Быть, а не казаться

Это невообразимо! Учёба, постоянные отлучки в Министерство Магии, дополнительные занятия и факультатив! Ей что, разорваться что ли. Даже если бы оставался хоть один маховик времени, Гермиона ни за какие лакричные палочки больше не согласилась бы на такой ритм жизни. Девушка шла по коридорам подземелья с куском пергамента в руке, который сильно пострадал от её хватки. На измятом листе были написаны всего лишь пара фраз, но именно они довели слизеринку до исступления: «Занятия по изучению устройства жизни не магического населения. Среда, пятница, 19:00. Ответственная за проведение – мисс Грейнджер». Блестяще. Возможно, стоило хотя бы спросить, согласится ли она. Но нет же. Гермиона не единственная маггла в этой школе, которая может связать более двух слов между собой – а это уже половина необходимых требований к ведущему факультатива. Беспокоить МакГонагалл по сложившейся ситуации не хотелось, стоило попытаться решить этот вопрос напрямую с главными старостами, а дальше уже видно будет. - Куда торопишься, принцесса? – задорный голос Тео нагнал её в одном из коридоров, и сам парень показался в поле зрения. - Мне нужно найти Малфоя или Полумну. – не сбавляя скорости ответила ему Грейнджер. - Хочешь отнять у одного из них значок старосты, по праву принадлежащий тебе? – заговорщицки понизил голос однокурсник. - Ха-ха. Очень смешно. Мне нужно отказаться от факультатива. – объяснилась слизеринка. - Что я слышу! – восторг в голосе Нотта смешался с недоверием. – Наша девочка стала бунтаркой! Как быстро растут чужие дети. – он сделал вид, что вытирает слезу с щеки. Гермиона только закатила глаза в ответ, но Тео не унимался: - Отвечай, кто ты и что сделала с настоящей Грейнджер? - Не люблю, когда на меня возлагают обязательства против моей воли. - парировала девушка. - Скажи это Дамблдору. – как ни в чём ни бывало, бросил Теодор. - Что? – на мгновение по спине Гермионы пробежал холодок, неприятно отозвавшись в затылке. Она остановилась, внимательно всматриваясь в лицо слизеринца. - Ваша секретная миссия весь прошлый год. Разве это не было навязано «против воли»? – на последних словах Нотт показал пальцами воображаемые кавычки. - Да, но... что ты об этом знаешь? – начала было Грейнджер, однако, парень не дал ей договорить, перебив: - А твоя дружба с двумя недотёпами, из-за которых ты постоянно проёбывалась и в учёбе, и в дисциплине? Только не говори, что тебя не заставили с ними общаться. Я в это не поверю. – поднял руки в жесте капитуляции Нотт, при этом хитро улыбаясь. – Тебе бы больше подошёл правильный и умный Голдштейн. Или Драко Малф... а, нет. У вас с ним бы вряд ли сложилось. Он придурок, а это автоматически опускает его на одну ступень с Поттером и Уизли. – прыснул со смеху парень, явно довольный своей шуткой. - Ну ты и трепло, Тео. – покачала головой Гермиона, подмечая у себя невольную улыбку от его дурацких шуток. Затем продолжила свой путь в сторону гостиной Гриффиндора, ощущая, как сзади за ней следовал Нотт. Она задумалась: Теодор был прав - как много в своей жизни ей пришлось делать просто потому, что так сложились обстоятельства? Да практически всё! Начиная с первых проявлений магических способностей, и, как следствие – невозможности учиться наравне со всеми, она вынуждена была получать знания на дому, а не в общем классе. Затем, поступление в школу. В Британии была только одна магическая – Хогвартс, а значит, и тут не было её прямого выбора. Потом распределение, основанное лишь на горстке личностных качеств, которые послужили достаточным основанием для одного из факультетов, вместо предоставления возможности самой принять окончательное решение, или хоть как-то повлиять на него. И каждый последующий год – лишь череда событий, в которых она участвовала, потому что было необходимо, а