Тишина по вызову

До концерта оставалось меньше четырёх часов. Это было достаточно, чтобы спасти город. И катастрофически мало чтобы сделать это без матов.

***

Фургон SDN нырнул в район, который в справочниках называли "деловым кластером", а в устной народной традиции — "бетонные коробки с кондиционерами". "Локатор" выглядел именно так: невысокое серое здание без вывески, с зашторенными окнами и вежливой табличкой "ТЕХНИЧЕСКИЙ ЦЕНТР". По периметру — чахлые кусты и камеры, которые смотрели с выражением "нам за это не платят". — Люблю эти места, — пробормотал Сонар. — Снаружи — ничего. Внутри — всё. — А я думала, ты любишь крыши и ночные переулки, — удивилась Малевола. — Там — последствия, — объяснил он. — Здесь — причины. ЭхоКид осторожно выглянул из-за их спин. — Я думал, дата-центры выглядят… — он поискал слово, — …как в роликах: стекло, подсветка, приёмная с роботом. — Это в роликах, чтобы инвесторы не плакали, — сказала Малевола. — В реале всё важное сидит в коробке, которая притворяется складами с картошкой. У входа их встретил человек в толстовке с капюшоном, который по выражению лица был на ты со всеми грехами этого мира, кроме, возможно, полноценного сна. На бейджике значилось: "Евгений, дежурный инженер". Под бейджиком — помятый стикер "root". — Вы SDN? — уточнил он, щурясь. — Иногда, — ответил Сонар. — Остальное время мы делаем вид, что отдыхаем. — Я — Женя, — кивнул тот. — Я тут не главный, но главному теперь плохо, он где-то в углу переваривает факт, что у нас "аномалии звука". Так что показывать вам всё буду я. Он окинул их взглядом. — Меч… крылья… подросток. Отлично. Надеюсь, у вас есть хотя бы один человек с доступом в админку. — У нас есть человек с доступом в ад, — отозвалась Малевола. — С админкой разберёмся по ходу. Женя вздохнул и открыл дверь.

***

Внутри "Локатор" был храмом всемирного жужжания. Ряды серверных стоек в стеклянных шкафах, кабели в аккуратных лотках, мигалочки — зелёные, оранжевые, иногда нервно красные. Холодный воздух тянулся с кондиционеров, пол слегка вибрировал от фанатов. Для обычного человека — просто шум. Для Сонара — многоголосый хор вентиляторов, роутеров, дисков. — Боже, как красиво, — неожиданно выдохнул он. — Вот он, — мрачно хмыкнул Женя. — Первый человек, которому реально нравится у нас звук. Запишу это в легенды. — Не первый, — поправила его Малевола. — Но первый, кто признаётся. ЭхоКид держался ближе к дверям, как человек, который впервые пришёл в спортзал и случайно заглянул в зал тяжёлой атлетики. — Итак, — начал Женя, включая на планшете схему, — что у нас происходит. Он ткнул пальцем в диаграмму. — Вот узел "Городской звуковой канал" — наш красавец. Через него проходит всё, что потом разлетается по вашим больницам, филармониям, ТЦ и прочим "иммерсивным инсталляциям". Мы обеспечиваем захват, маршрутизацию, трансляцию. Сигналы со всего города идут сюда, тут чистятся, микшируются и улетают обратно. Он нахмурился. — Последние двое суток мы фиксируем странные пики. На каких-то сегментах — "тишина" как данные. Не отсутствие сигнала, а именно полотно "молчания" как аудио-стрим. Причём авторизированный. С сертификатами, логами и благословениями. — Маэстро, — сказал Сонар. — Он же, — кивнула Малевола. Женя вскинул бровь. — Вы говорите так, как будто знаете, кто именно лазает в мои лог-файлы. — Мы знаем, кто лезет в ваши больницы и филармонии, — сказал Сонар. — Ваши логи — лишь третий акт. Он подошёл ближе к стойкам, вдохнул глубже. Здесь шум был плотным, жирным. И на этом фоне куда более заметно звучали провалы. — Так, — пробормотал он. — Вот это — нормальное гудение. Вот это — диагностика. А вот… Он замолчал, шагая вдоль рядов. Каждый сервер отдавал свой "тон" — чуть выше, чуть ниже, как если бы его вентиляторы играли на разных нотах. Где-то в этом было даже что-то успокаивающее. Но в углу зала, у стойки с наклейкой "АУДИО ХАБ", звук вдруг изменился. Он не стал тише или громче — он стал… ровнее. Подозрительно ровнее. — Здесь, — сказал он. — Кто-то "подшаманил" вентиляцию. И не только её. Женя скривился. — Если кто-то трогал тут вентиляцию без меня, я лично его… — он спохватился. — Ну, вы поняли.

