Отсрочка

***

      На следующий день, пользуясь перерывом между клиентами, Дима уводит Рину в «Чилловую», где так подробно расспрашивает о самочувствии, что она прикладывает усилия, чтобы скрыть раздражение от его дотошности. Тем не менее, отвечает на каждый вопрос: «Да, приходила к могилам родных» и «Нет, зовущих меня голосов не слышала, зато вдали каркали вороны — это считается?» или «Ну, приснился мне кошмар, и что теперь? Обычная игра подсознания, Дим, потому что я на кладбище заснула вообще-то, пусть даже и в часовне…» Минут через двадцать эзотерик успокаивается, и Рина спокойно допивает чай, затрагивая в разговоре исключительно не мистические темы, потому что их в её жизни стало с избытком.       А вечером они собираются в квартире Джебисашвили, чтобы посмотреть новый выпуск «Битвы сильнейших». То, как сильно при монтаже ужали Димино прохождение, неприятно удивляет Рину, однако за испытаниями ещё двух экстрасенсов она наблюдает с искренним интересом, потому что вживую этого не видела. И остаётся лишь гадать, что ещё осталось за кадром.       Когда Марат Башаров призывает голосовать за любимых экстрасенсов, Рина протягивает руку к телефону. Для неё стало привычным каждую субботу, посмотрев новую серию, оценивать эзотериков. Самое сложное — быть объективной по отношению к Диме, которому хочется ставить наивысший балл, даже если не согласна с выдвигаемой им версией.       — Спорим, Димка десятку получит? — Олег будто читает её мысли.       Несмотря на то, что фраза предназначена ясновидящей, взгляд Шепса обращён к Рине, а его голос сочится насмешкой — добродушной, и только поэтому девушка не обижается. Правда, ответить Рина не успевает из-за опередившего её Матвеева, который бросает в Олега синюю звёздочку — одну из мягких игрушек дочери Джебисашвили.       — Не завидуй, — Дима разве что по-детски не показывает другу язык. — Во-первых, я лучший, поэтому ниже десятки Рина мне не поставит. А во-вторых… хватит и первого пункта. Я прав?       — Минус балл за излишнюю самоуверенность.       Олег, в отличие от улыбнувшейся Лины, заливается громким смехом, в то время как чернокнижник удивлённо смотрит на подругу. А затем, догадавшись, что Рина нарочно дразнит его, цокает языком.       Матвеев открывает рот, явно желая возразить, и девушка добавляет:       — А будешь возмущаться, вычту ещё один балл.       — Эй! Что за…       — Сейчас семёрку поставлю.       Их шутливое препирательство забавляет. Однако всю интригу портит маленькая Луна, когда, заглянув в телефон Рины, подходит к Диме и громким шёпотом сообщает: «Она тебе десять поставила!» Чернокнижник, захохотав от детской непосредственности, отбивает Луне «пять», обещая, что в следующий раз принесёт ей шоколадку.       — Сразу видно, кто меня любит.       — Ты просто подкупаешь её сладостями, — хмыкает Джебисашвили.       Рина ненадолго уходит в ванную комнату, соединённую с санузлом, а когда возвращается, её ставят перед фактом — они вызывают няню для Луны и едут в бар.       В общем-то, девушка не имеет ничего против такого решения, наоборот, только рада провести как можно больше времени вдали от родственников, которые после визита Димы не упускают возможность отпустить едкие фразочки. «Я думала, у матери твоей плохой вкус на мужиков, ан нет, ты её переплюнула», — обронила накануне тётя Вита. А Михаил, взглянув на Рину, которая мыла посуду, желчно поинтересовался: «Тебя вчерашний петушара ебёт, что ли?»       На сей раз девушка не выдержала.       Стукнув ложкой о тарелку с остатками овсяной каши, она раздражённо посмотрела на дядю и, копируя его интонацию, спросила:       — Завидуете?       — Чё?       — А что? — Рина продолжала зарываться. — Вдруг вы латентный…       Конец фразы заглушила хлёсткая пощёчина. Лицо обожгло болью, а звон в ушах поглотил все остальные звуки — даже уличный шум, который прежде доносился из окна, открытого в режиме проветривания.       Девушка хмуро взглянула на дядю.       — Если ещё раз тронешь меня, клянусь, будешь кровью харкаться, — процедила она.       