не потому, что на самом деле хотела этого. Собирать по крупицам информацию о Фламеле, но жёстко ошибиться со Снейпом - выполнено. Разгадать тайну Василиска, но пострадать от этого – выполнено. Помочь Сириусу и Клювокрылу, но рассекретить маховик и лишиться возможности использовать его – выполнено. Всю дорогу способствовать победе Гарри в Турнире Трёх Волшебников, но, в итоге, увидеть, как он вернулся с погибшим Седриком Диггори после ритуала возрождения Волдеморта – выполнено. Проникнуть в Отдел Тайн и пожертвовать пророчеством, но не спасти Сириуса – выполнено. Догадываться о потенциальной опасности учебника зелий с пометками на полях, но не суметь донести этого до лучшего друга и стать свидетелем использования им тёмной магии – выполнено. Отправиться в самое непродуманное и опасное путешествие на охоту за крестражами, но чудом преуспеть – выполнено. Она снова и снова злилась на себя за то, что позволяла быть втянутой в очередную авантюру, но каждый раз делала всё необходимое, выжимала максимум своих сил, чтобы преуспеть – таков уж был её характер. Но теперь она не станет делать что-то лишь только из чувства долга. Она раздала все свои долги. И не намерена соглашаться терпеть ещё хоть сколько-то. Даже если это просто факультатив. Пора научиться отстаивать свои границы. Погружённая в эти мысли, Гермиона не заметила, как шаг её стал твёрже и тяжелее, отдаваясь от стен гулким эхом стука каблуков. Она даже успела забыть о Тео, который шёл немного поодаль от неё, ровно до того момента, пока перед ними не показалась стена с портретом Полной Дамы. И Гермиону нагнало осознание: она не знала пароль от гостиной Гриффиндора. Не догадалась спросить у друзей. И, получив пергамент с назначением, в пылу эмоций не подумала об этом нюансе – без кодовой фразы войти не удастся. Со злости она ударила кулаком о стену возле портрета, чем вызвала крайне неодобрительный взгляд изображённой на нём дамы в свою сторону. Нотт, всё ещё находящийся позади неё, прочистил горло и осторожно заговорил: - Тебе, конечно, виднее, принцесса, но я думаю, что нужен пароль, чтобы войти. Хотя, чтобы поберечь твои руки, можем попробовать использовать «Бомбарда». - Блять, Тео. У вас, слизеринцев, что, один сборник шуток на всех? – разгневанная своей глупостью Гермиона повернулась лицом к Нотту, вспоминая недавнюю похожую ситуацию с Малфоем. - Фу, как невоспитанно. – парень сморщил нос. – И не «у вас», а «у нас». Я надеялся на твою хорошую память, но, вижу, что переоценил её возможности. Гермиона в бессилии зарычала. Куковать неизвестно сколько времени перед портретом не хотелось, ровно, как и уходить ни с чем. Всё-таки придётся идти к МакГонагалл за паролем. Пытаясь оттянуть этот момент, Грейнджер принялась осматривать портрет, задумчиво приговаривая: - Как думаешь, «Империо» может подействовать на картину? Я бы могла её заколдовать и заставить нас пропустить. - Я вас слышу. – прозвучал низкий, полный достоинства, голос Дамы с портрета. – И нет, не подействовало бы. – Гермиона нервно хихикнула в ответ. - Принцесса, ты не туда поступила учиться. – Теодор подошёл к стене, на которой висела картина и облокотился плечом на каменную кладку. – Таким знаниям буду рады в Азкабане, например. – тут Гермиона не выдержала и рассмеялась в голос. Отсмеявшись, она заговорила, сев на пол и прижавшись спиной к стене: - В Азкабане бы не были рады мне. - Понимаю. – многозначительно протянул Нотт, усаживаясь рядом. – Учитывая твоё шоу на финальной битве. Кстати, что это было? - О чём ты? – она постаралась добавить непонимания в голос. Тео лишь поморщился в ответ: - Даже не знаю... – будто, в задумчивости, Нотт потёр подбородок. - Твой балетный номер поразил всех, конечно, но я про заклинание, с помощью которого ты задержала Пожирателей. – внезапно его тон стал