Нейрохимия ненависти

С утра Хоумлендер отправил Бутчера в душ, а когда тот вышел, кивнул ему на стопку пакетов у дверей. Среди них была одежда для Уильяма. - Хотел заказать что-то розовое и блестящее, но понял, что это будет меня раздражать, - супер покопался в одном из заказов и достал оттуда ошейник. - Как тебе? Ожидая чего-то подобного, Бутчер махнул головой. - Ни ума, ни фантазии. Давай эту срань. Может, вылечу твою импотенцию своим блядским видом. Билли с усмешкой протянул руку. Джон, уже не такой довольный, замешкался. Ему страсть как не хотелось потакать своей собачке. Особенно когда он не выказывал яростного сопротивления, от которого у Хоумлендера с недавнего времени случался прилив сил. - Давай я сам надену. Поухаживаю за пёсиком. Стой смирно. Нарочно копошась с застёжкой и растягивая процесс, Хоумлендер невзначай касался кожи на шее Билли. Бутчер вздрагивал от отвращения, но одновременно по нервам разливался сигнал если не удовольствия, то принятия. Тело устраивал контакт с супером. Более того, Билли в какой-то момент подловил у себя мысль «Хочу больше прикосновений». Следом накатила такая волна тошнотворного стыда, что ему немедленно захотелось истерично смеяться и блевать одновременно. Чёрная кожаная полоска с заклёпками смотрелась на Бутчере максимально странно. Но Хоумлендер удовлетворённо ухмыльнулся. Подцепив пальцами за край и притянув к себе Уильяма, он очень пристально всмотрелся в горящие гадливостью глаза. - Кого ты сейчас ненавидишь? – ласково спросил Хоумлендер. - Тебя, - выплюнул Бутчер, но отведя глаза добавил: - И своё тело. - Уильям, Уильям… Похлопав мужчину по щеке, Джон кивнул в сторону кухни. - Время завтракать. Бутчер уселся за стол. Супер приволок пакеты с продуктами. Он раскрыл холодильник и театрально ужаснулся. - Надо же. Какой голодный пёс. На улице плохо кормили. Ну, ничего, герои спасают не только людей. Мне хватит денег прокормить такого проглота. Ничего не ответив, Билли мрачно наблюдал за Джоном и неосознанно оттягивал ошейник. Ощущение давления на шею раздражало, как и унижение от ношения этого животного атрибута. - Нет, не вздумай снимать, пока я не разрешу, - разобравшись с продовольствием, супер посмотрел на Билли. – Сделай мне кофе. Выложив на столе пирожные, Хоумлендер взял одно и, обмакнув палец в сбитые сливки, слизнул их. Бутчер сглотнул тошнотворный комок. Кофемашина у супера была навороченная и как будто помимо кофе должна была стирать одежду и предоставлять интимные услуги. Бутчер некоторое время пытался с ней справиться, но у него никак не выходило. - Хоть бы инструкцию дал, - почесав затылок, проворчал Билли. - Агент ЦРУ не может справиться с бытовой техникой? Как вы вообще работаете? – Хоумлендер подошёл и, отодвинув Билли в сторону, начал готовить кофе. Внимательно наблюдая за супером, человек кривил губы. Что ж ему делать с этой ебаниной? Нельзя же оставлять как есть. Он не может быть собакой этого урода. Но и уйти не получится. Что за тварь связала их вместе? Не может же это случиться по велению боженьки. Или может? Бутчер всегда был уверен, что если бог и существует, то он ещё более двинутый, чем Хоумлендер. Даже не так. Джон ему в подмётки не годился. - Держи. Хоумлендер протянул Билли первую чашку кофе. - Угощайся, - супер кивнул на сладости. Себе Джон налил кофе чуть погодя. Это показалось Бутчеру странным. Почему он вообще использовал такую очередность. Посчитав эти мысли неважными, Билли попробовал пирожные и невольно застонал от удовольствия. На этот звук Джон отреагировал странным пристальным взглядом. - Блядь, Бутчер, ты не думал озвучивать порнуху? - Я думал, ты дрочишь только на свой голос, - с набитым ртом ответил Билли. – Оказывается, тебе и чужие нравятся. Вкусовые сосочки посылали приятные сигналы удовольствия. Билли и не понимал до этого момента, как ему хотелось сладкого. Вчера он проглотил какие-то десерты, почти не жуя. Сейчас он наслаждался каждой нотой: и кислинкой вишни, и мягкой горечью шоколада. А взбитые сливки хотелось проглатывать не останавливаясь. - У тебя такой акцент, - Хоумлендер промычал что-то непонятное, делая глоток кофе. – А стоны какие… - Выеби