Если бы Лили и Джеймс были живы.

апрель, 1988 Коридоры школы были тише обычного. В это время дня, когда младшие классы заканчивали занятия, стены обычно гудели от детского визга и топота, но сейчас Лили и Джеймс Поттер стояли в ожидании возле массивной двери с табличкой «Директор», и казалось, что даже воздух пропитался тревогой. Скрипучие деревянные полы, полированные до блеска, отражали тусклый свет старых ламп на потолке. Стены украшали поблекшие постеры с картами Англии, таблицами умножения и лозунгами вроде «Чистота — залог успеха». Запах влажного дерева смешивался с тонким ароматом школьного мела и старых учебников, а через окна с рамами из темного дуба пробивался серый, слегка дождливый свет типичного английского дня. Всё это создавало атмосферу строгой, чуть устаревшей школы, где дисциплина и порядок были почти священными. И среди этой привычной обстановки Лили и Джеймс ощущали необычную дрожь волнения: их маленький Гарри готовился оставить первый след в школьной истории. — Да, Поттер, — тихо проговорила Лили, нервно теребя ремешок сумки. — Скажи мне десять лет назад, что я буду стоять возле кабинета директора, чтобы узнать, что натворил наш сын… я бы, наверное, спрыгнула с Астрономической башни. Джеймс, как всегда, нашёл, чем её обезоружить. Он ухмыльнулся, обнял жену за плечи и наклонился к её уху. — Если бы мне сказали тоже самое, то я бы тоже с нее спрыгнул, только от радости. — Мистер и миссис Поттер? — из-за стойки выглянула секретарь, низкорослая шатенка с голубыми глазами. В руках она держала ярко-жёлтый листок с неразборчивым почерком. — Директор вас ждёт. Кабинет Честера Венди, директора «Школы Совместного Образования», был оформлен сдержанно, по-магловски. Никаких портретов, двигающихся картин или летающих перьев — только строгие шкафы, стопки бумаг и запах свежесваренного кофе. Венди, мужчина средних лет в аккуратном костюме, поднял голову и приветливо улыбнулся. — Лили, Джеймс, рад видеть вас, хоть и по такому поводу, — он пригубил кофе и поставил кружку. — Присаживайтесь. — Мистер Венди, — Джеймс протянул руку, стараясь держаться непринуждённо. — Чем обязаны? Директор вздохнул и переплёл пальцы на столе. — Мы будем вынуждены перевести Гарри в другую группу. Лили заморгала. — Перевести? Но почему? Он так подружился с Даниэлем, они ведь даже записались на кружок по чтению вместе… — Всё верно, — мягко кивнул Венди. — Наша школа работает по экспериментальной программе: дети волшебников учатся с обычными детьми, чтобы расти вместе, без искусственных границ. Но как только у ребёнка проявляются магические способности, мы обязаны перевести его в специальную группу. Там есть преподаватели, которые помогут справляться с выбросами и научат безопасному контролю. — Подождите! — после минутной паузы Джеймс засиял, — У Гарри проявились магические способности? — Всё верное, мистер Поттер, к сожалению выброс был очень сильным для его возраста и связанный с сильным эмоциональным потрясением, поэтому мы вынуждены были привлечь сотрудников из Министерства, дабы уладить данную ситуацию. — Папа, он обзывал меня и Даниэля! — Гарри, взъерошенный, с расстёгнутой сумкой в руках, вбежал в кабинет и едва не упал о коврик. — Я не хотел! Я не знаю, как это произошло! — Гарри, присаживайся, - Честер успокаивающе улыбнулся и кивнул на свободное кресло. —Что конкретно произошло? — Лили нахмурила брови. Венди слегка откашлялся. — Конфликт с Кевином Милланом. Мальчик очень… импульсивный. Иногда язык его опережает голову. — Мам, его ноги раздуло, как шар! И он просто повис под потолком в спортзале! — бурно вскрикивал Гарри. Джеймс захохотал, не выдержав: — Да ладно! Ты надул его? — Я его не надувал, пап! Он сам надулся! — Да, Кевин действительно раздувался, словно воздушный шар, — Венди позволил себе улыбку, — Ситуация выглядела… комично, но для детей, которые это видели, — пугающе. Мы уже вызвали Стирателей Памяти, всё улажено. С Кевином всё в порядке. Но, повторюсь, Гарри должен продолжить обучение в другой группе. — Я не хочу переводиться в другую группу, сэр! И у меня проект мистеру Хоккелу! — Гарри, мы потом об этом поговорим, — Лили нежно улыбнулась сыну, — Спасибо, мистер Венди! Переступив порог дома, Джеймс Поттер принялся расхаживать по гостиной, уже не скрывая своего ликования. — Вот ты даёшь! — Джеймс сиял так, будто Гарри выиграл Чемпионат Мира по квиддичу, не меньше. — Я мог только поднимать предметы в твоём возрасте. Гарри