему и где-то в глубине души она очень боялась снова обжечься… Вика верит в его раскаяние, но не может до конца отпустить тревогу, не может позволить себе полностью расслабиться. Она знает, что Лёша любит её ещё с «Логоса», и сама полюбила его всем сердцем, их влечёт друг к другу с каждым днём всё сильнее, но страх не даёт ей покоя. Страх оказаться в постели с убийцей… со своим заклятым врагом.       Вика взглянула на парня. Он выглядел таким подавленным… сломленным её недоверием. Ей стало очень жаль его, и как же было стыдно за свои мысли, ведь она всерьёз решила, что он способен убить её… а ещё вчера она называла его своим героем. Кузнецова медленно подошла к Лёше, робко присела на край кровати и осторожно прикоснулась к его плечу, но он резко отдёрнулся.       – Лёш... прости меня. Я не знаю, что на меня нашло. Мне очень жаль…       – Вика, без доверия не может быть отношений, – тихо, но твёрдо произнёс Алексей.       От этих слов глаза Вики мгновенно наполнились слезами. «Неужели он бросает меня?» – пронеслось у неё в голове.       – Но я не хочу тебя отпускать, Вик! – вдруг твёрдо заявил он. – Я люблю тебя, Вика. Я больше не причиню никому никакого вреда. Что мне сделать, чтобы ты, наконец, поверила мне? Это всё из-за вчерашней истории с ножовкой, да? Ты после этого мне больше не доверяешь?       – Нет, не только, – всхлипнула девушка, не в силах сдержать слёзы. – Лёша, я нашла у тебя сейф… – призналась Кузнецова. – Скажи, что ты там прячешь?       – Чип Вульфа, – совершенно спокойно ответил Барышников.       – Что? Серьёзно?! – её глаза расширились от ужаса, слёзы мгновенно высохли. Грусть сменилась паникой.       – Ну конечно же нет, Вика! – снова повысил голос Лёша, но теперь в нём слышалось уже не раздражение, а отчаяние. – Ты же ведь знаешь, что чип Вульфа уничтожен! Как ты могла такое подумать?       Девушка снова разрыдалась, обхватив себя руками, будто пытаясь защититься от собственных мыслей. Лёша не мог больше этого выносить. Ему было мучительно больно видеть, как дрожат её плечи, как слёзы катятся по её щекам. Он молча достал из кармана маленький ключ и протянул его ей.       – Вика, вот, возьми, – сказал он уже спокойным, усталым голосом. – Только не плачь, пожалуйста. Ты знаешь, я этого не выношу.       – Что это? – подняла она на него свои заплаканные глаза.       – Это ключ. Открой этот сейф. Мне нечего скрывать от тебя.       – Не надо, Лёш, – немного подумав, отказалась девушка. – Если я это сделаю, тогда мы не сможем быть вместе… Ведь ты сам сказал, что без доверия не может быть отношений, а я… я не хочу, чтобы всё закончилось.       – В таком случае я должен вернуть своё доверие. Вика, между нами не должно быть никаких секретов. Но ты права, ты не можешь этого сделать сама… поэтому это сделаю я.       Барышников подошёл к книжному шкафу, прикоснулся к корешку нужной книжки, конструкция отъехала в сторону, обнажая сейф. Лёша вставил ключ в замочную скважину, повернул его с глухим щелчком и открыл массивную дверцу.       – У тебя пара минут, – тихо предупредил он. – Потом она закроется.       Кузнецова вытерла слёзы и, чувствуя тяжесть в ногах, медленно подошла к сейфу. Она заглянула внутрь, ожидая увидеть нечто ужасное, но ничего особенного там не оказалось.       – Я же говорил, что мне нечего скрывать от тебя, Вик, – мягко произнёс он, отходя к кровати и садясь на неё.       