серьёзным. - Откуда ты знаешь? Тебя там не было. – Гермиона тянула время, пытаясь хаотично придумать варианты отступления, и, желательно, не бегством. - Все газеты Европы пестрили новостями. Сложно было не узнать. - Да там больше выдумки, чем правды. - Грейнджер надеялась, что звучит убедительно. - Принцесса, не держи меня за дурака. – голубые глаза слизеринца будто прожигали её насквозь, в его голосе не осталось ни толики шутливости. - Я не понимаю... - Я объясню. Ты пришла в этом году, вся такая необыкновенная: новый стиль, новый образ, спортивная фигура, грация кошки. – перечисляя, он загибал пальцы на руке, по-прежнему продолжая всматриваться в лицо Грейнджер. Её щёки обдало жаром. Только этого не хватало. Не то, чтобы Гермиона не понимала, что изменилась. Но надеялась, будто до неё никому не будет дела, как и все предыдущие годы учёбы: она просто была всезнайкой и выскочкой, никто не думал иначе, не анализировал её глубже. По крайней мере, ей так казалось до этого момента. Она не намерена была посвящать в устройство своей жизни никого. О её тайне не знали даже лучшие друзья, и так должно было оставаться дальше. - Тео, год перед финальной битвой был сложным. Пришлось многому научиться. – Гермиона вступила, уводя диалог в более безопасное русло. – Мы все изменились. – она слегка пожала плечами. - И всё же? – он склонил голову набок, показывая, что не откажется обсуждать интересующую его тему. Грейнджер глубоко вдохнула, и сдалась: - Я сама придумала это заклинание. Процесс не так уж и сложен, когда понимаешь, как работают магические руны. - Не так уж и сложен? Ну конечно! – с нервным смешком парировал Нотт. – У нас же каждый второй так умеет. Вот, недавно, Гойл создал десяток новых заклинаний. Правда все они чистят уши разным способом, но это мелочи. - Гермиона рассмеялась в ответ: - Я знаю только пять. - Принцесса, — слизеринец снова зазвучал серьёзно, — если не хочешь об этом говорить – только дай знать. Я не стану настаивать. - Я не хочу об этом говорить. – глядя прямо в его глаза произнесла Гермиона. - Вот чёрт. Это было ожидаемо. – усмехнулся Нотт. – Но я пообещал. - Спасибо. – чувство облегчения пришло на смену напряжению. И немного чувства вины. Что было странно, учитывая уровень их знакомства. Вдруг, захотелось как-то оправдаться за попытки сохранить всё в тайне, но Гермиона отогнала от себя прочь подобные порывы. Некоторое время они сидели в тишине, пока в конце коридора не послышались голоса, а затем показались ученики с красно-золотыми галстуками: младшекурсники возвращались в гостиную. Слизеринцы подскочили на ноги, в ожидании возможности войти вместе с ними. Небольшая группа гриффиндорцев сначала в растерянности остановилась, увидев студентов с другого факультета. Затем кто-то из них узнал Гермиону и зашептал другим на ухо свои догадки, после чего они оживились и подошли ближе, беззастенчиво рассматривая её как экспонат. Грейнджер не любила интереса к своей персоне. В такие моменты особенно сильно она понимала Гарри, который каждый день был окружён повышенным вниманием и удивлялась, как он не сошёл с ума от этого. Вечные вопросы: «А как вы победили?», «А как вам удалось скрываться весь год?», «А как сражались в финальной битве?» и прочие, прочие – выбивали Гермиону из колеи. Меньше всего хотелось возвращаться воспоминаниями к тем дням, но, как назло, именно про войну чаще всего хотели знать вопрошающие. Сейчас, видя интерес в глазах учеников Гриффиндора, Гермиона внутренне приготовилась отбиваться от наиболее бестактных вопросов, но тут вступил Тео: - Хей, привет! – он улыбнулся и махнул рукой компании ребят. – Нам нужно попасть в вашу гостиную и отыскать главных старост школы. Поможете? На некоторое время воцарилось неловкое молчание, затем один из мальчишек, тот, который первый узнал Гермиону