Почему все парни такие врунишки?

      Шиничиро, как ему казалось, проснулся первым в квартире Охара. Он остался на ночь с Сакурой, чтобы та смогла получше выспаться перед очередным рабочим днём. Тихонько улизнув из постели, он отправился в душ и по пути в ванную набрал номер Имауши, стараясь не разбудить девушек.       — Спишь?       — Сано, ты башкой ударился? Конечно сплю, ёб тебя! — рыкнул тот в трубку.       — Прости-прости, — тихо хмыкнул Шиничиро. — Проблемка есть. Поможешь?       — С этого бы и начал. Какая?       — Сакуре показалось, что кто-то следил за ней ночью. Думаю её отвозить и забирать с работы.       — За кем? Сакура?       — Ага. Я тебе, кстати, забыл сказать… Охара вернулись в Токио. Но лучше лично обсудим. Слушай, у меня сегодня дела в мастерской. Сможешь её отвезти? Вечером увидимся и всё расскажу подробно.       — Без проблем. Она там же живёт?       — Ага, я тебе скину во сколько и куда везти.       — Договорились.       Повесив трубку, Сано быстро наметил план дня: заехать домой, проверить как дела у младших, а потом ехать в мастерскую. Когда телефон мигнул подтверждением от Имауши, он включил душ. Вспоминая рассказы Сакуры об их «битвах за горячую воду», Шиничиро долго там не задерживался и уже через несколько минут был готов к выходу.       Но, выйдя в коридор, он услышал лёгкий шум на кухне и горько осознал, что кого-то он точно разбуди, хотя ой как не хотел. Тихонько проскользнув в сторону шума, он заметил Рин, которая сосредоточенно возилась с кофемашиной. Девушка полностью отдалась своим мыслям, но услышав с утра мужской голос, её сердце пропустило удар, а сама она вздрогнула от испуга.       — Доброе утро, — именно эти слова Шиничиро ввергли в ужас девушку своей неожиданностью. Реакция парня была незамедлительной и он сразу же начал извиняться. — Блин, прости. Я не хотел тебя напугать.       — Всё... нормально. Просто больше так не подкрадывайся, — её голос дрожал.       — Прости. Больше не буду, — Шиничиро поднял руки вверх. — И прости, что разбудил.       — Так ты и не будил. Я проснулась ещё до того, как ты включил душ.       — Лучше бы поспала в выходной, — он прищурился. — Точно всё в порядке?       — Угу, не волнуйся.       — Ладно, я пойду. Но если что-то случится — сразу звоните.       — Хорошо.       Она провела его и закрыла за ним дверь. Шиничиро ушел с лёгкой тревогой о том, что младшая явно что-то не договаривает. Хоть он не вправе устраивать ей допросы, но своими мыслями позже поделиться с Сакурой. Парень поспешил в сторону своего дома.       А Рин осталась наедине с собой и чашкой кофе, от которого её почему-то мутило. Она подошла к окну, вглядывалась в каждую деталь улицы, и снова возвращалась в тот тёмный переулок из сна. Она не помнила, где именно всё произошло, да это и не имело большого значения. Куда важнее было то, что воспоминания стали сами начали прорываться наружу после возвращения в Токио, и к каждому из них находился свой катализатор.       Долгое время она верила, что в силу детского возраста ничего не помнит о смерти Кичиро. Но теперь понимала — это сознательная блокировка. Её собственный разум закрыл двери к тем болезненным событиям.       Полчаса Рин простояла у окна, наблюдая за улицей, прежде чем заставила себя заняться мелочами — помыть посуду, сходить в душ. Поделиться этим ей хотелось до боли, но Сакура после ночной лжи точно не подходила на роль доверенного лица. Других же вариантов у неё попросту не было.

