Aurora Everhart

Рождество 2004 года пахло корицей и апельсиновой цедрой, а наш дом был украшен именно так, как вы представляете себе – да, да, типичный американский рождественский домик! Снаружи начал падать редкий для Сиэтла снег – мокрый, тяжёлый, прилипал к окнам хлопьями. Я отложила смычок: «Silent Night» ещё дрожал в струнах скрипки, хвост ноты уплывал на кухню, где мама доставала из духовки печенье, а папа наливал кофе в наши большие кружки. — Сыграешь нам ещё одну? — спросила мама, показывая на скрипку. — Какую ты хочешь, мам? — согласилась я. — На твоё усмотрение, солнце. Ну и слава Богу! Я сыграла небольшую тему, напоминающую мне снежную Москву, когда ещё она была таковой. Мама улыбнулась так, что я увидела в уголках её глаз морщинки – значит, шалость удалась! Если просишь – проси прямо и по списку! Сама же меня учила, дорогая! А папа в это время поставил кружки на стол, рядом – коробочку, небольшую, белую, с двойной лентой, перевязанной так аккуратно, будто он годами учился банты завязывать. После того, как я закончила, убрала скрипку в футляр и присела на ковёр у ёлки, подогнула ноги, как делала в детстве, и папа начал свою речь: — Аврора, милая. Каждый год мы с мамой стараемся удивить тебя и, прежде всего, подарить эмоции, потому что именно их ты будешь нести в своём сердце через годы жизни. Ты всегда была такой взрослой, искренней и открытой – то, как ты живёшь и какие решения принимаешь… Знаешь, нас с мамой всегда это удивляло! Было такое чувство, что в теле маленькой звёздочки живёт 50-летний человек, который ищет только одного: покоя, умиротворения и вот этой гармонии от слияния с бесконечно вечным… И мы поняли одну простую вещь: тебе нужен свой воздух, что ли, больше пространства для жизни. Место, где тихо, где можно работать, играть, читать, слушать себя. Короче, у нас с мамой есть кое-что для тебя. Я взяла коробочку и потянула за ленту. Внутри лежали ключ на кожаном шнурке и сложенная пополам карта побережья Вашингтона. На карте – красный кружок и папиным почерком внизу: «12/26 – едем смотреть?» — Это что? — спросила я, хотя сердце уже начало прыгать в груди от счастья. Мама опёрлась о стол и улыбнулась: — Мы начали ещё весной. Решили, что у такой взрослой девочки должен быть свой кусочек земли в мире. — И леса, — добавил папа. — И тишины, которую ты так любишь. Мама откуда-то достала большой конверт и раскрыла его – там были фотографии: дом среди сосен, фасад почти целиком стеклянный, широкие деревянные настилы, тросовое ограждение лестницы, терраса с круглой чашей-кострищем. Внутри – двусветная гостиная, много дерева, большой камин, уютные большие кресла, диван и полки… много и много полок для книг. На другом снимке – мансарда с видимыми стропилами, длинный стол, окна от пола до потолка: там явно будет моя мастерская. — Он… наш? — я была настолько ошарашена, что буквально прошептала этот вопрос. — Твой, — поправил папа. — Всё оформлено на твоё имя, да и ключ уже в руке! Поедем смотреть завтра, если захочешь. Городок – Форкс. На слове «Форкс» сердце замерло. Оно буквально у меня остановилось! Во-первых, когда-то давно все были уверены, что это вымышленный городок. Во-вторых, примерно в эти годы должна выйти книга «Сумерки»… Форкс и «Сумерки», друзья мои, это синонимы – глупо отрицать. Да и ежегодные осенние просмотры серии фильмов – это традиция моей прошлой жизни, сюда же можно отнести новогодний трип по «Гарри Поттеру»! Уж больно я полюбила историю вампиров, так что и книги с удовольствием прочитала, а потом и фанфики – чтоб уж наверняка… Я провела пальцем по красному кружку на карте, перевела взгляд на фотографии, на лес, окна... — Хочу, — сказала я. — Завтра. Утром. Мама с папой переглянулись и одновременно рассмеялись – именно так, как смеются пары, которые много лет живут рядом и давно стали единым целым. Как же я любила смотреть на их любовь… — Тогда