Ты — моя жизнь, мое дыхание, моя любовь

Каменные джунгли зажигают огни,

ночь обещает быть жаркой

Огненные реки, дым, игру в подбиты

Скромниц превращаю в дикарок

Сегодня с охотник, мой цель — это я,

В мой плен без боя сдавайся…

Артур Пирожков — Охота

      Разливая по бокалам вино, Ми-на старалась не смотреть на тех, кого обслуживала в зале вместе с остальными девушками. Одетые в короткие и эксцентричные платья, официантки улыбались гостям, а с некоторыми даже открыто флиртовали. Особенно пользовался вниманием вломившийся сюда с приличным опозданием ВИП-гость, на чьем лице красовалась золотая маска «Тигра».       Порядочно приняв на душу и куда больше обращавший внимание на самих девушек, нежели глядя на экран, где транслировались пошлые игры, длинноволосый мужчина чувствовал себя на седьмом небе от счастья, мечтая, чтобы эти развлечения никогда не заканчивались.       Все-таки как бы ни хотелось стащить ему со своего лица маску, чтобы пообщаться с официантками в неформальном формате, перехватывая на себе каждый раз строгие взгляды «Льва» и «Орла», он был вынужден снова и снова опускать вниз свою руку, едва дотягиваясь пальцами до виска и цепляясь ими за края штуковины, мешавшей открыться миру и показать всем свой истинный облик. Мужчина понятия не имел, как его отец терпел подобное неудобство, умудряясь при этом развлекаться с девушками, не снимая с лица данной конструкции. Все это было слишком непривычно для него, но расслабляющая обстановка мероприятия ему нравилась, действуя на его нервы положительно и благотворно.       Одна из девушек, хорошо знавшая этого гостя за пределами острова, посоветовала всем остальным держаться от него подальше. И услышав историю о том, как в одном из баров тот овладел однажды молодой официанткой неестественным способом, её коллеги старались не задерживаться рядом с этим «Тигром», почти сразу переходя к его пожилым напарникам в масках «Льва» и «Орла». Последний, растеряв с возрастом свой пыл, был способен теперь только на то, чтобы погладить коленку обслуживающей его девушки, и, поблагодарив за внимание, просто поцеловать её ладонь, на этом все. В остальном же мужчина старался вести себя прилично и не заходить слишком далеко, даже если сама девушка была вовсе не против его объятий.       По этой причине «Лев» казался им не таким опасным, как остальные ВИП-гости, от которых исходил дух похоти даже сквозь ткани их дорогих халатов и костюмов. Особенно в этом плане выделялся «Джаред Лето» в маске «Тигра». Один лишь флирт и прикосновения девушек его не устраивали, и, продолжая следить за разжигающими его желание играми через экран, молодой мужчина требовал от них полной и тотальной разрядки.       Не такой уродливый как остальные его коллеги, он обладал приятным тембром голоса, увлеченно беседуя о чем-то с приятелем Ильнама в маске «Льва», пока их немногословный сосед — «Бык» — следил за играми, будучи жадным до денег. Сегодня он поставил на четыреста пятьдесят шестого, с энтузиазмом наблюдая за тем, как тот поглощает дорогие деликатесы.       Убедившись, что ВИП-гости ведут себя вроде бы нормально и не безобразничают как обычно, Ин-хо слегка выдохнул, чувствуя, как с его плеч сваливается невидимая гора. И ощутив вдруг отчаянное желание наведаться в пункт управления, мужчина был вынужден ненадолго покинуть зал, бросая прощальный взгляд на экран, где промелькнула физиономия что-то жевавшего Ку-хина. Вновь приложившись к виски и возвращая пустой стакан на стол, опоздавший «Тигр» скользнул похотливым взглядом по залу, останавливаясь на одной из девушек, обладательнице четвертого размера груди. Плотоядно осклабившись, мужчина тут же поманил её к себе, предвкушая начало нового «шоу».       — Эй, ты, грудастая, а ну-ка, подойти сюда! — крикнул он блондинке, бывшей пассии Командующего, которой тот обещал когда-то должность Квадрата, но как всегда оставил все на уровне обещаний после знакомства с Кан Но-ыль. — Сколько раз бывал здесь с отцом, но ни разу тебя не видел. Не понимаю, почему господин Ведущий все время прячет от нас таких красоток!       Улыбнувшись, симпатичная работница из разряда «Кругов», изгнанная пару лет назад из постели Офицера им самим, а теперь ходившая по койкам Треугольников, тут же направилась к этому ВИП-гостю, распуская перед ним свое декольте, наклоняясь вперед и подставляя его губам свою обнаженную грудь. У Ми-ны чуть глаза не полезли на лоб от созерцания столь разнузданной картины. И продолжая следить за тем, как этот ВИП-гость заскользил руками под юбкой снизошедшей к нему девушки, отмечая про себя счастливую улыбку, озарившую лицо официантки, Ми-на впала в ещё большее замешательство.       Работница знала, что Командующий будет смотреть на зал, потому и предложила Фронтмену позволить ей тоже развлекать ВИП-гостей. Тряхнуть, так сказать, стариной, вспоминая былое ремесло эскортницы. А на деле отомстить Чхве Сон-хо, которому давным-давно было на неё наплевать. Между тем сама её инициатива пришлась Фронтмену по вкусу. И пересчитав ранее официанток, среди которых не хватало двое, он добавил в их список Ми-ну и эту работницу из разряда обслуживающего персонала.       Глядя на блондинку, Ми-на никак не могла вспомнить, где видела её ранее, — такой сильный эффект произвел на неё лакшери-макияж работницы, с которым та смотрелась совсем другим человеком. Но самой ей, похоже, нравилось, когда её ласкали в присутствии посторонних. И не готовая свыкнуться с мыслью, что сегодня ей тоже придется пережить нечто подобное, если кто-то из ВИП-гостей обратит на неё внимание, держа в руках поднос с выпивкой, Ми-на мечтала уйти в тень, чтобы никто даже не вспомнил о её существовании до конца игр.       Оставшись доволен реакцией пышногрудой блондинки на свои действия, «Тигр» велел ей подсесть к нему поближе, после чего приказав опуститься перед ним на колени, потянулся к пуговицам на своем халате, попутно расставляя ноги. Охотно исполняя его новую прихоть, работница устроилась на полу, как её и просили, перекидывая через плечо свои длинные белокурые локоны, и продолжая упираться коленями куда-то в ковер, она опустила вниз свою голову, которая почти сразу же оказалась между бедрами этого мужчины.       Подойдя к ней сзади с расстегнутой ширинкой на брюках, второй ВИП-гость в маске «Буйвола» задрал ей юбку, и, продолжая удерживать блондинку в таком положении, пока та «работала» ртом над мужским еством «Тигра», он подтянул её к себе, тут же пристраиваясь к обнаженным ягодицам девушки. При этом сопровождая свои движения такими непристойными выражениями, что будучи не на шутку шокирована увиденным, Ми-на едва не выронила из рук поднос, наблюдая за групповухой в режиме реального времени.       Отдаваясь этому типу, блондинка так громко стонала в ответ, что испытывая желание тоже снять возникшее против его воли напряжение, один из ВИП-гостей стремительно покинул зал, направляясь в уборную. Рассеянно следя за «работой» девушки, когда та вновь решила уделить внимание его поникшему «корнишону», «Тигр» перевел взгляд на экран, и, задержавшись подольше на Али, который трогал в это время зубами банан, мужчина заново возбудился, чувствуя, как его увядший «огурец» опять пошел в рост.       Эта игра произвела на ВИП-гостя такое сильное впечатление, что слегка поднатужившись, он шумно кончил под кадр с пакистанцем, изливаясь в рот понравившейся ему блондинки и почти сразу же передавая «эстафету» своему другу в маске «Орла». Ещё никогда игры не доставляли ему такого удовольствия как в этот раз, когда происходящее в ВИП-зале почти совпадало с тем, что творилось сейчас в игровых зонах.            