и зашептал об этом другим, заговорил: - Я не уверен, что вам можно знать пароль от входа. – он в растерянности пожал плечами, оборачиваясь к друзьям, будто в поисках поддержки. Кто-то кивнул соглашаясь. - То есть, вы хотите сказать, что не пропустите одну из самых известных, обсуждаемых, привлекательных персон этой школы и героиню войны вместе со мной? У Гермионы вырвался смешок. Попытка Тео проникнуть в гостиную Гриффиндора не увенчалась успехом. Младшекурсники так и продолжали стоять в нерешительности переглядываясь друг с другом. - Послушайте, — начала Грейнджер, — можете не впускать нас, но тогда позовите Драко Малфоя сюда, мне срочно нужно увидеть главного старосту. – как и следовало ожидать, его имя произвело эффект разорвавшейся бомбы: между решением дать чужакам войти в свою гостиную или собственной персоной посетить логово самого ужасного старосты - выбор пал в пользу первого. - Ну ладно, только отойдите подальше и я наложу на вас «Оглохни». – нехотя согласился всё тот же парнишка, недоверчиво поглядывая на слизеринцев. Гермиона и Тео переглянулись, но спорить не стали - вместо этого отошли на приличное расстояние и принялись ждать, пока на них наложат заглушку. - Принцесса, что-то я нервничаю. – с лёгким смешком прошептал Нотт. - Это простейшее заклинание. – так же негромко ответила ему Грейнджер. Они выглядят не младше третьего курса, точно должны уметь его накладывать. Хотя уверенности в ней убавлялось с каждой секундой, пока она наблюдала, как неловко парень вытаскивает свою волшебную палочку и двигается в их сторону. - Перед тем, как ты используешь «Оглохни», можешь показать движение руны? – она решила перестраховаться. Но этот вопрос будто выбил юного гриффиндорца из колеи, его рука, с зажатой в ней древком, мелко затряслась. Тео прокашлялся. - Это простое «Оглохни». Ты, точно, кучу раз его использовал на занятиях, и, возможно, не только. – Гермиона попыталась ободряюще улыбнуться, хотя её начинала напрягать данная ситуация. Они просто теряли время, рискуя лишиться уха от волшебства неумелого заклинателя. – Вспомни руну и повтори её написание в воздухе. Без палочки. Парнишка вздохнул и выдохнул, успокаивая себя. Затем поднял свои глаза на Грейнджер и кивнул в знак согласия. Он переложил палочку в другую руку и свободной повторил руну заклинания. - Отлично. – пусть его рука двигалась немного дёргано, но он выполнил движение верно. – Теперь повтори с палочкой. Главное, помни – это простое заглушающее. Оно не несет никакого вред... – в этот же момент, не дослушав, парень заколдовал их, и окончание фразы Грейнджер осталось недосказанным. - Вот наглый сучок. – хмыкнул Тео. - Вспомни себя в его возрасте. – парировала ему Гермиона. - Я гораздо лучше обращался со своей палочкой. – Нотт игриво задвигал бровями, вызывая у Гермионы улыбку. Мгновением спустя, заклинание было снято, парень махнул им рукой, приглашая войти в проход за распахнувшимся портретом. Чувство ностальгии накрыло Грейнджер с головой: тёплая и уютная гостиная ничуть не изменилась – по-прежнему здесь пахло деревом, стояла знакомая, с первого курса, мебель. Мурашки побежали по предплечьям девушки, теряясь в складках одежды, и обостряя ощущения. Всё было как раньше, за исключением главного – её самой. Теперь она выбивалась из этой картины, выделяясь на ней пятном, которое случайно оставил на холсте растяпа-художник. Девушка не чувствовала себя здесь дома. Больше нет. Интересно, обретёт ли она снова его: когда ты ощущаешь себя так, будто это место было создано специально для тебя? Когда происходит полное совпадение, как в пазлах. Едва ли. Сейчас Гермиона была словно последняя недостающая деталь, которую наспех запихнули в пазы, но она совсем не вписывалась своими гранями в них, выскальзывая то одной, то другой стороной наружу. Гриффиндор