Единения древних душ (продолжение)

                        Прошло еще несколько томительных месяцев разлуки, наполненных лишь интимными письмами, которые они отправляли друг другу через самых надежных курьеров. Каждое послание было оплотом надежды, маленьким якорем в бушующем море их обязанностей. Нёвиллет с нетерпением ждал вестей от своего возлюбленного, перечитывая старые строчки, в которых чувствовался аромат Цветочных морей Ли Юэ и теплота Гео Архонта. Почти все вещи Чжун Ли, его невероятные коллекции артефактов и книг, уже прибыли и были аккуратно размещены в резиденции Верховного Судьи Фонтейна, ожидая своего хозяина.                   И вот, в один из дней, когда Нёвиллет восседал на своем судейском месте, слушая очередное затяжное дело о неправильно оформленном векселе, он внезапно почувствовал на себе острый, проникающий взгляд. Этот взгляд был не похож на любопытство толпы или уважение к власти; он был интимным, знающим, и от него по его позвоночнику пробежали мурашки, несмотря на присущую ему драконью прохладу. Судья, вы слушаете? - прозвучал недовольный голос адвоката из глубины зала.                   Нёвиллет слегка вздрогнул, но тут же взял себя в руки, сцепив пальцы в замке. Он окинул зал и, следуя инстинкту, посмотрел к дальней арке, где свет фонарей играл с тенью. И там, подперев плечом массивную каменную арку, стоял Он. Чжун Ли. Взгляд был как ледяной укол, мгновенно растопивший лед.                   Чжун Ли был одет в темно-шоколадный плащ, который лишь подчеркивал его величественную фигуру, а его янтарные глаза не сводили влюбленного и чуть озорного взгляда с Нёвиллета. Он стоял там, как произведение искусства, спокойный и непоколебимый, совершенно не вписываясь в суету судебного заседания. Нёвиллет почувствовал, как его сердце, обычно такое размеренное и холодное, сбилось с ритма, начиная отбивать дикий, первобытный такт.             -Я всецело в вашем распоряжении, - ответил Нёвиллет адвокату, но его голос прозвучал автоматически, лишенный привычной твердости. Он с трудом отвел взгляд от своего возлюбленного, но когда он вновь поднял глаза, Чжун Ли уже кивнул ему, его улыбка стала шире, полная обещаний. Это был знак. Мгновенно и без лишних слов, Чжун Ли вышел из зала, растворяясь в коридорах Пале-Мермония.             Нёвиллет уже не мог нормально вести суд. Мысли о процессуальных ошибках и юридических тонкостях испарились, замещенные навязчивым образом Чжун Ли, который ждал его всего в нескольких метрах.                   -Если бы только можно было сейчас бросить все, - прошептал он себе под нос, сжимая древний молоток.                   Его одолевало полное, почти физическое, желание сейчас же слиться со своей парой воедино, почувствовать тепло его рук и вкус его губ, и пусть весь мир, все назначенные суды и бумажная волокита отойдут на второй план, в несуществующую мглу. Он резко, почти грубо прервал прения сторон, вынося удивительно быстрый и, к счастью, справедливый вердикт, не давая никому шанса на апелляцию. Процесс, который должен был длиться еще час, был завершен за десять минут, его решения были настолько молниеносны, что ошеломленная публика не успела даже роптать.                   Кое-как закончив суд, он быстрым, почти бегущим шагом спустился со своего возвышения, игнорируя озадаченные взгляды клерков, и направился прямиком к своему кабинету.                   В приемной, на мягком кожаном диване, его ждал Чжун Ли. Он выглядел безмятежным, словно не совершал только что дерзкого проникновения в цитадель Фонтейнского правосудия, пока его пара вершила судьбы.                   Нёвиллет подошел к Сэден, своей секретарше, и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо несколько быстрых, неотложных инструкций, касающихся отчетов и переноса дневного расписания.                   -Отчет о прошедшем суде должен быть завершен сегодня, Сэден. Никаких посетителей в ближайшее время, - тихо, но властно произнес он.                         