Nox Aeterna

Северная часть Лондона. Некогда здесь было относительно спокойно, никто не возникал, ничего особо страшного не происходило, всё было привычным. Наркоманы, бездомные и преступники. Как бы Скотланд-Ярд не пытался со всем справиться, порой некоторые вещи не изменить. И ситуация на севере входила в одну из таких. Конечно, находились деятельные люди, некоторые и вовсе грезили о том, что им удастся всё исправить, разобраться с популярным среди черни наркотиком «северное сияние», но, кроме разбитых мечт, ничего не смогли поделать. И как назло, в такой период времени с погодой творилось нечто несуразное. Сумасшедшая метель была лишь вчера, но под вечер она снова начала возвращаться, продлившись до утра следующего дня. Все усилия горожан пошли прахом, ведь снега стало ещё больше. Кого-нибудь оно радовало? Нет, конечно! Люди злились, а работодатели теряли деньги, много денег. Они даже начали вкладывать средства, чтобы со снегами разобрались как можно скорее, ведь простаивали почти все отрасли экономики. Если говорить простым языком, тут чуть ли не до катастрофы недалеко. В поместье Кейлинт тоже было неспокойно. По всему зданию носились слуги, хлопотали горничные, мужчины разгребали целые завалы, очищали конюшни. Вместе с приходом сильных метелей пришёл и прожигающий до самих костей холод. В такое время всем приходится затягивать пояса, да надеяться, что это всё поскорее закончится. Никто не хотел терять работу, а тем более оказаться на улице. Тут почти у каждого человека есть семья, родные и подводить их было нельзя. И по коридору шло двое джентльменов в приличной одежде, пока мимо них пробегали случайные работники. — Как здесь оживлённо. Мне нравится здешняя атмосфера. — с лёгкой улыбкой озвучил свои мысли мужчина преклонного возраста. — Кругер, тебе не кажется, что мы прождали слишком много? Целый день. — ответил его усталый друг и хотел закурить сигару, да вот не получилось. В кармане ничего не нащупал, кроме воздуха. У него их отобрали перед тем, как сюда войти. — Твоя плохая привычка тянуться за сигаретами, когда тебя что-то раздражает.  — Да-да. Хороший детектив. Я тебя понял. Можешь не раздражать меня, ага? Я без сигары с тобой не могу говорить. — Только ты можешь говорить так грубо и с такой чистой искренностью. — Кругер положил руку на сердце. — Тьфу, блин, старый пройдоха… Подходя к кабинету хозяина поместья, они увидели, как из него показалась молодая девушка с очень запоминающимся цветом волос. Алый, чем-то напоминающее пламя. В чёрном пальто, брюках и туфлях. Выглядело дорого и достойно. — Надо же, какая обаятельная молодая леди! — заговорил Нэйлим, слегка прищурив свои голубые глаза. — Ах, здравствуйте. Вы к виконту Кейлинт? — быстро пришла в себя она. — Да, у нас есть одно дельце к нему. Можно ведь? Он не занят? — уже заговорил приятель старика. — Нет, ничего такого. Он как раз говорил, что ждёт гостей. Заходите и пусть вам сопутствует удача. — улыбнулась девушка и прошла мимо них. — Какая воспитанная леди! Благодарим! — следователь ответил той же вежливостью. Кругер некоторое время смотрел ей в спину, после чего достал из кармана часы на цепочке. Золотистые такие и уже слегка поношенные. Поглядев в них, он спрятал их обратно. — Никогда не понимал этих твоих действий. Так что, заходим? Или мне одному его расспрашивать? — Конечно. Не оставлю же я друга в беде. Постучавшись и получив одобрение, оба наконец встретились с человеком, у коего случилось ужасное горе. Мало того, что лишился невестки, так и этим гнусным преступником оказался его собственной сын. Что может быть хуже такого инцидента? Верно, ничего. И Эдар встретил их с крайне печальным, даже разбитым видом. Некоторые локоны его волос поседели. Многие знали виконта Кейлинта сильным, волевым и крайне целеустремлённым человеком. Тем, кто ни за что не остановится, не сдастся. Даже смерть супруги не сломала его. Однако жизнь часто бывает жестока к одному человеку и привносит в его