перестал быть ей родным местом, Слизерин ещё не стал. Она осталась одна. - Здесь довольно... миленько. – раздался рядом голос Нотта, который вертел головой по сторонам, рассматривая интерьер комнаты. - Гермиона! – с другой стороны гостиной её окликнула Джинни, сидящая на диване с поджатыми под себя ногами и читающая пергамент, приветливо помахав рукой. – Соскучилась по теплу и зашла погреться? Да ещё и гостя с собой привела. – она широко улыбалась, демонстрируя чудесную ямочку на правой щеке. Грейнджер подошла к Уизли, и не желая пускаться в лишние объяснения, спросила: - Видела Малфоя или Полумну? Мне надо решить с ними вопросы по факультативу. - Лавгуд недавно поднялась к нему с ворохом пергамента в руках. Так что думаю, они там надолго, успеем поболтать. Как твой день? – участливо спросила гриффиндорка. - Эм, вполне нормально, спасибо, Джинн. Но, я, пожалуй, пойду к ним. Мне ещё надо будет зайти в библиотеку после всего этого. – отговорилась Гермиона. На самом деле у неё не было никакого желания вести беседы. Скорее всего подруга постарается выведать у неё больше подробностей про прошлый год. И так Гермиона рассказала больше, чем планировала, на той злополучной вечеринке, и сейчас совсем не хотелось врать подруге. Но ещё меньше хотелось делиться хоть чем-то из прошлой жизни. - Миона, только не забудь про ужин. Книгами сыт не будешь. – глаза подруги, цвета горького шоколада, внимательно смотрели на Грейнджер. - Спасибо за беспокойство, увидимся в большом зале. – Гермиона улыбнулась Уизли, пообещав себе непременно уделить хоть некоторое время общению с подругой. – Комнаты старост на самом верху? – она махнула рукой в сторону винтовой лестницы. - Ага, у Малфоя слева. Гермиона только кивнула в ответ и направилась вверх, снова погружаясь в недовольство из-за сложившейся ситуации. Нотт шёл чуть ниже, не отставая от неё. На последнем этаже была расположена небольшая площадка с двумя дверьми по бокам от неё. Гермиона повернулась в сторону левой, и занесла руку вверх, готовая постучать, но та распахнулась и вперёд выплыла Полумна, а сзади девушки показался Драко с не самым дружелюбным выражением лица. Естественно. Как будто у него бывает другое. Но на мгновение Гермиону зацепили льдинки в его взгляде. Гриффиндорец, помимо прочего, выглядел печальным или обеспокоенным. Грейнджер на долю секунды стало интересно, что же такого произошло и она попыталась проникнуть в сознание парня, не питая особых надежд на успех, но, в желании лучше уловить его настроение. Однако, наткнулась лишь на монолит, абсолютно непробиваемый. Хм, любопытно. Затем она, собственно, вспомнила зачем пришла и вернула свой взгляд Полумне: - Мне сообщили, что вы здесь и обсуждаете вопросы старостата. Я хотела сказать, что отказываюсь вести факультатив по маггловедению. Повисла пауза. Первой отреагировала Лавгуд: - Мы ещё не распределяли факультативы, но учтём твоё нежелание. - Не распределяли? – Гермиона чувствовала себя озадаченной, теребя в руках прямое доказательство обратного сказанному Лавгуд. - Ты уточняешь или не расслышала? – поинтересовалась Полумна. - Уточняю? Что? – да какого Мерина тут происходит! Гермиона начинала кипятиться. В это время послышался смех за спиной Лавгуд – это веселился Малфой. – Чего смешного? – недружелюбно накинулась на парня Грейнджер. - Увидел себя со стороны. Не бери в голову. – отмахнулся парень, отреагировав на непонимающий взгляд слизеринки. Снова он начинал раздражать. Весь такой загадочный. - Я иду на ужин. После него мы с Драко обсудим все организационные вопросы. – как ни в чём не бывало продолжила свою мысль Полумна. – Ты хочешь вести какой-то другой факультатив? – обратилась она к Гермионе. - Да ничего я не хочу! – не выдержала девушка, переходя на повышенный тон. - Тогда зачем ты, вообще, завела речь