Инструкция по воспитанию главных героев

«Любовь подобна снегу: падая, она укрывает и жизнь, и смерть, и лишь сердце способно различить тепло среди ледяных кристаллов»

Так говорили старые хроники, и так шептали ветры северных пустошей. Я — Бэй Сюэ, Небожительница зимних бурь и ледяных ветров, с глазами, холодными как северное небо, и волосами, белыми, словно замерзшие реки. Пять веков я хожу по земле смертных и по Чертогам Небес, и никто не знает, что за холодным обликом моим скрывается смех, который может согреть самые затхлые души. Северные ветра несут мое дыхание, и когда метель завывает среди горных вершин, смертные шепчут: «Она идёт». Когда снег ложится ровным ковром, они молятся о покое для своих сердец. Небожители, мои братья по Чертогам — то возмущаются моей независимостью, то завидуют моей свободе. Этим ребятам стоит определиться, особенно этому самовлюбленному императору небе. Но я давно перестала объяснять свои действия: буря всегда следует моим правилам, а снег ложится так, как я прикажу. Пятисотлетнее одиночество научило меня терпению, но не сделало меня циничной. Я всё ещё смеюсь, шучу, иронизирую. И иногда думаю: «О, какой ужас — опять феодальная версия церемонии открытия Олимпиады». Сегодня, в день Праздника Небес, я сижу в карете, катящейся по дорогам Сяньлэ. На мне одеяние цвета ночного льда, расшитое серебром и снежинками из кристаллов. Ветер играл с моими волосами, а я, держа письмо от императора, читала его снова и снова. «Бэй Сюэ, наставница наследного принца Се Ляня, просьба вернуться во дворец. Его Высочество нуждается в вашей мудрости.» Да, тот самый Се Лянь — наследный принц Сяньлэ. Мальчик, которого я воспитывала десять лет, с которым делила и тренировки, и наставления, и маленькие шутки, и тихие вечера под звёздами. Мой сарказм XXI века, который иногда вырывался наружу в Чертогах, теперь служил лишь мне — и он, похоже, работал и на него: Се Лянь часто смотрел на меня странно, словно пытаясь разгадать, кто эта странная наставница, и почему она смеется над его серьёзностью. Лян Чжи, мой верный помощник, слегка ворчал, когда я проглядывала письма: — Госпожа, вы не собираетесь опаздывать на церемонию, правда? — его голос был ровным, но чуть дерганым, как у человека, который знает, что я могу переплюнуть любое правило. — Лян Чжи, — ответила я, скользя глазами по его строго выверенной фигуре, — если я опоздаю, весь дворец это переживёт. Или нет? Он только фыркнул и повернулся в сторону окна. Верный, спокойный, немного ворчливый, но глубоко уважающий. Иногда позволяет себе подколоть меня, но никогда не переступает границу. Приятно. Я бы это называла очаровательным флиртом. Карета плавно въехала в столицу. Толпа уже собиралась на улицах, яркая, громкая, цветущая — символ процветания и величия Сяньлэ. Через некоторое время, мы доехали до нашей платформы и карета остановилась. Я вышла, и тут же почувствовала привычное восхищение в глазах людей. Их взгляды приковывались ко мне — и не потому, что я богиня, нет. Потому что я была наставницей наследного принца. И всё, что я делала, касалось его — его безопасности, его обучения, его будущего. «Культ обожания, зато я уверена что меня никто не убьёт» Вокруг кружили лепестки цветов, улицу заполнил гомон толпы, в глазах рябило от ярких оттенков. Я глубоко вздохнула, ощущая, как сбивается дыхание от ожидания. Каждый хотел посмотреть на представление, поэтому не вдохнуть, не выдохнуть здесь было невозможно. Люди, словно пчёлы, жужжали, перемещаясь в поисках лучшего места. Дети смеялись, взрослые делились впечатлениями. И я, наблюдая за этим вихрем, чувствовала: всё это не просто праздник — это магия, объединяющая сердца в порыве радости. Солнце отражалось в глазах толпы, сверкая на золотых украшениях и шелках. Моё ледяное одеяние отражало свет, и я понимала, что для людей выгляжу одновременно холодно и вдохновляюще. Я искала взглядом Се Ляня — наследного принца, который должен был выйти в авангарде парада, играть роль воина, символизируя добродетель и силу