давай сразу обсудим, — папа сел рядом на ковёр, мы вдвоём развернули карту между кружками. — Мы всё подготовили на случай, если ты скажешь «да». Но если будет «нет» – отменим, тут не будет никаких проблем, дорогая. Договорились? — Договорились, — кивнула я. И взяла ключик в руки. — Учёба, — сказала мама. — Мы договорились со школой в Форксе, тебя готовы принять после зимних каникул. Но если захочешь закончить год в Сиэтле – мы всё вернём, это не проблема, солнце. — Я поеду, — так же просто. — Переведусь. У меня есть время догнать, если понадобится, и… — я посмотрела на фотографии. — Как я могу отказаться от такого дома! — Тогда так, — папа взял листок и начал писать пункты, как мы делаем в семейном бизнесе. — Безопасность: ежедневные сообщения по вечерам, короткого «Я дома, всё окей» вполне достаточно. Телефон с трекером – просто чтобы мы не боялись и лишний раз не переживали за тебя, хорошо? — Хорошо. — Финансы: ну тут вряд ли у тебя будут проблемы, кот. Трать столько, сколько понадобится – всё на твоё усмотрение, — он улыбнулся. — Дом: полностью готов, даже мебель завезли! Осталось перевезти туда все твои книги, картины, инструменты, кроме пианино, потому что… — он сделал паузу и посмотрел на маму. — Потому что рояля тебе будет достаточно, — сказала мама и засмеялась от моего выражения лица. — Прости, мы не удержались. Там прекрасно звучит музыка. Мы проверили. — В гостиной? — у меня пересохло в горле. — В двусветной. Прямо напротив камина, под стропилами. И у окна – место под скрипку. Мы подумали, ты сама решишь, как расставить остальное. И конечно, библиотека: шкафы уже стоят, но расставлять будешь сама. — Твоя комната, ванная, душевая, туалет… и гостевая, — добавил папа. — На случай, когда мы будем приезжать к тебе в гости и делать вид, что ничего не тревожит наши родительские сердца… ну или друзей к себе звать будешь! Мы смеялись. Всё получалось легко, будто давно было так задумано. Мы ещё обсудили расписание: моих любимых предметов не оказалось, так что выбирали из того, что было… Да, папа проверил элективы, но в итоге мы пришли к выводу, что лучше я дома и порисую, и попою! Мама записала контакты директора. Понимание того, что они сделали это заранее, наполняло мою душу теплом. Если родители так не окружают заботой и любовью своего ребёнка, то зачем вообще тогда нужны родители? Когда обсуждение подошло к логическому завершению, мама принесла коробку с печеньем и мою кожаную тетрадь. Я раскрыла её на чистой странице и крупно написала: Форкс – хочу встретить вампиров! Нет, ну а кто не хочет…

***

Мы выехали ранним утром 26 декабря – когда снег уже превратился в привычный дождь, и дороги были похожи на длинные блестящие ленты. Мама в пути читала вслух какие-то интересные факты про Форкс, папа то и дело делал вид, что не любит навигаторы, но исправно слушал голос, который говорил: «через 600 метров поверните направо». Я смотрела в окно и видела, как меняется пейзаж: перед глазами выростала настоящая, высокая стена деревьев. Иногда у обочины стояли олени – неподвижные и внимательные. Табличка «Добро пожаловать в Форкс» появилась из ниоткуда, так что я почти пропустила её. Чуть позже дорога свернула, ушла в лес, а потом мы оказались на площадке перед домом. Он выглядел точно так, как на фотографиях, а ещё здесь пахло мокрой хвойной корой, свежесрубленным деревом и тишиной. — Кстати, там для тебя ещё кое-что — сказал папа. Чуть в стороне, на гравии, стояла машина – Чёрный Мустанг. Большая кошка, ей Богу! — Мам, пап, вы что творите… Это нереально, я же сплю… — Очень даже реально, — ответила мама, — Автомат, чтобы тебе было легче в дождь. И да, давай обойдёмся без гонок. — Спасибо… большое спасибо, — я уже подошла к машине и провела рукой по капоту. Открыла дверь и почувствовала запах кожаного салона. — Она прекрасна. Но не обещаю насчёт гонок… И мы снова все рассмеялись. Ну