Стокгольмский синдром или всё-таки настоящая любовь?

Женя не помнила, как поднялась обратно в квартиру. В ушах стоял звон, а в руке, зажатый в белом кулаке, был тот самый одноразовый телефон. Он обжигал кожу, как раскаленный уголь. В квартире царил хаос. Даниил, бледный, с перекошенным лицом, метался между окном и дверью. - Где ты была?! - набросился он на нее, хватая за плечи. - Я уже думал, тебя... там... - Никого, - голос Жени прозвучал глухо и отчужденно. - Никого нет. Проверила. Двор пустой. Она отстранилась от его цепких рук. Ее взгляд упал на окно напротив. Темный, безжизненный проем. Но она знала - там, в этой темноте, всего несколько минут назад стояла женщина, которая держала ее жизнь на кончике своего пальца. И по какой-то невероятной причине решила эту жизнь пощадить. Не пощадить. Скорее, перевести в другой актив. «Взаимовыгодное сотрудничество, оперативник». Даня что-то говорил о группе захвата, о том, что они прочешут все крыши, о вызове на допрос к начальству. Женя почти не слышала. Она смотрела на свой рабочий ноутбук, стоявший на столе. Доступ к базам. К закрытым протоколам, к архивам, к паутине связей, которую годами плели оперативники. Именно это и нужно было Горели. Информация. Та, что за стенами официальных запросов и бюрократии. - Жень, ты меня слышишь? - Даниил снова оказался рядом, его лицо выражало смесь тревоги и подозрения. - Ты как будто не здесь. Она что, была там? Ты ее видела? Вопрос повис в воздухе. Прямой. Опасный. Женя медленно перевела на него взгляд. - Я никого не видела, Дань. Только мокрый асфальт и мусорные баки. Думаю, у нас утечка информации. Кто-то знал о заказе и решил меня подставить, запугать. Это была не Горели. Слишком... топорно. Она сама удивилась, насколько убедительно прозвучали ее слова. Ложь потекла плавно и легко, будто она практиковалась в ней годами. Возможно, это был инстинкт самосохранения. Или что-то еще. Даниил смотрел на нее с недоверием, но кивнул. - Ладно... Ладно. Группа будет через десять минут. Соберись. Как только он отошел к окну, Женя схватила одноразовый телефон и сунула его в карман джинсов. Пластик давил на бедро, напоминая о своем присутствии. Ночь превратилась в кошмар. Допрос у начальства, бесконечные вопросы, пристальные взгляды коллег. «Почему именно на тебя, Женя?», «Есть ли недоброжетели?», «Может, свяжешься с охраной, пока все не уляжется?» Она отбивалась, как могла. Говорила о своей успешной работе, о закрытых делах, о мести криминальных элементов. Все это было правдой. Но не всей. Под утро ее наконец отпустили домой под обещание не выходить без сопровождения. В квартире пахло остывшим кофе и чужим потом - здесь работала группа техников. Женя заперлась в ванной, включила воду и смотрела на свое отражение в зеркале. Уставшее лицо, синяки под глазами. И тень страха в глубине зрачков. Она вынула телефон. Черный, глянцевый, безликий. Всего одна кнопка. Один номер. Ее палец повис над клавишей. Это был шаг в пропасть. Изменение всему, во что она верила. Но Горели была права. Тот, кто сделал заказ, не остановится. А система, частью которой она была, могла ее не защитить. Она уже видела это по глазам начальника - ты либо жертва, либо проблема. Она нажала кнопку. Соединение установилось после первого гудка. - Я слушаю, - тот же спокойный, низкий голос. Будто они и не расставались. - Кто он? - прошептала Евгения, прижимая трубку к уху так, что хрустели кости. - Тот, кто сделал заказ. На другом конце короткая пауза. - Его зовут Артем Кривошеев. Он не крупная рыба. Держал общак у «братков», которых я... ликвидировала месяц назад. Решил, что месть - хороший способ поднять свой авторитет в новых кругах. Ошибся. - Где он? - Не спеши, оперативница. Сначала информация. У Кривошеева есть покровитель. Кто-то внутри вашей структуры. Тот, кто обеспечил ему доступ к архивам и дал мои старые контакты. Мне нужно имя. Тот, кто слил тебя, слил и меня. Это недопустимо. Женя сглотнула ком в горле. «Кто-то внутри». Это объясняло многое. Почему