Жизнь Орионы Принц, Часть Первая

      Проснулась в холодном поту от кошмара, но не от того, что обычно, а от другого, нового и странного. Мне приснилось, что меня распределили в Пуффендуй, а Драко на Гриффиндор. Как меня бьёт почему-то Астория, а Дафна смеётся. Такие странные сны мне снились только от температуры, я быстро потрогала лоб. Фу-ух, не заболела. Было шесть утра и, разбудив Гримма, я отправилась на прогулку.       Погода была неожиданно хорошей. Гримм, пока я ехала в поезде, успел обойти весь замок и с лёгкостью показывал мне, где какие кабинеты.       Вернулась, сложила все учебники и всё, что пригодится в расширяемую сумку. Посмотрев на часы, заметила, что уже семь часов. Я засомневалась, что Пэнси соберётся меньше, чем за сорок минут, поэтому пошла её будить.       Выслушав её вопли от ведра воды, которое перевернул на неё Гримм, Пэнси побежала собираться.       В большом зале было уже много людей. Как только я села, ко мне подлетела сова и, оставив расписание на столе, улетела.       Первый урок — сдвоеное Зельеварение. Прекрасно, мой любимый урок. Дошла с помощью Гримма в нужный кабинет, но класс был ещё заперт.       «Ничего, — решила я, — подожду», — взяла учебник за второй курс.       — Ну и зачем тебе это Зельеварение? — спросил Гримм, который уменьшился и сидел у меня на плече, — то ли дело Трансфигурация!       — Мне нравится, поэтому и читаю, — дёрнула я вторым плечом и продолжила чтение.       Ровно в девять кабинет открылся и такие же нетерпиливые, как я, зашли.       В классе было холодно, но не холоднее, чем в нашей гостиной. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. Я уже была здесь пару раз, так что всё было вполне знакомым.       Села за первую парту и стала ждать. Класс быстро наполнялся, но до сих пор Гарри не было. Пришёл он в последний момент и сел на свободное место возле Уизли и Гермионы.       Дядя, ой, то есть профессор Снейп, начал занятие с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. Он остановился, дойдя до фамилии Поттер.       — О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость.       Гарри смутился, но ничего не сказал.       На моей фамилии он мне кивнул и продолжил дальше. Ну не проигнорировал, уже хорошо.       Закончив знакомство с классом, Снейп обвёл аудиторию внимательным взглядом.       — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он.       Я слушала очень внимательно, хотя его вступительную речь знала наизусть.       — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил профессор. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… Могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.       После этой короткой речи царившая в классе тишина стала абсолютной. Гермиона Грэйнджер нетерпеливо заёрзала на стуле — судя по её виду, ей не терпелось доказать, что уж её никак нельзя отнести к стаду болванов.       — Поттер! — неожиданно произнес профессор Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?       Так-так, викторианский язык цветов. Не удивил, символическое значение этих растений — горечь от потери любимого человека. Странно, зачем это говорить? Или это просто вопрос? Если вопрос, то ответ я знаю, если смешать корень асфодоля с настойкой полыни, то получится снотворное зелье такой силы, что оно получило название Глоток Живой Смерти.       Гермиона Грэйнджер явно знала ответ, её рука взметнулась в воздух.       — Я не знаю, сэр, — ответил Гарри.       На лице Снейпа появилось презрительное выражение.       Всё, Гарри, тебе кирдык, он будет заваливать тебя вопросами, пока ты не ответишь правильно. Меня он тоже так учил, но без злобной улыбки. Очень действует, если правильный характер, как у меня, которая стремится всё узнать и быть лучшей.       — Так, так… Очевидно, известность — это далеко не всё. Но давайте попробуем ещё раз, Поттер, — дядя упорно не желал замечать поднятую руку Гермионы.       — Если я попрошу Вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать?       Легкотня! В желудке козы! Но… в классе козы нет, так что лучше носить с собой.       Гермиона продолжала тянуть руку, с трудом удерживаясь от того, чтобы не вскочить с места. Мда… Мисс всезнайке не терпится ответить, а вот Гарри ответ не знал. Жалко даже.       — Я не знаю, сэр, — признался он.       — Похоже, вам и в голову не пришло почитать учебники, прежде чем приехать в школу, так ведь, Поттер?!       Профессор продолжал игнорировать дрожащую от волнения руку Гермионы.       — Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха?       Интересный вопрос с подвохом, на самом деле, это одно и то же растение, также известное как аконит.       Гермиона, не в силах больше сидеть спокойно, встала, вытягивая руку к потолку. Я только усмехнулась, я тоже хотела бы ответить, но не настолько же. Жадная к знаниям — точно про неё.       — Я не знаю, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона это точно знает, почему бы Вам не спросить её?       