***

      Шиничиро довольно быстро доехал до дома. Эмма уже бодро хозяйничала на кухне, пытаясь приготовить что-нибудь новенькое на завтрак, чтоб порадовать братьев и Дракена, который собирался заглянуть к ним. Манджиро, как обычно, спал мёртвым сном, чем сильно раздражал сестру. Старший Сано вошел в дом и планировал сразу же отправиться в ванную, но Эмма оказалась любопытней, чем он рассчитывал.       — Доброе утро, Шин. Ты чего так рано? — удивилась Эмма.       — Приветик, Эм. Дела были вчера. Только вернулся домой, — он пожал плечами, умолчав о семье Охара. Эти разговоры стоило отложить.       — А-а, ясно. Завтрак почти готов. Разбудишь Майки?       — Попробую, но не обещаю. Сама знаешь — бесполезно, — усмехнулся и они отправился наверх.       Утро перед работой у него проходило однотипно: быстрый душ, подготовка рабочей одежды и завтрак с младшими, чтоб узнать у кого какие новости. Следующий этап уже был мучительным — поднять с постели Манджиро. С Изаной всё было гораздо проще: он уже отправился на пробежку, а вот Майки пришлось вытаскивать почти десять минут, пока тот, волоча ноги, не спустился вниз.       К этому времени Изана вернулся, и семья Сано собралась за завтраком. Каждый был занят чем-то своим: Шиничиро листал газету, Эмма проверяла телефон в ожидании Дракена, перебрасывались короткими фразами о делах Тосвы. Атмосфера была тёплая, домашняя. Когда появился Дракен, разговор оживился.       Слушая, как они переговариваются, Шиничиро невольно возвращался мысленно в свою юность. Всё тогда казалось проще — проблемы решались кулаками, друзья были рядом и казались вечными. Сейчас всё изменилось: семья, работа, ответственность.       После завтрака он направился в мастерскую. Пусть она и была не слишком большой, но за годы заслужила репутацию надёжного места. Байки были его стихией, и это чувствовалось во всём: от запаха масла и идеально организованного набора инструментов до новеньких и мощных Kawasaki и Suzuki, которые красуются на витрине.       Ребята из разных поколений Драконов, и даже из Тосвы, продолжают приходить к нему, кто понаблюдать за его работой, кто поучиться. Он всегда объяснял, показывал, делился опытом. Со временем многие уже могли ремонтировать свои байки не хуже мастеров, а самых старательных и нуждающихся он брал к себе на подработку.       И всё же, пока руки уверенно орудовали инструментами, мысли возвращались к ночному разговору с Сакурой. Её дрожащий голос, то, как она сжалась в его объятиях... Нет, она не преувеличивала. Кто-то действительно был там.

***

      Смена Шиничиро уже подходила к концу, и она далась ему нелегко. Заказов, как назло, было много, а мысли всё равно блуждали где-то далеко от мастерской. Руки то и дело тянулись к телефону, но Сакура опережала его и периодически успокаивала короткими смс, что у неё всё в порядке. Вака, зная каким он иногда бывает нервным, когда дело касается близких, и тоже отзвонился, когда доставил девушку по нужному адресу. Вечером же будет очередь Шиничиро забирать Сакура, да и проверить в округе ресторана всё ли спокойно.       Район Раппонги никогда не внушал ему доверия. Ресторан и вовсе находился прямо среди нескончаемого ряда баров, клубов и караоке, а по улицам бродили пьяные мужчины с мутным взглядом и дешёвыми мыслями. Впрочем, пока Сакура на работе, он был уверен: ей ничего не угрожает. Если опасность и есть, то за её пределами.       Закончив смену, Сано поспешил домой. Нужно было смыть с себя запах масла и бензина, привести себя в порядок и успеть увидеть младших, а уже ближе к ночи ехать в Роппонги.       Возле дома Шиничиро сразу заметил несколько знакомых байков, припаркованных у ворот. Он припарковал свой байк рядом с другими и поспешил в дом, чтоб скорее спрятаться от пронизывающего ветра. Токио постепенно перестаёт радовать своим теплом, особенно по вечерам.       «Опять пересаживаться на четырёхколёсного монстра...» — с недовольством подумал Шиничиро, натянув ворот куртки.       Дома стоял галдёж парней, который разбавляла суета Эммы. Старший Сано задержался в коридоре на пару минут, пока снимал с себя куртку и обувь, но тут же краем уха уловил разговор братьев и их друзей. В стенах этого дома было безопасно говорить обо всём на свете, что идеально подходило для обсуждения последних событий с новой бандой и информацию, которую все пытался достать.       — О них мало известно, Майки, — с разочарованием протянул Дракен.       — Это мы уже поняли. Но хоть что-то удалось выяснить? — твёрдо продолжал Майки.       — Немного. Вроде бы стритрейсеры... только на тачках. Появились в городе недавно и начали показывать себя на улицах.       — М-да, как-то не густо... — пробормотал Майки.       — Мои парни узнали, что они не просто стритрейсеры, — вмешался Баджи, заложив руки за голову и нетерпеливо шагая по комнате. — Они делают ставки, зарабатывают на этом. Но где именно гоняют — пока неясно.       — Бля, а это уже интересненько, — оживился Изана, его глаза заискрились. — Только один вопрос: как мы, мать его, могли не заметить, что у нас под носом проходят такие гонки? Свастоны по всему городу разъезжают на байках на постоянной основе, такое бы не ускользнуло от нашего внимания. А если учесть, что под нами весь Токио, то возникает слишком много вопросов.       — Логично, что не в городе. Думаю где-то на трассах пригорода, — Баджи завершил свою мысль, облокотившись на дверной косяк. Он нахмурился, будто мысленно уже обдумывал потенциальные варианты, где могла засесть новая банда.       — Может проверить? — несмело предложил Такемиччи, глядя на Майки.       Шиничиро, услышав их разговор, сразу понял — у ребят новые разборки, и решил поинтересоваться, что на этот раз. Он смело вошел в гостиную и с каждым встретился взглядом.       — Шиничиро? Я думал ты сегодня у Сакуры, — удивился Изана.       — И вам привет. Позже за ней поеду, — ответил он спокойно. — Надо после работы себя в порядок привести. Весь провонялся в мастерской.       Его взгляд задержался на младшем брате. Майки вдумчиво смотрел в пол, будто в пустоту, даже не отвлёкся на разговор с братом.       — О чём задумался, Манджиро? — продолжил Шиничиро.       — Да так... Есть о чём, — Майки встряхнул головой, отгоняя все мысли прочь, и уже через несколько секунд с привычной улыбкой повернулся в сторону старшего брата. — Всё в порядке.       — Я думал вы собираетесь распускать Тосву.       — Собирался. Но видимо рано. Кто-то хочет бросить нам вызов пока мы ещё на пике славы. Так легко им не отобрать у нас всё, что у нас есть.       — Понял. Ты случайно не виделся с Рин в последнее время? — с осторожностью поинтересовался Шиничиро.       — После ужина и не виделись, — Майки ответил с невозмутимостью в голосе, хотя знал как это может задеть Кейске. — А что?       — Ничего такого. Просто подумал может заметил в ней что-то странное. Хотя вы столько лет не виделись, думаю вряд ли.       — Если что-то случилось, лучше прямо скажи, — резко сорвался Баджи. Его глаза были наполнены решимостью узнать ответ, а его лицо ярко выражало его эмоциональное состояние: вена на лбу вздулась от злости, зубы сжались крепко до скрежета.       — Сакура в субботу позвонила в панике. Была уверена, что за ней следили. Может, это всего лишь пьяный прохожий, а может и нет. Но Рин, услышав это, будто вся сжалась. Я решил спросить, вдруг кто-то из вас что-то заметил.       В комнате повисла тишина. Первым её нарушил Майки:       — Даже если и так, она вряд ли сказала бы мне о этом... — Майки опустил голову и выдохнул с какой-то тяжестью.       — Понял. Ладно, болтайте. Не буду мешать, — Шиничиро вздохнул и ушел в сторону лестницы.       В гостиной ещё какое-то время таилась тишина. Каждый думал о своём, но никто не заметил каким встревоженным стал Казутора. Он ведь сразу вспомнил, как неизвестный мужчина что-то невнятное сказал Рин, как её неожиданно накрыла паника, как он приводил её в чувства. Не долго думая, он бросил ей короткую смс:       «Как ты, Рин?»       Такемиччи уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но тишину прервал звонок на телефоне Майки. Он взглянул на экран и нахмурился:       «Майки, срочно собери Тосву через час. Есть разговор! — Улыбашка.»       — Дракен, собирай всех. Срочно, — коротко бросил он.       — Ты чего, Майки?       — Улыбашка написал. Видимо есть важная инфа.       — Понял. Сейчас сделаю, — сказал Дракен и уже достал телефон.       В гостиной все быстро засуетились: кто в телефоне набирал номер за номером, кто переодевался в форму. Уже через пару минут дом опустел, и на улице раздался рёв байков. Этот месяц то и дело был чередой срочных собраний, что весьма необычно для Токийской Свастики. Проблемы сыпалась одна за другой без остановки. С каждым днём уже не только в Шибуе, а и по всему городу появлялось всё больше меток новой банды.       Только вот единственный человек, которому хоть что-то известно, до сих пор лежит без сознания в реанимации.       Майки, Дракен, Такемиччи, Баджи, Казутора и Изана уже стояли на парковке возле храма и ждали всех остальных. Свастоны активно подтягивались и компании среди отрядов уже были в ожидании своих капитанов. Но время шло, а шестой отряд так и не появился.       Ни одного человека из шестого отряда не явилось. Ни звонка, ни сообщения. Ни Улыбашки, ни его заместителя Злюки. Сано решил не тратить время зря и позвонить ему. Всего пара гудков и трубку подняли, будто уже ожидали звонка.       — Что-то случилось, Майки?       — Ты ещё спрашиваешь? — в голосе чувствовалось раздражение.       — О чём ты?       — Ты сам мне написал про срочный сбор Тосвы. Где весь шестой отряд?       — Я не писал тебе сегодня ничего.       — А? — Майки замер. В груди неприятно кольнуло.       Он резко закончил разговор, велев близнецам Кавата немедленно ехать к храму, хоть с отрядом, хоть без. Глаза у него округлились от удивления, а лицо покрылось тонкой пеленой тревоги. Его взгляд метался от парней, к байкам, к пустым участкам дороги, будто искал подставу. Где-то она была, где-то он её чувствовал. Вот только вопрос: «ГДЕ?!». Капитаны смотрели на своего главу с явным непониманием, что с ним происходит.       — Так что сказал Нахоя? — Такемиччи подошёл ближе и наблюдал за Майки с бо́льшим переживанием, чем все остальные. Он понимал: в ответе может быть что-то плохое, и поэтому давал Майки пространство, чтобы тот мог собраться.       — Это был не он, — сухо произнёс Майки, не сводя глаз с окружающих. — Сообщение фальшивое.       — А? — нахмурился Дракен.       — Подписью нас и поймали, а я даже внимания не обратил. Как же глупо, твою мать... — выдохнул Сано.       — Ты точно уверен, Майки?       Вопрос так и остался без ответа. Они молча стояли и смотрели то друг на друга, то на всю округу. Капитаны и их отряды стояли неподалёку, в ожидании собрания. Но молчание и встревоженный вид главных начало всех напрягать. Первым, кто конечно же не выдержал, был Кейске.       — Чего стоим-то? Когда начнём собрание? — пробухтел Кейске.       — Ждём, — ответил Майки коротко, будто отрезал.       Баджи фыркнул, развернулся и ушёл к своему отряду, недоволен ответом. Чифую посмотрел на него с надеждой услышать что-то содержательное, но увидел лишь отрицательный жест. Оба тяжело выдохнули и вернулись к ожиданию.       