чувствовал себя немного скованно от произошедшей ситуации. Его даже немного потряхивало от воспоминаний, как ноги Кевина неожиданно начали раздуваться и отрываться от пола, а мальчик в это время громко кричал, пытаясь ухватиться за баскетбольное кольцо. Поттер хоть и понимал, что ничего не сделал, и все присутствующие это подтвердят, но какое-то чувство вины плотно засело в груди. — Пап, я не специально, — в очередной раз повторил мальчик, поглядывая на родителей. — Я знаю, Гарри, — Джеймс положил руки на плечи сыну, — Помнишь, я тебе говорил, что наделен волшебными способностями? Как я и мама? — Гарри неловко кивнул, — И они должны были когда-нибудь проявиться. В этом нет ничего страшного, это нормально. — Но… — Гарри сглотнул. — Вы тоже так делали? Вы тоже… надували одноклассников? — Не совсем, Гарри, — Лили улыбнулась, — Я могла выращивать цветы на ладошке, и оживлять засохшие побеги. — Мама, он кричал и висел под потолком! — Гарри, — мягко произнесла Лили, поправив его взъерошенные волосы, — ты должен понимать: магия всегда приходит, когда мы ещё не умеем её держать в руках. Джеймс усмехнулся, но тут же стал серьёзен. Он опустился на одно колено, чтобы смотреть сыну в глаза. — Главное здесь даже не то, что ты сделал, а то, что ты теперь точно знаешь: она в тебе есть. Магия. Она твоя. И однажды она станет твоей силой, твоим оружием и даже твоим другом. Гарри неуверенно кивнул. — Но в школе теперь всё будет по-другому… — Разумеется, — ответил Джеймс и, переглянувшись с Лили, улыбнулся чуть шире. — Но это «по-другому» однажды приведёт тебя в Хогвартс. В то самое место, где мы встретились с твоей мамой. Лили мягко рассмеялась. — Да, Гарри, надеюсь у тебя не будет такого зазнайки-однокурсника. — И всё же ты не смогла устоять, — Джеймс театрально развёл руками, но глаза его на мгновение заблестели от воспоминаний. — Знаешь, Гарри, Хогвартс — это не только заклинания и экзамены. Это место, где ты находишь тех, кто останется с тобой на всю жизнь. Там я понял, кто я есть. Там я нашёл друзей, семью, любовь. — А я… я тоже найду там друзей? — осторожно спросил он. — Ещё бы, — ответила Лили, обняв его крепче. — Хогвартс всегда открывает двери тем, кто к нему готов. В этот момент дверь хлопнула так, что в коридоре вздрогнули стёкла. — Ну и что это у нас за семейные откровения без меня?! Сириус ввалился в дом, как буря: чёрный плащ в пятнах пепла, волосы спутаны, в руках — длинная узкая коробка. От него пахло дымом костра и холодным воздухом. — Гарри Джеймс Поттер! — провозгласил он. — Мой крестник официально устроил первое магическое бедствие. И это надо отметить. Он поставил коробку на стол и щёлкнул защёлкой. Внутри оказался старинный шахматный набор — тёмное дерево, резные фигуры, блестящие от времени. — Волшебные шахматы, — пояснил Сириус, заметив удивление в глазах мальчика. — Они ещё твоему отцу нервы трепали. Помнишь, Джеймс, как твой ферзь отправил в нокаут моего коня прямо на середине урока? — Помню, — хмыкнул Джеймс. — Еще помню, как потом два вечера подряд перебирал свитки у Флитвика. — С ними не соскучишься, — продолжил Сириус, повернувшись к Гарри. — Но главное — они научат тебя думать на два шага вперёд. Магия — это не только сила, но и умение рассчитать, когда её стоит применять. Он положил руку на плечо крестнику, и в этот момент привычная бравада на его лице на секунду дрогнула. — А ещё… это память. Мы с твоим отцом часами просиживали за этими фигурами. Теперь они твои. Джеймс хмыкнул, хлопнул Сириуса по спине и сказал: — Отличный выбор. Но только предупреждаю: если он завтра разнесёт этими шахматами половину дома, я пришлю их обратно к тебе. — Пусть разносит! — рассмеялся Сириус и протянул Гарри подмигивающий взгляд. — Главное, чтобы с умом. И в этот момент — когда Гарри смущённо ловил взгляд Джеймса, а Лили махала палочкой на кухне — он вспомнил все предыдущие маленькие шалости, которые с детства вызывали смех родителей и их мягкие упрёки. Он понял, что эти мгновения не были случайностью: они всегда были частью его жизни, частью Поттеровского дома. Даже когда он делал что-то странное или непослушное, семья встречала это теплом, шутками и поддержкой. И теперь, стоя здесь, после визита к директору, Гарри почувствовал, что его необычные проделки не делают его чужим — наоборот, они делают его настоящим, полноправным участником этой семьи, в которой даже самые странные происшествия становились поводом для праздника.