Все завершилось тем, что по очереди взяв эту девушку сзади, хорошенько растянув вдобавок её сексуальный рот, мужчины оставили в покое блондинку, когда их желания наконец были полностью удовлетворены, вновь возвращаясь к выпивке и просмотру игр, наполненных в этом сезоне элементами эротики.       В следующий момент на экране промелькнула фигура Хен-джу, рьяно скакавшей на почти неживом Дэ-хо, чтобы лопнуть зажатый между их телами воздушный шар. И не совсем понимая, чем конкретно занималась там данная пара, пригубив ещё стаканчик виски, возбужденный «Тигр» вновь прошелся похотливым взором по помещению, ища для себя очередную «жертву».       Возвращаясь в зал, Ин-хо уловил чей-то громкий хохот. ВИП-гости сегодня довольно весело проводили время, что было ему только на руку. По крайней мере, если бы они сидели с каменным выражением лица на протяжении всех игр, для него это было бы плохим знаком.       Расхаживая обычно по коридорам так, что его шаги были слышны за километр, в этот раз Хван решил изменить собственным принципам. И стремясь появиться в ВИП-зале незаметно для самих ВИП-персон, чтобы понаблюдать за обстановкой, не привлекая к себе излишнего внимания, мужчина сбавил темп ходьбы, намеренно делая свои шаги приглушенными.       Атмосфера сегодняшнего вечера будет скандальной. Так решил он, приняв по этому поводу кое-какие меры. Вылетая на остров, ВИП-гости хотели чего-то спокойного, печального и унылого, но так не будет. Эту игру они запомнят надолго!       Отсутствие Фронтмена окончательно развязало руки мужчинам, и, наблюдая за тем, как молодые ВИП-гости без зазрения совести мучают девушек, особенно доставалось бывшей «подстилке» Командующего, с которой эти люди обращались похуже, чем с вшивой проституткой в каком-то борделе, Хван поспешил сменить свою тактику, давая о себе знать раньше времени.       Если ранее гости и занимались чем-то подобным, то делали это хотя бы в стороне и не выставляя напоказ свои «причиндалы», на которые ещё не каждому захочется посмотреть. Теперь же уровень их разнузданности дошел до того, что окончательно распоясавшись, мужчины больше не стеснялись предаваться разврату на всеобщее обозрение, игнорируя присутствие самого Распорядителя игр. Обратив наконец внимание, что в зале они давно были не одни, а под присмотром человека в серой мантии и черной рельефной маске на лице, слегка присмирев, «Тигр» переглянулся с «Быком», спуская официанток с колен и застегивая свои брюки. Ин-хо лишь небрежно отмахнулся в ответ, проходя к своему месту за стойкой.       — Продолжайте в том же духе и не обращайте на меня внимания, — равнодушно бросил он, останавливая свой пламенный взор на приунывшей Кан Ми-не.        Прижимая к груди небольшой поднос с выпивкой, девушка ненадолго остановилась в центре зала, и, обменявшись с другими официантками своим впечатлением о вышедшем сегодня за рамки пристойности поведении гостей, она неторопливо устремилась дальше, когда путь ей преградил Фронтмен, быстро сокращая дистанцию. Едва не врезавшись в него, Ми-на стала как вкопанная, не в состоянии привыкнуть к этому человеку, когда он появлялся перед ней в своем пугающем образе.        Едва удерживаясь от соблазна задеть ладонью её плечо, либо коснуться рукой её локонов, что, конечно же, не осталось бы без внимания ВИП-гостей, никогда не сдерживающих своих сальных комментариев в таких случаях, Ин-хо сделал ей знак остановиться. Прикидываясь дурочкой, Ми-на попросила мужчину пропустить её вперед, чтобы разлить гостям спиртное. Казалось, она искренне не понимала, как он вообще посмел к ней подойти после того, как стянув с неё накануне трусики, позже спрятал этот аксессуар в карман своего плаща. Но если бы все дело было только в этом…       — Не стесняйся, здесь все свои, — еле слышно проронил Ин-хо, словно давая ей понять, что ничего страшного с ней не случится, если она будет вести себя подобающим образом, не обращая внимания на пошлое поведение придурковатых ВИП-гостей.       