кого-нибудь, - посоветовал Билли, потянувшись за ещё одним пирожным. – Верный признак недотраха, когда ты на что угодно готов накинуться. Усмехнувшись, Джон подошёл к столу и тоже взял пирожное. - Хочу поэкспериментировать с тобой. Поперхнувшись, Бутчер закашлялся. Остатки кофе оказались на футболке, которую ему щедро одолжил супер. Что-то пошло носом. Хоумлендер, откровенно веселясь, взял из шкафчика упаковку бумажных полотенец и протянул её Билли. - Что ты, блядь, хочешь сделать? – всё ещё откашливаясь, уточнил Бутчер. Издав смешок, супер сел рядом с мужчиной. Билли немного отодвинулся, уже менее спокойно реагируя на близость Джона. - Странно, - супер склонил голову. – Пару секунд назад ты был такой… вкусный. А сейчас снова, как помойная шавка. - Голову полечи, не пугай нормальных людей, - Бутчер всё же продолжил есть. Голод продолжал терзать его на уровне, какого ранее он у себя никогда не замечал. - Бля, не беси, - Джон облокотился о стол. – А теперь взлети. Дёрнув головой и морща нос, Билли с недоумением всмотрелся в искрящиеся любопытством глаза главного патриота Америки. - Ёбнулся? - Значит, ты не сможешь делать то, чего не умел, - будто самому себе пробормотал Хоумлендер. – Или есть предел? Ослепни! Бутчер странно замер и резко схватил со стола нож. Ещё немного, и он вонзил бы лезвие в правую глазницу, но Джон с нечеловеческой скоростью протянул к нему руку, прикрывая чужие глаза. Металл погнулся о суперскую кожу. - Нет, нет, нет! – поспешил отменять приказ Джон. – Уильям, не нужно так стараться, чтобы угодить мне. Я не хочу, чтобы твои прекрасные глаза перестали показывать ненависть. Это выражает саму суть. Пребывая в некотором шоке, Билли сам отодвинулся от руки супера. Это насколько всё плохо, если он готов выколоть себе глаза из-за одного небрежно брошенного слова? Если бы Бутчеру не было чертовски жарко, он бы обязательно почувствовал пробегающий по позвоночнику холодок. Радовало, что Хоумлендер не настолько поехал кукухой, чтобы возбуждаться от покалеченных людей. Постойте. Блядь, он же вроде до недавнего времени ходил к Штормфронт? Райан неплохо её покромсал. Но это нисколько не смущало Джона. Вот же пиздец. - Тогда не проси меня о такой хуйне, - весь наигранно-весёлый налёт слетел с Бутчера. Оставалась лишь настороженность, недовольство и ненависть. - Извини, не хотел тебя пугать, - Хоумлендер снова погладил его по голове и по-доброму улыбнулся. – Я ещё сам не разобрался в наших новых отношениях. - Отношениях? – Бутчер почти рычал от злости. – Ты держишь меня за собаку, надел ошейник, пользуешься, объявил своей игрушкой. Продолжать перечислять или уже дошло, что ты не умеешь подбирать слова? - Ну а что? – Хоумлендер пожал плечами. – Мы сосуществуем вместе: ты зависишь от меня, а я в восторге от твоего послушания. - Ты это, всё же сходи к мозгоправу, - Бутчер оглянулся на оставшиеся пирожные. Ему всё ещё хотелось есть. – Сука, за что меня так ебут обстоятельства? Супер протянул руку к десерту и поднёс его к лицу Билли. - Давай, ты же хочешь ещё, - с интонацией змея-искусителя заговорил Джон. – Ешь! И Билли подчинился очевидному приказу. Есть с рук врага было унизительно. А Джон получал от этого удовольствие. Его зрачки расширились, как будто он принял что-то запрещённое. - Не забудь убрать крем. Бутчер пытался сопротивляться. Но язык сам собой высунулся, чтобы слизать остатки взбитых сливок с пальцев супера. Уильяму и в голову бы не пришло совершать что-то такое с мужчинами. Да и с женщинами он таким не занимался. Если он не поедет кукухой сейчас, то в будущем Бутчер уже представлял себя в психиатрической клинике. Вряд ли у него получится уйти от супера нормальным. Если вообще появится возможность прикрыть всю эту лавочку с издевательствами Джона Гиллмана. - Какой ты послушный пёс, - Хоумлендер, к отвращению Билли, облизнул свои пальцы сразу после того, как над ними поработал Бутчер. – А с хорошими собаками нужно гулять, верно? - Если не хочешь, чтобы посреди твоего коридора было собачье дерьмо, любого пса нужно выгуливать, тупой супер, - процедил Уильям, преодолевая желание выблевать всё съеденное на «хозяина». Перед выходом