царства. Моё сердце сжалось от гордости: он рос и становился достойным, несмотря на всю сложность своей судьбы. Се Лянь начал своё выступление. Его меч прорезал воздух, точно и красиво, каждый выпад и защита — как отточенный танец, гармония силы и грации. Толпа взорвалась восторгом, а я, стоя на краю, наблюдала за этим и думала о том, как удивительно видеть, что мой ученик стал воплощением идеала. В этот момент я снова почувствовала взгляд со стороны платформы — того самого, который я не могла игнорировать. Маленький, худой, с бинтами на голове, Хун–эр стоял и смотрел прямо на меня. Его чернеющий глаз высвечивался на фоне солнца, и я знала: сейчас он почувствует, что в этом мире есть кто-то, кто защитит его. «Хуа-Чэн? Нет, он только малыш Хун» — Тише, — подумала я. — Не время для паники, даже если у тебя одна мысль: «О, вот сейчас ты рухнешь в пропасть». В этот момент я ощутила лёгкую тревогу — как наставница, как фанатка из XXI века, я знала: любой момент может стать опасным, даже в самом параде. Но также знала: он справится. Моё внимание вернулось к наследному принцу. Его движения стали ещё более изящными, он ловко маневрировал между воображаемыми противниками. Я заметила мелькание улыбки на его лице, когда он увидел меня на платформе — тихое «спасибо» без слов. Сердце защемило от трепета: даже спустя годы, несмотря на все церемонии и официальность, между нами оставалась невидимая связь. Посмотрев снова на ребёнка, я увидела что тот подскользнулся и стал падать. Я рванула вперёд, и мир замедлился. Движения людей стали неважными, осталась только я и падающий ребёнок. Хвать! Моя рука ухватила его за запястье, другая — за поясницу. Лёгкое движение, и я взмыла в воздух, ощущая знакомую мощь ветра и льда. Накидка слетела, волосы взметнулись в танце снегопада, созданного мной — в подарок всем, кто наблюдал за парадом. Снежинки кружились вокруг, отражая солнце и вызывая восхищённые крики толпы. «Представление не должно быть прервано, а так никто и не заметит за маленькими снежинками нас. Я неплохо освоила способность маскировки.» Я мягко приземлилась, прижимая мальчика к себе. Он дрожал, глаза расширились, но всё было хорошо. Толпа внизу аплодировала Се Ляню, не заметив что произошло. — Всё будет хорошо, — сказала я, улыбаясь. Снежинки падали на его волосы, отражались в глазах. — Ты в безопасности. Внутри я думала: «Пиздец. Я нарушила сюжет истории. Надо бы объяснить Лян Чжи, что я не сумасшедшая. Ну, почти…». Моё сердце сжалось от осознания ответственности. Этот мальчик — не просто случайный ребёнок, он станет частью судьбы Се Ляня. И я тихо решила: никому и никогда не позволю ему страдать. Он уже итак настрадался за свою короткую жизнь. Лян Чжи подошёл, слегка покачивая головой: — Госпожа, вы опять создаёте снег среди жары? Вы поймали ребёнка? Но почему никто не заметил? — Мой дорогой помощник, знакомься, теперь у меня появился сын, — улыбнулась я, всё ещё держа мальчика. «Да уж, сказать что Лян Чжи в шоке — это ничего сказать. Может жасминового чая заварить или выходной дать.» Повернув голову в сторону наследного принца, я улыбнулась. Се Лянь сражался на платформе, демонстрируя силу, ловкость и достоинство, а я стояла в стороне, наблюдая, гордая, с мальчиком на руках и мыслями, которые прыгали от XXI века к пятистолетней мудрости: «Ну всё, этот мир снова ввяжется в свои драмы. Надо бы подстраховаться». Я знала, что будущее требует моих решений. И даже если весь дворец, все Небожители и все люди не понимают, что я делаю, я всё равно буду действовать. Я не имею право проиграть, чтобы трагедия не повторилась вновь. Может конечно я прозвучу, как дура и эгоистка, но я собираюсь полностью изменить оригинал и не повторить того, что случилось в новелле и аниме. Если всё пройдёт примерно как я и задумала, то малыш Хун и Се Лянь без проблем будут вместе. А может даже править вместе, кто знает будущее? А нет, стойте, это же я. Не суть. Толпа постепенно успокаивалась, но восторженные крики всё ещё доносились до меня с каждой улицы. Белые