Проигнорировав его замечание, Ми-на ненадолго прикрыла глаза, еле слышно вздыхая. Тот вечер игр до вмешательства Джун-хо был наполнен страстью для обоих, чьи подробности уже начали стираться с её памяти, пусть тело в целом продолжало хранить воспоминания о пережитых накануне ощущениях. Потому опасаясь, как бы Хван вновь не перешел черту, она была вынуждена принять некоторые меры, стараясь держаться так, чтобы он не смог её больше коснуться.       — Что вам нужно от меня? — посмотрела на него с укоризной Кан Ми-на, поджимая слегка свои подкрашенные губы. — Почему вы не можете оставить меня в покое хотя бы в этот день?       — Я пришел, чтобы напомнить тебе о нашем былом уговоре, — коротко бросил Ин-хо, не ожидавший от неё такой бурной реакции на свою вполне невинную просьбу.       — Какой ещё уговор? Вы спятили? Отстаньте от меня и дайте мне пройти! Я не желаю вас больше видеть! — столкнув со своего плеча его ладонь в кожаной перчатке, девушка ускорила шаг, норовя пройти дальше и избавиться от его общества, когда схватив вдруг её с обеих сторон за плечи, мужчина сжал их так, что у неё что-то хрустнуло в позвоночнике, вызывая резкую боль.       — Сегодняшнюю ночь после игры ты проведешь со мной, — напомнил ей Ин-хо об «оплате» своих услуг по избавлению её от принятия участия в играх, где корячились сейчас её бывшие коллеги. — И не вздумай увиливать.       Окинув его испепеляющим взглядом, Ми-на предприняла повторную попытку вырваться из рук мужчины, но словно заранее предугадав её дальнейшие шаги, Ин-хо первым убрал свои ладони, пропуская разъяренную девушку вперед. Быстро развернувшись, Ми-на оставила его компанию, устремляясь в сторону ВИП-гостей.       Оставшись вновь наедине с собой, Ин-хо одарил её фигуру снисходительным взглядом, акцентируя свое внимание на её упругих ягодицах, когда стремительно топая по залу на своих туфельках с высоким каблуком, невероятно взволнованная и оскорбленная до глубины души его непристойным предложением, Ми-на подвернула ногу, падая прямо на пол и роняя из рук поднос.       Оброненная ею бутылка мгновенно превратилась в груду стекла, разлетаясь по всему помещению. Выругавшись от пронзившей её ногу боли, девушка машинально схватилась за пораненное колено. Наблюдая за ней со стороны, Ин-хо лишь самодовольно улыбнулся в ответ, не спеша выдвигаться на помощь.       Придерживая одной рукой выбившиеся из-под её прически локоны, а второй — поднимая с пола пустой поднос, Ми-на вновь уставилась на Фронтмена, одаряя этого безмолвного мужчину в маске взглядом, полного негодования, когда привлеченный шумом падения очередной официантки, на ней вдруг остановил свой пламенный взгляд голодный «Тигр».       — Эй ты, в розовом, с длинными синими косичками! Тебя бы тоже не мешало приласкать! — радостно воскликнул мужчина, поправляя свою съехавшую набок золотую маску. — Все равно ведь пришла с остальными. Не оставлять же без работы и тебя…       Только сейчас обнаружив, кто именно к ней обращался, Ми-на с ужасом покосилась на Фронтмена, словно ожидая от него вмешательства в ситуацию и заступничества, но тот, уставившись на экран, продолжал по-прежнему хранить молчание, намеренно не обращая на неё никакого внимания. Не смея ослушаться приказа ВИП-гостя, Ми-на таки поднялась с пола, и, чувствуя, как в его теле разливается неуемный жар похоти при одном взгляде на эту особу в прозрачном розовом платье, «Тигр» подскочил на своем диване, закричав на весь зал:       — Кто занимается с ней любовью, тому, сука, фортануло!!!       