Девушка с недоумением протянула руку и вытащила из сейфа простую, ничем не примечательную тетрадку в клетку. Она открыла её и не могла поверить своим глазам. На страницах, исписанных ровным, знакомым почерком, были стихи. И песня, после которой они начали отношения, и другие стихотворения, полные любви и боли. И все они были посвящены только ей. Почти. Слеза умиления скатилась по Викиной щеке, когда она прочитала милое и очень трогательное стихотворение про Тасю… А Лёша тем временем продолжил объяснять:       – Когда-то в этом сейфе действительно находилась весьма ценная информация, но недавно я сам лично всё уничтожил. Зачем оно мне теперь нужно? Я ведь уже говорил, что мне не нужен больше новый мир, мне вообще не нужен никакой мир, если в нём не будет тебя…       Вика как раз читала почти те же слова, написанные на пожелтевшей странице. Она аккуратно вернула тетрадь на место, и как раз в этот момент сработал механизм – дверца сейфа с глухим стуком закрылась. Девушка прикрыла лицо руками и снова расплакалась, но теперь – от облегчения и раскаяния. Лёша тут же вскочил и обнял её, прижимая к себе.       – Лёша, прости меня, пожалуйста, прости. Я не хотела… тебя ранить.       – Всё хорошо, Вик, – он гладил её по волосам, и его голос снова стал тёплым и ласковым.       – Лёш, но скажи, зачем хранить стихи в сейфе? – спросила она, поднимая на него свои глаза.       Барышников лишь развёл руками и с лёгкой, смущённой улыбкой ответил:       – Понимаешь, сейф есть, значит нужно пользоваться им, не выкидывать же такую находку? – пошутил он и девушка рассмеялась сквозь слёзы, вытирая их тыльной стороной ладони. – К тому же стихи мои такие глупые, такие личные… я не хотел их показывать. И я знал, что если вдруг ты придёшь ко мне в гости, тогда ты можешь их увидеть… а я не готов их показывать, потому и спрятал тетрадь подальше.       – Ты бы мог положить её под подушку, в ящик стола, да куда угодно! Зачем же в сейф? – не унималась она, всё ещё не понимая.       – Я догадывался, что ты проведёшь обыск, Вик… – тихо признался он.       – Прости меня, Лёш… – просила она. – Понимаешь, все эти тайны, расследования, потайные ходы… меня просто с ума свели. Я никак не могу выбросить это из головы.       – Теперь всё это закончилось. Окончательно, – твёрдо сказал он, глядя ей в глаза. – Вик, давай будем жить настоящим, без всяких тайн, хорошо?       – Да, – кивнула она головой и тепло улыбнулась. – Лёш, твои стихи…       – Они глупые, я знаю, – смущённо опустил он взгляд.       – Нет, это не так! Они очень красивые. И такие искренние. Почитаешь их мне как-нибудь?       – Может быть. А сейчас нам пора идти.       – Куда? – удивилась Вика.       – Искать твои ключи, пока кто-то не сделал это раньше нас. Уже давно рассвело, мы проспали.       – Ах да, ключи… Я уже и забыла… Только мне сначала умыться нужно.       – Подожди, – он протянул ей свежее сложенное полотенце и новую, ещё в упаковке, зубную щётку. – Держи. Я как-то купил про запас.       – Спасибо, – улыбнулась она и глаза её загорелись от счастья. Девушку тронула такая забота о ней.       Кузнецова направилась в ванную комнату, где умылась прохладной водой, смывая следы слёз, привела в порядок волосы и слегка помятую, но всё ещё презентабельную одежду, и затем они с Лёшей направились к ней домой.       Всю дорогу пара шла молча, а возле калитки они увидели небольшую, но оживлённую группу людей. «Это вчерашние маньяки. Вернулись. С друзьями. Чтобы отомстить», – подумала девушка и инстинктивно шагнула назад, спрятавшись за спину своего защитника, её пальцы вцепились в складки его рубашки. В голове, как вспышка, пронеслись обрывки вчерашних событий – тусклый свет фонаря у калитки, агрессивные лица, блеск металла.       – Лёш… – её шёпот был полон ужаса. – Это они, Лёш. У тебя с собой ножовка?       