Западный чародей

      Почти две недели мы каждый день ходили в библиотеку, и я заметил, что Нарука иногда начинает тупить при чтении свитков. Как будто ее что-то включает время от времени. На уроках это тоже было, но там еще накладывался монотонный голос Умино, от которого не только мою лисичку клонило в сон. Тут же было какое-то воздействие, так что с помощью доминации и магии я решил проникнуть ей в голову и поискать закладки. Не факт, что они там есть, но проверить мне несложно, заодно можно и на лиса посмотреть. Я уже давно хотел глянуть хотя бы на печать, которая его удерживает. Дождавшись, когда Нарука в очередной раз останется ночевать у меня что стало происходить все чаще, я укрепил ее сон магией и проник ей в голову. Оказался я в туннелях, через которые проходили трубы, а на полу были небольшие лужи. Это отличается от того, что было показано в оригинале, хотя, с тем сколько я гоняю Наруку в контроле, ничего удивительного. Вода на полу — это чакра, которую Нарука не способна обуздать, и, судя по ее количеству, ее контроль скоро станет идеальным. Конечно, если она начнет больше взаимодействовать с лисом и пользоваться его силой, то это сильно ударит по контролю, но ничего, тренировки со временем все покроют. Начав гулять по этому лабиринту, я задумался, а как вообще тут найти закладки, но стоило мне об этом подумать, как за поворотом сразу обнаружилась комната с ними. Видимо, их поставили еще при рождении, так что они сидели очень глубоко. Оторвать их с ходу не получится, но можно как минимум их ослабить и со временем свести их влияние на нет. Всего тут было четыре закладки: на верность Конохе, для снижения интеллектуальных способностей и уменьшения критического мышления, для осложнения контроля чакры и для облегчения будущих проникновений. Три первых я просто ослабил, а четвертую переделал, что было довольно просто, эти закладки были невероятно примитивны. Хотя кто вообще полезет их искать? Теперь четвертая закладка работала как своего рода щит, пропускает она только меня, а остальных, наоборот, будет отбрасывать при попытке залезть ей в голову. Конечно, от большей части гендзюцу ее это не спасет, но вот от прямого проникновения в сознание вполне. Так как эта закладка не влияет на сознание, то и убирать ее я буду последней, если вообще буду.       Когда с основной задачей было покончено, я стал изучать печать. Она как раз олицетворялась трубами, торчащими отовсюду. Было интересно посмотреть на их структуру, так как они запирали лиса довольно хитрым способом. Если тот попробует бежать, то попадет в четырехмерный лабиринт, из которого не будет выхода, при этом по печати течет его собственная сила. Это не позволяет ему просто разрушить печать, но со временем из-за этого печать придет в негодность. Дело в том, что чакра лиса своего рода ядовита или, точнее, имеет свойства все растворять, как кислота. Это не происходит мгновенно, и человек к этому может адаптироваться, но вот печать вряд ли. Идя по коридорам, я нашел каменную дверь, которую не смог открыть, судя по всему, там что-то очень древнее. Возможно, воспоминания прошлых жизней, а может какое наследие, все же в этом мире есть духовные искусства, которые вроде как работают посредством духовной энергии. Поэтому тут нередко можно пробудить талант и обрести особую силу, сразу же понять, как она работает. По крайней мере, исходя из записей корня, у клана Сенджу такое было. Если кто-то пробуждал стихию дерева, то у него сразу же появлялись базовые понятия о том, как ей пользоваться. Конечно, после Хаширамы знаменитых пользователей стихии дерева не было, так как на его фоне все выглядели посредственно. До того как клан вымер, у них было даже несколько джонинов, которые тем не менее погибли во время мировых войн шиноби, так и не раскрыв полный потенциал своей силы. Идя дальше, я увидел еще одну дверь, и за ней был сон Наруки, который она сейчас видела. Это была психоделическая картина о том, как мы с ней плавали в огромной тарелке рамена вместе с его ингредиентами, у которых были лица. В начале я уже думал уйти, но интуиция взвыла о том, что мне нужно прихватить ее с собой. Именно так я и решил поступить, вытянув ее в подсознание. Наверное, это пространство выглядит как кошмар после такого яркого сна.       — Где я?! Что происходит? Акиро? — Осмотревшись, Нарука сразу же стала закидывать меня вопросами. — Где мистер макарошка и завитушка?       — Макарошка? Я таких тут не видел, но не беспокойся, лисичка, мы в твоем разуме. — На это она посмотрела на меня, как на идиота, но не стала ничего говорить. — Не веришь мне, ну ничего, скоро убедишься, что это правда.       — Даже если это правда, то как ты сюда попал? — Вопрос логичный, ну ничего, можно моей лисичке и больше о моих силах рассказать. — А главное, зачем ты здесь?       — Попал я сюда с помощью моих особых сил, ты же помнишь, что я умею взглядом затуманивать сознание, вот и тут так же. — На это она кивнула, принимая неплохой вариант. Тем не менее продолжала все так же требовательно смотреть мне в глаза. — Пришел же я сюда, чтобы проверить одну гипотезу. К сожалению, оправдались мои самые худшие опасения.       — Что? Какие еще опасения? — Она была немного шокирована, но тут же разозлилась, из-за чего стены вокруг затряслись. — Вообще-то ты бы мог мне сказать о своих опасениях перед тем, как лезть ко мне в голову?       — Давай так, я не был уверен, что это сработает, и у меня получится сюда проникнуть, так что и предупреждать не было смысла. Опасения же у меня появились в библиотеке. — После этого коридор перестал трястись, и Нарука посмотрела на меня вопросительно. — Ты замечала, что иногда своего рода просто выключаешься, когда занимаешься учебой?       — Ну, теперь, когда ты спрашиваешь, то и правда это постоянно происходит, но мне ведь просто скучно? Разве нет? — Тут она стала, видимо, анализировать новую информацию и, видимо, разделять, когда ей было скучно, а когда она заснула непонятно почему. — Это… Как там его… Гипноз, гендзюцу, как у Учих!       — Почти. Это ментальные закладки, кто и когда их поставил, я не знаю, но выглядят они так, будто уже давно здесь находятся. Пойдем покажу, мне удалось их найти, и, кажется, даже ослабить, но отрывать их я пока боюсь. — Мы прошли по коридорам, которые сами строились к комнате, исписанной фуин. Когда я был тут один, то видел их как несколько листов, где были четко написаны функции закладок. В принципе, изменением этой информации я и занимался, ослабляя закладки. Сейчас же это были стены, исписанные движущимися символами, так их воспринимает Нарука. — Как видишь, тут все сложно, но вроде бы сам факт того, что ты о них знаешь, должен как-то помочь. Да и моя сила может их немного подкосить, но действовать нужно аккуратно, дядя как-то говорил, что мозгоклюи самые страшные враги, так как если не убьют, то обрекут на участь хуже смерти.       — Мозго…кто? Ладно, неважно, ты хоть что-то понимаешь? — Посмотрев на нее, я подумал и, взяв ее за руку, решил поделиться своим восприятием. Сразу же все надписи сошлись в четырех листах, висевших на стене. — Ты это так видишь? Понятно, почему ты смог хоть что-то понять.       — Как видишь, кто-то решил сделать тебя глупой и послушной, а еще оставил себе возможность заходить, когда он хочет, но я ее уже переделал, так что войти сюда смогу разве, что я. — Она внимательно вчиталась во все листы, после чего нас снова затрясло, а бумага порвалась по краям. Видимо, это только что факт осознания того, как на нее повлияли, еще сильнее ослабил закладки. На всякий случай стоит ее предупредить. — Только не срывай, лучше делать все аккуратно и постепенно, тогда можно будет обойтись без последствий. Пойдем лучше куда-нибудь еще.       — Хорошо, но куда? Если мы в моем подсознании, то я должна тут быть главной, так? — Я кивнул, тут нечего скрывать, даже наоборот хорошо, если она научится управлять этим пространством и в будущем изменит его внешний вид. Все же иметь практически канализацию в голове — это так себе. Мы переместились к гигантской клетке, за которой пузырилась оранжевая чакра. — Что это?       — Кто посмел меня потревожить! — Пузырящееся облако пробасило злобным, немного металлическим голосом, после чего увеличилось в размерах, да так, что мы на его фоне стали букашками. — Что, моему очередному тюремщику понадобилась сила?       — Не бойся, лисенок, страх застилает глаза. — Покрепче перехватив ее руку, я окутал нас кровавым туманом с прожилками из тьмы, по сути, я дал ей кровавую чакру и сбросил с нее наваждение. Сразу же пузырящаяся фигура уменьшилась и превратилась во все еще огромного девятихвостого лиса. И вот мы стояли, смотрели на лиса, он стоял, смотрел на нас, как говорится, искра, буря, матюки. Лис стал оскорблять нас, причем очень профессионально, я даже на секунду заслушался. Нарука же попыталась ему ответить, но я ее сразу же остановил. — Не нужно так выражаться. Во-первых, достойные дамы так не говорят, по крайней мере без веской причины, а во-вторых, вспомни историю Конохи. Этот лис уже три или четыре, если считать жену первого хокаге за двоих, поколения сидит взаперти. И подумай, как с ним могли до этого общаться?       — Но как же так? Это неправильно, нужно его выпустить! — Нарука — добрая девочка, сразу же бросилась спасать несчастного. Мне, конечно, удалось ее удержать, но она была малость недовольна этим. Сам же лис был в шоке, если не сказать иначе. На его морде прямо было написано, что он не верит в реальность происходящего. — Почему ты меня останавливаешь? Его нужно освободить немедленно!       — Это может быть опасно для тебя в первую очередь! Сама подумай, помнишь, на одной из тренировок ты не справилась с потоком чакры, и после у тебя болела рука? А теперь подумай, что с тобой будет, когда через твое тело пройдет такой объем энергии? Ты, скорее всего, умрешь! — Нарука замерла на месте и задумалась на пару секунд, видимо, прикидывая, как можно это обойти. Конечно, ничего дельного ей, скорее всего, в голову не придет просто в силу возраста, она пока слишком мало знает, но хорошо хоть не крикнула, что все равно выпустит лиса, и не начала отдирать печать. — Тем более, если его выпустить сейчас, то лис попытается разрушить Коноху, на что имеет полное право, конечно, но это не отменяет множества жертв. Тем более его, скорее всего, снова поймают и запечатают в кого-то менее доброго, чем ты! Скажи, лис, я в чем-то ошибаюсь?       — В твоих словах есть доля правды, мальчик, хотя я бы поспорил с тем, что меня смогут запечатать. Ты говоришь об этом так, будто это невероятно просто. — Лис помедлил и говорил как-то заторможенно, видимо, еще не веря в то, что при первой встрече его не назвали демоном, а наоборот, пожалели и хотели помочь. — И да, если прямо сейчас сорвать печать, то такая малютка сразу же умрет.       — Ну вот, видишь, лисенок, пока что тебе не следует трогать печать. Думаю, для начала нужно сходить в библиотеку и разузнать побольше обо всем этом. Так же я думаю, нам стоит изучить фуиндзюцу, лишним это не будет. — Я помолчал пару секунд и почувствовал, что час, на который было рассчитано заклинание, уже заканчивается, и мне пора идти. Можно, конечно, выйти и зайти снова, но думаю, этим двоим стоит поговорить в более приватной обстановке. — Ладно, лисенок, мне пора, силы, которые меня тут держат, на исходе.       — Что, но как так? С тобой все будет хорошо? — Нарука мгновенно оказалась возле меня, смотря мне в глаза с каким-то страхом? Кажется, она не так меня поняла.       — Нет, я просто больше не могу сидеть у тебя в голове. Для первого раза я тут провел приличное количество времени. — Нарука успокоилась и обняла меня, после чего отскочила, покраснев. То есть она что-то себе напридумывала, испугалась и… ай, ладно, даже не хочу знать. — Если у меня выйдет, то я как бы не до конца уйду, оставив нить, и смогу по ней слышать все, что тут происходит.       