***

Шкаф "АУДИО ХАБ" был мозгом всего городского звукового хозяйства. Массивные аудиокарты, коммутаторы, проводка, сервер управления. С точки зрения любого нормального человека — просто ещё одна стойка с железом. С точки зрения Сонара — кафедра дирижёра. Он положил ладонь на бок шкафа — не для эффектности, а чтобы лучше "слышать" вибрацию металла. — Здесь висит не только ваша фирменная система, — сказал он. — Здесь ещё какой-то паразит. — Плагин? — предположил Женя. — Больше похоже на надстройку-оркестр, — ответил Сонар. — Он не заменяет звук, он подмешивает "тишину" как трек. И, судя по подписи, он готовит на вечер большой стрим. — Какой ещё стрим? — насторожился Женя. — Концерт "Звук города" в филармонии, — ответила Малевола. — Там хотят взять ваши городские микрофоны и в режиме реального времени подключить к оркестру. Она прищурилась. — Если Музыкальный Маньяк захватит канал здесь, он сможет во время концерта подмешивать в зал любую "тишину". Или не только тишину. Женя выругался так, что даже Малевола одобрительно хмыкнула. — Окей, — сказал он. — Что вы хотите от меня? — Честный доступ в систему и кофе, — ответил Сонар. — В идеале — сначала доступ.

***

Комната управления "Локатора" была, как и положено, полуподвалом с мониторами, от которых у среднего человека началась бы паническая атака. Карта города: мигали точки микрофонов. Графики нагрузки. Логи. Окна с формулами, интерфейсы аудио-софта. И в углу — маленькое, но наглое окно: MutedMaestro Core Статус: ожидание трансляции Расписание: — 19:00–21:30 "Симфония города. Премьера." Режим: бета-тест в боевых условиях. — Минимум они честны с собой, — мрачно сказала Малевола. — "Бета в бою". Чего уж там. Женя ткнул в окно. — Этот модуль поставили через официальный канал, — выдохнул он. — У него подписи, разрёшения, даже рекомендации от какого-то "совета по развитию городской среды". Если я его просто выключу, меня расстреляют, а потом уволят. — Не выключай, — сказал Сонар. — Сделай хуже. — В смысле? — не понял Женя. — Представь, что это троян, — объяснила Малевола. — Если ты просто его удалишь, он либо оставит хвост, либо прилетит по новой. А если ты оставишь его, но заставишь работать на нас — у нас будет точка входа к Маэстро. Женя задумался. — То есть вы хотите… завернуть его тишину обратно? — Типа того, — кивнул Сонар. — И повесить на неё… условно говоря, "колокольчик". ЭхоКид поднял руку. — Можно… — сказал он. — Можно сделать так, чтобы всё, что он посылает как "тишину", на самом деле содержало еле-еле слышный маркер. Что-то вроде водяного знака. Его нельзя будет заметить обычным ухом, но ты… — он посмотрел на Сонара, — ты сможешь по нему вычислить, откуда он реально лезет. Он достал телефон. — У него есть манера. Он любит одну и ту же последовательность пауз. Это как подпись. — Ты запомнил? — удивился Сонар. — Я… переслушивал свои стримы, — засмущался тот. — Там в некоторых местах фон "проваливался", и я думал, что это баг. А теперь знаю, что это он пробовал "настраивать тишину". Там есть повторяющийся шаблон. Я могу вытащить его, как паттерн, и завести сюда. Женя уважительно посмотрел на парня. — О, — сказал он. — Впервые за этот день мне не хочется метать ноутбуки в блогеров. — Это успех, — мрачно подытожила Малевола. План родился и оброс деталями быстрее, чем успел приехать кофе. ЭхоКид вытащил из архива несколько отрезков своих старых стримов, где "пропадал фон". С помощью Жени он загнал их в анализатор, вытащил характерный зигзаг — последовательность микропауз и еле слышного писка, который MaestroMuted использовал как "подпись" на своей тишине. — Вот она, — сказал Женя. — Его автограф. — Теперь, — продолжил Сонар, — нам нужно сделать обратное. Встроить наш автограф в его канал. Он повернулся к ЭхоКиду. — Сможешь собрать из этого обратный паттерн — так, чтобы он не ломал сигнал, но был заметен… ну, мне? — Сделаю что-нибудь на границе слышимости, — кивнул тот. — Кусочек "шумы вентилятора", чуть-чуть "звенящего" края. Для обычного уха это сольётся с фоном, а ты… — А я буду слышать его, как неуместный кашель, — усмехнулся Сонар. — Отлично. Женя тем временем разбирался с модулем MutedMaestro Core. — Так… если я вот сюда воткну ваш паттерн, он будет проходить через все его "тихие" треки, — бормотал он. — Это как если бы вы взяли его любимую чёрную краску и подмешали туда немного светящейся. В темноте не видно, под ультрафиолетом — горит. — А он заметит? — насторожилась Малевола. — Если он прислушивается к собственной тишине так же внимательно, как вы — к шуму, то да, — ответил Сонар. — Вопрос, успеем ли мы к тому моменту уже схватить его за хвост. — План, — подвёл итог Женя, — следующий. Он загибал пальцы: 1. Мы не отключаем MutedMaestro Core, а "подсвечиваем" его. 2. Всё, что он пошлёт на город и на филармонию, будет носить его подпись плюс нашу метку. 3. Когда он начнёт "играть" вечером, вы… — он кивнул на Сонара, — по этой метке сможете понять, откуда идёт управление. Не логически, а… ну, как вы там умеете. — По звуку, — просто сказал Сонар. — А если он работает через VPN? — хмыкнула Малевола. — VPN не отменяет физику, — ответил Сонар. — Где-то же у него есть точка, где он сидит с пультом, монитором, красивой кружкой и ощущением собственной гениальности. Весь вопрос — сколько слоёв надо пройти, чтобы нащупать её.