Сунув свою ладонь в карман плаща и нащупав там её трусики, Ин-хо непроизвольно сжал кулак, не на шутку взбешенный инцидентом. Его глаза метали молнии, но будучи вынужденный и дальше сохранять спокойствие, мужчина нарочно отвернулся от этой сцены, сосредотачивая свой взгляд на мониторе с играми. Подобный расклад дел его не совсем устраивал, но и вмешиваться в ситуацию он пока не решался, застыв в ожидании необычной развязки.       Поведение Ми-ны, чье прозрачное платье делало её лакомым кусочком не только в глазах похотливых гостей, но и самого Фронтмена, как раз и имевшего доступ к телу этой девушки. В самом прямом смысле этого слова. Его вмешательство могло на многое повлиять, но разум подсказывал Ин-хо, что сейчас было не самое лучшее время для совершения очередной глупости, которая могла бы сыграть с ним злую шутку. Пусть все идет пока своим чередом. Успеет он ещё отомстить этому щенку, позарившегося на его персональную «подстилку».       Едва Кан Ми-на оказалась напротив этого ВИП-гостя, ещё раз полюбовавшись издали её точеной фигуркой, «Тигр» притянул эту девушку к себе, оценивающе скользя ладонью по ее груди и переходя позже на ягодицы. В этот момент на большой экран вновь попали кадры с участием Дэ-хо и Хен-джу, но возжелав почему-то посмотреть на другую игру, Ин-хо попросил одну из девушек подать ему пульт.       Обрадовавшись возможности исполнить просьбу их сексуального босса, тайно влюбленная в него подчиненная бросилась исполнять просьбу Хвана. И едва искомый ею пульт вновь оказался в руках Фронтмена, наклонившись слегка вперед, он поцеловал в знак благодарности её ладонь, слегка приподнимая свою маску, отчего саму Ми-ну, сидевшую на коленях у развратного ВИП-гостя, передернуло от ревности.       Проигнорировав её взгляд, Ин-хо бросился переключать камеры, и отыскав наконец ту, чей объектив был устремлен на Ки-хуна и Сан-ву, остановился на этих игроках, намеренно выбрав такую игру, где было поменьше пошлостей, потому что в ВИП-зале её сегодня хватало с лихвой.

***

      Чувствуя, что ещё немного, и он попросту лопнет, хотя на столе еще оставались десертные блюда, в числе которых было мороженое с клубникой, Ки-хун испытывал лишь одно желание: встать из-за стола и немного размяться. Утрамбовать поглощенное и продолжить обедать в том же духе. Без остановки. Правилами это не возбранялись.       Игрок мог начать есть в любом порядке, делая изредка паузы на пробежки по периметру игровой зоны. Главное, чтобы все было съедено до того, как циферблат таймера покажет ноли. Потому получив от Квадрата разрешение поступить подобным образом, Ки-хун быстро поднялся из-за стола, разминая свою спину. А дальше окончательно встряхнувшись, он прошелся пару раз по полю, вдыхая наполненный морской влагой воздух, словно это могло помочь ему справиться с оставшейся на тарелках едой.       Изначально выбрав правильную тактику, он поглотил наперед сытные блюда, а уже потом принялся за десерт. Так что поступи он наоборот, набивая в начале свое брюхо углеводами, а потом всем остальным, то не смог бы съесть в дальнейшем ни кусочка, и соответственно проиграть. Так что стараясь есть маленькими порциями и быстро пережевывая пищу, Ки-хун ушел далеко вперед, глядя на то, как у него на глазах уменьшается количество блюд на столе, а в его брюхе становится все меньше места. Чего нельзя было сказать о Сан-ву, который после восьмого по счету пригубленного бокала абсента, едва держал осанку за столом, тупо глядя куда-то перед собой и практически не реагируя на сигналы Квадрата, дававшегося ему знак выпить, едва Ки-хун заканчивал расправляться с едой.       