заказ был таким точным. Почему о нем так быстро стало известно. - А что мне за это будет? - спросила она, пытаясь вернуть себе хоть крупицу контроля. - Тебе? - Горели чуть растянула слова. - Тебе будет гарантия, что Кривошеев и его друг из органов никогда больше не побеспокоят тебя. И карьера твоя останется цела. Я выполняю свои контракты. Всегда. Евгения закрыла глаза. Она стояла на краю, и земля уходила из-под ног. Но отступать было некуда. - Хорошо. Дай мне день. - У тебя есть двенадцать часов, - без возражений ответила Горели. - И, Женя... Никаких официальных запросов. Только твои глаза и твой доступ. Поняла? Связь прервалась. .............. Следующие несколько часов Женя провела за компьютером, притворяясь, что разбирает текущие дела. Ее пальцы летали по клавиатуре, пробивая имя «Артем Кривошеев». Мелкий преступник, несколько судимостей за вымогательство. Последнее время затих. Но в одном из старых, почти забытых дел о коррупции в городской администрации мелькнула фамилия - майор Денис Волков. Из отдела по борьбе с организованной преступностью. Чистый, на хорошем счету. Слишком чистый. Она углубилась в его связи, в финансовые операции его родственников, в отчеты о закрытых делах, где фигурировали подозрительные личности. Ничего криминального. Ничего явного. Но была закономерность. Несколько громких арестов «братков» из конкурирующих группировок, которые расчищали дорогу тем, с кем был связан Кривошеев. И тут она нашла его. В базе служебных автомобилей. В ночь, когда был сделан заказ, служебная машина Волкова с его электронным пропуском выезжала в район, который был известен как неофициальная «биржа» для теневых заказов. Сердце Жени заколотилось. Это было оно. Улика. Косвенная, но для нее - неоспоримая. Она снова взяла одноразовый телефон. На этот раз ее рука не дрожала. - Волков. Денис Игоревич. Майор. - выдохнула она в трубку. На другом конце царила тишина. - Достаточно, - наконец сказала Горели. Ее голос прозвучал... удовлетворенно. - Жди новостей. ............ Новости пришли утром. Сначала на служебную почту пришло экстренное сообщение: в результате спецоперации по задержанию особо опасного преступника Артема Кривошеева, оказавшего вооруженное сопротивление, последний был нейтрализован. Через час по коридору пронесся шепот: майор Волков задержан собственными коллегами из внутренней безопасности. При обыске у него дома нашли крупную сумму денег с серийными номерами, которые совпали с теми, что были изъяты при задержании Кривошеева. Версия: коррупция и пособничество организованной преступности. Женя сидела за своим столом и смотрела на экран. Все было чисто. Идеально. Кривошеев -мертв. Волков - в клетке. Угроза миновала. Ее личный телефон вибрировал. Неизвестный номер. Но на этот раз она знала, кто это. - Довольна? - спросил голос Горели. - Это было... быстро, - сказала Евгения, не в силах подобрать другие слова. - Эффективность - моя профессия. Ты свою часть работы выполнила хорошо. Для новичка. Женя молчала. Она должна была чувствовать отвращение, ужас. Но чувствовала только ледяное спокойствие и странное, щемящее любопытство. - Что теперь? - спросила она. - Теперь ты живешь своей жизнью, оперативник. Карьера спасена. Репутация, возможно, даже выиграла. Ты - героиня, на которую покушались и которая выстояла. - А ты? На другом конце провода снова тот короткий, почти неощутимый выдох. - У меня есть другие дела. Но... дверь для сотрудничества остается открытой. Мир стал меньше, Женя. И опаснее. Иногда тебе может понадобиться кто-то, кто действует за пределами твоих правил. И прежде чем Женя успела что-то ответить, связь прервалась. Она опустила телефон и посмотрела в окно. Дождь кончился. Город заливал холодный утренний свет. Все было как прежде. Но все изменилось. Она перешла невидимую грань. И где-то там, в серых улицах, двигалась тень. Женщина по имени Горели. Еще недавно - убийца. Теперь - молчаливый партнер. Союз, скрепленный кровью и тайной. И Женя понимала - это был только первый акт.