Aurora Everhart

Аврора Мы шли втроём – Майк, Белла и я – и шаги звучали удивительно синхронно. Воздух здесь пах чуть влажной бумагой и маркером, а ещё тем особенным школьным запахом – смесью пыли, моющего средства и старых учебников. У двери с табличкой «Биология» Майк почти торжественно взялся за ручку двери и придержал её для нас. Внутри было не так светло: два ряда по четыре широких лабораторных парты, на каждой – микроскоп, ящик с предметными стёклами, пластиковые подносы с пинцетами и стеклянными палочками. На стенах – плакаты: «Клеточное деление», «Митоз этап за этапом», «Хлоропласт крупным планом». Эдвард уже сидел у окна, что было удивительно, потому что мы с ребятами из столовой вышли раньше. Ровная спина, локти на столе, взгляд был направлен на нас. Ну что ж, и снова здравствуйте, голодный и холодный молодой человек! И тут я увидела его – причину нашей скорой смерти: вентилятор, направленный как раз вдоль класса. От двери через середину, где уже стояла Белла, к самому окну – прямо к Эдварду. Лопасти вентилятора хорошо так вращались, а лёгкая струя прохладного воздуха тянулась точно по линии «Белла – Эдвард». «Только не это», – подумала я и шагнула вперёд, но было уже поздно… и поняла я это по лицу Эдварда… Вот же ж блин! Как я так прозевала момент, не надо было пялиться на эти плакаты! Эдвард побледнел ещё сильнее – клянусь, так и было! – пальцы вцепились в край стола, суставы побелели, челюсть сжалась. — Мистер Бэннер, — быстро сказала я вслух, подлетев к окну рядом с Эдвардом, — откроем, пожалуйста, окно? В кабинете душно! Учитель поднял бровь, отходя от стола. Это «приподнял бровь» включало в себя целую лекцию на тему «я здесь отвечаю за порядок». — Мисс… Эверхарт? — он сверился с журналом. — Сначала займём места. — Извините, — я улыбнулась, уже берясь за защёлку, — правда душно. И всё равно открыла створку нараспашку, не дожидаясь «разрешаю». Простите меня, о многоуважаемый Мистер Бэннер, но лучше умереть хотя бы с красивым видом, а не вот так – в классе биологии… С улицы потянуло холодом, мокрой травой и дождём, перемешанным с хвоей. Как же я люблю этот запах... Окно вдруг чуть качнуло от сквозняка – створка попыталась вернуться на место. Не хватало ещё, чтобы хлопнуло. Я скользнула взглядом по столу Эдварда, взяла его пенал – матовый, графитового цвета – и аккуратно подпёрла им раму. Эдвард перевёл на меня взгляд. Не враждебно, нет. Скорее так, как смотрят, когда не укладывается причинно-следственная цепочка: кто ты и почему действуешь, будто давно знаешь, что сейчас происходит. Я ответила ему самой обычной улыбкой, мысленно сказав: [ Дыши, свежий воздух должен тебе помочь! ] Что-то в его лице на миг дрогнуло – как если бы он действительно послушал. О! Он и послушал: осторожно, медленно сделал новый вдох. Хорошо, что холод улицы прошёл по классу и срезал тяжёлую волну от вентилятора. — Так, — проговорил мистер Бэннер, выключив эту машину смерти и возвращая себе контроль над ситуацией. — Белла Свон – рядом с мистером Калленом. Мисс Эверхарт, вы – за ними с Ньютоном. Быстрее, ребята, у нас сегодня план. «Конечно», — подумала я, уже отступая от окна. — «Овечка и Волк. Личный сорт героина и… кто? Сидят вместе и пытаются понять, что происходит. Но говорить что-то против уже нельзя, и так веду себя невежливо! Хотя… почему это должно волновать меня в такой ситуации? Ладненько, решим по ходу дела». Так что спорить смысла не было. Белла сжалась, как будто подсознательно пытаясь стать меньше, и заняла своё положенное место. Я – за ними, рядом с Майком. Свежий воздух хорошо влиял на вампира, хотя он всё ещё был напряжён: пальцы не разжимались, и Эдвард явно следил за дыханием. Точнее, он вообще не дышал, потому что я не видела естественного движения его корпуса. По идее, так не должно быть каждый раз, как он будет сталкиваться с Беллой. Но это его первое знакомство с «поющей» кровью, так что