Эти слова сильнее разозлили мужчину, который взревел: «Ты мне, блять, угрожаешь, шалава?!» Шагнув к Рине, он вдруг остановился и перевёл взгляд ниже — в его живот уткнулся кончик ножа. Накануне Михаил собственноручно заточил лезвие, а потому знал, насколько оно теперь острое.       — Слышь…       — Я предупредила, — Рина перебила дядю с пугающим спокойствием, неосознанно перейдя на «ты». — И если не хочешь, чтобы выпустила тебе кишки, свали из кухни.       Михаил отступил на несколько шагов, а затем, бросив на племянницу полный ненависти взгляд, вышел в коридор. Девушка слышала, как он сыпал оскорблениями и грозился сдать её в психушку, но оставалась равнодушной к этим словам — привыкла. Лишь до побелевших костяшек сжимала рукоять, пока с грохотом не закрылась входная дверь. Это означало, что дядя Миша ушёл на работу. Только тогда, шумно выдохнув, Рина бросила нож в раковину, ладонями упёрлась в столешницу и низко опустила голову.       Девушку трясло — от злости, что её посмели ударить, от страха, что это повторится снова, а она не сможет защититься.       После утреннего инцидента Рина опасалась возвращения домой, поэтому хваталась за любую возможность побыть вдали. Сначала согласилась поехать в гости к Лине, теперь — в бар. Но больше всего этой идее радовалась, пожалуй, ясновидящая.       Оказалось, Джебисашвили так давно не была в ночных заведениях, что даже не может вспомнить, когда последний раз посещала хотя бы дискотеки. И теперь Лина, кажется, хочет наверстать упущенное — участница «Битвы сильнейших» притягивает взгляды на танцевальной площадке. Кое-кто даже подходит с явным намерением познакомиться, но Лина о чём-то говорит им, привстав на носочки, чтобы её точно услышали, и вскоре мужчина возвращается к бару — ни с чем.       Рина, ставшая свидетельницей этой сцены, усмехается. Вот так и разбиваются хрупкие мужские сердца, думает она. А потом краем глаза замечает, что Матвеев встаёт из-за столика, и поворачивается к нему.       — Ты куда?       — Енаху покормить нужно.       Недоумение в выражении её лица забавляет сидящего напротив Олега, который хмыкает, но всё-таки решает дать Рине подсказку.       — Это же демон похоти, — говорит медиум. — Как думаешь, чем Димка ему платит? — и когда девушка медлит с ответом, охотно поясняет: — Да переспать с кем-нибудь нужно.       — А как же…       Матвеев опережает её вопрос.       — На кладбище с другим помощником расплатился. За вызов, так сказать.       Дима направляется к барной стойке, точнее к сидящей за ней фигуристой блондинке, которая поглядывает на Матвеева с тех пор, как он ходил за выпивкой для всей компании.       Незнакомка не может не смотреть на Дмитрия, и Рина прекрасно понимает эту слабость — она сама едва отводит взгляд от чернокнижника, выбравшего тотал блэк образ, из-за чего похож на плохиша из мелодрам или любовных романов. Впрочем, у Рины большие сомнения по поводу того, что блондинка читает книги. Максимум — посты в социальных сетях, стремясь вычленить из них цитату поумнее. Девушка за баром наверняка типичная инста-дива, которая научилась флиртовать раньше, чем получила паспорт. И у Матвеева тоже не было шансов устоять — ни перед якобы смущёнными взглядами из-под ресниц, ни перед обколотыми филлерами губами, которыми блондиночка обхватывает трубочку для коктейля, оставляя на пластике след бежевой губной помады.       Как бы ни старалась, Рина никогда не выглядела столь же эффектно, поэтому сейчас завидует. И когда через несколько минут чернокнижник, обняв за талию, скрывается с инста-дивой в толпе, Рина смотрит на покрытый конденсатом бокал, гоняя кубики льда трубочкой, и думает, что это неправильно. Однако даже себе ответить не может: неправильно — заниматься сексом с незнакомым человеком? Или неправильно то, что Матвеев ушёл с другой девушкой?       Из неприятных — чего уж скрывать — размышлений её выдёргивает голос Шепса.       — Ты ханжа или ревнуешь?       — Просто последнее, что я хотела бы знать, — это когда именно мой друг суёт в кого-то член.       — А вы с Димой, значит, дружите?       Вопрос Олега неожиданно приводит Рину в замешательство, потому что она всерьёз задумывается, прежде чем ответить.       