Хоумлендер был добрым в своих наставлениях. Так он искренне думал о себе. - Ходи рядом со мной. Если спросят, ты служишь Хоумлендеру, потому что являешься моим самым преданным фанатом. Появится Старлайт, разрешаю рассказать ей, какой ты стал лояльный ко мне. Но без фанатизма. Про меня не разбалтывай. - Я только знаю, что ты ёбнутый, - Билли был не в восторге от перспективы светиться рядом с Джоном. – Что ещё я могу про тебя рассказать тому, кто и так в курсе твоей шизы? - Перестраховываюсь, - супер снова зацепил ошейник, к которому Бутчер уже почти привык. По ощущениям, не психологически. – Ладно, давай снимем. Будешь носить дома. Радовать только меня. И вопросов будет поменьше. - Спасибо, ублюдок, - выплюнул Билли, уже потянувшись к затылку, но Хоумлендер его опередил и сам принялся расстёгивать кожаный ремешок. Догадываясь, что суперу нравится трогать его так же, как самому Бутчеру ощущать их телесный контакт, он тяжело вздохнул и удержался от едких комментариев. Тело настойчиво требовало быть «хорошим» с Хоумлендером. Не злить супера. Мозг посылал эти чёртовы сигналы, но мысли не контролировал. Бутчер всё ещё люто ненавидел Джона. Сука. В коридорах башни Бутчер, одетый в привычное, но уже новое пальто, тенью шёл за капитаном Семёрки. Они прошли совсем немного, когда Эшли налетела на Хоумлендера и принялась что-то нетерпеливо и восторженно втолковывать ему. С каждым словом своей главной помощницы супер улыбался всё более удовлетворённо. - Наконец-то хорошие новости, - Джон оскалился. – Давай, болтай, Эшли, как ты умеешь. Что там по общему рейтингу команды? В лифте, который вёз их в самый низ, супер нажал на кнопку «стоп». Бутчер настороженно сдвинул брови. - Они, блядь, схавали! – Хоумлендер победоносно сжал кулак. – Люди любят меня за то, что я сказал правду! Новости Бутчер не читал, но уже догадался, что супер наворотил то, что очень понравилось его фанатам. Плохие новости для него и его команды. Или уже не его? Хьюи давно залез под юбку Ньюман и вылезал оттуда только чтобы передислоцироваться к Старлайт. ММ вернулся к нормальной жизни. А он сам… ну, здесь понятно. - Скажи что-то приятное, - потребовал Джон. - Ты охуеть, какой везучий засранец, - Билли с трудом разлепил губы. – Но всё равно супер-козёл. Хорошее настроение Джона, почувствовавшего прилив людской любви, не так просто испортить. Супер снисходительно улыбнулся. На улице Хоумлендера встречала толпа фанатов с плакатами о том, какой он честный. Джон приветственно махал людям. Бутчер спрятался в тени здания. Не хватало ещё совместных фото с Хоумлендером и лишних вопросов. Но оказаться вне логова Воут, пусть и в сопровождении супера, Билли было необходимо. Совершенно неуютная квартира Джона Гиллмана раздражала своей кричащей безвкусицей. Даже такому не эстету, как сам Уильям, приятнее было находиться в старых убежищах с тараканами и обшарпанными стенами. - Билли, принеси мне воды, - Хоумлендер отошёл в сторонку и, светясь, как чёртова новогодняя ёлка, не мог не выдернуть Бутчера из спокойного, почти мирного состояния. «Ну да, я уже целых пять минут не страдаю, непорядок» Не совсем представляя, откуда ему брать эту чёртову воду, он огляделся вокруг. Рядом стоял небольшой фонтанчик, а на земле неподалёку валялся чей-то пластиковый стакан, который какой-то свин не удосужился донести до урны. «А я могу?..» Осторожно, словно боясь спугнуть своими решительными действиями возникшую идею, Бутчер поднял стакан и зачерпнул воду. Хоумлендер принял то, что ему принёс Билли. Он отвлёкся на какого-то журналиста и, не глядя, глотнул воду. И очень быстро сообразил, как его наебали. Глаза Джона расширились, и он выплюнул грязную воду из мусорного стакана. Прямо на молодого парня из газеты. Тот ошарашенно посмотрел на супера. Хоумлендер процедил недовольное: - Прошу прощения, подавился, - переведя взгляд на Бутчера, он скомандовал. – Давай поговорим наедине. На закрытой парковке супер прижал Билли к стене. - Что за ебанина? - Тебе же всё равно, - Бутчер попытался быть максимально невинным, насколько это вообще может изобразить человек с послужным списком военного-црушника. - Не смей больше давать