помочь красавчику всё же надо – в моих же интересах! [ Только скажи, Дальше нас двое. Только огни Аэродрома. Мы убежим, Нас не догонят. ] Начала я мысленно петь для Эдварда. «Давай, красавчик, держись и не сдавайся, мать твою! Мы тут все жить хотим!» Внешне я занималась своими делами: достала тетрадь, ручку, сделала вид, что рассматриваю таблицу «Митоз». Внутренне – продолжала петь куплет за куплетом, а как только дошла до припева, Эдвард медленно повернул голову так, чтобы мы на секунду встретились глазами. «Как ты это делаешь?» – спросил его взгляд. Я не моргнула и чуть заметно кивнула, будто просто поправляя прядь волос. — Итак, — раздался голос мистера Бэннера, — у нас обзорная часть по клеточному делению, подготовка к лабораторной. Откройте учебники на двадцать шестой странице, посмотрите диаграмму. Мистер Каллен, мисс Свон, здесь комплект слайдов! Мисс Эверхарт, мистер Ньютон – второй комплект у вас. Остальные – по парам, как обычно, ваши комплекты у вас на столах! Класс зашуршал страницами, кто-то негромко хмыкнул, кто-то спросил у соседа ручку. Белла аккуратно подтянула к себе микроскоп, покосилась на Эдварда, а я буквально видела, как она пытается не дышать громко. Бедная девочка. Что ей думать? Новая школа, новый день, и сосед, который похож на психа. А я продолжала «петь». Когда подул лёгкий ветерок, Эдвард повернулся к окну и снова сделал вдох, и, кажется, смешал запах улицы с чем-то ещё: он слегка повернулся в мою сторону и стал выглядеть спокойнее. [ О! Работает? ] Ответа, конечно, не было. Но он перестал хвататься за край стола так, как будто тот – единственная опора. Тем временем Майк уже толкнул ко мне поднос со слайдами, и мы наконец начали выполнять работу. Похоже, Майки тоже заметил, что с Эдвардом что-то не так, но не стал делиться своими наблюдениями. — Мисс Эверхарт, — окликнул мистер Бэннер, — вы знакомы с основными стадиями митоза? — Да, — я подняла голову. — Интерфаза, профаза, метафаза, анафаза, телофаза – и цитокинез. Мы делали лабораторную в прошлой школе. — Отлично, — кивнул он, вполне довольный: вот она, «правильная» новенькая. И всё-таки взглядом ещё раз проверил окно и мой самоуправный пенал. — Но с правилами кабинета всё же ознакомьтесь. И не подпирать окна личными вещами. — Конечно, мистер Бэннер, — спокойно сказала я. — Больше не буду. Эдвард посмотрел на меня ровно в тот момент, когда на моём лице расцвела не то улыбка, не то ухмылка по типу «я вас услышала, но и в следующий раз сделаю по-своему, если обстоятельства будут таковыми». Он не улыбнулся в ответ, но взгляд стал мягче. Мы молча двигались по заданиям: отметить на схеме, где именно расползаются хроматиды; посмотреть под микроскопом, сколько клеток в поле зрения в метафазе; записать ответы. Время шло очень и очень медленно, мысленно я всё продолжала свой сольный концерт, но к концу урока Эдвард всё ещё выглядел так, будто держит себя чисто на морально-волевых, но держит же, а!! Белла стала немного спокойнее: руки перестали дрожать, голос, когда она задавала короткий вопрос учителю, больше не срывался. Умничка! Звонок прозвенел как будто бы громче положенного, Эдвард взял свой пенал и аккуратно вернул его на стол, будто и не было этой странной импровизированной подпорки. Потом встал, слишком быстро, молодой человек, и вышел почти бегом. Дверь за ним мягко качнулась и закрылась. — Э-э… — начал Майк, — Что это вообще было? — Не знаю, ты же с ним учился всё это время. Но, думаю, у каждого бывает плохой день, Майк. — Да, — он потёр затылок, смутившись. — Ну что ж, ладно… Пошли, Белла? У меня ещё английский. Мы выстроились в небольшую очередь у двери, сдали листочки с ответами, и вышли. Майк свернул налево, махнув нам на прощание: «Увидимся». Мы с Беллой пошли прямо по коридору, который к последнему уроку уже опустел. — Ты видела… — Белла остановилась на мгновение, подбирая слова. — Точнее, ты тоже заметила, как он