О том, чтобы выйти из-за стола и повторить похожие движения за другом, не могло быть и речи. В противном случае Сан-ву рисковал попросту свалиться на землю и больше никогда оттуда не подняться, чтобы допить несчастный алкоголь ради продолжения игры. Что с ним вскоре и произошло. После десятого по счету бокала. В бутылке ещё оставался абсент, но опрокинуть в себя остатки этого пойла, находясь в состоянии средней степени алкогольного опьянения, мужчина уже не мог.       На вопрос обеспокоенного его здоровьем Ки-хуна Сан-ву лишь изредка кивал головой, почти не отзываясь на его голос и мало что соображая на самом деле. Упираясь обеими руками в стол, мужчина предпринял последнюю попытку немного привстать с места, но окончательно потеряв на данной почве равновесие, он попросту откинулся назад, падая спиной на очищенное от сорняков поле игровой зоны. С трудом преодолев предпоследнюю порцию десерта, Ки-хун бросился к другу, пытаясь вдохновить его на финальный подвиг и заставить допить остаток абсента на донышке бутылки. Таймер отсчитывал последние минуты и медлить больше было нельзя.       Наевшись к тому времени так, что он едва мог дышать, четыреста пятьдесят шестой расстегнул верхние пуговицы собственного фрака, специально выданного игрокам по такому случаю. Казалось ещё немого, и из него все полезет обратно. Только силой воли Ки-хуну удавалось удержать в себе все поглощенное, не делая особо резких движений. Через пару секунд раздался новый выстрел. Слегка вздрогнув, мужчина закашлялся, чуть не подавившись фруктовым мороженым.       Прямо на его глазах была ликвидирована пара Ен-сика и Али, не успевших справиться с элементарным заданием. А потом раздался громкий звук, будто что-то лопнуло в воздухе, но не имея никакого понятия о том, что именно это могло быть, повернув голову в сторону радостных Дэ-хо и Хен-чжу, Ки-хун понял, что именно эта пара и стали первыми победителями финала, заслужив свое право взять часть выигрыша себе. Осталось дождаться результатов остальных финалистов, в чьем составе находился его дуэт с Сан-ву, а уже потом заикаться о денежной сумме выигрыша.       Успех Хен-джу и Дэ-хо повлиял на Ки-хуна не самым лучшим образом, и, сосредоточив свой ненавидящий взгляд на остатках еды, которую никак не удавалось протолкнуть в себя при всем своем желании, мужчина сделал ещё один круг по периметру игровой зоны, четко осознавая, что сейчас все зависело не только от него, но и самого Сан-ву, чье состояние после такого количества употребленного абсента оставляло желать лучшего.       Они как никогда были близки к победе, но все равно не могли к ней приблизиться, рискуя оказаться в рядах «устраненных», если его самого стошнит или Сан-ву потеряет сознание, отказавшись допивать остатки абсента. Потому поставив перед собой цель любой ценой доесть десерт, (остальные блюда были давно им проглочены), Ки-хун сделал повторный круг по полю, бросая испытующий взгляд на таймер, который отсчитывал теперь не просто минуты, а уже секунды до окончания игры.        Не лучше шли дела и у пары Мин-су и Нам-гю. Потому что поддавшись в конце эмоциям и окончательно потеряв шарик в одежде Нам-гю, как сильно Мин-су не щупал его за все, к чему только прикасалась его рука, попытка найти необходимое оставалась бессмысленной. Слыша отдаленные выстрелы, Нам-гю хохотал от щекотки, не в состоянии больше сдерживать своего ненормального смеха, чем несказанно пугал Мин-су, ещё надеявшегося исправить положение.       «Помоги мне ПОМОЧЬ тебе», — всплыли в памяти Ки-хуна слова Ведущего, который играя его напарниками словно фигурками на шахматной доске, буквально прочищал ему путь к финалу, делая различные выпады, чтобы победа досталась только ему одному. Неудивительно, что этот коварный план сработал, иначе они с Сан-ву здесь бы вряд ли оказались.       