***

Пока они ковырялись в настройках, в голове у ЭхоКида шла своя, менее техничная, но не менее важная возня. "Я помог им поставить ловушку человеку, который сделал меня популярным." — думал он, открывая очередное окно консоли. "Который чуть не убил кого-то в реанимации, — отвечал ему внутренний голос Малеволы, разумеется, воображаемый. — Весы, малыш. Весы". Он поймал себя на том, что вслушивается в шум серверной. Раньше для него звук был или "контент", или "шум". Теперь он начал улавливать градации. Как у Сонара, но по-своему. — Слушай, — тихо спросил он его, пока Женя что-то писал в конфиге, а Малевола держала портальный "шов" вокруг аудиохаба, чтобы тот не рванул. — Ты не боишься… оглохнуть? Сонар приподнял бровь. — С чего бы? — Ну типа… — ЭхоКид замялся. — Ты же всё этим… ушами работаешь. Если что-то случится… с ними… ты… — …останусь с тем, что есть в голове, — спокойно ответил Сонар. — Там, поверь, шуму тоже хватает. Он пожал плечами. — Я боялся этого раньше. Когда думал, что слух — единственное, что делает меня кем-то. А потом выяснилось, что я могу быть полезен даже в те моменты, когда никто не орёт. Он хмыкнул. — Страшнее другое. Что люди начнут добровольно отдавать слух вот таким, как Маэстро. Типа "сделай нам хорошо, только чтобы мы ничего лишнего не слышали". Тогда я, может, и не оглохну, но останусь без работы. — И… что ты тогда будешь делать? — спросил ЭхоКид. — Копать носом землю, как все бывшие суперзлодеи, — ответил Сонар. — Или открою консультацию. "Как жить с тем, что мир шумит". Ты будешь моим первым клиентом по скидке. ЭхоКид улыбнулся — чуть криво, но по-настоящему. — Беру. Через полтора часа операция была завершена. Женя откинулся на спинку стула, вытянул руки. — Итак, — сказал он. — MutedMaestro Core думает, что он — король. На самом деле он — новогодняя ёлка с нашими гирляндами. Всё, что он будет делать вечером, мы увидим. Он кивнул на одного из мониторов, где теперь в углу мерцал новый индикатор: "WM: LISTENING". — Это ваш "водяной знак". Как только он начнёт активную фазу, у вас в ухе, — он кивнул на Сонара, — станет сильно неприятно. Но хотя бы понятно. — То есть будет как обычно, — вздохнул тот. — Неприятно, но понятно. Малевола убрала меч — швы вокруг железа растворились, как будто ничего и не было. — А вы? — спросила она Женю. — Справитесь дальше? — Я? — он усмехнулся. — Я родился, чтобы сидеть в тёмной комнате и ругаться на конфиги. Вы, главное, живыми вернитесь. Он на секунду посерьёзнел. — И… если вдруг там, на концерте, всё пойдёт по жопе — у нас есть ручник. Он показал на большую красную кнопку на панели — ту самую, про которые обычно говорят "никогда не нажимать". — Если вы скажете, что всё — совсем плохо, я вырублю весь "Городской звуковой канал" к чёртовой матери, — спокойно сказал он. — Да, останемся без трансляций, да, поорут