Выйдя в реальный мир, я слегка изменил заклинание и стал со стороны наблюдать за происходящим в подсознании моего лисенка. Там же был допрос лиса, и, что удивительно, он отвечал, конечно, не на все и довольно кратко, но все же. Он же сразу заметил мое возвращение, о чем сказал Наруке, оказывается, его даже немного пугает моя сила. Он назвал ее проклятой кровью, но отказался пока говорить подробнее. Нужно будет расспросить его об этом, когда мы поладим. Полночи они говорили и изливали друг другу душу, лис неохотно рассказывал о своем прошлом и прошлом его братьев. Без подробностей о своем появлении, но делился разными историями из прошлого. После чего Нарука просто заснула у себя в подсознании, мне даже пришлось ее оттуда отправить обратно в сон. Когда я там вновь появился, то лис взирал на меня, как на врага народа.       — Кто ты? — Он смотрел четко на меня, но не пытался давить своим размером и силой. — Ты явно не так прост, как хочешь казаться?       — Возможно, но какая разница? Сейчас моя главная забота — это счастье вот этой малютки. — Я кивнул на Наруку, лежащую у меня на руках. — Думаю, и с тобой мы неплохо поладим, так как твоя сила мне хоть и интересна, но не нужна. Ее же позицию ты и так должен был понять, она уже видит в тебе друга, так что ты не сможешь отвертеться.       — Возможно, и поладим. Она первый носитель за много лет, кто относится искренне, хочет мне помочь, такое я ощущаю. А вот от тебя я чувствую лишь тьму и жажду крови, но какую-то странную, но знакомую. — Он прикрыл глаза, видимо, что-то вспоминая. — Ладно, на сегодня нам точно хватит разговоров, я не стану пока говорить свое мнение о тебе ни ей, ни тебе самому, но буду следить за тобой. Я ведь чувствую, ты довольно странное существо.       — Я тоже не буду пока никому рассказывать, что ты, оказывается, тот еще добряк. — Я ухмыльнулся, а лис цокнул прямо как какой-то Учиха. — Я расскажу ей все или большую часть со временем, но пока еще слишком рано, она еще слишком мала для всей правды обо мне или о тебе.       На это лис ничего не ответил, просто сложил под себя лапы и прикрыл глаза, как бы уснув. Я же отнес Наруку обратно в ее сон, положив на спиральку нарутомаки, после чего покинул ее подсознание. Понятное дело, что этой ночью я не стал идти на охоту, а просто лежал и думал, а зачем все это было сделано? В том смысле, что зачем я нашел Наруку и вытащил ее из сна, зачем мы стали говорить с лисом и после даже подружились? Все это было сделано по зову интуиции, но с каких пор она у меня такая мощная? Подвергнув себя некоторому самоанализу, я понял одну забавную вещь. Во всей Конохе больше всего я выпил крови именно из моей лисички, понемногу раз в два дня, и между нами образовались своего рода узы, так как кровь Узумаки своей жизненной энергией очень даже напоминает вампиров. Не в том плане, что они местные вампиры, а по качеству и насыщенности, что и играет роль в создании уз. Именно эти узы и толкнули меня сделать что-то такое для нее, когда я оказался в ее подсознании, где наша связь усилилась. В принципе, эти узы можно легко разорвать, но я не вижу в этом смысла, так как в ближайшем будущем это может сыграть мне на руку, например, если я дам ей своей крови. В таком случае она не просто станет моим гулем, а превратится в нечто большее, возможно, даже в своего рода дампира или мою собственную версию дракулины с ослабленным вариантом моих сил. Да и не хочется мне их убирать, хоть я и полностью контролирую себя, но если когда-то слечу с катушек, то эти узы могут выступить якорем. Шанс этого небольшой, но достаточно далекий от нуля, особенно с учетом патриархов, сидящих в механизме. В таких мыслях и планах я провел всю ночь, заснув на пару часов перед рассветом. Утром же Нарука на меня довольно странно смотрела и, видимо, пыталась понять, был ли это сон или нет. Лис тоже, видимо, не проявлял никакой активности, но в какой-то момент она вздрогнула и зависла на пару минут. Видимо, убедившись в правдивости ночных приключений, она решила уточнить у меня пару вопросов.       — Все, что произошло ночью, — это правда? В смысле, не сон? — Она смотрела на меня с такой надеждой, что мне даже захотелось пошутить в стиле: «О чем ты? Ничего не было», но совесть не дала. Видимо, борясь с желанием пошутить, я молчал слишком долго, так что она продолжила. — Ты же меня не боишься теперь, когда оказалось, что я джинчурики?       — Нет, конечно, я и до этого знал, кто ты. — Она очень удивленно на меня посмотрела, а я только улыбнулся. — Ты забыла, я немного, но сенсор, и ты в моем восприятии сияешь, как самая яркая звезда. Я всегда буду на твоей стороне и никогда не причиню тебе вреда.       — Спасибо… — От моих слов она как-то разом вся покраснела и отвернулась, неужели у меня получилось ее смутить? О, как хорошо, подобное показывает, что я для нее очень важен. — Ладно, давай завтракать, я зверски голодна! Кстати говоря, насчет твоих способностей, пообещай, что мы проведем своего рода ревз… ревизию твоих сил! А то как-то их у тебя очень много, и мне что-то кажется, ты еще часть от меня прячешь.       — Хорошо, проведем ревизию моих сил, самому даже интересно все попробовать и составить список, но не всех. Есть пара особых граней моих сил, которые я пока бы хотел оставить при себе. — На это она что-то хотела сказать, но я не дал ей, продолжив. — Боюсь, сейчас ты можешь их сильно испугаться, так как даже мне становится страшно, когда я осознаю их возможности, и еще они немного мерзкие, так что пока не стоит.       — Ладно, хорошо, но когда-нибудь ты все мне покажешь! — Она максимально грозно посмотрела мне в глаза. Настолько, что я даже захотел ее чмокнуть в щеку, что и сделал.       — Обещаю. — После этого мы не слишком спокойно сели завтракать, Нарука покраснела как рак. Пока она ела, то несколько раз зависала, не донеся палочки до рта или в других не очень удобных позах. — Ты так зависаешь, потому что я накосячил с закладками или потому что общаешься с лисом?       — Потому что общаюсь, а что, это заметно? — На это я кивнул, так как не заметить эти откровенные застывания просто невозможно. — С этим что-то нужно будет сделать, есть идеи?       — Можно просто тренироваться, чтобы отвечать ему, не зависая, можно распараллеливать сознания, а можешь спросить у лиса. Думаю, и у него будет пара вариантов, как биджу может общаться со своим джинчурики. — На это она зависла и покивала, после снова зависла и отвисла и так еще несколько раз. — Еще нужно будет как-то организовать общение между нами, а то мне тоже интересно, что вы там обсуждаете. Может, лис и об этом что-то знает?       — Как еще и с тобой поддерживать связь, она не знает, но вот со мной и правда может, но для этого нужно будет тренироваться и еще немного сковырнуть печать. — Мне показалось или Нарука только что сказала: «она не знает»! Кажется, что-то этакое отразилось на моем лице, что моя лисичка, зависнув, улыбнулась. — Да, тебе не послышалось, девятихвостый лис — это она, то есть лисица. Она сказала, что, когда жила отдельно от людей, то собственный пол ее как-то и не заботил, но все ее сосуды были женщинами. Под их влиянием она как-то и изменилась.       — Да уж, ну и новость, хотя это в некоторой степени логично. Даже некоторые вещи объясняет по-своему, конечно, но объясняет. — После этого потянулись и остальные дни каникул, на которых мы в основном занимались медитацией, пытаясь наладить общение между Нарукой и Лисицей. Свое имя она пока отказалась называть, мол, мы не заслужили, но как-то обзывать ее Кьюби или демоном-лисом мы не хотели, поэтому просто Лиса.       В предпоследний день каникул мы наконец добились успехов и смогли дать Лисе возможность видеть и слышать, что происходит вокруг Наруки. Чтобы показать ей, что жители Конохи все еще твари, которых можно будет и прибить, мы подошли к продуктовой лавке. Там нас, конечно, послали, обматерили не так красиво, как Лисица, но портовым грузчикам было бы чему поучиться, а после еще и пригрозили физической расправой. В общем-то, ничего необычного и почти привычный для нас с Нарукой спич. Обычно я на первой фразе использую доминацию, и мы спокойно покупаем продукты, либо же изначально приходим под хенге. В этот же раз произошло что-то неожиданное: пока продавец заходил на второй круг своей речи, мы увидели, как ему в лицо прилетела чья-то нога. Зеленый вихрь захватил его и, несколько раз подбросив, отправил вглубь лавки, а перед нами в позе крутого парня предстал Майто Гай.       — Я чувствую тут несправедливость! Пока я жив, такого в Конохе быть не должно! — Он проговорил свою речь, а после обернулся на нас. — Запомните, дети, если вас будут обижать, то вы всегда можете обратиться ко мне!       