жизнь слишком невероятные испытания. Произошедшее одно из них. — Полагаю, вы следователи, так? Из Скотланд-Ярда? Я думал, что уже дал достаточно показаний… — заговорил хозяин роскошного кабинета. — Конечно, лорд Эдар. Мы понимаем вашу ситуацию, как и то, что вам тяжело об этом говорить. Но нам просто необходимо добраться до правды. Понимаете? — усталый детектив присел на кресло с невозмутимым видом. В то же время его коллега рассматривал всю комнату. Его глаза бегали от одного к другому. — По нашим данным, именно один из слуг заметил место преступление, после чего сообщил вам, а вы уже сообщили в полицию, всё так?  — Именно так. — Там обнаружили вашего библиотекаря и сына. Так? — Так. — Вы пытались вмешиваться в дело, чтобы выяснить подробности расследования, так? — Именно. Я не могу оставить сына одного. И мне… Тяжело поверить в то, что он совершил такое убийство. — Эдар уверенно кивнул.  — М-м. Ну конечно. Родитель всегда будет защищать своего ребёнка. — Не поймите меня неправильно. Я верю в факты и доказательства, господа. Я воспитывал много лет своего сына и могу делать о нём какие-то выводы. Возможно, его подставили или… Что-нибудь хуже.  — А вы знали? Ваш сын сбежал. Два дня назад. — Чего? Как сбежал? Куда сбежал? Как ему это удалось? — у него в голове не укладывалось. И как Эйрим мог на такое пойти? Что его надоумило? Нет, откуда силы и навыки? — А вот так. Ему, кажется, помог ваш библиотекарь странненький. У этого мелкого приятеля очень мутная история становления вашим библиотекарем. Прошлый мистическим образом исчез. — Мистически… — виконт нахмурился и постучал пальцем по столу. — Да. Согласен. Там и правда были странности, но ничего интересного по этому делу я не смогу вам сказать. — Но это ладно. Так сказать, наше дело. Тут вопрос теперь другой. Если мы рассматриваем подставу, то… Кто же мог это сделать? — Хах… Боюсь, у меня много врагов. И я не могу дать однозначного ответа. И правда. Если разбирать версию, где молодого господина подставили, то некоторые вещи встают на места. Может, усталый детектив и являлся таковым, но всё-таки обладал достаточной чуйкой и опытом. Ему приходилось много лет работать в данной сфере. Ну или этот Эйрим слишком искусный лжец и актёр. — Возможно, среди них есть кто-то особенный? Кому это было выгодно. Кто желал этого больше всех?  Эдар глубоко задумался. Несмотря на большое влияние, уважение и количество средств, всё-таки невозможно понравиться абсолютно всем. Всегда найдутся недовольные и те, кто будут ему вставлять палки в колёса. — Мне следует подумать над этим более комплексно, господа. Прошу извинить. — спустя время наконец сказал виконт. — Ничего, мы понимаем. К слову, а что это за девушка, которая была перед нами? — Калиш Клит. Ничего особенного, обычная дочь барона. — М-м… — У вас очень интересный кабинет, лорд Эдар. Он такой загадочный. Все эти книги, шкафы, всё расставлено в соответствии со строгим порядком. — наконец подал признаки жизни Кругер, что за всё время разговора не вмешивался в разговор. Виконт слегка двинул головой. У него создалось обманчивое представление о том, что тот пожилой человек действует лишь как помощник ну или в качестве поддержки. Но, с другой стороны, его нутро подсказывало — этот старик не так прост. — На самом деле, не сочтите за грубость… — следователь подошёл к одному из шкафов и начал медленно перебирать книги. — У меня привычка разглядывать всякое окружение. Поймите этого старика правильно. — он улыбнулся. — «Как и то, что замок в кабинет взломали». Если говорить напрямую, это буквально признание в том, что ему хочется тут всё разглядеть поближе. Заглянуть под каждый сантиметр. Эдар сидел, не меняясь в лице. Эти двое следователей не такие, как обычные офицеры. Они гораздо умнее и сообразительнее. — Как бы я мог, господа? Я желаю участвовать в расследовании и докопаться до истины. Прошу, помогите мне. В такие тяжёлые времена чужая помощь понадобится как нельзя кстати.