Барышников обернулся, его брови удивлённо поползли вверх.       – Вика, ты чего? – он взял её за руку и поразился: ладонь была ледяной и влажной от пота, пальцы дрожали.       – Лёш, давай вернёмся. К тебе. Пожалуйста, – её голос звучал почти как мольба.       Он заслонил её от возможной опасности своим телом, но уходить не собирался.       – Не волнуйся, Вик. Я никому не дам тебя в обиду, – его голос был низким и твёрдым, как сталь. – И вообще, я уверен, что это не те отморозки. Они бы не стали нападать средь бела дня.       – Д-думаешь? – она смотрела на него широко раскрытыми глазами, словно ища в его взгляде подтверждения своим надеждам.       – Уверен, – повторил он без тени сомнения.       Они медленно приблизились к дому. И когда расстояние значительно сократилась, Вика выдохнула, различив знакомые силуэты. Напряжение мгновенно ушло, сменившись волной облегчения, от которого слегка закружилась голова. Она чуть не рассмеялась от свалившейся с души тяжести.       – Ну вот видишь, тебе нечего бояться, – сказал Лёша, чувствуя, как её рука наконец расслабилась.       – Привет, ребят, – обратилась Вика к собравшейся возле её дома толпе. – Не ожидала вас увидеть.       – Мы тоже, – ответил первым Андрей, и его взгляд, тяжёлый и недоброжелательный, был прикован не к ней, а к Лёше. В нём читалось неподдельное изумление и неприязнь.       – А вы что тут делаете?       – А ты не рада нас видеть? – вступил Макс. – Сама же только вчера звала нас на прогулку.       – Да, но у каждого из вас были свои планы, – напомнила Кузнецова.       – Но мы же пообещали встретиться позже, вот и пришли, – добавил Авдеев, не отводя взгляда от Барышникова. – Думали, что ты будешь рада, и не ожидали встретить кого-то ещё.       Лёша почувствовал, как ладонь Вики снова напряглась.       – И я тоже рад тебя видеть, Андрей, – произнёс он ровно, без вызова, но с небольшим укором.       – Мне Макс рассказывал, что вы вместе, – сквозь зубы процедил Авдеев, – но одно дело услышать, а другое… увидеть всё собственными глазами.       – Лёша очень изменился, и да, мы теперь вместе, – твёрдо, почти вызывающе, заявила Вика, сжимая руку парня так крепко, что кости белели. Она чувствовала, как по её щекам разливается румянец, но это был румянец не смущения, а решимости.       – Ты у него ночевала? – напрямую спросил Вершинин.       Барышников хотел ответить, но тут вовремя вмешалась Лиза, стараясь не провоцировать конфликт.       – Вика, мы звонили тебе, но твой телефон вне зоны доступа, поэтому пришли без предупреждения.       – Точно, телефон! – вспомнила Вика. – Я совсем забыла его зарядить…       – Чем же ты, интересно, занималась всё утро? – снова, с едва скрываемой усмешкой, поинтересовался Максим.       – Тебе какое дело?! – сделал шаг вперёд Алексей, его плечи расправились, а взгляд стал холодным и оценивающим.       – Мальчики, брейк! – бросилась Кузнецова между ними, как на ринге, уперев ладони им в груди. – Не начинайте.       – Тогда ты объясни нам, что тут происходит, – потребовал Авдеев.       – Андрей, я не обязана тебе ничего объяснять. Это во-первых. А во-вторых, а вы сами ничего не хотите объяснить мне?       – Мы? – переглянулись ребята, озадаченные такой реакцией.       – Чем вы все занимались вчера? – продолжила она, и в её голосе зазвучали наболевшие нотки. – Когда мне одиноко, когда страшно, никого не бывает рядом. У всех свои дела, амурные. Вот и я имею право на личную жизнь! – заявила девушка и все её друзья замолчали, почувствовав небольшую вину. Макс и Андрей опустили глаза, а Лиза с сочувствием смотрела на подругу.       – Вик, тут какие-то ключи лежали на асфальте. Не твои? – сменила Виноградова тему, прервав напряжённую паузу.       – Мои! Спасибо! – обрадовалась Вика, принимая заветную связку.       – Не придётся снова менять замок, – с улыбкой заметил Лёша.       – А как ты вообще умудрилась потерять ключи? – не унимался Макс.       – Ну а что здесь особенного? Случайно положила мимо сумочки, вот и всё. Ребят, пойдёмте в дом, или лучше пройдёмся? Погода на улице замечательная.       – Давай лучше дома посидим поговорим, – произнёс Андрей, снова бросив ненавистный взгляд на Лёшу. Тот понял всё без слов.       – Вика, я, наверное, лучше к себе пойду. Не буду вам мешать, – тихо сказал он, отпуская её руку.       – Лёша, ты не мешаешь! – возразила она, на что Макс и Андрей лишь усмехнулись в ответ.       – Нет, Вик, я пойду, – понизил Барышников голос. – Мне тут явно не рады, ты же видишь.       – Ладно… А можно тебя на минутку? – Вика отвела парня чуть в сторону, чтобы их никто не слышал.       – Лёш, я хотела ещё раз извиниться за то, что рылась в твоих вещах… Прости меня.       – Вика, это ты прости меня. Я сам виноват в том, что ко мне теперь нет доверия.       – Нет, есть! Я доверяю тебе, Лёш, – она встала на цыпочки и потянулась к парню, желая доказать и ему и самой себе, что её слова – не пустой звук.       – Вик, на нас смотрят, – предупредил Барышников.       – Да ну и пусть смотрят! – ответила она, слегка обиженная на своих друзей.       Лёша обнял Вику за талию и с наслаждением ответил на её поцелуй, радуясь её смелости, её упрямству, её готовности отстаивать своё право на личную жизнь.       – Мы не мешаем вам? – спустя всего несколько секунд язвительно спросил Макс, и Лиза бросила на него укоризненный взгляд.       – Нас твои друзья сейчас взглядом сожгут, – сказал Лёша, прервав поцелуй. – Ненавистным взглядом.       – Тебе есть до них какое-то дело? – удивилась она.       – Ну конечно. Это же твои друзья.       Вике стало очень приятно, что Лёше небезразлично мнение её друзей, что он пытается сохранить мир ради неё. И она снова потянулась к его губам, желая выразить эту благодарность.       – Опять они за своё, – отвернулся Авдеев с отвращением.       – Да, неприятное зрелище, – согласился Вершинин, но продолжал наблюдать, заворожённый и раздражённый одновременно.       – Ничего вы не понимаете! – с обидой в голосе произнесла Виноградова. – Вика счастлива рядом с ним. Разве это не главное?       Кузнецова всё-таки стало неловко за своё поведение, и она с трудом отстранилась от Лёши.       – Я позвоню тебе позже, хорошо? – сказала она, всё ещё держа его за руку.       – Да, пока, – попрощался он ушёл к себе домой.       – Ну наконец-то! – почти в один голос воскликнули Макс и Андрей, когда к ним вернулась Вика.       – Ой, всего лишь пару минут прошло! – заметила Лиза.       – Что-то не так, ребят? – с вызовом в голосе спросила Вика, поворачиваясь к своим друзьям. Её щёки горели, но поза была гордой.       – Нет, всё прекрасно, – съязвил Макс.       – Ну вот и замечательно, – парировала Кузнецова. – В таком случае, проходите, – вежливо, но холодно пригласила она названных гостей в дом, чувствуя, что предстоящий разговор будет непростым.       Ребята устроились в гостиной. Лиза помогла Вике разлить по кружкам ароматный чай. Все сидели, погружённые в свои мысли и не знали с чего начать разговор.       