После этого он просто сбежал по своим делам. Я же рассказал, кто это был. Якобы дядя рассказывал мне про одного из сильнейших шиноби Конохи, зеленого зверя Майто Гая. От такого представления ей стало жутко интересно, и она отправилась вслед за ним. Преследовали мы его долго, да так, что чуть не потеряли, благо у него достаточно особенная жизненная сила, так что по ее следу мы добрались до одного из полигонов. Тут, притаившись в кустах, стали следить за тем, как он тренировал какого-то парня, похожего на него. Они если и были родственниками, то не прямыми, что-то вроде дяди и племянника или типа того. Понаблюдав пять минут, как парень таскает довольно большое бревно, при этом выполняя приседания, Нарука заметила, что наши тренировки — это легкая разминка по сравнению с этим. Я был с ней полностью согласен, так как даже в корне тренировки были куда проще, по крайней мере никто не заставлял тебя таскать огромные камни и не привязывал их к твоему телу. Пока мы перешептывались, нас заметил Майто и в приказном порядке сказал выйти шпионам. Делать было нечего, так что мы вышли и сразу же попросились в ученики к великому зеленому зверю. Лично меня в первую очередь интересовал слив боя, так как физически я и так силен, да еще и могу усилиться дисциплиной. Майто посмотрел на нас, покивал и сказал, что нас ждет испытание, и если мы с ним справимся, то тогда он займется нами. Испытание было довольно странным: нужно было пробежать два круга вокруг Конохи, забраться на скалу Хокаге, не используя чакру, и после сделать сто отжиманий, сто приседаний и сто пресса! Для простого ребенка это невозможно, для ученика академии это очень сложно, но не для нас. У нас обоих выносливости хватает и для вдвое большего, а конкретно сейчас у нас еще и мотивация была, так что мы побежали вместе с Роком Ли. Он, кстати, оказался хорошим парнем, довольно дружелюбным и главное, он был за то, чтобы мы присоединились к тренировкам.       На протяжении обоих кругов мы не отставали от Майто Гая, который тащил на спине огромное бревно, привязанное толстыми цепями. С подъемом на скалу были проблемы, так как мы попросту не были скалолазами и не совсем понимали, за что можно цепляться, а за что нет. К счастью, Рок Ли пошел первым, показывая нам путь, так что и с этим мы справились, тем более Майто запретил использовать чакру для того, чтобы липнуть к стене, но не для собственного усиления и снятия боли в мышцах. Последний этап с сотней подходов и вовсе не вызвал затруднений, так что, справившись, мы ожидали вердикта. И он был положительный, так что Майто пообещал нас тренировать, когда у него будет время. И первую же тренировку назначил на следующий день. Начали мы, конечно, с разминки, пробежки с небольшими бревнами вокруг Конохи и после опять по сотне на все. В этот раз нам запретили как-либо использовать чакру, а лучше всего и вовсе остановить ее движения. Это было странно, но в принципе возможно для нас. Как оказалось, тело шиноби очень зависит от этой самой чакры, и во время тренировок она сильно все облегчает. Что говорить, если даже мне было сложно на них, а после того, как я увеличил нагрузку на тело, просто поместив в инвентарь огромный валун и распределив его вес по телу, то физические характеристики поползли вверх. Медленно, для таких нагрузок, но гораздо быстрее, чем за месяцы тренировок в корне. После долгого анализа оказалось, что тренировки Майто не только прокачивают тело, но и преобразуют остановленную чакру в чистую физическую энергию, грубо говоря, аналог КИ или КИ-чакры. Обычная чакра — это по 25% четырех энергий: физической или же КИ, жизненной силы, духовной энергии и силы разума, оно же пси. Это, скажем так, идеальный вариант, моя же кровавая чакра — это: по 20% физической и ментальной силы и 50% вите, так как духовная сила вампирова, она же тьма, напрямую соединена с жизненными силами, и 10% магии, которая присутствует у меня во всем. Майто же использует 50% физической силы и остальное в каких-то более или менее равных пропорциях. Сама концепция таких тренировок очень даже перспективна, так как, возможно, позволит мне укрепить тело на энергетическом уровне за счет КИ.       