Прошло ещё минут пятнадцать, и вот наконец капитан шестого отряда и его заместитель появились на парковке. Улыбашка и Злюка примчались запыхавшиеся, лица — в непонимании. Они припарковали байки и поспешили к Майки; Улыбашка был растерян — казалось, он сам не понимал, кто и зачем решил так пошутить над ними. Встретившись взглядом с главой, тот пошел в сторону лестницы, которая ведёт к храму. Что-то явно заставляло его напрячься.       — ВСЕ НАВЕРХ! СОБРАНИЕ! — звонко крикнул Дракен.       Все отряды мгновенно последовали приказу заместителя. Они впервые так долго ждали начала и уже были вне себя от интриги происходящего. Построившись возле храма, все поклонились, приветствуя Майки.       — Сегодня не планировалось собрание... — начал Майки, обходя взглядом строй. Его голос тихо резал воздух. — Но кто-то решил с нами поиграть и от имени Улыбашки скинул просьбу о собрании...       Сано остановил свою речь. Взгляд стал очень напряженным. Он вслушивался и чувствовал, как тишину поглощает приближающийся неестественный звук. С каждой секундой звук становился всё явственнее: низкий, плотный бас, и где-то за ним — пронзительный скрежет шин.       — …Чёрт, — выдохнул Майки, напрягшись.       Бросив всех у храма, он поспешил к парковке. Дракен, Такемиччи и капитаны бросились в след за ними. Остальные Свастоны тут же потянулись вниз по лестнице, и толпа стремительно шла в сторону источника шума.       — Неужели это ловушка, Майки, — встревоженно пробормотал Такемиччи, обменявшись взглядом с ним.       Через мгновение дорогу прорезало световое пятно фар — одна за одной, с визгом шин, начали вылетать машины. Неоновые подвески мерцали разными цветами, режущие фары слепили глаза и отражались во всех металлических поверхностях вокруг. Шум моторов и бас гремел так, что казалось, он бил прямо в грудную клетку и барабанные перепонки. Машины начали резко тормозить и разворачиваться в сторону парковки, оставляя за собой запах жжёной резины и дым, который начал обволакивать всё пространство, закрывая и без того плохой обзор на происходящее.       Машины все как на подбор — настоящие гоночные монстры. Nissan Silvia, Mazda RX-7, Toyota Supra, Skyline R34 — «живые легенды» улиц. Каждая вылизана до блеска, но разукрашена в своём стиле: неоновая подвеска разных цветов беспрерывно мигала, яркая аэрография украшала кузова, наклейки с иероглифами на стеклах.       И на каждой из них в разных местах — на капоте, на крыше или дверце, словно клеймо, выделялся логотип, который они уже видели — буква Y и машина со следами заноса.       С визгом тормозов они разом перекрыли парковку, встав плотной стеной. Двигатели ещё рычали, пахло бензином и жжёной резиной, неон отражался в блестящем асфальте. Выезд для байков Свастонов был полностью заблокирован, без шанса на побег.       Хлопки дверей раздавались один за другим. Из машин начали выходить парни разного возраста, от школьников-подростков до взрослых парней. У каждого свой стиль, но такой же безбашенный и выразительный как и у машин. На каждом, поверх одежды, красовались одинаковые кожаные бордовые жилеты по пояс. Привлекало внимание не только верхняя одежда, но и нашивки, которыми они были усеяны: «Президент», «Вице-президент», «Правая рука», «Начальник разведки», а на спине такой же логотип в виде машины в заносе со следом протекторов шин и название банды «Yasō». Каждый шаг парней был наглым и раскованным, будто это уже их территория и Токио принадлежит только им. Они не выстраивались в строй или отряды. Они двигались хаотично, не стесняясь, словно стая перед добычей. Их движения сопровождались смехом, громкими вскриками, щелчками зажигалок и дымом сигарет. Вызов чувствовался в каждом их движении.       Бас из колонок продолжал греметь, музыка нарочито было до жути мерзкой, будто специально, чтоб вывести из себя.       — Их всего-то человек семьдесят, — радостно протянул Изана, хрустя пальцами рук.       — Не спеши с выводами, — тихо пробормотал Дракен. — Ждём, что скажет Майки.       Свастоны понимали: численно они куда сильнее, а всё это показушное зрелище Ночных беглецов, чтоб надавить на них и запугать. Этот способ может сработать с кем угодно, но не с Токийской Свастикой. Машины, музыка, дым — это лишь театр, а зрители хоть и были загнаны в угол, но всегда готовы дать отпор.       Музыка гремела до предела, и потом, как по щелчку, резко заглохла. Колонки разом потухли, оставив после себя глубокую тишину. Дым уже рассеялся, а в ярком свете неона распахнулись наверх двери Mitsubishi Lancer, выкрашенного в глубокий матовый бордовый цвет.       Из машины вышел парень среднего роста, худощавый, но достаточно подкаченный. Он двигался легко, но от каждого шага веяло уверенностью в себе. Он чувствовал себя королём. Свет фар освещал его лицо: густые каштановые волосы чуть спадали на лоб, а яркие голубые глаза сверкали от азарта. Улыбка была чертовский красива — та, с которой так легко завоевать доверие толпы. Но его едкий, низкий, с хрипотцой голос, пробирал сильнее этой мерзкой до безобразия музыки. Стало ясно только одно: он явно пришел не в песочнице поиграть.       — Ну что, Токийская Свастика... — его громкие слова разлетелись эхом по парковке. — Пришли на зов, а?       Рё Курихара взглядом нашёл Майки и улыбнулся ещё шире, обнажив идеальные белые зубы, насмехаясь над каждым из банды.       — Добро пожаловать в ночь, — продолжил Рё, но улыбка сошла с его лица, делая его серьёзным и воинственным. — Теперь вы играете по нашим правилам.       После слов парня на мгновение повисла тишина в обеих бандах.       — Тц...Какого хера? — первым на шепот сорвался Баджи, глядя то на машины, то на толпу перед ним.       Такемиччи нервно сглотнул, чувствуя как по спине бежит холодок. В груди сжалось, когда Курихара посмотрел на них двоих. В этих голубых глазах не было ни капли страха, он уже был уверен, что уйдёт победителем. Ханагаки сразу понял: это будет не драка, а что-то совсем другое. Их как будто загнали на арену, где правила будет диктовать этот незнакомец.       — Это плохо, — тихо сказал он, почти шёпотом, но его услышал Майки.       Майки продолжал молчать, глядя на новую банду, будто ждал, что будет дальше. Его лицо оставалось невозмутимым и решительным, но руки, сжатые в кулаки, выдавали его напряжение. Он смотрел прямо на Рё, будто пытался прочитать его насквозь. Тот в ответ продолжал улыбаться, делая спокойный шаг вперёд с той невозмутимой уверенностью, которая принадлежит людям, привыкшим держать всех в страхе.       — Ты кто такой? — Майки, прищурившись, наконец ответил. Его голос звучал ровно и холодно.       — Мы — «Ночные беглецы». А я президент, Рё Курихара. Думал, ты уже в курсе, Майки, — язвительно протянул парень.       — С чего бы это?       — А что, ваша помойная крыса ничего не рассказала? — с усмешкой намекнул Рё на Кисаки.       — Меньше разговоров. Давай ближе к делу. Чего тебе? — Сано понял к чему тот клонит, решив задать прямой вопрос в лоб.       — Нам нужно немного. Вы и Токио, — Курихара выдержал паузу, наблюдая за их реакцией. — Мы проводим гонки на машинах. Теперь хотим и на байках. Народ нынче требовательный и жаждет зрелищ. Я готов даже обсудить с вами условия, на которых будем работать.       — Мы таким не занимаемся, — без колебания ответил Майки.       — Это очень легко исправить, — легко протянул в ответ Рё.       — Вряд ли.       — Ты так уверен? А я думаю иначе, — его голос так и разъедал каждую клетку тела, словно яд.       — Токйиская Свастика не ляжет под кого-то. Я лично этого не позволю.       — О, я знаю какой ты, Манджиро Сано. Ты ведь хочешь всех защитить и одно твоё «да» убережёт всех. Абсолютно всех, Майки, — Рё подмигнул ему, будто пытался намекнуть на что-то. — Так что скажешь? Заодно и деньжат срубите.       — Это блеф, — Дракен склонился к главе и сказал тихим голосом. — Тосве это ни к чему.       — «Абсолютно всех» — это кого? — Сано задал вопрос Рё, полностью игнорирую Дракена.       — Мы знаем всё и о ваших близких. Мы ооочень долго собирали информацию на вас.       Манджиро смотрел на него пристально, пытаясь разглядеть ложь. Руки всё крепче сжимали кулаки, ногти уже впивались в кожу чуть ли не до крови. Внутри всё закипало, а чтоб сохранить хладнокровный внешний вид, ему потребовалось приложить слишком много усилий.       — У тебя милая подружка, Сано, — Рё продолжал, словно издевался. — Будет жалко, если и её всё таки заденет. Верно, парни? — он повернулся к своей банде. — Но всё просто: соглашайся — и никто не пострадает, — он театрально положил руку на сердце.       — При чём тут она? — Майки прищурился, будто искал какой-то подвох в его словах.       Он не услышал ответ, а Рё лишь улыбнулся дьявольской улыбкой. Майки изо всех сил держался, чтоб не врезать ему по такой наглой и ехидной роже, но природа одарила его стальным терпением, в отличии от Кейске. Парень долго стоял молча, слушая разговор. Но после упоминания Рин ему окончательно сорвало крышу. Баджи действовал как всегда, по-своему и без согласования с кем-то. Он ринулся в сторону Рё. Толпа рядом с ним делает несколько шагов назад, будто знает что будет дальше.       Буквально за секунду кулак Баджи пронесся мимо лица Курихары. Тот лишь ловко увернулся, схватил руку и, заломав её, развернул его к себе спиной. Из-за пояса блеснул нож и уже давил в шею Баджи, впиваясь до крови. Тишина опять накрыла всю парковку.       — БАДЖИ! — Майки крикнул что есть мочи. — Отпусти его!       — Я же сказал: соглашайтесь и никто не пострадает. Мы не собираемся играться с вами. Мы получаем, что хотим. А хотим мы — Токио и Тосву, — сказал он, глядя на Майки. После чего шепнул Баджи: — забавно, что упоминание об одной девчонке вывело тебя из себя... — после чего отпустил его руку и пнул в сторону Тосву.       Баджи развернулся к нему лицом и глаза пылали от злости. Майки шагнул вперёд, заслоняя его. Сейчас страх снова его потерять был сильнее чем инстинкт самосохранения.       — Я к вам с хорошим предложением, а вы с кулаками кидаетесь из-за мелкой сучки. Так не пойдёт, Майки, — бросил Курихара, и его улыбка исчезла. Лицо стало жёстким, злым.       — Плевать. Тосва никогда не прогнётся перед вами, — твёрдо сказал Майки.       — Это мы ещё посмотрим, — глаза Курихара загорелись азартом.       Майки сделал шаг назад, пихая Баджи обратно к своим парням, и сам тоже примкнул к ним. Он взглянул на Такемиччи, а следом на Дракена. Последний словно понял на что намекает глава и широко улыбнулся. Но действия банды их опередили:       — У вас десять дней, — громко сказал Рё, подходя к машине. — Десять дней, чтобы принять решение. Иначе ваши парни будут отправляться в больничку один за другим, пока не останешься только ты, — он обернулся, впиваясь взглядом в Сано. — Если это твоём окончательное решение, то тебе остаётся только наблюдать за этим.       С этими словами он сел в свой Lancer. Все парни из его банды последовали его примеру и быстро кинулись к машинам, врубая обратно громкую басистую музыку. Машины резко по очереди развернулись и выехали с парковки, исчезая в темноте.       Парковка погрузилась в тишину.       Свастоны стояли неподвижно. Каждый смотрел на Майки. Шёпоты пробегали по рядам, кто-то переглядывался, кто-то сжимал кулаки. Майки молчал. Его взгляд был опущен в асфальт, а плечи напряжены до предела.