Затем, обернувшись, он дал Чжун Ли едва заметный знак головой, приглашая его зайти в кабинет. Дверь закрылась за ними, отсекая шум внешнего мира. Не успел Чжун Ли сделать и двух шагов, как Нёвиллет прильнул к его губам, притягивая его к себе. Это был поцелуй, манящий, мягкий и сладкий, в котором смешались тоска разлуки и жажда немедленного воссоединения. Нёвиллет обвивал руками его шею, утопая в его запахе, в его силе, которой ему так не хватало.                   Чжун Ли притянул его к себе вплотную, не давая отстраниться, его поцелуй углубился, становясь более требовательным и властным.                   Он проник внутрь рта Нёвиллета, исследуя его с такой интимностью, которая почти доводила водного дракона до изнеможения, заставляя его мышцы слабеть от неожиданного напора.                         Нёвиллет простонал в губы Чжун Ли, ощущая, как внутри него вспыхивает пламя. На мгновение оторвавшись от этих сводящих с ума ласк, он сумел произнести, задыхаясь: - мне… мне нужно закончить отчет по пройденному суду. Всего полтора-два часа, не больше. И мы пойдем домой. Ты подождешь, или пойдешь домой меня ждать? - Я никогда больше не хочу оставлять тебя одного, - улыбнулся Чжун Ли, стирая большим пальцем след гигиенической помады с губ Нёвиллета.             Чжун Ли мило улыбнулся и прошептал, прижавшись лбом ко лбу Нёвиллета: - я подожду здесь и мы пойдем вместе. Не торопись, моя любовь. Я никуда не уйду. Нёвиллет, переполненный облегчением и счастьем, еще раз быстро поцеловал свою пару, этот раз уже нежно и обещающе, и, собрав остатки воли в кулак, вернулся за свой массивный стол, к кипам бумаг.             Чжун Ли же, полный благодати, сел на диван, который стоял в углу кабинета, и взял одну из книжек на столике, оказавшуюся трактатом о подводной флоре. Он принялся читать, но мельком иногда поглядывал на Нёвиллета, наблюдая за его рабочим ритуалом.             Он видел, как Нёвиллет сосредоточенно хмурит брови над бумагами, как мимолетно берет кончик пера в рот, задумываясь о чем-то, и как потом, найдя решение, улыбается уголками губ, прежде чем вновь сосредоточенно продолжить писать. Эта картина-его возлюбленный, работающий в сосредоточенной тишине, был для Чжун Ли лучшим зрелищем на всем Тейвате. Он чувствовал, как энергия Фонтейна и Ли Юэ смешиваются в этом кабинете, создавая идеальную гармонию.             -Тебе не скучно, мой драгоценный? - спросил Нёвиллет, не отрывая взгляда от пергамента, но чувствуя, что время на исходе.             -Скучно, - признался Чжун Ли, откладывая книгу.             -Но наслаждаться видом тебя за работой - это своего рода медитация. Продолжай, я подожду.             Наконец, через два часа, которые для Нёвиллета пролетели в лихорадочном темпе, а для Чжун Ли в медитативном ожидании, они направились домой. Путь к резиденции Нёвиллета был недолгим, но для обоих он казался бесконечно долгим из-за нарастающего предвкушения, и одновременно пролетел в одно мгновение, стоило им только коснуться друг друга.                   Всю дорогу они шли молча, наслаждаясь прикосновениями рук, переплетением пальцев и близостью друг друга, словно впитывая каждый миг, стараясь компенсировать месяцы разлуки. Это была тишина глубокого, невысказанного понимания. Когда они приблизились к дому, Нёвиллет, словно вспомнив о важном, слегка наклонил голову, смотря на Чжун Ли, его серебряные глаза были полны заботы, нежности и, возможно, легкой неуверенности, которую он редко позволял себе проявлять.                   - Твоя коллекция в целости и сохранности, - произнес он, его голос был мягким, необычно для него расслабленным, словно тяжесть судейского молотка наконец-то спала с его плеч.                   - Я пока попросил ее оставить на первом этаже, в одной из моих больших свободных комнат. Но если тебе приглянется какая-то другая, мы все сделаем, как тебе удобно.                   Чжун Ли, крепче приобняв Нёвиллета за талию, нежно поцеловал его в щеку, чувствуя, как дракон рядом с ним расслабляется от его прикосновений. Его ответ был прост, но наполнен глубоким смыслом, отражая его истинные приоритеты: - милый, меня все устроит, только чтоб всегда ты был рядом.             