Судьба свела их относительно недавно. С того дня, когда татуировщик снял её с подоконника, прошло… сколько? Почти две недели? Но этого времени оказалось достаточно, чтобы Дима прочно обосновался в её жизни. Девушка не помнит ни дня, когда бы он не появился — лично или в переписках, звонках. Теперь они часто видятся на работе и в спортзале, ведь Рина приняла решение всё-таки купить абонемент на месяц. А после тренировок Матвеев всегда провожает её до подъезда.       Если учесть всё это, можно считать их друзьями? Или парень всего лишь ответственно отнёсся к своему обещанию?       — Ладно, не отвечай, — хмыкает Олег и, меняя тему, делится наблюдением: — После Боровичей ты на меня волком смотришь…       — Это не так.       Слова слишком торопливо слетают с губ Рины, что выдаёт её маленькую ложь, и девушка раздосадовано прикусывает щеку изнутри, когда видит насмешливый взгляд Шепса.       — Считаешь, на съёмках я перетянул на себя одеяло?       — Считаю, что Диме надо было аргументировать свою версию. Тогда баллы ему поставили бы выше, — честно отвечает Рина, рассудив, что юлить не имеет смысла. — И да, мне кажется, что ты перетянул на себя одеяло. Но в этом нет твоей вины. Ты оказался любимчиком наблюдателей, и ничего не поделать с тем, что твоё мнение волей-неволей они посчитали единственно верным.       — Я говорил Диме, что он должен был продавливать свою версию, даже если бы к ней не прислушались.       — Матвееву это показалось лишним.       — Ему сильно мешает неуверенность, которую взрастили комментарии про его незаслуженную победу в «Битве».       — Ты тоже так считаешь?       — Он победитель. Это факт, подтверждённый зрительским голосованием. А уж оценивали его способности или голосовали из-за внешности — совсем другой вопрос, — под внимательным взглядом Рины медиум уходит от прямого ответа. — Но всё-таки сложно закрыть глаза на то, что в своём сезоне Дима был эмоционально нестабилен. Магия такого не терпит, и поэтому он не мог подчинить силу и направлять её, из-за чего проваливал испытания. Если бы тогда Дима пришёл на «Битву» в нынешней форме, никто не стал бы в нём сомневаться.       — Спасибо за честность.       Больше на острые темы они не говорят. Олег вскоре тянет руку к телефону, экран которого подсвечивает новое уведомление, а Рина уходит на танцпол. Прикрыв глаза, чтобы создать иллюзию одиночества и защититься от мерцающих под потолком стробоскопов, девушка отдаётся во власть музыки. Столько лет прошло, но тело по-прежнему помнит, чему училась в танцевальной студии, и движения — плавные, привлекающие внимание окружающих. Иначе из-за чего вернувшийся за столик Матвеев не сводит с неё глаз? Рина замечает это, когда бросает в ту сторону случайный взгляд, и не сразу отворачивается от Димы.       Под ремиксы известных хитов она продолжает танцевать около Лины, но затем чувствует приливший к телу жар, вызвавший желание освежиться напитком — желательно безалкогольным. Ощущая онемение щёк, что для неё является сигналом о превышении допустимой дозировки алкоголя в организме, Рина думает: «Хватит уже заливать в себя спиртное». И начинает пробираться через толпу к барной стойке, когда её вдруг хватают за руку.       — Ира?       По спине бежит холодок, когда Рина, обернувшись, видит бывшего парня. Эта встреча настолько выбивает из колеи, что даже не может пошевелиться и освободиться от чужих прикосновений — пальцы Егора сомкнуты на запястье, увитом браслетом-змеёй.       — Я сначала подумал, что обознался, — улыбается он и оглядывает Рину, задерживая взгляд на глубоком декольте. — Круто выглядишь!       — Спасибо.       — Ты здесь с кем-то? — но Егора мало волнует, каким будет ответ, ведь он тут же тянет девушку в противоположную сторону. — Идём за наш столик! Ребята будут рады тебя увидеть. Там все наши, ну, кроме Мирона. Он, если слышала, присел за кражу…       Перспектива встретиться с бывшими товарищами настолько пугает, что Рина вмиг сбрасывает с себя оцепенение. Вместо удивления и растерянности на неё накатывает глухое раздражение, и, поддавшись этому чувству, она вырывает руку.       