себя вёл? — Да, — честно сказала я. — Заметила. — Я просто… — она безрадостно усмехнулась. — Это странно. Я села, сказала «привет», а он… словно ему стало хуже от того, что я нахожусь рядом. Я покачала головой. — Не бери на себя лишнее, Белла. Ты ни при чём. Вовсе не обязательно, что мы – причина чужого плохого самочувствия. Может, ему уже с утра было нехорошо. Может, мигрень. Может, причина в душном классе, а он это плохо переносит – прям как я! И, кстати, я правда верю, что ему стало легче, когда открыли окно. — Ты думаешь? — спросила она, явно расслабляясь. — Определённо. И ещё думаю, что после урока он мог пойти в медпункт. Или просто на улицу – подышать. Я бы так и сделала. Она вздохнула и стала спокойнее. — Надеюсь, ты права. — Увидим. В любом случае, даже если кто-то ведёт себя странно, это совершенно не значит, что это про тебя. Иногда люди просто живут свой день. А он может быть неудачным. Мы пошли дальше. За окном висели низкие облака, почти касаясь верхушек сосен, по стеклу бежали редкие тонкие струйки воды. Звенел следующий звонок, где-то впереди был мой последний урок, где-то параллельно – её. Мы разошлись, и я, уже сворачивая, махнула ей через плечо: — После уроков ещё увидимся. И не переживай, ты хорошо справилась на биологии! — Хорошо, — улыбнулась Белла. — Спасибо и до встречи. Оставшись одна, я сбавила шаг на секунду и выдохнула, только теперь понимая, насколько была напряжена весь этот сорокаминутный «биологический» забег. «Нас не догонят», – вспомнила я саму себя и улыбнулась: уж поверь, дорогая, догонят и сожрут… Ты уж явно не сможешь убежать от вампиров, с их-то скоростью!!! Хм… хотя… а на моей малышке? Интересно будет узнать – кто быстрее! Эдвард Я пришёл раньше – привычка. Сел на своё место у окна, а от двери тянуло прохладой: напольный вентилятор гнал ровную струю через середину класса к моему столу. Лопасти резали воздух с таким упорством, что любая случайная молекула явно не была проблемой для него. Дверь открылась. Сначала зашёл Ньютон: «Главное – не пялиться. Интересно, с кем меня посадит этот старикан… я бы хотел сесть с Беллой!». За ним – Свон, которая уже шагнула в поток ветра от вентилятора и я почувствовал её запах. Этот аромат сразил меня, удар по горлу был настолько резок и мучителен, как если бы в моё горло залили раскалённое железо! Мне хватило половины вдоха, чтобы всё, чему меня учил Карлайл, стянулось в одну короткую команду: не двигайся. Я видел, как мои пальцы сжались на кромке стола, побелели костяшки. Но я больше не мог позволить себе движение. Нельзя, держись, иначе ты подведёшь свою семью! — Мистер Бэннер, откроем, пожалуйста, окно? — уверенный голос прозвучал внезапно близко. — В кабинете душно! Я повернул голову. Девушка в сером свитере уже стояла у рамы. Не дожидаясь разрешения, откинула засов одним движением, провела холод внутрь и не дала створке хлопнуть: взяла мой пенал и подпёрла им окно, будто мы с ней заранее договорились о плане действий в чрезвычайной ситуации. Аврора. Она улыбнулась и направленным импульсом, тем самым, который я уже слышал в столовой, произнесла: [ Дыши, свежий воздух должен тебе помочь! ] Это было намерение, адресованное лично мне. Второй раз за день. К удивлению, в этот раз я не почувствовал раздражения. Я повернулся к окну и сделал вдох, осторожно. — Так, — сказал мистер Бэннер, посмотрев на открытое окно, мой пенал и Аврору и выключив вентилятор. — Белла Свон – рядом с мистером Калленом. Мисс Эверхарт, вы – за ними с Ньютоном. Быстрее, ребята, у нас сегодня план. Разумеется. Самый точный способ проверить мои нервы – посадить Беллу в упор. О Господи, спаси, пожалуйста, всех, кто в этом классе. Белла села, привела в порядок учебник, положила на стол тетрадь и ручку. Я видел, как некомфортно она чувствует себя рядом со мной – что было неудивительно! Но она не понимала, в чём дело. И не должна была. Аврора заняла место за