Нёвиллет покраснел. Легкий румянец залил его высокие скулы, придавая его обычно бледному лицу нежный, живой оттенок. Это был смущающий, но приятный признак его глубокой привязанности.             Он не отстранился. Напротив, его хватка на руке Чжун Ли стала чуть крепче, словно подтверждая невысказанное обещание вечного единения.             Дом, в котором жил Нёвиллет, был довольно неброским снаружи, сливаясь с общей застройкой Фонтейна, но при этом был большим и удивительно аккуратным, отражая характер своего владельца. Его стены были выполнены из светлого, почти молочного камня, а крыша из темной, контрастной черепицы. Сбоку располагалась его собственная оранжерея - мечта любого ботаника, стеклянные стены которой пропускали максимум солнечного света, согревая экзотические растения.                    Именно там Нёвиллет проводил свои редкие свободные часы, ухаживая за диковинными цветами и растениями, привезенными со всего Тейвата. Это было его маленьким, сокровенным хобби, дарившим покой посреди суеты правосудия.             Чжун Ли окинул особняк оценивающим, но довольным взглядом, его губы изогнулись в одобрительной улыбке, и он последовал за Нёвиллетом внутрь. Он ценил сдержанную элегантность Фонтейнского Судьи.             Внутри было невероятно светло благодаря огромным, панорамным окнам, которые создавали прекрасный светоотражающий эффект, заставляя лучи заходящего солнца играть и проникать в дом под разными углами. От этого весь особняк выглядел просто великолепно, наполненный воздухом и светом.             Мебель была обставлена с изысканным вкусом и необычным, но функциональным дизайном, сочетая практичность с элегантностью Фонтейна. Каждый предмет, казалось, был на своем месте, создавая гармоничное и уютное пространство, в котором легко дышалось.             -У тебя просто восхитительно, - произнес Чжун Ли, его голос был полон искреннего восхищения, когда он остановился в просторной гостиной, ощущая ауру порядка и спокойствия.             -Похоже на тебя: строго и невероятно прекрасно.             Он притянул Нёвиллета к себе, его глаза, цвета янтаря, встретились со стальными глазами Верховного Судьи, который теперь позволял себе полностью расслабиться в объятиях своей пары.             Он прошептал, его голос стал чуть глубже, наполненный намеком и нарастающим желанием, которое они оба так долго сдерживали: -но я хочу в спальню.             -Я тоже этого хочу, - ответил Нёвиллет, позволяя своей улыбке стать шире, озарив его обычно сдержанное лицо нежностью, предвкушением и даже небольшим озорством.             Он взял своего возлюбленного за руку, переплетая их пальцы так, что казалось, будто их кости срослись, и повел на второй этаж, туда, где располагались его личные покои.             Они прошли мимо массивной двери, за которой, как знал Чжун Ли, находилась спальня, и Нёвиллет остановился перед другой, более неприметной дверью, которая вела в его личные, скрытые апартаменты.             За одной из дверей, которую Нёвиллет распахнул с легкой гордостью, открылась огромная, похожая на небольшой бассейн ванна, выложенная отполированным до зеркального блеска камнем и наполненная кристально чистой, манящей водой. Стены были украшены изящными мозаиками, изображающими подводные пейзажи.             Это было то самое место, где Нёвиллет любил нежиться в своем драконьем виде, позволяя себе быть полностью свободным от людских обличий и строгих правил Фонтейна.             - Ого, - произнес Чжун Ли, его глаза расширились от изумления, когда он увидел размеры и роскошь купальни. Она была огромна, идеальна для существ их масштаба.             - А мы вдвоем поместимся? - спросил он, и в его голосе прозвучала игривая нотка, намекающая на их предстоящую близость, которая, как он знал, должна была стать особенной.             Нёвиллет улыбнулся, его взгляд был полон предвкушения. Он кивнул, склонив голову, и его серебряные волосы слегка упали на лоб.             - Хочешь попробовать? - произнес он, его голос был низким, бархатистым и соблазнительным, предвещая начало их долгожданного воссоединения.             - Конечно! - воскликнул Чжун Ли, без малейших колебаний, делая шаг к воде.