Молодой человек в недоумении оборачивается.       — Что такое?       — Я пришла с друзьями.       Враждебность, с которой ответила Рина, вводит Егора в ступор. И девушка извинилась бы — только перед кем-то другим. А человек, стоящий напротив, бросил её в самый тяжёлый период, когда жизнь превращалась в кромешный ад, и теперь задерживает посреди танцпола, делая вид, словно не было длительной разлуки и разбитого — им же! — сердца.       Егор не глупый, но чувства — не его конёк. Он никогда не умел разбираться в настроении окружающих, и за прошедшие месяцы ничего не изменилось, догадывается Рина, которая вся кипит изнутри. Ещё немного — и она разрыдается от переизбытка нахлынувших эмоций.       А парень вновь хватает её за руку, настойчиво прося уделить хотя бы несколько минут.       — Рина же ясно дала понять, что никуда с тобой не хочет идти.       Вклинившийся Матвеев задвигает девушку за плечо, а рядом напряжённо застывает Олег, тоже не оставшийся в стороне.       Шепс оглядывается на Рину, безмолвно спрашивая, всё ли в порядке, и она с нескрываемым облегчением кивает. Теперь, когда чувствует их защиту, всё действительно в порядке, хотя вцепившиеся в толстовку Димы пальцы по-прежнему мелко дрожат из-за всплеска гормонов.       Чернокнижник не сводит с Егора взгляд, лишь немного поворачивает к Рине голову, уточняя:       — Ты знаешь его?       — Да.       Люди вокруг с опаской посматривают в их сторону, наверняка переживая, что вот-вот начнётся драка. И заметившая это Рина спешит разойтись с миром.       — Ребят, всё в порядке, — обоих экстрасенсов она тянет за собой. — Идём за столик.       — Ир…       — Всего хорошего, Егор!       Рина всё-таки уводит Шепса и Матвеева с танцевальной площадки, приложив для этого немало усилий. Главное — быстрее скрыться с глаз бывшего парня. Сдерживая себя, чтобы не обернуться и не начать искать его среди посетителей бара, она тянется к Диминому напитку и, вынув трубочку, прямо из бокала допивает сладковатый коктейль. Алкогольный, конечно же, но теперь плевать. Пережитый стресс засел холодом в груди и ощущением, что ноги набиты ватой, словно Рина — старая тряпичная кукла.       — Кто это был?       От цепкого взгляда Матвеева становится не по себе, а претензия в его голосе наслаивается на уязвимое состояние девушки.       — Я уже ответила.       Звучит слишком резко, о чём свидетельствует приподнятая бровь Олега, который — Рина готова чем угодно поклясться — собирается что-то сказать, однако вовремя прикусывает язык.       Чувствуя необходимость объясниться, как минимум потому, что парни за неё заступились, Рина вздыхает.       — Это мой знакомый из колледжа. Зазывал в старую компанию.       — Вы трахались, — вопреки скучающей интонации, взгляд Димы становится непривычно колючим. — Енаха расщедрился и показал переплетение вашей энергетики. Такие нити появляются, если у людей был сексуальный контакт.       От услышанного Рину бросает в жар, который является следствием не то смущения, не то вновь вспыхнувшего раздражения. Кто дал Матвееву или этому Енахе, кем бы он ни был, право копаться в таких интимных вещах?! Девушка смотрит на чернокнижника, ещё больше злясь от того, что Дима вообще не испытывает неловкости.       — Передай своему Енахе, чтобы не совал рогатую морду, куда не просят!       Тактично кашлянувший Олег советует Рине подбирать выражения и не испытывать терпение демона, в то время как Матвеев, словно прислушавшись к чему-то, хмыкает.       — Расслабься, — он смотрит на Шепса. — Ему понравилась блондиночка, а сытый Енаха — добрый бес…       — Не бывает добрых бесов.       Однако Дмитрий не слушает возражения медиума, переводя взгляд на Рину.       — И рога у демонов — больше стереотип, испокон веков передаваемый людьми.       — Ты мне лекцию по демонологии читать собрался? Лучше закажи выпить.       К возвращению Лины за столиком вновь царит миролюбивая атмосфера, потому что всерьёз конфликтовать ни у кого нет желания. А Рина, как выяснилось, вообще не способна злиться на Матвеева. Тем более, он больше не пытается сделать предметом обсуждения её отношения с Егором.