Сначала Ин-хо вбил клин между ним самим и его командой, буквально отделив его от всех остальных. И Сан-ву, в том числе. Теперь он собирался его вбить в сердце самого двести восемнадцатого, предлагая тому до смерти упиться абсентом. Жаль, сам Ки-хун понял это слишком поздно, не имея возможности хоть как-то повлиять на ситуацию, где от него самого уже мало что зависело. Так что даже если бы он и рискнул попытаться помешать дальновидным планам Фронтмена, вмешиваясь в сам процесс, все обернулось бы вовсе не так, как он себе запланировал, переоценивая свои возможности и недооценивая всей серьёзности намерений Ин-хо уже по отношению к нему самому.       Между тем пьяный в стельку Сан-ву едва держался на ногах, когда сделав отчаянную попытку подняться на ноги, игрок снова потерял ориентиры, забегая на соседнюю игровую зону и врезаясь прямо в хохотавшего Нам-гю. Выскочив из-под его штанины после такого жесткого столкновения, шарик покатился по траве, пока вовсе не оказался в руках Мин-су. Подняв его позже с земли, парень показал свою находку Квадрату, чтобы тот зафиксировал результат. Что он и сделал, с чем он и справился, отмечая про себя ещё одну парочку победителей. Так что если бы не Сан-ву, для этих двоих данная игра могла бы закончиться плачевно.       Борясь с приступом тошноты и ощущая ни с чем несравнимую тяжесть в животе, Ки-хун кое-как доел десерт, и, выдохнув после этого жеста так, словно он в одиночку разгрузил тонну угля, спустя время мужчина тоже сделал знак Квадрату обратить внимание на их стол и зафиксировать пустые тарелки. Словно показывая, что он ничего не выбросил, а все съел до конца, как и было оговорено в правилах игры. Осталось дождаться подобного результата и от Сан-ву, которого подхватив под локти с обеих сторон, Треугольники снова вернули на место, усаживая мужчину за стол и устраивая по бокам его руки, чтобы он повторно не свалился на землю. Переживая за состояние друга больше, чем за свое собственное, Ки-хун бросился к нему, усиленно тормоша его за плечи.       — Не надо хором говорить, Ки-хун! Давай, по одному! Где второй? — прикрикнул на него Сан-ву, с трудом отрывая от стола свою голову; от выпитого абсента у мужчины двоилось в глазах, а язык заплетался.       Сняв с себя очки и положив их перед собой, Сан-ву принялся тереть глаза, чтобы получше развидеть происходящее, но лучше ему от этого не становилось. Встревоженный Ки-хун то приближался к нему, продолжая трясти его за плечи, то отдалялся вдаль, принимая невероятные формы. А когда тот и вовсе начал делиться на собственные копии, которые вели себя идентичным образом, нападая при этом на него самого со всеми своими претензиями одновременно, окончательно прифигев от количества окруживших его Ки-хунов, Сан-ву пребывал в двух шагах от потери сознания, напрочь забыв, где он вообще находился и чего хотел от него друг, мешавший провалиться ему в спасительное беспамятство.       — Какой второй, Сан-ву? — негодовал четыреста пятьдесят шестой, не спеша оставлять его в покое. — Не было никакого второго! Здесь только мы с тобой. Не выдумывай ерунды!       Время, между тем, утекало сквозь пальцы, отбирая у них последний шанс стать тоже победителями. Последний ход оставался за ничего не соображавшим и пьяным Сан-ву. И прекрасно понимая, чем грозил им отказ двести восемнадцатого допить абсент, заламывая руки, Ки-хун с отчаянием взирал на таймер, вырывая из своей густой шевелюры волоски. На кону стояли их жизни. Значит надо было поторопить Сан-ву и поскорее привести его в чувство. Наблюдая за этой картиной через экран, ВИП-гости потешались над ними как угорелые, никогда не видя ранее чего-то подобного в собственной жизни.       