про факультативы? – вся эта беседа походила на какой-то фарс. У Гермионы начало ломить виски. - Мне пришла записка, — Грейнджер протянула пергамент с назначением, показывая его. – Я думала, это вы сделали. - Я не распределяла. – флегматично отозвалась Полумна, скользнув взглядом по листку. Затем, повернула голову назад. – Драко, ты распределял? – Малфой не сдержался и прыснул в кулак. Сзади Гермионы похихикивал Тео. А она чувствовала себя как Алиса, попавшая в Зазеркалье: ничего не понимала, кроме одного - все внезапно сошли с ума. - Грейнджер, дай сюда свой пергамент. – лениво растягивая слова, обратился к ней Малфой, протянув руку раскрытой ладонью вверх. Гермиона замерла на долю секунды, заглядевшись на голубоватую бледность кожи и длинные, тонкие пальцы. Чёрт, красиво. Затем, нехотя отдала ему клочок бумаги, будто лишаясь того, что удерживало её в трезвом рассудке. Малфой забрал листок, внимательно читая в написанное, в то время, как слизеринка всматривалась в черты Драко. - Эм, Полумна? – раздался голос Тео позади. – Ты что-то говорила про ужин. Я тоже проголодался. Могу составить тебе компанию, если ты не против. Полумна перевела на него свой искрящийся взгляд, не торопясь с ответом. Затем закусила пухлую нижнюю губу, и, заправив шелковистую светлую прядь за ухо, согласилась: - Я не против, идём. – после чего, она вернула своё внимание Драко. – Я приду в восемь, как и договаривались. - Жду с нетерпением. – буркнул парень, отсалютовав ей двумя пальцами от виска. Гермиона шагнула в сторону, пропуская Лавгуд к лестнице, но оступилась на маленькой площадке и не удержала равновесие. Неуклюже взмахнув руками, Грейнджер почувствовала, что вот-вот упадет, но, в этот момент, её запястье обхватили тёплые пальцы, потянув вперед - Драко Малфой поймал её и не торопился отпускать. - Я... я стою, спасибо. – прочистив горло заговорила Гермиона, поднимая взгляд на Малфоя и ощущая волну жара на своих щеках. Да что с ней такое! Она не из робкого десятка. А за последнее время ей столько всего пришлось пережить, что краснеть из-за прикосновения парня к руке было бы дикой глупостью. Тем не менее, она стоит перед Драко, мать его, Малфоем и алеет, как маков цвет. - Грейнджер, зайдёшь на минутку? – он обольстительно улыбнулся, убирая свои пальцы с её руки и приглашая жестом в комнату. Место их недавнего соприкосновения теперь неприятно холодило. - Зачем? – вопрос вырвался раньше, чем она успела его обдумать. - Чтобы съесть тебя. – он расхохотался от её озадаченного вида. Напыщенный индюк! Вздёрнув подбородок, она прошла мимо него в спальню твёрдым шагом, Малфой почти бесшумно закрыл за собой дверь. - Чего ты хо... – повернулась в его сторону Гермиона, задавая вопрос, но врезалась в парня, так как он оказался стоящим прямо за ней. Девушка неотрывно смотрела в его глаза, изучая причудливый рисунок переплетений оттенков серого в его радужках, и кажется, совсем забыла про свой вопрос. - Грейнджер. - Малфой обхватил своими ладонями её плечи, прямо как вчера, когда затащил её в тёмную нишу, и снова запустил табун мурашек по её коже от тепла своих рук. Он наклонил своё лицо к ней, так низко, что кончики их носов почти соприкасались. От Драко пахло хвоей и перцем. Горячо и свежо, одновременно. Пряно. Пьяно. Как запах прогулок по лесу после дождя. Гермиона поймала себя на том, что если бы он её поцеловал, то она не стала бы сопротивляться. Возможно, чуть позже, она устроила бы ему взбучку, а затем и себе, за подобные желания, но сейчас хотелось почувствовать его губы на своих. В горле пересохло и, казалось, сам воздух заискрился вокруг их тел. - Грейнджер, — повторил Малфой, сжимая её плечи ещё сильнее. Не до боли, но так ощутимо, что можно было бы назвать это почти объятиями. – Зачем ты попыталась использовать на мне легилименцию?