Раньше их дружба была скреплена общим делом – опасным, захватывающим расследованием, где каждый шаг мог стать последним. Теперь, когда все эти ужасы закончились, и закрутилась обычная взрослая жизнь, поддерживать связь стало сложнее, но ребята не перестали дружить, и даже специально поселились не слишком далеко друг от друга, чтобы чаще видеться, собираться всей компанией, ходить в кино, делиться впечатлениями, но о своей личной жизни друзья почти не разговаривали, потому что и так всё было понятно. У Макса с Лизой совсем скоро состоится свадьба, у Андрея с его девушкой Катей тоже всё хорошо, а Вика… много рассказывала своим друзьям о путешествиях в разные страны, но тщательно обходила стороной пустоту в личной жизни.       А Рому ребята и вовсе с собой никуда не звали. «Друзьями мы больше никогда не будем», – заявил ему однажды Макс, приняв такое решение за всех, но Павленко знал, что он никогда и не был их настоящим другом. Только Тёма был его другом, а после Юля, но для Ромы было мало её дружбы, от неё он хотел большего, однако сердце этой девушки было отдано другому, а теперь оно бьётся в Лизиной груди – единственного человека, который до сих продолжает общаться с Ромой и она знает, что в отличии от ребят, Павленко до сих пор каждый день рискует своей жизнью, ведь он решил стать полицейским и теперь борется с преступностью. Виноградова считает, что таким образом он замаривает свои грехи. Личной жизни у парня пока нет, не сложилась, зато всё стало складываться у Вики, вот только никто из её друзей, кроме Лизы, этому не рад.       – Вика, нам поговорить с тобой надо, – нарушил первым молчание Андрей. Он решил сразу перейти к делу.       – О чём?       – О ком. О Барышникове.       – И что же тебя интересует?       – Ты серьёзно веришь в его раскаяния? – в голосе Андрея звучало не просто недоверие, а почти физическое отвращение.       – Да, Андрей, верю. Мы любим друг друга и хотим всю свою жизнь провести вместе, – твёрдо и честно ответила Вика.       Уголки губ Лизы дрогнули в лёгкой, одобрительной улыбке. Она была искренне рада, что её подруга наконец-то обрела то, о чём так долго молчала.       – Как ты можешь верить ему?       – Не так просто, как ты думаешь. Андрей. Я всегда осторожна рядом с ним.       Макс едва слышно усмехнулся над этой фразой.       – Что-то не так, Максим? – заметила Вика.       – Нет, всё так, – сквозь зубы процедил он, с силой сжимая свою кружку. Со временем Вершинин научился сдерживать свой гнев, и потому сейчас он промолчал, хотя очень хотел спросить, где ночевала его подруга и не забыла ли она про безопасность, когда оказалась в постели с их заклятым врагом.       – Ребят, Лёша действительно раскаивается в том, что было. Я сегодня обыскала его комнату и…       – Ты рылась в его вещах? – перебил Авдеев, ухватившись за эту фразу. – Значит, всё-таки не доверяешь? – улыбнулся он тому, что его подруга не совсем сошла с ума от любви и сохранила бдительность.       – Так ты всё-таки с ним провела сегодняшнюю ночь? – вклинился Макс. Он был явно недоволен этим, зато его невеста порадовалась за свою подругу.       – Вы всё не так поняли. Да, я ночевала у Лёши, но у нас ничего не было. Я просто потеряла свои ключи и поэтому мне пришлось остаться у Лёши.       – Почему именно у Лёши? – поинтересовался Андрей.       – Ты могла бы переночевать у нас с Лизой, – поддержал Макс.       – Или у меня с Катей, – продолжил Авдеев. – Мы всегда готовы помочь тебе.       – Спасибо, ребят, – улыбнулась Вика. – но я не могла. Время было позднее, вы уже спали, а Лёша был рядом… – Почему я вообще оправдываюсь перед вами? Если у меня с ним что-то и было, то что?       – Вика, как ты не понимаешь? Он один из них!       – Был одним из них, Андрей! Но не теперь. Это всё его бабушка, заморочила парню голову.       – Это он тебе голову морочит. Если бы виновато было воспитание, тогда и Тася была бы злой.       – Тасе было всего восемь лет в то время.       – Во время карантина ей уже исполнилось девять, – поправил Авдеев.       – Господи, да какая разница?! Она была ребёнком и неизвестно какой бы выросла… Вообще мне Лёша рассказывал, что Тасю больше воспитывал дедушка, а его – бабушка.       – Очень удобное оправдание, – язвительно заметил Вершинин.       – Максим, воспитание в самом деле сильно влияет на человека, – мягко, но настойчиво вмешалась Лиза.       – Тебе ли об этом не знать…       – Ну, а где сейчас его дед? – успокоившись, поинтересовался Макс.       – Кони двинул?       – Да, Максим. Все мы не бессмертны. Их дедушка умер ещё тогда… когда Лёшу посадили…       – Да, я вспомнил, – подтвердил Андрей. – Игорь об этом что-то рассказывал. У Таси больше никого не было, никаких близких родственников, а дальним она оказалась не нужна, поэтому Игорь с Ларисой решили удочерить её.       – Бедная девочка. Столько всего пережить, – посочувствовала Лиза.       – Вик, ты сказала, что обыскала Лёшину комнату, – осторожно начал Макс. – И что там?       – И ничего. Там нет ничего, компрометирующее «Ингрид». Вообще ни единой информации.       – А в комнате Раубер смотрела?       – Ну я же не дура. Её комнаты нет… Лёша вообще живёт в однушке, ему дедушка на совершеннолетие подарил.       – У Раубер нет ничего, – сказал вдруг Андрей       – Откуда ты знаешь? – удивился Макс       – Мы с Игорем как-то ездили в её дом, ещё давно. Тася забрала оттуда свои вещи, игрушки, а мы с Игорем и Ларисой всё тщательно осмотрели. В каждый угол заглянули. Никакой ценной информации мы не нашли. Всё, что было, ещё полиция забрала.       – Ну вот видишь! – начала говорить Вика.       – Это не доказывает того, что Лёша изменился, – перебил её Авдеев, который ненавидел всех сотрудников компании «Ингрид», ведь они держали его мать в подземелье.       – Зато доказывают его поступки, – защищала Кузнецова своего возлюбленного. – Я верю Лёше.       – Если ты ему так доверяешь, тогда зачем проводила обыск? – спросил Макс, и его слова попали точно в цель, заставив Вику внутренне сжаться.       – Я просто… я подумала, что… не зря ведь говорят: доверяй, но проверяй…       – Ребят, что вы все набросились? – заступилась Лиза. – Мы же не за этим сюда пришли! Что у нас, других тем для разговора больше нет?       – Да есть одна, – вдруг заявил Макс, переведя взгляд на невесту. – Лиза, я не могу больше молчать. Вика, твоего парня на своей свадьбе я видеть не желаю!       – А со мной ты это обсудить не хочешь? – возмутилась Виноградова.       – Ты уже и так пригласила Павленко. Хватит с нас и одного предателя.       – А о чувствах Вики ты подумал?       – А он никогда не думает о моих чувствах, Лиз, – сказала Вика, готовая расплакаться от обиды. Сколько же раз она плакала из-за Максима?       «Ну почему Макс никогда не может смириться с моим выбором? – злилась Кузнецова. – Сначала с Олегом подружиться не мог, а теперь с Лёшей. А какое вообще ему дело до моих парней?! Сам встречается со всеми подряд… а я, значит, всю жизнь должна страдать от безответной любви по нему? Ну уж нет. С меня хватит! Я тоже имею право на счастье».       – Я думала, что друзья это те, кто всегда поддержит, поймёт и примет любой мой выбор, – дрожащим голосом заговорила Вика. – Вот Даша бы меня поддержала…       – А я так не думаю, – заявил Андрей.       – Каждый имеет право на собственное мнение, – снова вмешалась Виноградова – и мы должны его уважать, и Викин выбор мы должны принять.       – Мы хотим уберечь её от ошибок, Лиз! – почти прокричал Макс. – Вик, ну что такого Барышников сделал, что ты поверила в его раскаяния?       – Я не могу сказать… но я точно знаю, что он изменился.       – Ты это сегодня ночью поняла, да?       – Думай ты что хочешь, Макс! Лёша был не против подружиться с тобой ради меня, а ты… ты никогда не понимал мои чувства! Тебе всегда было плевать на мою любовь, – вырвалось у неё обида, копившаяся долгие годы.       – Кажется, нам пора, – встала с дивана Виноградова.       – Лиза, прости, тебя я не хотела обидеть.       – Всё в порядке, Вик. Ты не должна извиняться за свои чувства.       – Только когда вся эта романтика закончится и ты поймёшь, кто твой Лёша на самом деле, не приходи к нам плакаться, – бросил напоследок Авдеев и это стало последней каплей.       – Это ты мне говоришь, Андрей?! – усмехнулась Кузнецова. – Ты себя-то вспомни! Или уже забыл, как не верил нам, своим друзьям, когда мы все твердили, что Анна – одна из них?!       – Насчёт Анны я ошибался… – пробормотал он, отводя взгляд. – Но, как выяснилось, она правда любила меня.       – И Лёша тоже ошибался, и он тоже любит меня! И мне очень жаль, что вы этого не видите.       – Я вижу, Вик, – снова сказала Лиза, подходя к ней.       – Я знаю, Лиз, спасибо, – улыбнулась она в ответ.       – А я бы всё-таки не стал доверять Барышникову, – упрямо твердил Макс, желая уберечь Вику от очередного предательства.       – Но список гостей мы с тобой ещё обсудим, – ответила ему невеста.       – Не надо, Лиз, – возразила Кузнецова. – Я приду одна. Не переживай, Максим, я не стану портить вашу свадьбу.       – Вик… я не хочу, чтобы тебе было одиноко, – сказала Виноградова.       – Не волнуйся, Лиз, мне больше никогда не будет одиноко.       Виноградова обняла свою подругу, и Вика, воспользовавшись моментом, прошептала ей на ухо: – Лиз, приди ко мне завтра. Пожалуйста. Одна. Мне нужна твоя помощь…       – Хорошо, Вик, я приду, – так же тихо ответила Лиза.       – О чём вы там шепчетесь? – поинтересовался Макс.       – Я говорю Вике, что нам уже пора.       – Да, а то засиделись, – буркнул Андрей, поднимаясь с места.       – Увидимся как-нибудь, – грустно произнесла девушка, и Авдееву тоже стало грустно уходить. Ведь он и так давно не виделся с Викой, и был рад встретиться с ней сейчас, но вот её парня он совсем не рад видеть.       Все попрощались и унылые разошлись по домам. Не так друзья представляли свою встречу с Викой, а она думала, что хуже, чем вчера, уже не будет, но сегодняшний день начинался не лучше.       «Рома был прав, – пронеслось в её голове. – Они лишь требуют, а что дают взамен?».       Когда Вика заявила, что выходит из «игры», ребята не оставили её в покое и мешали ей наслаждаться жизнью с Олегом, считая, что она обязана им помогать в любое время, даже если больше не желает принимать в этом участие, а в ответ даже «спасибо» никто не скажет. А в тот страшный вечер, когда Вика оказалась взаперти с трупами в морозильной камере на всю ночь, никто не пришёл ей на помощь, никого из друзей не оказалось рядом в тот момент. Кузнецова понимала, что сама была виновата в той истории. Не нужно было спускаться в подземелье одной. Но она должна была предупредить своих друзей об опасности! А они все были уверены, что она провела ту ночь с Олегом… но ведь можно было как-то проверить, убедиться, что она в безопасности?       «Они мешали мне быть с Олегом… но с Лёшей они мне не помешают! – твёрдо решила Виктория. – Теперь, когда всё позади, я обязана наслаждаться жизнью! И настоящие друзья поймут и примут мой выбор».