После целого дня тренировок мы, во-первых, были уставшими как собаки, то есть никчемными, и во-вторых, подружились с Роком Ли. После начала второго года учебы мы даже виделись с ним в академии. Там нам, правда, не дали пообщаться, все же есть какое-то дурацкое правило, что детям из разных классов нельзя общаться. Оно, кстати, очень дурацкое. Ладно с Ли мы не можем общаться, он на год нас старше, так что может сказать нам лишнего о предстоящих испытаниях, но ведь и с одногодками говорить тоже нельзя. Почему так, никто нормально не объясняет, но и ладно, шиноби мы или нет? Именно через Ли мы узнавали о предстоящих тренировках, так что даже тайного общения нам хватало. Практически сразу мы познакомили Ли с Шикамару, Чоджи и Хинатой, но им было сложно сойтись, так что вряд ли они станут друзьями в ближайшее время.       Так шло время, мы тренировались сами, тренировались с Майто Гаем, и на выходных, после короткой тренировки, случайно встретили Хинату. Она сбежала из дома, а после потерялась, как оказалось, в последнее время дома у нее творится форменный беспорядок. На ее отца давят, чтобы он сделал выбор, кого из дочерей отправить в побочную ветвь, но тот пока отбивается тем, что Ханаби, младшая сестра Хинаты, еще слишком юна и выбор надо отложить. Вообще, в побочной ветви есть одно отличие от главной: всем ее представителям ставится на лоб особая фуин-печать, которая в случае смерти запечатает или уничтожит глаза. Также любой представитель главной ветви может одним движением вызвать боль у представителя побочной ветви, и еще вроде как эта печать ограничивает развитие бьякугана или замедляет его. Когда я поглощал Сунжа Хьюгу, мне повезло, что его тело обратилось в пепел и печать не сработала, иначе она, возможно, могла бы мне помешать. Немного поговорив с Хинатой, мы решили прогуляться вместе, но так вышло, что я больше витал в своих мыслях, думая о том, как одновременно использовать кровавую чакру и Ки, так что это было время двух подруг. Проще всего было бы заполучить два источника силы, чтобы один генерировал только чакру, а второй только Ки, но в данный момент это невозможно. Постоянно переключаться между энергиями можно, но не слишком эффективно, тем более что Ки пока что подходит только для ближнего боя и с ним не будут работать техники. Вопрос был интересный и мог бы принести выгоду в будущем.       Нарука в это же время как-то умудрилась убедить Хинату поучаствовать в нескольких ее приколах: нарисовать граффити, поиздеваться над продавцами и даже в очередной раз испортить лица хокаге на скале, нарисовав им усы. Мы таким занимаемся хотя бы раз в месяц, чтобы держать людей в тонусе. Вечером же мы затащили Хинату ночевать с Нарукой, чтобы поиграть на нервах у ее отца. Хоть и не сразу, но она согласилась, так что этой ночью я смог спокойно выйти на свою охоту за Учихами. На данный момент я выпил крови и взял образцы примерно у половины шиноби Учих, так что генетическая карта их клана у меня была более чем полная. На одной ней уже можно было бы составить десятки улучшений, но все упиралось в недостаточное количество очков навыков. Поэтому мне пришлось тщательно выбирать, что себе привить. Конкретно сейчас я решил привить себе два улучшения, первое представляло собой коктейль из всего самого лучшего, что есть в Учихах. Точнее лучшее, что из них можно взять, в основном тут была доработка глаз, так у некоторых представителей великого клана была мутация с ускоренной реакции, другие лучше видели даже без активации глаз и тому подобные мелочи. Конечно же, я добавил все, что нужно для формирования в будущем мангеке версии моих глаз. Также я, наконец, решил дать им нормальное название, так как это теперь не только вампирские чувства, но уже почти полноценное додзюцу. Я долго думал, как назвать их на местный лад, долго не мог подобрать, то что мне бы нравилось в первую очередь, так что решил все упростить. Теперь я счастливый обладатель редганов, просто и понятно. Также у Учих были некоторые особенности по строению мышц и сухожилий, которые позволяли им двигаться быстрее, чем другим, немного другой мозг, который позволял им быстрее реагировать, и еще разные мелочи, что я впихнул в первое улучшение. Потратил я на это все пару сотен очков, и устанавливаться у меня все это будет месяц.       