Послышался смех. Я оглянулась, чтобы увидеть, кто смеётся. Кроме Драко и двух его приятелей — смеявшихся было человек десять, как минимум, все смеялись над его ответом, который, почему-то, всем показался остроумным. Но, как бы там ни было, дядя его таковым не нашел. Также, как и я.       — Сядьте! — рявкнул он, на мгновение повернувшись к Гермионе. — А вы, Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком Живой Смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте то, что я сказал!       Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. Но тихий голос Снейпа перекрыл поднявшийся шум.       — А за Ваш наглый ответ, Поттер, я записываю штрафное очко Гриффиндору.       Не повезло, первый урок и уже штрафное очко. Учитель разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Я сидела с Драко, так что пришлось работать с ним.       Профессор кружил по классу, шурша своей длинной чёрной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме меня и Драко. Драко был его крестником, а я варю идеальные зелья, даже если они седьмого курса.       Дальше хуже, Невилл взорвал котёл и его тело покрылось волдырями. Не очень приятное ощущение, наверно. Потом Снейп, (так я его буду называть) обвинил в этом Гарри, который не проследил за ним, так как они работали в паре. И забрал ещё одно очко.       Когда я вышла из класса, на моё плечо привычно сел Гримм, который ждал снаружи окончания занятий.       — Это нечестно! — возмущался Гарри. — Что я сделал, чтобы он меня ненавидел?!       — Сама не знаю, но лучше не рисковать и не спрашивать. А как там у тебя с Роном? Надеюсь, он не пристаёт к тебе, как тогда, в поезде?       — Достаёт ещё больше, но говорит так, будто мы друзья. Ещё и рассказывает это направо и налево, — вздохнул Гарри.       Потом была Трансфигурация. Вступительная речь впечатлила, но уступала речи дяди Снейпа. Превратить спичку в иголку? Легко! Всё сделав, я подняла руку, чтобы показать, но профессор даже не повернулась в мою сторону. Гермиону она наградила улыбкой и баллами, а мне сухо посоветовала не красоваться и пойти помочь другим, раз я закончила. Ну ладно, Слизеринцы так легко не сдаются! Домашнее задание задала огромное, но я всё сделаю так, чтобы поставить что-то ниже превосходно она не сможет!       В таком боевом настроении пошла обедать. На обеде можно было садиться за другие столы, я подсела к Гарри, который спорил о чём-то с Гермионой.       — О, какие люди! За вашим столом тесно? Пришла к нам! Предательница! — загомонили Гриффиндорцы.       Я выбежала из-за стола и, добравшись до туалета, остановилась. Слёзы текли, и было больно, как будто сердце сжимали. Дверь скрипнула, и вошла та, кого я не ожидала увидеть — Гермиона.       — С тобой всё в порядке? — спросила она.       — Нет! — скорее прошипела, чем прошептала я.       — Всё хорошо, не волнуйся, но если хочешь поплакать одна — закрывай дверь. Вытирай слёзы и идём к Гарри, а то он уже извёлся нас ждать, — она потянула меня и… обняла! Это было очень неожиданно.       — Давай познакомимся сначала, а потом будем обниматься, — не удержалась я. — Ориона Принц.       — Ой, я Гермиона Грейнджер, давай дружить? Хотя, наверно, не захочешь, ты же чистокровная, а я… маглорождённая…       — Да, конечно, давай! — выпалила я, не дав ей закончить.       Мы вышли, и на нас налетел Гарри. Ответив на все вопросы, мы вместе пошли на Травологию. Профессор Спраут учила нас, как удобрять растения и правильно их поливать. И растения сами тянулись ко мне! Для меня это было обычным явлением, но для других было шоком. Только Профессор улыбалась мне. После были чары и, заняв места, мы начали читать учебник, чтобы знать, что можно ожидать от этого урока.       Выучив вингардиум левиосу и послушав, как Гермиона ругала Рона за неправильное произношение, нас отправили отдыхать и делать домашнее задание.       В библиотеке было немного людей и, заняв последние места, начали делать уроки. Быстро закончив, мы отправились в наши гостиные, договорившись завтра прийти пораньше.       — Ну что, теперь водимся с грязнокровками, — презрительно сказала Дафна, — и как ты только посмела сесть с Гриффиндорцами!? — она ещё дальше поливала меня помоями. Пэнси попыталась ей противостоять, но безуспешно. Миллисента только поддакивала Дафне и кривила губы.       Я очень злилась, но спокойно слушала, хладнокровность — моё всё. Видела, как Гримм, превратившись в большого Мяукюуна, готовился к прышку на неё. В конце концов она замахнулась рукой на меня. Гримм всё-таки прыгнул, повалил её и драл когтями одежду. Одежда покрылась дырками, но кожа была не исцарапанна.       Потом, как под заклятием, она подошла к своей кровати, легла и, пожелав спокойной ночи, задёрнула полог.       Миллисента испуганно посмотрела на меня, а потом гневно добавила:       — Ты ещё пожалеешь, что связалась с Дафной! Когда лежала в кровати, вспомнила про свой сон.       — А сон-то с намёком, — прошептала я. — Гримм, ты спишь?       — Неа, а что?       — Что за заклинание ты наслал на Дафну?       — Конфундус, если захочешь, могу научить тебя, это заклинание нетрудное…       Дальше ничего помню, кажется, я уснула…