и золотые одеяния придворных переливались на солнце, цветущие деревья вокруг площади добавляли празднику очарования и торжественности. Я держала Хун—эра на руках, чувствуя, как его маленькое тело дрожит, и думала: «Вот почему я выбрала путь наставницы — тут всегда приключения, а не скучные лекции по этикету». Лян Чжи молча подошёл ещё ближе, чуть вздохнув, будто наблюдал за моими не совсем официальными методами защиты детей в публичном месте. Он не сказал ни слова, но я знала: он думает что-то вроде «Эта женщина…». Это я. Я осторожно держала Хуна на руках. Его бинты немного сползли, и я заметила синяки, скрытые под тканью. Ни слова о боли — он слишком гордый или напуганный. — Посмотри, — сказала я тихо, — вот где Се Лянь выступает. Смотри внимательно. Он… он твой принц. Или точнее, наследник этого дворца. Как мой сын, вы должны хорошо ладить ради будущего Сяньлэ. Мальчик с удивлением посмотрел на меня, будто не веря, что кто-то так спокойно говорит о будущем наследнике. И, честно говоря, я тоже удивлялась. В моей прошлой жизни я думала, что видела стресс, трудности и драмы — но этот мир, с его золотыми дворцами и церемониями, был целым спектаклем, в котором каждый ход мог быть смертельным или героическим. Се Лянь, наконец закончил своё выступление под громкий гул аплодисментов и оваций, как поп звезда, и появился в авангарде парада, идеально выстроенный, с мечом в руках и сияющей бронёй. Я почувствовала лёгкое щемящее чувство гордости и одновременно тревоги — как будто знала, что даже самые красивые движения и точные атаки не защитят его от всех будущих испытаний. — Се Лянь, — тихо сказала я, когда подошла ближе, держа Хуна на руках. — Давно не виделись. Он слегка кивнул, и я заметила в его глазах ту уверенность, которую мы вместе воспитывали годами. Мой сарказм от молока матери снова пробился: «Хм, а я думала, что буду тренировать робота. А нет, живой человек, и какой!» — Наставница, — прогорил он и в уважительном десте поклонился мне, — неожидала вашего приезда. Лян Чжи поклонился наследному принцу, а тот просто кивнул. Эххх,... Иерархия. — Я не могла не приехать, ведь ты же пригласил, — ответила я. Тогда он засмеялся моей вежливости и я улыбнулась. Тут он вийдемо заметил ребёнка и спросил: — Кто это, наставница? Я посмотрела на малыша и заметила что он неотрывно смотрит на меня. Интересно, как долго? — Теперь это мой сын, познакомся с....,, — сказала я, ожидая ответа Хун-эра. Он как заколдованный смотрел на меня своим чёрным глазом, но похоже прийдя в себя сказал: — Хун. — Уже нашли мне замену, даже обидно, — ответил Се Лянь. Я закатила глаза и сказала: — Ты ведь вырос из возраста пустых обид. — Вы надолго приехали? — Примерно на месяц... Не думала, что ты будешь так за мной скучать, ведь прошлой осенью последний раз виделись. Да и переписывались очень часто, — ответила я. — Госпожа, позвольте забрать ребёнка. Раз вы всё же решили его забрать, то стоит его сначала осмотреть, — подал голос помощник. Я кивнула и повернувшись корпусом, собиралась передать ребёнка, но он меня не отпускал. Тогда я решила включить немного холода и сказала: — Хун, мне нужно чтобы тебя осмотрел лекарь и мой помощник собирается отнести тебя к нему. Поэтому в соответствии со статусом моего сына, веди себя достойно. Понял меня? « Не слишком ли я холодная? » Мои слова прекрасно подействовали на будущего князя демонов и он наконец-то меня отпустил. Когда Ля Чжи его уносил, то он не отрывно на меня смотрел. — Думаете, что это хорошая идея забирать ребёнка у семьи? — спросил мой ученик. — Могу выкупить, что лучше звучит? — спросила я, и добавила: — И я же просила тебя, чтобы в личном общении ты называл меня по имени или цзецзе. — Цзецзе, так не принято во дворце, — ответил он. — Думаю, мне стоит идти к твоему отцу и своему бывшему ученику, пока помощник сам не попросит его вразумить меня из-за внезапного решения, — сказала я. — А у вас были запланированые решения? — Хорошо, подкол засчитан. Тогда я и мой ученик засмеялись. Всё же я рада его видеть.