***

Спустя несколько часов. Двое незадачливых путников вышли из тёмного переулка. И всё бы ничего, да вот каждый из них выбрался каким-то побитым, помятым. Под глазом у Гердхарта красовался большущий такой фингал, он уже успел стать тёмно-фиолетовым. Буквально светился на его лице и лишь слепой не заметит такой красоты, оставленной одним из прекрасных бездомных мужчин. Его напарник отделался лишь парой ссадин, синяков на лице. Топали по сугробам в некотором молчании, при том блондин постоянно пыхтел и чувствовалось, что ещё немного и взорвётся эта бомба замедленного действия. — Если что, ты сам виноват. Не надо было нарываться на толпу. — упреждающе произнёс Эйрим, чем заставил приятеля остановиться на месте. — Дружище… Ты не понимаешь атмосферы, да? Почему бы тебе не помолчать? — кое-как выдержал тот, ответив наиболее спокойным для себя голосом. Пробираясь через переулки, им не повезло наткнуться на слишком наглых идиотов. Требовали платы. Наглецы не боялись даже то, что они в форме офицеров, лезли толпой, били со всех сторон, использовали ножи, трубы, дубинки, да что угодно, чтобы заполучить своё. Кое-как довелось ускользнуть из той хрени. Да и сам Гердхарт подлил масла в огонь. Он категорически не хотел расставаться с одним фунтом. Ни один фунт не будет потрачен впустую! Квартал красных фонарей — не шутка! Там придётся использовать каждую банкноту по назначению, иначе им долго не протянуть! Они уже несколько дней ничего не ели, а ночевать на улице или где-нибудь ещё, вообще им не помогало. Только сильнее изматывало. Даже огромная сила Эйрима пошла на убыль, когда он не получал достаточной энергии. Да и ведь не купишь ничего, все магазины фактически перестали работать, лишь редкие, но там постоянно кишат люди, офицеры и всякие прихвостни Бассо. Тем более не удастся ничего получить, лишь нажить больших проблем. Пробравшись через улицу, они вошли в очередные тёмные переулки, где и остановились. — Так… Не обессудь, но нам нужно где-нибудь пожрать. — поставил перед фактом Гердхарт.  — Я согласен… Но где мы получим еду? Сам же говорил, что слишком опасно. — Тогда надо воровать. — Что? Ты заставляешь меня заниматься столь грязным и неблагородным делом? — у него аж бровь дёрнулась. — Твой же отец всю жизнь этим занимался, а ты пользовался. Чего об этом раскудахтался? — усмехнулся блондинчик, поднимая взгляд наверх. А эта мысля ему пришла не с бодуна. Над ними балкон, на него можно взобраться, пробраться в чужой дом и устроить акт «заимствования». — Чего сказал про моего отца? Только его планам не суждено было сбыться, потому что его схватили за шиворот и прижали к холодной стенке. Ну конечно, стоило догадаться. Гердхарт порой забывает с каким же он всё-таки идиотом. Этот придурок не проживёт долго на улицах. Даже его выдающееся телосложение не поможет ему. Таких сильных сваливали либо толпой, либо голодом. Последнее, к слову, чаще всего побеждало, если не желал отказываться от своих глупых принципов. — Ха-а-а… Ну начинается. Тебе не надоело? Как по бумажке…  — Не раздражай меня. — оскалился ему в лицо Эйрим. Если бы не всё пережитое, он бы прихлопнул этого надменного заморыша уже давно. Не в прямом, конечно, смысле, но очень вероятно, что постарался бы донести до него всё в лучших подробностях. — Если не сделаем этого, то погибнем. И что? Тебе лучше сдохнуть в подворотне? Настолько ты хочешь вернуть всё на круги своя, да? — тот не уступал. — Я не хочу стать подобным тебе! — Как же, станешь! Не я научу, так жизнь заставит! Между ними повисло тяжёлое молчание. Затем раздалось урчание живота Кейлинта. Как бы не хотелось отрицать, но им и правда нужна еда. Обычными способами её не получить, только… Только воровство и остаётся. Отпустив Гердхарта, парень выдохнул.  — Я рад, что мы поняли друг друга. А теперь давай, помоги мне. Я поднимусь, взломаю дверь и соберу необходимое.  Эйриму хотелось возразить, но пришлось проглотить недовольство. Голод делал своё дело. Им нельзя ещё дольше голодать, иначе сил совсем не останется. А значит, у них не получится добраться до квартала, после этого можно поставить крест на жизни и дать ублюдкам, подставивших их, победить. Соединив руки между собой, он позволил блондину оттолкнуться и ловко ухватиться за выступ балкона. Используя чужие ладони в качестве опоры, тот сумел подтянуться и оказаться сверху. Удобно всё-таки ходить с таким сильным и высоким напарником. Обычно Гердхарт работал в одиночку, лишь изредка брал с собой кого-нибудь, да и те шли за ним из-за денег. Идиоты, что продадут тебя, если поймут, где будет выше выгода. Подойдя к двери, он постарался открыть её. Заперта. И это логично. Из-за всех этих снегов дело обстояло совсем неудобно, обычно в такой час все люди работают, занимаются своими делами, изредка остаются дети на попечение какой-нибудь няньки, но сейчас вряд ли получится войти в пустой дом. Прислушавшись, парень убедился в том, что за дверью никого нет и принялся взламывать. Замок простой, незамысловатый. Быстро с ним разобравшись, он нырнул внутрь. Тёмная комната. Больше используется как склад, нежели место, где живут люди. Из этого следует, что всё необходимое, скорее всего, снизу. А вот там уже слышались голоса. Женский и детские. Беда. Внутренне негодуя, Гердхарт посильнее сжал руку в кулак и подошёл к лестнице. Никого не было. В таком деле лучше действовать быстро и тихо. Нужно забрать хоть что-то, пока есть момент.  Спускаясь вниз и прислушиваясь к любым звукам, он ступил на первый этаж. Осталось пробраться на кухню. Женщина и дети в соседней комнате. Тут нет дверей, что очень и очень плохо. Любая ошибка может стать роковой. «Соберись, Гердхарт. Много раз уже так делал!» И внезапно входная дверь скрипнула, заставив его вздрогнуть и моментально броситься обратно к лестнице. Если его заметят, то быть большой беде. До этих фуражек новости дойдут или до Бассо, а тогда у них сократится круг, где надо их разыскивать. Они уже почти подошли к границе севера и центра. Будет крайне хреново, если они пошлют сюда огромные силы. Но… Неизбежного не случилось. По какой-то неведомой причине сюда никто не вошёл, но зато послышались чужие голоса. — Мистер! Прошу прощения за беспокойство. — это был Эйрим. — Ох, офицер. Что-то видок у вас совсем печальный… — Это… Слишком много работы навалилось в последнее время. Даже ночевать дома не получается.  — Понимаю вас. С этим снегом никто не может нормально выспаться. А он всё падает и падает. Если не чистить, совсем всё заметёт. Не выберешься в магазины, а кушать-то что-то надо. — Кстати об этом. Нет ли у вас что-нибудь перекусить? Мой дом очень далеко, а в ближайших магазинах не пробиться через очереди. У Гердхарта глаза на лоб полезли. Он прямо сейчас поступился своим аристократическим происхождением, чтобы просить еды у обычных горожан? Да в это тяжело поверить! Или ему настолько претит мысль, что придётся воровать? Да и не важны все эти причины. Всё равно не верил, что эти люди поделятся. Им и самим надо что-нибудь кушать. А делиться с каждым встречным… — Вижу, вы добропорядочный офицер. Конечно поделимся! Можем предложить пару булочек. Они вкусные и