нами. Я чувствовал её присутствие, но мыслей так и не смог услышать. Тишина. Но потом… [ Только скажи, Дальше нас двое. Только огни Аэродрома. Мы убежим, Нас не догонят. ] Она поёт? На уроке? Нет, она поёт мысленно… Я узнал мелодию: та же группа, под которую она заходила в столовую, но на этот раз – другая песня. Я поймал себя на нелепой для моего возраста и опыта мысли: она делает это для меня, она пытается отвлечь меня. Как только Аврора дошла до припева, я медленно повернул голову так, чтобы мы на секунду встретились глазами. «Как ты это делаешь?» – спросил я её мысленно, но, конечно, не рассчитывал получить ответ. Но она моргнула мне и чуть заметно кивнула. — Итак, — раздался голос мистера Бэннера, — у нас обзорная часть по клеточному делению, подготовка к лабораторной. Откройте учебники на двадцать шестой странице, посмотрите диаграмму. Мистер Каллен, мисс Свон, здесь комплект слайдов! Мисс Эверхарт, мистер Ньютон – второй комплект у вас. Остальные – по парам, как обычно, ваши комплекты у вас на столах! «Не накосячь, Майк. Смотри на стекляшку. Не на Свон. Не на Аврору. Смотри на стекляшку», — Ньютон, как всегда, медленно и старательно убеждал сам себя. Я же взял слайд, прикоснулся к микроскопу, нагнулся и начал хотя бы создавать видимость деятельности… Главное – не дышать! Белла, бедная девочка, должно быть, решила, что я просто псих. Она попыталась спросить у меня что-то, но сама же передумала – почувствовала, что рядом со мной говорить не стоит. Справедливо. Аврора же продолжала «петь». Когда подул лёгкий ветерок, я повернулся к окну и снова сделал вдох, но на этот раз уловил ещё один аромат: эфирное масло тимьяна и бадьяна, свежий имбирь, розу, корицу и гвоздику, мёд, табак и кедровое дерево… Её запах. Не зовущий, не давящий, не убивающий во мне всё человеческое. Тёплый, чистый, древесный. Да, я также чувствовал запах её крови – успокаивающий. Запах её крови успокаивал меня! Как это возможно для вампира? Господи, что же сегодня за день такой… Обязательно нужно будет узнать у Карлайла – чем быстрее мы с этим разберёмся, тем лучше будет для нас всех! Кажется, она заметила, что мне стало немного лучше, потому что я услышал её [ О! Работает? ] Мистер Бэннер между тем что-то говорил, а потом сделал замечание Авроре: — …но с правилами кабинета всё же ознакомьтесь. И не подпирать окна личными вещами. — Конечно, мистер Бэннер, больше не буду. Я повернулся к ней и посмотрел ровно в тот момент, когда на её лице расцвела ухмылка «я вас услышала, но ничего не обещаю!». Интересная девушка. — Вижу, — Бэннер наклонился к нашей парте, — вы уже на следующем пункте. Молодцы. Не я. Белла аккуратно отметила нужные графы в бланке, я лишь старался не двигаться лишний раз. Время шло очень и очень медленно, но сольный концерт Авроры Эверхарт не заканчивался. Звонок резко ударил по барабанным перепонкам. Я вынул пенал из-под рамы, вернул его на стол. Ни на кого не взглянув, встал и быстро вышел из кабинета. Мне нужно было только одно – улица. Коридор был полупустым, я не прошёл и двадцати шагов, как услышал Элис прежде, чем увидел: [ Всё обошлось! Только в трёх из вариантов ты убивал всех, не переживай. Ты молодец, справился, братишка! ] Джаспер шёл рядом и смягчал моё настроение: наконец я почувствовал спокойствие! — Ты молодец, — повторилась Элис уже вслух. — И да, я видела открытое окно: хорошее решение, хотя и не твоё. Мы вышли на улицу, и впервые за последние 45 минут я позволил себе вдохнуть полной грудью. — Она «говорила» с тобой. — Да, — ответил я. — А ещё «пела», чтобы я мог хоть как-то отвлечься от разработки плана убийства всех в классе. И её запах… Он помог мне немного успокоиться, Элис! Как запах крови человека может успокаивать вампира? — Ох, братишка! — на этих словах Элис начала переводить «Божественную комедию» на китайский. — Мы всё узнаем, но немного позже! Но чур я первая подойду к ней знакомиться!