О чем шепчут страницы?

Фонарики, влекомые вдаль, еще некоторое время горели ориентирами на ночном небе, но вскоре ветер скрыл их за далекими небоскребами. По-прежнему вместе, вдвоем, они промелькнули в последний раз между домами и исчезли. — Мы можем последовать за ними, — шепнула Лири на ухо Дани, обнимая ее со спины, и, прикусив ухо, добавила: — Как ты смотришь на то, чтобы продолжить свидание в… Скажем… Районе каналов? Можно арендовать лодочку, уплыть ото всех подальше… Они были одни на мостовой, даже копы — и те, закончив перерыв, устремились в сердце района, к суете и возможным преступлениям. Но еще большая интимность, какую обещало предложение Лири, Дани очень понравилось. — Ночь только начинается? — изогнув бровь и развернувшись в объятиях возлюбленной, спросила она. Потерлась щекой о щеку Лири, обняла крепко, со всей возможной нежностью и любовью. — Это просто волшебный вечер. И ты сама… Самая волшебная… Дани думала, они погуляют несколько часов и вернутся домой, но фантазии Лири не было предела. Затеянная игра будоражила воображение, а череда прекрасных случайностей на маршруте приносила сердцу и душе долгожданный отдых. — Все волшебство впереди, — пообещала Лири, увлекая к станции метро. Дани не сомневалась, что так и есть. Дальше будет только лучше. Разве может быть иначе, когда любимая рядом? Ночью поезд ходил раз в полчаса, и этот отсчет, когда прибыли на перрон, только начался, но две влюбленные души быстро нашли чем заняться. Укрывшись в тени кирпичного столба, целовались до умопомрачения, а после, вооружившись найденным у стены обломком карандаша, нарисовали сердечко с лаконичной надписью в его центре «Л + Д = ∞». Дабы увековечить момент, Дани сделала фотографию. — Из нее выйдет отличный фон профиля, — заметила Лири, любуясь сделанным снимком через плечо. — Нет, текущий фон я менять не буду никогда, — качнула головой Дани. Молотый кофе на столе и выведенное на нем сердечко — Лири создала для нее этот милый символ их любви на заре отношений и с тех пор он бережно хранился как ценность. — Но почему бы не поставить на экран зверофона? И, не дожидаясь особого момента, Дани в несколько движений осуществила предложенное. Залюбовалась: их имена отлично сочетались с символом бесконечности. — Я тебя люблю… — И я тебя люблю, — вторила Лири, прижимая ее к себе. И потом — в поезде, когда за окном мелькали огни большого города, она вновь и вновь повторяла это, и Дани знала, что ей всегда будет мало. Мало говорить и мало слышать. Хорошо, что у них их вечность впереди. Несколько раз за окном мелькали фонарики — не их ли самые? Вряд ли. Для Зверополиса это не было какой-то уникальной вещью, тем более в центральных районах. Хотя этой ночью огнями горел не только центр. Добравшись до района каналов, поняли, что жизнь здесь тоже не спит. Карнавал. Яркие маски пестрели на каждом углу. Повсеместно выступали факиры и жонглеры, звонкие монетки то и дело переходили из лап в лапы, и вот уже они сами, расставшись с парой монет, примеряли на себя новые образы. Маска Лири переливалась змеиными чешуйками, Дани выбрала птичье оперение. А у ног плескалась лодочка, готовая унести их в романтическое путешествие длиною в жизнь. Слова Лири оказались очень кстати: «И замыкает бесконечность, Скрывая в ней шаги свои, Мудрость времен, что говорит: сейчас живи».