сытные. Пройдёмте со мной. — Лишь с вашего позволения. Как-то получилось. Гердхарт не мог поверить в услышанное, но ему оставалось лишь поспешно подняться по лестнице обратно, затем выйти на балкон, закрыть за собой дверь, а после… Выдохнуть. Странно. Очень странно. И как такой человек согласился на добрый акт в такое время? Обычно каждый думает о своей шкуре, ну или о шкуре своих родных, а тут совершенно незнакомый молодой человек в униформе… Почему же ему не везло постоянно натыкаться на всяких ублюдков? Каждый считал своей честью попробовать надуть его. Бассо в том же числе. Он знал, что придёт время, когда этот жирный мудак предаст, ну или подставит, но это случилось слишком в неудобное время. Стоило предугадать этот момент. И сейчас ему приходится наблюдать картину, как случается какое-то самое настоящее чудо. Если с ними и правда поделятся едой, то это… То это не реальность какая-то, а сказка. Сама мысль об этом в некотором роде ужасала. Да и Гердхарту не хотелось верить в то, что он оказался неправ. Он же всю жизнь занимался этим! Занимался выживанием на улицах, потому… Поверить в такую бескорыстность тяжело… — Эй, ты долго там будешь сидеть? — окликнул его знакомый голос. Блондин взглянул на невольного напарника. Стоит с пакетиком, в коем красовались тёпленькие булочки. Уже уплетает за обе щёки. Довольный такой, улыбка только гадкая, такая… Такая вот ехидная. — А ты чего так лыбишься? Думаешь, победил? Да тебе просто повезло! — блондин спрыгнул вниз и чуть ли не навернулся. Устал он за это время лазать по всем этим местам, да и ещё голодным. — Просто попробовал другой способ. А чего ты так злишься? Не будешь? — Эйрим усмехнулся. Простояв перед ним некоторое время, парень всё-таки с крайне недовольным видом начал жрать эти булки. И правда вкусные. Мягкие ещё, почти с пылу с жару.

***

Подкрепившись, двое беглецов двинулись дальше по городу. Ситуация в Лондоне, мягко говоря, не очень. Все эти дни мело как в последний раз и это совсем не сравнится с тем, что было раньше. За все годы таких снегов не было в помине. Они словно оказались на каком-нибудь севере… В горах, к примеру. Примерно такие же климатические условия. Столько дров и угля не использовалось никогда. А топиться надо было почти постоянно, если не хотелось проснуться в полностью холодном доме. И каждый день люди вставали, чтобы расправляться со снегом. Благо, двое «офицеров» использовали это в собственных целях. Обходили людные места, шлялись по всяким сомнительным местечкам, да и в целом клянчили еду всякий раз, как появлялась возможность. Хотя со слов Эйрима: так будет лучше, чем опускаться до воровства. — Ты не перестаёшь меня удивлять, дружище! Вырос таким странным человеком! Я тебя искренне не понимаю! — громко выразился Гердхарт в очередной раз.  — Помолчи уже. — Ха-ха. Ты же злорадствовал некоторое время назад, ага? А теперь что? Получили несколько отказов. И каждый прибеднялся, мол, у него ничего нет. Я же предупреждал. — усмехнулся блондин, а затем получил подзатыльник. — Ай! Ты вообще страх потерял?! — Это ты переступил границу дозволенного. Это всё равно лучше, чем бесстыдно воровать. — Лгать лучше, чем воровать? — Во всяком случае. Они остановились перед кое-чем неприятным. Прямо на границе севера и центра обнаружилась группа офицеров. Вроде как не из их участка, судя по тому, насколько те были объёмными и округлыми. Эталонные офицеры полиции, что едва ли смогут угнаться за хоть каким-нибудь преступником. — Ну что? Готов? Нам прямо туда. — показал пальцем Гердхарт и слабо усмехнулся. — Я… Знаю.