люблю я скорость! Всегда с папой на его машине старались набирать скорость, а после того, как и я сдала на права, с удовольствием садилась за руль и с ветерком довозила его до места назначения. Потом я всё-таки заставила себя оторваться от своей новой малышки и подняться по ступеням. Сняла ключ с шеи, открыла дверь и зашла в дом. Внутри он как будто бы светился – грамотное дизайнерское решение сделало своё дело! Двусветная гостиная от этого выглядела ещё лучше… как это вообще возможно? Рядом с камином стояли два больших кресла, и на секунду мне захотелось просто сесть в одно из них и смотреть в лес до вечера. Но я прошла дальше, туда, где рояль. Он был прекрасен, стоял прямо под окнами, зеркалил сосны. Я подняла крышку, села, коснулась клавиш. В пустом доме звук пошёл стеной, гладкой и длинной. Я сыграла ту же короткую тему, что накануне. — Звучит, — сказала я вслух, широко улыбаясь, — Как же это прекрасно звучит! Мы ходили по дому: лестница вела на мансарду, где уже стояли длинный стол, мольберты, холсты; окна – такие большие, что я почти ощущала себя на улице. Мы заглянули в гостевую – светлую, с высоким потолком и узким окном на север. Спустившись, заглянули на кухню, которая была частью столовой, плавно перетекая в гостиную. — Нравится? — спросила мама, улыбаясь. — Очень, — ответила я. — Очень... Мы сели на большой диван, папа достал папку и показал документы, расписание школы, контакт директора: — Мистер Грин ждёт наш звонок, сказал, что мы можем позвонить после Рождества и дать окончальный ответ. — Я позвоню завтра, — кивнула я. — Представлюсь, ещё раз обсужу с ним расписание. Потом мы с родителями обсуждали разные бытовые мелочи: какие книги я заберу из дома в Сиэтле (то есть всю свою библиотеку), что купим здесь позже, когда магазины откроются после каникул; как настроить интернет... Потом папа сказал, что оставит у меня набор инструментов – «на всякий случай, вдруг полюбишь собирать стеллажи сама» – и подмигнул. К вечеру дождь прекратился, и мы разожгли кострище на террасе. Огонь трещал, пахло смолой и дымом, я сидела, завернувшись в плед, и записывала в дневник: «Декабрь 26, 2004 Привет, дорогая! Не день, а что-то нереальное… Иногда мне кажется, что вся моя жизнь – это всего лишь последний сон, который подарил мне мозг… Чтобы я не так сильно страдала, что ли. Страшно, очень и очень страшно! Конечно, я гоню от себя эти мысли, потому что нет смысла переживать из-за чего-то, на что я не смогу повлиять. Но всё же! С другой стороны, уже давно пора привыкнуть к этой жизни, Рори! Перестань сомневаться, перестань искать какой-то подвох и просто дыши. Ты обещала себе каждый день благодарить этот мир и людей, которые окружают тебя, так что просто скажи спасибо, милая. И постарайся подарить миру в ответ что-то большее». — Ты счастлива? — тихо спросила мама, прерывая поток моих мыслей. — Да, — я посмотрела на огонь, потом на лес. Свет от костра короткими мазками ложился на стволы. Ночь пришла быстро, как всегда в лесу. Мы остались в доме – гостевая встретила родителей мягкой постелью, моя же комната была на другом конце этажа. Почти всё по периметру – окна в пол, гардеробная, большая ванная комната, рабочий стол, кровать и небольшой балкон. Всё остальное обустрою по вкусу чуть позже. Мама принесла мне новый тёплый плед, в который я завернулась перед сном и ещё раз вышла на террасу, подставила ладони под шорох капель – дождь вернулся. Не знаю, сколько так простояла, но с большой радостью прошептала вдаль «доброй ночи» и зашла в дом. Завтра будет звонок в школу, разговор с мистером Грином о предметах и расписании; потом – несколько недель на упаковку комнат в Сиэтле, списки, коробки, клейкая лента, надписи маркером; полноценный переезд, первый учебный день, новые лица, друзья. Но всё это – завтра. Сегодня у меня есть огонь, лес, рояль, ключ, мои родители и дом – уютный и любимый дом.