мне воду из лужи в использованной посуде! - А-а-а, - Билли с силой вынуждал губы не растягиваться в издевательской улыбке. – То есть, чашки и кружки отменяются? Они же многоразовые. - Нет, это можно, - Джона озадачило уточнение. Это был джекпот. Не встретив Старлайт или ещё кого-то знакомого, Хоумлендер и Бутчер вернулись домой. Супер, несмотря на выходку человека, продолжал пребывать в приподнятом настроении. - Побудешь моим будильником. Разбудишь завтра в десять утра. - Как скажешь. Хоумлендер наблюдал, как Бутчер перетаскивает свою новую одежду в свободную комнату. Супер великодушно отдал в распоряжение человека пустой шкаф. Но спать Бутчер всё ещё должен был в спальне Джона. - Я не настолько молодой, чтобы постоянно спать на полу, - Бутчеру почти нечего было терять. Ошейник снова сдавливал горло, а супер пользовался властью послушания. - Ты прав, я проявил жестокость. Поэтому ты и отомстил, - ласковая улыбка супера была неестественной настолько, насколько Хоумлендера можно было назвать героем. – Поспишь на кровати. В моих ногах. Осторожно ощупывая границы действия наложенного «проклятия», Джон и Билли вместо создания комфортных условий старательно подгаживали друг другу. Билли ночью отодвинулся максимально далеко от ног Хоумлендер, благо размеры кровати позволяли устроить в ней групповушку. Не то, что подселить второго человека. Но Джон, сука такая, умудрялся дотянуться и цеплять Бутчера. Что ещё больше способствовало новой тактике действия Билли. Не зря он вспомнил все эти истории про исполнения желаний и злонамеренное подчинение. Следующее утро началось не с кофе. Хоумлендер проснулся от того, что на него с грохотом опрокинули металлическое ведро, полное объедков, пустых бутылок и прочего мусора. Вскочив с рыком, весь в липких и вонючих остатках еды, с лицом, побагровевшим от ярости, он проорал: - Какого хуя?! Бутчер стоял у кровати с невозмутимым видом. - Десять утра, супер-мудак! – ухмылка сама по себе расползлась по лицу Билли. – Подумал, ты не проснёшься от банального «доброе утро, солнышко». Решил, нужно что-то более наглядное. А мусорка тебе очень к лицу. Отряхнувшись, Джон потыкал пальцем в Бутчера. - Ты ещё пожалеешь об этом. - Сходил бы лучше в душ. От тебя несёт, как от помойки, - прикрыв нос рукой, Билли удалился в сторону кухни. Голод снова дал о себе знать. - Я могу заставить тебя пойти к твоим друзьям-неудачникам и перерезать им горло, - начал супер, войдя в кухню. Он был в обычной футболке и штанах. Светлые волосы блестели от влаги. – Как тебе идея? Напряжённо застыв с куском бисквитного рулета, Бутчер некоторое время смотрел куда-то в пол. А потом пожал плечами. - Делай, что хочешь. Но подумай о том, что ты сам не умеешь раздавать приказы. Как ты стал капитаном? Не понимаю. - Почему с тобой сложно, даже когда ты связан по рукам и ногам? – Джон, усевшись рядом с Бутчером, задал риторический вопрос, но Бутчер воспринял его, как приказ. - Я всю жизнь борюсь. Преступники, суперы, я сам. Мой мозг уже давно заточен под этот стиль жизни. Не расстраивайся, Джонни, но у меня побольше опыта. Супер усмехнулся и совершенно не обиделся на то, как его назвал Бутчер. Ему это даже в какой-то степени понравилось. - Хочу покормить свою собачку. Давай, открывай ротик. Протягивая эклер, Хоумлендер с хищным прищуром наблюдал, как Уильям с недовольной рожей кусает тесто в глазури с полужидкой начинкой, которая конечно же растеклась по руке Джона. - Не забудь прибраться. Собака обязательно слижет всё, что не попало в её пасть. Пока Бутчер старательно работал языком, супер вспоминал вспышку энергии, которая встретила его во время пробуждения вместе с мусорным баком. Сейчас снова была энергия. Но не такая желанная. Она имела странный привкус. Какая-то совершенно непонятная система работала между ним и Уильямом. Однако вид Бутчера, увлечённого поглощением субстанции, отдалённо напоминающей сперму, сбивал с мыслей. Хоумлендер подумал, как прекрасно будет завершить свою воспитательную работу наградой самому себе. Она обязательно будет включать в себя покорного Бутчера в кровати. Как можно отказать себе в удовольствии поиметь это воплощение воли?