Как только гены Учих приживутся, сразу же начнется следующие улучшения, состоящие из некоторых фишек разных кланов Конохи. Так, от Нара мне досталась повышенная плотность мозга, для его более быстрой работы, от Акимичи — особое строение клеток, за счет чего они могут запасать большое количество жизненной энергии и чакры в них. Вместе с этим, для большей энергоэффективности, я изменю свои тенкецу и чакра-каналы по подобию Хьюг. Всего этих тенкецу 361 штука в организме, и именно через них выходит чакра. Все обычные шиноби, даже с хорошим контролем, могут выпускать чакру через руки, ноги или рот, и только Хьюги могут использовать для этого любую часть тела и даже отдельные тенкецу. Конечно, в первую очередь дело в тренировках, но у Хьюг есть несколько особенностей, которые им помогают. Так, их чакро-система куда лучше развита и способна держать большее давление чакры, а их тенкецу все это выдерживают и способны выпускать энергию четкими дозами. Вместе с этим их нервная система куда обширнее, и вместо одного нерва к тенкецу подведено по пять, а сами они куда плотнее. Из-за этого они вроде как должны чувствовать больше боли, но тут непонятно, возможно, в их мозгу есть какая-то защита от этого. Так же я и с этой стороны дорабатываю свои красные глаза, но не сильно, так смог доработать ту бракованную структуру, чтобы она активировалась отдельно от остального. Так мне все еще нужен Учиха с мангекё-шаринганом, чтобы совершить диаблери и получить полноценную структуру, а лучше два, и еще нужен Хьюга для полноценного режима бьякугана в моих глазах. Тогда я смогу сказать, что мое додзюцу полноценно, хотя его можно будет доработать, если провести пару экспериментов с кровью Наруки и Саске, да и Хинату туда можно будет примешать. Помимо этого, хорошо бы обзавестись третьим глазом во лбу, так как свое додзюцу я создаю именно с расчетом на него, помимо этого, оно еще и доступ к дисциплинам вампирских кланов Салюбри и Баали мне даст, а у них есть много чего интересного.       Утром я накормил обеих девочек, и мы все вместе отправились на тренировку Гая. Хинате, конечно, было непривычно, вместо отработки одних и тех же ударов нужно таскать тяжести, вместо изучения клановых техник нужно бежать марафон и под конец просто повторять один и тот же удар на дереве. В общем-то для Хинаты это был довольно новый опыт, который может быть даже пойдет ей на пользу. С разрешения Гая мы предложили Хинате иногда посещать наши тренировки, и она согласилась. Конечно, это будет довольно редко, но, возможно, поможет нашей подруге стать уверенней. Сам Гай был против, так как традиции ее клана будут мешать тренировкам, но когда мы сказали, что ей нужно познать силу юности, для того чтобы стать смелее, он сдался, дав добро. После тренировки мы взяли Ли и всей толпой отправились есть рамен в Ичираку. К сожалению, Гай-сенсей не смог к нам присоединиться, так как у него были какие-то дела с его извечным соперником, но он пожелал нам удачного вечера. По дороге мы проходили одно из сигнальных зданий, и на нем был знак, что ночью меня ждет Данзо. К счастью, до этого у меня еще была пара часов, а отчет я сдал только пару дней назад. Вечер в кафешке проходил отлично, ровно до того момента, как к нам не пришел лично Хиаши Хьюга. Он ничего не говорил и только грозно на нас зыркал, но, видимо, Хината и так все поняла. Попрощавшись со всеми, она с гордо поднятой головой пошла вслед за отцом, и это его не то чтобы поразило, но он еще раз на нас грозно посмотрел. После Хинаты мы попрощались с Роком и отправились домой, где Нарука зашла к себе, только чтобы умыться и переодеться, после чего завалилась ко мне. Это было ожидаемо, так что ночью я усилил ее сон магией и отправился на доклад к Данзо.