Изнуренный своими попытками достучаться до сознания Сан-ву, Ки-хуну больше не оставалось ничего другого, кроме как переступив через собственные принципы, применить по отношению к другу детства силу. И вспомнив, как его самого в свою бытность приводила в чувство жена, когда он приходил домой в похожем состоянии, ухватив двести восемнадцатого за шиворот и удерживая его за плечи, он закатил ему хорошую оплеуху, никогда ранее не поднимая на него руку. Другого способа привести Сан-ву в чувство, мужчина не знал. Он просто хотел, чтобы тот собрался с духом и допил остатки проклятого абсента, не подставляя их пару перед окончанием игры. В противном случае их обоих ожидала гибель.       — Сан-ву! Сан-ву! — тряс его как ненормальный Ки-хун, продолжая одаривать мужчину пощечинами. — Ты меня слышишь? Поднимайся, кому говорю!       Кое-как продрав свои близорукие глаза, тот посмотрел на него как на полоумного, и, посчитав почему-то, что они находятся в старшей школе на уроке пения, Сан-ву пропел в ответ следующее, устремляя в небо свой пустой взор:       — «Не шуми пехота, не пыли танкист… Где-то под забором пьяный спит связист».       Хватаясь за голову и глядя на него как тронутого умом, четыреста пятьдесят шестой едва удерживался от ругательств, зная, что Хван сейчас наблюдает за ними через экран огромного монитора. Слабину давать было нельзя. Между тем, Сан-ву отказывался его слушать и он не мог повлиять на ситуацию.       — Придется отложить опрос «свидетеля» до утра, — заключил Квадрат, делая знак стоявшему поблизости Треугольнику привести оружие в боевую готовность.       Оставив наконец Сан-ву в покое, Ки-хун внезапно бросился к столу. И в два счета забрав оттуда бутылку, он залпом залил остатки абсента другу в рот, удерживая того за челюсть как овчарку, которой надо было в срочном порядке сунуть в пасть необходимую таблетку. Немного подавившись от подобного апломба, Сан-ву закашлялся, приподнимаясь над землей. Только после этого Квадрат соизволил зафиксировать их победу, украдкой переглядываясь с опустившем вниз свою пушку Треугольником.       В теле пьяного финансиста ещё теплилась жизнь, но на замечания окружающих он больше не реагировал, давно пребывая где-то на своей «орбите». Полностью обездвиженный и дезориентированный, мужчина лежал на земле; ноги отказывались слушаться своего хозяина и он ничего не мог с этим поделать.       Не собираясь оставлять игрока на поле после оглашения результатов, Треугольники взвалили Сан-ву на плечи и потащили в общий зал. И проводив эту «делегацию» обреченным взглядом до ворот, Ки-хуна озарила удивительная догадка. Он вспомнил вечер своей отправки на игры, стоя у обочины в ожидании авто. Тогда ему по пути попалось тоже пьяное тело. Словно подсказывая, чем закончатся для него данные игры. А он ещё отказывался верить в эти знаки.       Так и не придя в себя, Сан-ву просто висел на тащивших его по территории игровой зоны стражах. Ноги игрока волочились по земле, оставляя за собой неглубокие борозды. А ведь на его месте мог вполне оказаться и Фронтмен, собираясь составить пару Ки-хуну в финале. На случай, если финансист покончил бы с собой, не выдержав очередного испытания.       К счастью, ничего подобного не произошло. И продолжая дальше находиться в ВИП-зале с гостями, Хвану больше не было необходимости облачаться в одеяние игрока под номером один. Как если бы уцелев во время восстания, «Ен-иль» просто сходил между перерывами в магазин за соджу. Возвращаясь оттуда спустя сутки, чтобы сыграть с Ки-хуном в новую игру.       Немного позже Треугольники затащили Сан-ву в общий зал и, бросив мужчину на первую попавшуюся койку, вернулись снова в коридор, заступая на пост. Так и не придя в себя, игрок умер от остановки сердца, а сумма его выигрыша была распределена между остальными победителями.