клиенты. Зато никого не убьём из-за красивой тишины. — Не люблю красные кнопки, — призналась Малевола. — Но люблю, когда их держат правильные люди. — Договорились, root, — сказал Сонар. — Если что — свистнем. — Лучше не надо, — поморщился Женя. — Я и так не высыпаюсь. На выходе из "Локатора" уже начинало вечереть. Небо было того нервного цвета, который в прогнозах называют "облачно с прояснениями", а в жизни — "что-то будет". Филармония отсвечивала афишами через пару кварталов. По городу рассылались пуши: "НЕ ПРОПУСТИТЕ ПРЕМЬЕРУ СИМФОНИИ ГОРОДА!" — Чувствуешь? — спросила Малевола. — Чувствую, — ответил Сонар. — Город затягивают как пружину. ЭхоКид вставил наушник — на этот раз не чтобы включить стрим, а чтобы проверить, как теперь звучит эфир. В наушнике было… нормально. Правильный гул, обычные новости, реклама пиццы. И где-то очень тихо, далеко — еле слышный шорох, который он сам бы не заметил, но уже знал, что он там. — Это он? — спросил он. — Это мы, — уточнил Сонар. — Наш маркер. Значит, Маэстро всё ещё подключён. Телефон пикнул ещё раз. На этот раз — от Роберта: РОБЕРТ: "Филармония начинает посадку. Мэр уже в гримёрке, ведущий уже волнуется, зрители уже постят селфи. Где наш любимый дуэт?" Малевола фыркнула. — Напиши ему: "застряли в дата-центре, разбираем партитуру с чертями". — Напишу: "едем", — вздохнул Сонар. — Пусть у него будет один спокойный пункт в списке. Он отправил короткое "в пути" и поднял глаза на "Дом музыки". — Ну что, — сказал он. — Половина сезона позади. Самое весёлое начинается. — Ты понимаешь, — тихо сказала Малевола, — что сегодня вечером мы не только ловим очередного больного на тему "тишины". Мы фактически тестируем, выдержит ли город ситуацию, где кто-то нажмёт на "мьют" у целой толпы. — Понимаю, — кивнул он. — Поэтому и страшно. — Боитесь? — несмело спросил ЭхоКид. — Если герой не боится, — сказала Малевола, — он либо врёт, либо не герой. — А если бывший злодей не боится, — добавил Сонар, — значит, он просто идиот. ЭхоКид задумался. — А я? — выдохнул он. — Я кто? — Ты — зритель, которого вытащили на сцену, — ответила Малевола. — А дальше — сам решай, будешь массовкой или сыграешь что-то своё. Он глубоко вдохнул. — Тогда… я буду тем, кто выключил стрим и остался до конца концерта, — сказал он. — Подъём, — кивнул Сонар. — Идём на премьеру. Они сели в фургон. Город гудел. В глубине этого гула, уже ближе, уже настойчивее, зашевелилась новая, чужая нота — тишина, которая собиралась выйти в прямой эфир. МаэстроMuted, где бы он ни сидел, вероятно, улыбался в полумраке своих мониторов. "Акт первый: настроен, — мог бы сказать он. — Акт второй: публика затихает." И "Локатор", впервые за долгое время, стоял на их стороне с красной кнопкой в резерве и маленьким, почти незаметным водяным знаком, который мог привести их прямо к дирижёру безмолвия.